Подсолнух

      Резкие воспоминания давали о себе знать. В груди что-то заболело, сжалось и начало скрестись, прося вернуть былые счастливые деньки, когда свет проливался на счастливый конец. Герой не выдержал такой тоски, из глаз пробились слезы и быстро начали стекать по щекам, обжигая их. Ноги предательски подкосились, и Лололошка упал на колени. Сейчас ему хотелось просто убежать от проблем, что такой огромной горой накопились у него в этом треклятом мире...       — Лололошка! Лололошка!? Ты чего на полу расселся? Ещё и ноешь здесь... — Люциус пытался говорить уверенно, но получалось у него откровенно плохо. Он действительно волновался за своего друга, но показывать это для него было слишком смущающее, вот и приходилось выкручиваться.       — Ненавижу... — лёгким шёпотом сказал Рома, смотря пустым взором в пол, он был на грани срыва, снова. Ох, герой так устал... Почему все не могли просто оставить его в покое и дать немного отдохнуть? Неужели это так сложно?!       — Агх... Подумаешь, ушёл ты там из того мира, бросил своих друзей... — говоря это, полубог понял некоторую абсурдность ситуации, но прекращать речь было бы гораздо более неловко. — сейчас нам нужно решать проблемы и поважней, в том числе как вернуть мои силы и свергнуть богов! — более уверенно произнес Люциус, пытаясь не нарываться на ещё одну ссору. Напоследок, он промолвил немного неразборчиво, но всё же понятно: — и ещё пару вопросов, которые я хотел задать насчёт тех воспоминаний...       — Не!.. — Лололошка сдержался, кричать сейчас было не самой лучшей идеей, — не сейчас, я... просто дай мне побыть одному... пожалуйста...       — Но... — полубог хотел высказать свое недовольство, но ему не дали продолжить.       — Просто. Выйди. Из. Комнаты. — голос Ромы был непривычно тверд, а лицо воина больше не выражало хоть какие-то эмоции.       — Тс... Н-ну и ладно, — Люциус направился к выходу в коридор и закрыл за собой дверь. В комнате послышался грохот и крики, что и не намеривались останавливаться. Полубог не стал уходить, он сел около двери и прислушался.

***

      — Твою ж... — сейчас доктору хотелось перейти на что-то нецензурное, но, посмотрев на Горбатика, он откинул это желание.       Блэк смотрел прямиком на огромную щель, что, кажется, становилась больше с каждой минутой. Вот только... Почему с нее шел свет, и... там видно небо? Неужели произошел какой-то сбой? Это портал в другое измерение? Но какое?       — И ч-что теперь нам делать!? — голос ребенка дрожал, а сам он с надеждой смотрел на доктора, ожидая хоть каких-то слов.       — Я... Я не знаю. Хотя нет... Знаешь, иди обратно в лабораторию, а я пока что-нибудь да придумаю, хорошо? — Блэк говорил мягко, одновременно еще и гладя голову ребенка для большего успокоения.       — Х-хорошо...       Горбатик направился обратно в лабораторию, пока сам доктор отходил подальше от всего, пытаясь наладить связь с кем-то.       — Гектор. — никто не отвечает и слышна было только тишина и звуки леса. — Гектор!       На этот раз ему удается связаться с лозовым. Гектор лишь промычал, видимо, тот только проснулся. Что было вполне логично, как-никак, но на дворе середина ночи. Немного осознав, кто его зовет в столь поздний час, лозовый ответил:       — Блэк? Сейчас середина ночи, зачем так поздно?       — Мне кажется, я понял, что ты не хотел мне говорить.       — И что же? — сонливость Гектора пропала, а голос в миг стал серьезным.       — Если ты хочешь об этом узнать, то советую как можно скорее прийти ко мне. — доктор Блэк не имел совершенно никакого понятия, как объяснить это, так что он обошелся лишь «приглашением» к нему.       — Но сейчас только полночь! Просто скажи, что у тебя случилось! — во всю громкость шепота проговорил Гектор, будить рядом спящую жену ему совершенно не хотелось.       — Просто... просто приходи, это очень важно.

***

      — Неужели нашего полубога не учили, что подслушивать нехорошо? — Варнер появился внезапно, нагибаясь и смотря Люциусу прямо в лицо. Его глаза святились странным светом, а на губах была такая же странная улыбка.       — Тут не до тебя, — тихо ответил полубог, по лицу можно было легко сказать, что он раздражен, — Лололошка, он...       — Знаю-знаю, пусть истерит дальше, не будем прерывать его от столь прекрасного чувства, — бывший правитель Арнира говорил с невероятной издевкой и не отводил взгляд от Люциуса. — сейчас меня интересует немного другое: с чего это ты решил...       Полубог усмехнулся и встал, направляясь на улицу.       — Кажется, я знаю, что тебе так не понравилось, что ты аж пришел ко мне, — Люциус закатил глаза. Кажется, то, что он видел те воспоминания, Варнеру категорически не понравилось. — на самом деле, не понимаю, что такого. Это были весьма... милые, кхе, вещи!       Призрак скривился, явно желая устроить полубогу взбучку, но почему-то останавливая себя.       — ...Особенно моменты с «братиком» и «сестренкой», так же вроде? От такого тянет блевать, — может Люциус и испытывал некоторую зависть, все-таки его брат никогда не был таким, но показывать этого он не собирался, — а вообще очень...       — Заткнись. — атмосфера возле Варнера вмиг стала мрачной.       Полубог действительно замолчал. Теперь он знал о своем «сопернике» слишком много, чтобы бессмысленно огрызаться. Бывший король Арнира хотел продолжить, но резко прервался, удивленно посмотрел назад и исчез, оставляя недоуменного Люциуса одного... но ненадолго, очень быстро к полубогу вышел недовольный Лололошка.       — Думаю... — он с трудом начал диалог, — я... я достаточно успокоился.