дома

Ибо устал, у него не осталось сил. Бесконечные перелёты, неадекватные фанатики, график, который становиться только плотнее… А самое ужасное — никак не получается встретиться с любимым человеком и провести хотя бы немного времени вместе. Они знали, что будет не просто, когда начинали отношения, и они, до сих пор, ни о чём не жалеют, знают, что не пожалеют и потом. Просто иногда так не хватает рядом его — человека, который дарит спокойствие, уют, комфорт и любовь. Ту любовь, которая выходит за пределы пространства и времени. Сейчас его перезарядка обязательно должна включать в себя Чжаня. Он не может без него. Как и Чжань не может без Ибо. Упав на кровать, даже не переодевшись в домашнее, пробежавшись по расписанию, он закрывает всё чаты, кроме самого главного. Завтра у Ибо выходной, и он постарается по максимуму отдохнуть, может даже удастся созвониться с гэ, тогда выходной точно будет удачным. Когда Ибо заканчивает писать сообщение своему гэ, он уже почти спит, поэтому тихий щелчок дверного замка не слышит. И поэтому, руки обнимающие его со спины становятся неожиданностью, но очень приятной неожиданностью, он узнает эти руки всегда. Эти руки, которые обнимают его и дарят чувство защищённости, эти руки которые вытирали его слёзы, когда казалось, что сил не осталось совсем, эти руки, которые всегда рядом, чтобы подхватить его, если он начнёт падать. Лёгкие быстро заполняются родным запахом, а тело укутывает спокойствие, и Ибо тихо, на грани слышимости, выдыхает: — Чжань гэ, ты дома, как ты… Он не успевает договорить, потому что к его губам в мягком поцелуе прижимаются любимые губы. Его целуют медленно — показывая, что рядом, нежно — даря ощущения лёгкости, и сладко — укутывая в теплую любовь. Целуют как будто он самое драгоценное сокровище. Хотя почему как будто? Для Чжаня он действительно самое драгоценное сокровище, самое любимое, самое самое всегда и во всём. Ибо поворачивается полностью, как раз в тот момент когда Чжань отстраняется, и целует уже сам. Поцелуй нежный, сладкий, такой нужный. Чжань обхватывает руками лицо Ибо, и медленно гладит скулы большими пальцами. А Ибо обхватывает руками талию Чжаня, и прижимает ближе к себе. Его талия всегда идеально помещается в ладонях Ибо, как будто была создана для этих рук. А скорее всего так оно и есть… Они знают, что и правда были созданы друг для друга. Они мягко двигают губами навстречу друг другу, не напирают, показывают всю любовь через эту нежность. Сейчас оба чувствуют, что большего и не нужно. Конечно у них есть моменты, когда они показывают свою любовь через страсть. Тогда их тела говорят на совсем другом языке. И все что они хотят сказать, так же понятно, как и то, что они говорят сейчас. Отстраняясь Ибо видит родную улыбку. Так Чжань улыбается только ему. Такую искреннюю улыбку знает только он. Чжань тянет Ибо на себя, медленно перемещает руки на шею, обнимает. Ибо укладывает голову на плечо, утыкается носом в шею, немного повозившись забирается на Чжаня почти весь и обнимает его в ответ. Поддавшись порыву, Ибо прикасается губами к шее, там где бьётся пульс. Ощущая ритм сердца любимого человека, Ибо чувствует как его начинает отпускать. Чжань тоже ощущает, как Ибо становится легче, медленно поглаживает его спину. Так они и лежат, в комфортной тишине, наслаждаясь друг другом. И Чжань понимает, что всегда будет выбирать Ибо. Всегда. Как и Ибо будет выбирать его.

***

— Расскажешь как ты здесь оказался? — спрашивает Ибо, обнимая Чжаня со спины. Это действие вызывает улыбку у старшего, который готовит их ужин. Они оба уже переоделись в домашнее. Чжань в розовую худи Ибо, хотя нельзя сказать, что это чья-то конкретная вещь, гардероб давно стал общим, и мягкие спортивные штаны. Ибо надел просторную белую футболку и серые спортивные штаны. Несмотря на то, что сейчас ещё осень, в квартире достаточно прохладно. — Я просто чувствовал, что должен быть здесь — говорит Чжань, нарезая салат — и быстро перестроил планы, к тому же, теперь не только у тебя завтра выходной. Ибо мягко целует открытую часть шеи, линию роста волос и водит руками по бокам, но слыша эти слова он замирает. — Чжань гэ, ты правда сможешь провести со мной завтра весь день? — не верит, буквально час назад Ибо готов был сломаться, разбиться на кусочки, бросить все и поехать куда угодно, даже ради часа вместе — рядом с Чжанем, а сейчас он слышит то, о чем даже не смел мечтать. Чжань прекращает готовить, ощущая настроение Ибо и разворачивается в кольце рук. Мягко кладет руку на скулу, ласкает большим пальцем. — Правда. Весь день. Ты и я. Ибо разбивается на тысячи кусочков и собирается обратно. Рядом. Вместе. У них есть целый день. Чжань понимающе смотрит. Ибо перемещает руку на шею, а другую на затылок и притягивает к себе, мягко касается губами губ. Он не может сейчас сказать все, что кипит внутри, но он знает, что Чжань его поймёт. Всегда понимает.

***

Закончив с ужином и уборкой на кухне, они устраиваются на диване в гостиной, включая на телевизоре то, с чего все началось. Наугад выбирают серию Неукротимого. Чжань прислоняется к спинке дивана, залезая полностью, а Ибо недолго думая, устраивается у Чжаня между ног, откидываясь спиной ему на грудь. Чжань сразу обвивает руками талию Ибо, и не может удержаться — быстро целует Ибо за ухом. Ибо хорошо. Правильно. Он ощущает, как тревоги последнего месяца наконец-то отпускают. Он знает, что не один. Он понимает, что у него есть точка опоры. Он так и засыпает — в объятиях самого дорогого человека. Но на грани сна и яви, слышит как Чжань делает телевизор тише, ощущает, как его целуют в волосы, поэтому поворачивается и ложится грудью на грудь Чжаня, утыкаясь носом в любимое место — между ключицей и шеей, чувствует, как Чжань обнимает его за талию. И впервые за последний месяц спит крепким сном. И не только он, сопящий гэ, уткнувшийся носом в макушку, тоже.