Предупреждение и гордость.

Уже десяток минут я бегаю около собственного окна, стараясь незаметно подглядывать за происходящим на улице. Чувствую себя глупой, но гордость не позволяет сделать большее. — Ну же, Оскар, — слегка злюсь, но понимаю, что ситуацию это не улучшит. И вот, наконец, я вижу фигуру, что отдаленно напоминает его. В последний раз поправляю прическу, делая ее слегка небрежной но симпатичной, и убегаю к входной двери. Ну наконец-то. — Оскар, — бросаюсь к нему на шею, всеми силами прижимая к себе. Главное, не переусердствовать, пусть думает, что я беззащитная и слабая. Чувствую, как его руки опускаются ко мне на талию, а курносый нос пытается уткнуться в область шеи. Хвостики мешают. — Солнышко, — эхом откликается он, опаздывая на долю секунды от меня. Мы оба рады видеть друг-друга, словно давно не виделись. Сознаться, мы и вправду разлучились, но не дольше, чем на пару дней. — Где твоя совесть, Оскар? Он не понимает, о чем я. Я не вижу его лица, но чувствую это по тому, как он напряжённо молчит. — Я с ума чуть не сошла от скуки. Где ты столько был? — Понимаешь, Солнышко. Я был занят на учебе. Только и делал, что сидел за книгами. — То-есть, ты променял меня на стопку бумаги в кожаной обложке? И вновь эта тишина. Его руки сжимаются сильнее, а я ощущаю чувство стыда. Находя в себе силы, пытаюсь посмеяться. — Это шутка, Оскар. Пойдем скорее, я налью тебе горячего какао с зефиром. Вижу, как он моментально «оживает». Черные глаза словно светятся от радости, а тонкие губы то и дело расплываются в улыбке. Ничего себе, ты даже на меня так не реагируешь. *** Закрываемся в моей комнате, дабы дедушка не смог нам помешать. — Знаешь, Оскар, у меня скоро выпускной. Начинаю издалека я. — Конечно, Солнышко. Я считаю ночи, чтобы тебя поздравить. Он вновь улыбается, взяв в руки мою детскую фотографию. Не люблбю ее, и не могу объяснить причину. – Учительница разрешила привести с собой друга. Продолжаю я, упрямо смотря на Оскара. Он замерает, словно боится что-то не услышать. Я молчу, специально выводя его на разговор. – Да? И кого же ты позвала? – Пока что никого, Оскар... Грустно отвечаю я. И правда, на что я надеялась? Разумеется, ему неловко напрашиваться, но.. может он и вовсе не хочет. – Но раз ты не знаешь кого, может позовешь меня? Если, конечно, ты хочешь. Вот только я могу пойти только поздно вечером. Моя душа снова расцветает. Ох, Оскар, ты такой милый. Я немного молчу, дабы не показаться слишком счастливой. – Конечно, Оскар. Ты можешь пойти со мной.