Город в вечной метели

      Никогда не думал, что окажусь в подобной ситуации. И точно не могу сказать, что мне тут нравится.       Небо… да, я уверен, что люди не одни в масштабах Вселенной, но где же мой человек? В моей сумке около тридцати фунтов наркоты, несчитанное количество денег и всё это легло на меня. Казалось бы, нужно думать, как сохранить жизнь, а не мечтать о прекрасном принце, который хотя бы сможет докинуть меня до ближайшего города.       Мои ноги напрочь промёрзли, первые снежинки облепили ресницы, лучший друг что мог мне помочь так не во время начал жизнь с чистого листа, на котором я стал бы очередной кляксой.       Сигнал позади меня мог оказаться предпоследним звуком в моей жизни. Но те люди точно не стали бы сигналить дважды.       – Малой, тебя докинуть? – С задержанным дыханием я обернулся на грузинский акцент, но старая Хонда облегчила опустошение лёгких. – Малой, ты чего в такой дубак здесь забыл? На последний автобус не успел? – Не думаю, что он ждал ответа от меня. – Влезай, подкину - Я ничего не ответил симпатичному грузину только лишь кивнул что он вряд ли заметил. Прощай пугающая бесконечность, может оставшись в живых я задумаюсь о тебе вновь.       В тачке воняло дешёвым дезодорантом вперемешку с недавним перепихоном. Хоть не изнасилует, хотя, такие парни в основном не трогают таких как я, только если набить пару фингалов. Но в моём случае фонарь под глазом не так пугал, как то, что идёт как зима на город.       Я потратил весь день чтобы оказаться на том месте, где меня подобрал харизматичный грузин. Не ожидал что адреналин способен на такое. Адреналин, слившийся со страхом. Страхом, что тот мудак расчленит меня так же, как и свою шестёрку, которая не доглядела за мной.       – Ты чего чумазый такой?       – Облили лужей…       – Да, погодка у Вас не сказка. У меня на родине хоть круглый год загорай, - Вспомнилось то время когда мы с моим покойным отчимом ездили в Краснодар, а оттуда брали экскурсии в три страны Закавказья. Благодаря детскому воспоминанию мне легче далось представить, что имел ввиду бородатый грузин.              Вместе мы проехали совсем ничего, мои ноги только начали согреваться. Болтливый грузин без конца делился семейным счастьем, а я же составлял план своего исчезновения.       - Почему мы замедляемся?       – Позади джип фарами мигает, может что случилось.              Это они!              – … НЕТ! Гони, не вздумай останавливаться!       – Это что ещё за люди?       – Таких… нельзя называть людьми!              Это оказалось жалкой попыткой убежать от настоящего хищника. Джипу и утруждаться не пришлось обогнать развалюху и дорога среди полей, самое удачное место чтобы дать дёру. Судьба играет со мной. Играет на мою жизнь.       Из матовой махины вылезли четверо огромных урода, посреди них шёл тот самый ушлёпок. Они знали, что должны сделать, им был дан приказ. И я уверен с каким исходом он будет для меня.       – Послушай сейчас меня внимательно, ты должен вжать педаль газа так сильно как только можешь. Если ты этого не заделаешь, то больше никогда не сможешь побывать у себя на родине.       – Но… Откуда?       – Просто… ЖМИ!       Машина издала визжащий звук. Задев одного урода краем бампера, мы пролетели мимо кучки ему подобных. Испуганный грузин не представлял, как нам повезло, что одного мы смачно шаркнули. Мы считай оттянули свои пытки на неопределённо короткий срок.       Километровый знак оказался спасительным маяком. Ближайший город был очередной подачкой судьбы.       – Ты кто твою мать такой?!       – Когда приедем в город тебе стоит сменить номера продать машину, а вообще лучше сжечь эту спасшую нас крошку.       – Малой?!       – Хочешь жить?       – Спрашивать не нужно…       – Сожжёшь машину, собирай семью и уезжай так далеко, как только сможешь. В ином случае будешь смотреть как твою жену топят на глазах собственных детей.       – Что же они с тобой творили…       – Лучше, чтобы это был не вопрос.       Вновь ещё один человек лишился будущего из-за меня. Молюсь чтобы его никогда не нашли. Ведь сегодня четырнадцатого ноября он спас мою жизнь. Если бы не он, то я бы молил о быстрой смерти.                     Типичный провинциальный городок Сибири. Серый и невзрачный, терпеть не могу серость и невзрачность, но как это бывает на зло родился в подобном местечке.       – Останавливай. Поблизости есть какой-нибудь хостел?       – Вдоль центральной улицы, «Синяя птица».       – Это… Извини и спасибо. – Слова дались мне на удивление легко и могли показаться холодными, но я знаю, что предстоит пережить ему и его семье. Мне правда очень жаль. Надеюсь, он прислушается к моим словам и перед поджогом осмотрит заднее сиденье. Пачка купюр и короткий план спасения это всё чем я могу ему помочь.       «950ЕБ» тебя я вижу в первый и последний раз.              По заснеженным рельсам трамвая я добрался до того самого места. «Синяя птица» оказалась отелем всё лучше, чем спать с незнакомцами в плешивом хостеле. Старушка привыкла не задавать вопросов, она молча приняла оплату за самый дешёвый номер и кинула мне ключи. Вернувшись к семечкам и сериалу, её не волновало, что я дальше буду делать. В автомате остался лишь горячий шоколад, магазины в моём радиусе уже были закрыты и ничего не осталось кроме как пить это дерьмо.       Дряхлая кровать и шкаф на вид притащенные с помойки то, что надо чтобы доспать эту тяжёлую ночь. Закинув сумку на верх шкафа, я сразу грохнулся в вонючие объятия постели.              ***       За четыре часа город погрузился в недельные сугробы. Осадки Сибири как кости всё умножается на выпавшее число и этой ночью выпали две шестёрки. Может Судьба кинула разок и на мою выживаемость.       Хорошо, что я грохнулся спать не раздевшись, за ночь номер промёрз да так что даже окна и двери обледенели. Мне прекрасно спалось под шарм дешёвого отеля. Сидя на кровати, я чувствовал, как мои глаза отекли, но они всё же обратили внимание на сумку, запрятанную на самом верху шкафа. Пора разобрать свою ношу.       Тринадцать кирпичей белого вещества, крупные купюры и ствол, завёрнутый в мои документы. Помятые бумажки это всё что осталось от моей прежней жизни.              – Пора бы тебе поменять имя дружок.       – Думаешь?       – Уверена… А теперь стреляй, стреляй, стреляй…                     От мутного кошмара я проснулся с сильной отдышкой. Пот уже впитался в одежду, отрубиться второй раз, да, без сомнений вчерашний день из меня выжал все соки. Пора собираться в дорогу. Отсюда вопрос в какую сторону?       Помню мой хороший знакомый из училища переехал сюда и за случай с препадшей он мне должен. Сто процентов мой телефон уже взломан и изучается уродцами. Вот и первый пункт в плане побега - сгонять и купить новый телефон. Но для начала стоит отмыть меня от сажи.       На кистях кровавые следы от пластикового хомута. Всё тело в грязи, а посреди живота красуется шрам. Душ попытался меня согреть и как же не хотелось вылазить наружу.              Заперев свою комнату мне пришлось досчитать до трёх чтобы сдвинуться с места.       – По близости есть что-то на подобии комиссионного? – И так не довольные морщины администратора скрючились ещё сильней, черканув что-то на бумажке она отвернулась обратно к старому телику, – Спасибо за тёплую ночь. – кинув ключи на ресепшн я покинул «Синюю птицу»       Мои ботинки не были способны сдержать такой объём снега. Бредя по тропкам первооткрывателей мне удалось выползти на подтаявший тротуар. Опираясь на записку, до местной барахолки рукой подать. Завернув за очередной дом, по глазам ударило тёмное пятно, что так выделялось на белом холсте. Тот самый джип. Он стоял у хостела, где я хотел остановиться. Грузин спас меня во второй раз. Нужно срочно поменять одежду то для меня эта зелёная парка, а для них как зелёный свет - «огонь».              Снег, валивший без остановки, ухудшал видимость что играло мне на руку. Добравшись, до нужного места я уже был на три шага дальше тех ублюдков. Дверной колокольчик раскрыл моё присутствие. Магазин был пропитан старческим запахом с соответствующим ему видом.       – Добрый день, вам что-нибудь подсказать? – Женщина с коротким каре выпрыгнула из кладовой пытаясь прикрыть забитую комнату всякой всячиной.       – Телефон, если можно.       – Конечно можно, вам какой?       – Тот, что без кнопок и самый дешёвый.       – Сейчас поищу, можете пока заглянуть в отдел вещей, – видимо она не в первой видит, того кто от чьего-то бежит или во мне разыгралась паранойя.              Обернувшись на звон от вошедшей бабули, я пошаркал в противоположную часть от кассы. И что в такую погоду ей не сиделось дома? Две секции разделял плакат с недельной давностью о приближавшихся скидках. Пройдя по рядам заполненных вешалок, полочек и безголовых манекенов я наткнулся на красную, можно сказать, новую куртку. Но яркий цвет в моём то случае был абсурдным вариантом, а если сыграть на психологическом факторе? Очередной звон от очередного посетителя заставил ускориться. По времени город уже начал заполняться, а значит потенциальных свидетелей становилось всё больше.       Я направился к кассирше, но через щелку плаката и стены вовремя увидел уродцев в чёрных пальто. Шарахнувшись назад, я вновь углубился в зал с вещами. Придётся закопаться в тряпках или бежать между вешалок напролом. План готов. На крайняк пущу пулю себе в висок, но если я пережил вчерашний день, то план с пушкой в конце списка всех трёх вариантов.       – Сумасшедшая погодка неправда ли… В общем тут по городу мальчуган бегает, пациент психиатрической лечебницы из соседнего города. Будем очень признательны за информацию любого рода, – если это мои последние минуты, то я трачу их на молитвы, только бы они не успели ухватить меня. Всё что угодно, только не в их лапы.       – Никогда не видела его. Может вам стоит поискать в местном хостеле?       – Может. Оставьте фото себе вдруг что-то увидите… Номер на обороте.       – Непременно, он сильно опасен?       – Вам не стоит переживать обычный псих с бреднями на языке. Ариведерчи.       – Удачного вам дня, – «музыка ветра» утихла, бабуля рядом со мной подозрительно смотрела как я скрючено сижу у полок старых туфель.       – Вам бы подошли эти шпильки.       – Будь я на пятьдесят лет моложе то влезла в них бы не раздумывая.       – Для такой как вы никогда не поздно, – и так красная куртка и телефон.              Заглянув за плакат, женщина с коробочкой подзывала меня рукой. Её желваки не расслаблялись пока она не начала говорить:       – Юноша, это страшные люди! – У женщины вылетел громкий шёпот.       – Знаю, – сейчас даже самая бескорыстная доброты вызывала во мне подозрения. – Должен вас поблагодарить.       – Не стоит, когда-то дорогой мне человек был на твоём месте, – её веки на мгновение задержались прикрытыми. – Долго ты бежишь?       – Со вчерашнего дня.       – Значит только начал свой не простой путь, – перевалившись через прилавок крестик женщины освободился от серого свитера. – Тяжёлая? – я спрятал сумку за себя. – Не отвечай, мне не зачем знать.       – Беру телефон и красную куртку что на обезглавленном.       – Тебе упаковать?       – Шутите?              Раздевая манекена, женщина ускоряла свои движения, её короткие волосы дрыгалась в разные стороны. Бабушка встала в очереди за мной поправляя ели умещавшуюся в руки кучку вязаных вещей.       – Пропустишь бабулю вперёд я её рассчитаю, и мы поговорим? – Отойдя к ближайшей витрине с бижутерией в моих глазах блеснула знакомая безделушка. Маленькая золотая ящерка с двумя фиолетовыми стекляшками вместо глаз висела на гвоздике, среди других украшений, из которых можно было выделить серебряное кольцо с гравировкой бабочки и пугающе большое количество крестов. Когда-то у дорого мне человека такая же ящерка висела на шее, но в одно лето они обе исчезли. Боясь той самой кляксы на новом листе меня вновь оставили на предыдущем. В глубине Сибири люди думают, что смогут убежать от прошлого просто переехав в соседний город, но по итогу кляксы на новую жизнь ставят они сами. И сколько бы ты не бежал ты сам всё и изговнишь.       – Вам не хватает пятидесяти рублей.       – Тогда отложи дорогая ту светленькую накидку.       Тот самый момент, когда за добро платят добром или всё же это проверка Судьбы. Заслужено ли я получаю отсрочку от угольной шахты?       – Я всё оплачу.       – Не, не, не нужно дорогой мой, – бабушка хотела возразить, но почему-то промолчала. – Ох, здоровья тебе дорогой мой. – не успев кивнуть бабуле как она тут же скрылась в усиливающемся снегопаде.              Начав говорить в один момент. Женщина с улыбкой протянула обе руки уступая мне очередь, но я только отстранился, кивнув отказам.       – Погода разошлась, помолимся Богу чтобы старушка добралась целой, – указательным пальцем продавец поигралась с короткой цепочкой что так и поблёскивала на её свитере. – можешь переждать непогоду тут, этот магазинчик выдерживал и не такое…       – О чём вы хотели со мной поговорить? – Своим тоном я отрезал ниточки вежливости.       – Постой, для начала меня зовут - «Ам», – но собеседница их вновь подвязывала.       – Две буквы?       – В этом городе меня привыкли называть так, не иначе.       – Какая причина?       – Быть может в другой жизни за бутылочкой пива и тесной компанией тебе поведают эту историю. Ах, вот и задела тему новой жизни… Тебе стоит заглянуть в местечко у горного ручья, скажи, что ты от меня.       – И вы думаете я вам доверюсь?       – Я разве ещё не дала повод задуматься о доверии?       – Ход конём…       – Справедливо. Но я видела, как отсутствие добрых поступков губило людей, - Ам всмотрелась в окно. – Всё же тебе лучше остаться.              Несимметричный магазин продолжал понемногу заполняться людьми что спасались от разъярённой погоды. Холодный кирпич спасал всех. Барахолка всеми силами старалась вызывать у меня доверие, но я по прежнему обнимал сумку и прятал лицо под красным капюшоном. Настроив телефон под фейковым именем, каждые десять минут я обновлял сеть, было бы глупо надеется, что в такую метель осталось соединение с цивилизацией. Надо радоваться, что пока ещё мы не лишились электричества.       Ам кипятила очередную партию горячего чая для промёрзших насквозь тел. Все знали её и каждый благодарил за радушие, Ам лишь искренне улыбалась от чего её массивная челюсть становилась ещё больше.       Моё внимание привлекли красные кеды скрюченного от мороза парня. Ходить в резине и тонкой тряпке в такую погоду было губительно, хотя мне ли судить. Эти украденные ботинки своё отжили ещё на предыдущем хозяине, как и хозяин отжил свои дни.       Мне стоило взглянуть немного левее чтобы витрина с ящеркой вновь заняла мои мысли. Это было бы глупое совпадение если она была здесь.       – Подвеска ящерки… – Я побеспокоил севшую передохнуть мисс Ам.       – Ах, да, что в дальней витрине, припоминаю как девушка пыталась вынудить за неё больше, чем та стоит, – она всегда не знала цену вещам.       – Как забавно.       – Ты узнаёшь её не правда ли? – Я никчёмный актёр.       – Нет, - я уже собирался уйти как что-то внутри повернуло меня обратно. – Я её возьму. – я не умею отпускать прошлое какой мне чистый лист!       – Она сдала подвеску месяца два назад. Выглядела как все в нашем городе. – Слова Ам как скрежет по стеклу, она была не права на счёт хозяйки подвески. Анна была лучом, которым управляли тучи.       Женщина отворила антикварную витрину и намотала цепочку с ящеркой себе на пальцы. Отправившись обратно, она не заперла дверцу доверившись всем тем, кто её знал. Упаковав ящерку в синенькую коробочку Ам двинула её в мою сторону.       – Я уверена к утру буря утихнет.       – Не могу столько ждать.              Снова обняв присвоенное добро, я закопался в вешалках подальше от всех. Я хотел заставить себя поверить, что в месте у ручья меня не будет ждать западня. В конце концов, не всё бывает возможным.