Можно тебя попробовать?

      Кнайф приоткрыл глаз, щурясь из-за неприятного света. Глаз заслезился, но когда парень привык к свету он осознал что понял где находится. Это тот домик Ë, в котором отдыхала Лампчка во время испытания, но что тут забыл он, плюсом ещë и связанный. Кнайф попытался как-то высвободиться или позвать на помощь того же Ëшу, начав шатать стул в разные стороны, но вместо сладкой свободы он только ухудшил своë положение, упав щекой на стиральную машину, не в силах даже вскрикнуть, рот предусмотрительно был заклеен скотчем. Замычав из-за лëгкой боли, Кнайф начал думать как ему выбраться. Руки были связаны изолентой и скотчем за спиной стула, ноги были примотаны той же изолентой к ножкам стула. Погодите, Лампчка! Возможно еë состояние не такое уж и хорошее, но она то может позвать на помощь. Глаза вновь открылись, с надеждой ища подругу, но еë не было видно. Разочарованно вздохнув, Кнайфи закрыл глаза и начал ждать. Про него обязательно вспомнят, не может же Брялок не возмутиться, мол «Где этот пустоголовый ходит?! Мы что, будем проходить испытание без двух участников?!».       Он вздрогнул, услышав глюки, что резали уши. Кнайф радостно промычал что-то. Это же Лампчка, сейчас она точно хотя бы попытается позвать на помощь. Стул резко поставили ровно, Кнайф удивлëнно вздохнул. Из-за спины вышла Лампчка, с широкой улыбкой, она иногда глючила, чем начала пугать Кнайфа. В прошлый раз она лишь лежала на полу и что-то бормотала, не в силах встать, сесть или сделать что-либо, теперь же она уверено держалась на ногах. Резко наклонившись к лицу ножика, девушка начала радостно говорить, часто глюча: – Я рад-ра-рада-а что ты очн-н-н-н-нлся-яя. – Кнайфичка с испугом посмотрел на неë. – Р-ра-разве ты не-н-не-не ра-а-ад?       Нож часто задышал носом, чувствуя что скоро заревëт. Эта была не та Лампчка, с которой он любил проводить время. ЭТА Лампчка была более жуткой и пугающей. Лампчка взяла старые железные ножницы и понесла их к лицу Кнайфа. Дед зажмурил свой глаз, ожидая жгучую боль в лице, как то, что было его подругой, втыкала ему ножницы в его единственный целый глаз прямо через зажмуренное веко, дырявило его язык, оставляла раны, но девушка состригла повязку на правом глазу, начиная убирать бинты, отдирая еë от запëкшейся крови. Седой парень болезненно замычал. Вся эта процедура ему не нравилась даже когда это делал он сам, очень медленно и аккуратно, а тут Лампчка делала это крайне быстро.       Скинув бинты на пол, Светобульба посмотрела на Кнайфа. Из пустой глазницы начала медленно идти кровь, а из целого глаза слëзы. Девушка улыбнулась, хотя куда ещë улыбаться дальше. Положив ножницы на стол, девушка взяла небольшой нож с красиво вырезаной деревянной ручкой. – П-п-прав-правда крас-с-сс-сивый? – наклонившись к лицу Кнайфа, спросила Лампчка. Пальцами она аккуратно провела по лезвию, еле его касаясь, после приступив к делу, начиная оставлять на лице парня небольшие ранки, из которых начинала течь кровь. Кнайф шмыгнул, чтобы не задохнуться, хотя это было бы намного лучше, чем терпеть то, что будет дальше. Отложив нож, Лампчка подняла с пола увесистый молоток. Кнайфу уже поплохело, с него сходил пятый пот, а дышать становилось всё сложнее. Замахнувшись, Светобульба ударила по ноге Кнайфа, тем самым уронив его назад. Кнайфу казалось что его сейчас вырубит, нога заныла, хотя корректнее будет сказать что завыла во всю глотку. Кажется у него внутренний перелом. Услышав хихиканье, отброс кухни кое-как поднял голову, через слëзы посмотрев на Лампчку. Она кинула молот на пол, вновь взяв тот же нож, подходы к тушке Кнайфа. Присев на колено перед сломанной ногой Кнайфа, Светобульба начала разрезать плоть инвалида, пока он вертел головой, очень агрессивно мыча. Когда от ноги был срезан небольшой кусочек, девушка положила его себе в рот, пережëвывая и съедая, после облизнув лезвие ножа от крови. Инвалид почувствовал как его обед хочет вырваться наружу, оставляя неприятное после вкусие, когда это не получается из-за скотча. – К-како-какой же-же-е ты вку-вк-вкусн-ный. – облизнувшись, промурчала Лампоглавая.

***

      Бездыханное тело ножа лежало на полу, а рядом сидела Лампчка, весело хихикая. Еë рот был в чужой крови. Она окровавленной рукой сняла скотч с рта Кнайфа и поцеловала его, пачкая его губы его же кровью, пока два всемогущих существа стояли в проходе с непониманием и отвращением смотря на эту картину.