Моменты

— Укойся, Сии! Укойся.       Сириус медленно перевёл взгляд на вход. Регулус цеплялся за косяк двери, стоя на дрожащих ногах нетвердо и неуверенно. — Эй, тебе нельзя ходить одному! — воскликнул Сириус, подбегая к нему и с трудом подхватывая на руки. — Так что ты говоришь?       Едва они вместе сели на кровать, Регулус гордо оттолкнул его руки и надул щеки, из-под спадающей челки стреляя оскорбленным взглядом. Сириус фыркнул. — Я не маленький. — Да, конечно. Так что ты там бубнил? — Укойся! Мама не злая, мама хорошая. Просто утала, — с мрачной физиономией пролепетал Регулус и ткнул его в бок пальцем. — А ты дуак. — Сам дурак! — возмутился Сириус, сдерживая улыбку. — Я лю маму, — поделился Регулус и захихикал.       Он мог говорить «люблю», но все умилялись, когда он не выговаривая, и теперь Рег активно этим пользовался. Не умея толком ходить, он уже был хитрюгой, и Сириус не раз из-за этого получал от родителей, которые всё еще велись. — Маменькин сынок, — раздраженно просюсюкал Сириус и ущипнул брата за щеки на манер тётушек. — И тебя я лю, — с серьезностью отца произнёс Регулус и раздраженно отмахнулся от его рук. — Не ругася, лана? — Лана-лана.