The show must go on

«Шоё» звучит как прибережный шум. Атсуму перекатывает на языке это имя снова и снова, выговаривает, позволяет ему пройти весь путь от легких и до самых губ, чтобы прозвучать в итоге, как волна, разбивающаяся о песок пляжа. Атсуму не привыкать к этому звуку: побережье дня него - второй дом, защита от проблем, место для мыслей, кабинет психолога. Шум волн для него это колыбельная и успокоительное, и лучшая мелодия. Повторяя имя центрального блокирующего Карасуно, Атсуму кажется, что он прокатывает на языке соленую волну. «Хината» звучит как солнце. Ослепляющее, отражающееся бликами в воде, яркое, сильное, живое. На такое выйдешь без защитного крема и сгоришь заживо. Атсуму тоже сгорает, чувствует, как плавиться легкие, рот, язык, губы, когда он говорит эту фамилию. Ему кажется, он прикасается к солнцу, пробует его на вкус, пытается выпить его до дна, а потом вытолкнуть обратно, потому что горячо и обижает. «Хината Шоё» звучит, как будто солнце ласкает своими лучами прибережные волны. Это звучит как море, как свобода, как небо, как полет, как волейбол, как дом. Как что-то бескрайнее, бесконечное и вечное. Столь вечное, как океан. Хината Шоё. Солнце и море. Бескрайние воды. Атсуму думает, что, закрыв глаза, он сможет почувствовать запах соленой воды, раскаленного песка, нагретой на солнце кожи. Наверное, поэтому Атсуму так легко принять тот факт, что этот сумасшедший монстр вдруг уезжает на другой конец мира, чтобы играть в пляжный волейбол. Мия почему-то совсем не переживает, будто каким-то шестым чувством знает, что Хината вернется. Он не чувствует страха, но чувствует странное возбуждение, когда представляет себе Шоё на фоне бразильских пляжей. Может ли быть картина идеальней? Атсуму, наверное, слишком влюблен во всю эту океано-морскую тематику. Он буквально жить не может, если по близости нет никакого водоема и он именно тот друг, который будет надоедать вам поездками на пляж. Осаму, который прожил со своим близнецом большую часть жизни, но вот совершенно не проникся особой любовью к морским пейзажам, может лишь посочувствовать его новым друзьям. Возможно, его брат в прошлой жизни был водоплавающим. Иногда, когда Атсуму его особенно достает, он думает, что тот и в этой жизни не далеко ушел — вполне вероятно он какой-то тунец под прикрытием. Осаму и правда всем сочувствует, но сделать ничего не может. Кроме, разве что, приготовить для них чуть больше онигири. Возможно, всё немного выходит из-под контроля, когда Атсуму находит инстраграм Хинаты. Вдруг оказывается, что тот не особо любит фотографироваться, но с радостью делиться фотографиями пляжей и видов. Мия жадно осматривает каждое фото и совсем чуть-чуть завидует. Эй, он тоже хочет пробежаться по горячему песку, искупаться в теплом океане и чтобы солнце ласкало его кожу! Он совсем немного шипит на новое изображение, кутаясь в пуховик и шарф, потому что в Японии уже похолодало. Атсуму думает, что сорвал джек-пот, когда Хината Шоё (чье имя все еще звучит, как солнце и море) становится его доигровщиком. Его. Е г о. Атсуму в этот момент хочет сделать что-то особенно глупое, потому что только так можно сдержать рвущееся наружу восхищение. — Шоё-кун, я хочу подать тебе, — говори он сразу же, как тренер заканчивает представлять нового игрока. Господи, да какой же он новый? Его тут половина команды знает и Атсуму откровенно плевать на все слова, просто отпустите их уже поиграть. Его новый нападающий пробивает все поданные ему мячи, и теперь даже самые мелкие песчинки сомнений вымыты из разума Атсуму волной под названием Хината Шоё. Играя с ним, Мия думает, что он каждый раз тонет в глубинах океана под палящим, обжигающим солнцем. Атсуму к своим двадцати трем смиряется с тем, что никогда не найдет человека, полностью разделяющего его образ жизни. Он признает, что любит волейбол гораздо больше всего прочего. Некую часть этой любви перебирают на себя водоемы и пляжи. Часть он оставляет под еду. И совсем чуточку под того самого «любимого человека». Но, боже, его ритм жизни и требования такие, что найти этого человека не так-то просто. Атсуму не признается даже себе, что уже несколько лет испытывает интерес к одному конкретному человеку и, возможно, то пустое место, отведенное под любовь к другому, уже занято. Осаму возводит глаза к потолку, думая, что его брат тот еще идиот, потому что все уже давно всё поняли, готовит онигири и отправляет близнеца на пляж. Подальше от людей, поближе к природе. Возможно, таким был план богов, Атсуму не знает, но то, что он встречает Шоё именно здесь, в этот день, в это время суток совершенно не кажется случайностью. Хината бросает на него заинтересованный взгляд, а после расплывается в улыбке и делает несколько шагов навстречу. Мия не верит свои глазам: сейчас, черт возьми, раннее утро, на пляже достаточно прохладно и у них первый выходной после серии тренировочных матчей, а Шоё здесь, на пляже, как и сам Атсуму. Шоё и правда выглядит очень гармонично поблизости с водой и картинка в голове Тсуму наконец встает на место. Он вздрагивает и немного отшатывается, когда осознание лампочкой зажигается в его сознании. Быть не может… В этот день он делиться своими онигири с Шоё, разговаривает с ним о волейболе и они даже немного перебрасываются мячом. Возвращаясь домой, Атсуму чувствует себя немного захмелевшим, а имя Хинаты все еще отдает вкусом морской воды. Спустя еще две-три встречи он узнает, что Хината хотел бы жить поблизости к морю, заливу или порту, чтобы иметь возможность вот так выходить на пляж. Атсуму также узнает, что он скучает по теплу Бразилии и оживленной пляжной жизни. Тогда Атсуму решается и приглашает его сыграть в пляжный волейбол (Шоё никогда не узнает, как Мия угрожал остальным членам команды, чтобы они поехали с ними). Спустя еще примерно месяц, Атсуму уже не мучается сомнениями по поводу своих чувств к Хинате и вообще думает, что человека лучше он не встречал. Когда он говорит брату, что, кажется, нашел свою любовь, Осаму смеется и называет его тупым тунцом, за что получает затрещину, и они в итоге дерутся. Да даже Бокуто и Сакуса посмеиваются над Атсуму, когда тот зависает, смотря на Шоё. Атсуму совершенно не умеет ничего планировать, поэтому признание происходит так спонтанно и неловко, что те несколько секунд, пока Хината молчит, Мия думает о том, что утопиться — не такая уж плохая идея. Когда Шоё, смущенный, раскрасневшийся, мнущий в руках край футболки, отвечает ему согласием, Атсуму думает, что ему больше не нужно ни солнце, ни вода. У него теперь есть свой личный океан.