Застой

Ошибка чьей-то молодости, Ли Минхо. Никем не любим, всеми брошенный, его недостатки и достоинства настолько никого не колышат, что не стоят никакого упоминания. Мальчишка был недостаточно хорош и стоящ для того, чтобы учителя попытались оказать ему помощь, но при этом недостаточно плох, чтобы оказаться в исправительной колонии. Несуразное создание, существование которого осталось бы незамеченным, если бы однажды его матери не посчастливилось выблевать остатки ужина в унитаз. Девушка узнала о беременности в тот момент, когда это было менее всего ей необходимо. Так мир, сосредоточенный, в первую очередь, на бедной матери парня, и узнал о Ли Минхо. Не то, чтобы его кто-то ждал, но избавляться желания тоже не возникало. Минхо стал метафорической пчелой у кого-то в комнате. Неприятный случай, однако убивать рука не поднимется. После смерти обоих содержателей жизни этой самой пчелы, животное перешло в руки к чуть более компетентному владельцу – родной сестре матери ребёнка. Тётя Минхо решила не тратить большое количество ресурсов на данную проблему, отдав его сначала в дом временного содержания, а после, чтобы совсем не казаться плохим человеком (в собственной голове с разъебанными моральными устоями, естественно), отдала племянника в летний лагерь на весь август месяц. Собрав манатки самостоятельно, Ли Минхо без особого энтузиазма залез в автобус в полном одиночестве. Печальным событием это не стало, вся жизнь молодого человека проходила без какого-либо энтузиазма с любой стороны. Неделя в заповеднике с пьяными подростками прошла без происшествий. Минхо, правда, в их число не совсем входил. Он пил лишь утренний чай и вечерний стакан молока. Парень вырос со стойким отвращением ко всему спиртному. Именно эта его особенность позволяла ему не влезать в неприятности тогда, когда никто в его маленьком мире не мог себе этого позволить. Никто бы его не вытащил, а он сам — уж тем более. Ты никогда не знал любви, не так ли? Подъём по воскресеньям отличался от остальных тем, что вставать разрешалось на два часа позже. Этим воспользовался Минхо, чтобы встать тогда, когда все остальные ещё спят, при этом не поднимая своё скудное тело с кровати в 6 утра. Мальчик решил, что раз 7 день недели создан Господом для отдыха, значит зарядка в этот раз не будет мешать ему заниматься вечным ничем. Одинарный пропуск физической активности ещё никого не убил, верно? Чтобы потратить это утро на что-то ещё более бесполезное, чем зарядка с вожатым, который явно бухал где-то под деревом в лесопарке, Минхо устремился к берегу озера. Хоть он и не обладал способностью ценить прекрасное, ему очень нравилось проводить какое-то время в относительной тишине. Редкий шум воды и пение птиц тишине больно не препятствовали. Разместившись на песке и прикрыв глаза, Ли Минхо начал своё идеальное утро. Пока оно, конечно же, не было прервано шумом веток в нескольких метрах от отдыхающего. Он вынужден был открыть глаза, дабы увидеть, что нарушило его покой. Особого любопытства он не испытывал, но в этом месте всё равно критично мало занятий. О, лучше бы ты продолжал летать в полудрёме, глупыш. В деревьях, слегка растерянно оглядываясь по сторонам, стоял невысокий светловолосый хрупкого телосложения. Последний, завидев, что парень возле озера обратил на него свой не очень внимательный взор, почёсывая затылок и прижимая губы, дружелюбно ему помахал. Минхо коротко помахал собрату по несчастью в ответ, слегка подняв брови, находясь в лёгком удивлении от того, что кто-то кроме него проснулся в такую рань. Небольшая невербальная интеракция двух парней на этом закончилась. Нарушитель покоя первого жаворонка спустя пару минут хождения в кустах покинул место столкновения, возвращаясь в лагерь. Виновник данной встречи и ухом не повёл, когда блондин исчез. Даже не заметил. Впрочем, как и не заметил, что на часах уже 9, а значит, что зарядку он благополучно проебал, и можно идти заполнять желудок всяким мусором. Столовая в этот день была переполнена как никогда. Сегодня были пирожные, праздник какой, видать. Большие скопления людей Минхо никогда не напрягали, но в этот раз в воздухе чувствовалось нечто... необычное. Новое. Терпкое. А если это что-то новое для него, то ощущал он себя, мягко говоря, странно. Старые привычки заставляют напрячь плечи. Он поднимает взгляд с тарелки, бегло оглядывая зал на наличие чего-то, что его так встревожило. Сам не понимая, зачем, он выискивает в толпе утреннего блондина. Находит за дальним столиком в левом углу. Сидит, улыбается, разговаривает с кем-то. Только теперь Минхо понимает, что его новый знакомый постарше, чем выглядит, он сидит с самыми взрослыми ребятами лагеря. Неприятное чувство, зародившееся ранее, медленно начинает сходить. Смотрящий прекращает пялиться на незнакомца и возвращает всё своё внимание к тарелке с куском торта. Чувство чуть ли не мгновенно возвращается. Вот теперь шатен по-настоящему встревожен. Что же его так волнует? Ничего не остаётся, кроме как искать худощавого чудика в толпе вновь. За столиком его уже нет. Минхо быстро обводит взглядом всю столовую, но всё равно не может отыскать того самого. Лишь спустя 30 секунд бессмысленного обхвата взглядом всего помещения и всех присутствующих, мальчишка замечает удаляющуюся спину с белыми волосами. Это было немного странно, не находишь? Минхо, видимо, решает не задумываться о своём небольшом эпизоде, так как сразу после нахождения того, кого искал, быстро и целеустремлённо ковыряется в торте пластиковой вилкой, в итоге съедая всё на тарелке. Завтрак закончен. Почему же ему так хочется блевать? Весь оставшийся день парниша проводит в кровати без сил и желания как-то двигаться. Несварение желудка делает своё дело, в итоге двигаться всё-таки пришлось. Ноги бедняги сами несли его к провонявшему туалету их корпуса. Проблевав добрые 5 минут, Минхо отключился прямо у унитаза. Ли Феликс, так звали того блондина, встреченного Минхо утром, забыл в корпусе младших кое-какую свою вещь. Все остальные на выступлении, корпус пуст. Ну, если не считать валяющегося на холодной плитке ребёнка за человека. Феликс, заходя в корпус, вспомнил о своих незаконченных делах в уборной. Никто, даже отрубленный в толчке шатен, не слышат, как уверенно стучит обувь юноши по полу. Дверь распахивается, и пред глазами блондина встаёт любопытная картина. Минхо бы наверное не хотел, чтобы кто-то наблюдал его в таком состоянии, но его мнение здесь не учитывается, а парень напротив уже всё видит. Феликс осторожно приближается к спящей красавице. Боясь разбудить парня, он вытирает его лицо салфеткой, аккуратными движениями рук убирая чёлку пострадавшего с глаз. Ресницы слегка подрагивают, теперь это отлично видно. Блондин ухмыляется собственным мыслям. Вставая с цыпочек, он ещё раз осматривает лежащее напротив недоразумение. Ресницы опускаются в ритм рукам, тянущимся к ремню. Предмет же, в свою очередь, не падает вниз, как это обычно бывает в фильмах. Хозяин слишком боится вызвать лишний шум. Плевка на руку вполне достаточно для минимальной смазки. Рука в исходном положении, рот слегка приоткрыт. Акт начат. Феликс элегантно делает то же, что и всегда. Сейчас это происходит особенно деликатно. Это, всё-таки, их первый раз. Ну, не совсем, но как минимум не фотографии. Так, хватит отвлекаться, этот хрупкий момент так легко потерять! Губы под зубами уже автоматически, а брови всё сильнее сводятся к переносице. Феликсу стараться не нужно, чтобы кончить. Не тогда, когда тут ты. В этом тихом помещении стон как раскат грома. По-крайней мере, ему так кажется. Но сейчас слишком хорошо, чтобы обращать внимание на такие нюансы. Это совсем неважно, когда любовь у тебя на первом месте. Особенно, когда ты её с кем-то делишь. Поэтому блондин на короткие несколько секунд снимает с себя оковы, и позволяет себе издавать те звуки, которые он издавал ночь за ночью в своей комнате. Только теперь Ему в лицо. Кажется, Феликсу даже подсознательно хотелось, чтобы он услышал. Как хорошо, что удовольствие ещё не окончательно затмило рассудок. Это он осознал только после того, как последние звуки уже сорвались с его губ, а вязкая жидкость попала на пальцы и оказалась на полу. Теперь время убрать беспорядок, так как Минхо на полу начинает издавать невнятные звуки человека, который вот-вот очнётся. Стерев всё, что хоть как-то намекало на его злодеяния, старший подхватил шатена на руки, унося его из того мерзкого и холодного места прямиком в кровать последнего. Феликс, переполненный светлыми эмоциями, и, кажется, будучи самым счастливым парнем на свете, целует Минхо в лоб перед тем, как пожелать ему спокойных снов и уйти на концерт к товарищам. Следующее утро любителя пирожных вышло несладко, но не так хуёво, как предыдущий вечер. Негативные последствия вчерашнего были сняты таблеткой и стаканом воды. Только вот Минхо совсем не помнил, как он переместился из толчка в тёплую и мягкую кровать. Кажется, его это не сильно волновало, раз он нашёл в себе силы идти на зарядку. Ошибок прошлого мальчишка решил не повторять и на этот раз заказал салат вместо пирожного. Наестся этим, жаль, сложно, но это сейчас не главное. К слову, о главном. Он снова ищет его в толпе. Сам не знает, для чего ему это нужно, в прошлый раз парень после этого отравился, хоть и не уверен, что эти два инцидента как-то связаны. Не подумав дважды, он натыкается на светловолосого вновь. Только в этот раз Феликс не делает вид, что ему интересны разговоры мешков с мясом, которых он использует в качестве прикрытия, а поворачивает голову к Минхо. Его рот расплывается в улыбке. Его глаза кажутся светлыми и добрыми, такое впечатление он производит на Минхо. Они машут друг другу, а шатен улыбается впервые за... сколько? Почему? Мне так жаль, милый. Я обещаю, что всё будет хорошо. Приём пищи заканчивается, а обоим приходится разойтись по своим корпусам. Никто из них этого не хочет, но осознаёт только один. Ничего страшного, это временная жертва. Сегодня вечером лагерь устраивает классическое событие для всех собравшихся здесь малолетних идиотов — дискотека. Технически, алкоголь и наркотики проносить нельзя, но мы оба знаем, что мало кого это волнует. Так же, как и ты. Минхо пришёл только потому, что нутром чувствовал, что блондин с озера будет здесь. Голова у него почти всегда пуста, но в этот раз Феликс заполнил её полностью. И когда он наконец увидел его снова, то понял, что не зря. Он выглядел потрясающе. Блестящие белые волосы свисали с плеч, а всё тело двигалось в такт тошнотворной музыке. Плевать на музыку, его движения и тело будто сконструированы Богом. Ничто кроме него не имеет значения. Да и не видно ничего кроме него. Все остальные растеклись по пространству, полностью размыты в поле зрения, стали одной серой массой, коей, в принципе, и являлись всё это время, только сейчас ты чётко это видишь. Минхо тонет в глазах Феликса так же глубоко и быстро, как его отец утопился в океане. Только мой океан теплее, заботливее, и безопаснее. В нём ты утонешь навсегда. Я уверенно иду к тебе из непрерывно движущейся толпы. Музыка, наверное, очень сильно бьёт по ушам сейчас. Я постараюсь сделать так, чтобы ты меня услышал. Зрачки расширены, дышать почти невозможно, но Минхо и не нужно. Сейчас ему всё равно на причины этого состояния, и на то, что он не помнит, что пил. Сейчас он хочет задохнуться. Он хочет, чтобы Феликс забрал его с собой. Минхо думает только о том, как хочет залезть блондину в душу, и не возвращаться к нормальной жизни больше никогда. Они дышат друг другу в рот и ни один не смеет отстраниться. — Ты знаешь моё имя, Ли Минхо. Произнеси его для меня. — Знаю, Феликс... Кажется, я знал его всю жизнь.