"В мента влюбляться – себя не уважать" ©️ Чайльд Аякс Тарталья.

«Земля нагрелась» — всю дорогу до кабинета Дилюка в голове Тартальи было только это. Если он не будет осторожнее со своими словами, то следующим на столе Альбедо будет он. Или, ещё хуже, кто-то из его семьи. Этот безумец точно узнает где живёт Чайльд, сможет подгадать нужный момент и тогда… Он ударит по самому важному и дорогому, что у Аякса есть на этом свете! Звёзды, а что, если его следующей жертвой может стать Тоня или Тевкр?! Чайльд бы схватился за волосы, да только не может. Вместо крови будто смола, и все движения какие-то деревянные. — Что ж, начнём. — Дилюк берёт ручку, и Аякс бы подумал как красивы его руки, да только не до этого. Рыжий смотрел в пол, видимо, обдумывая то, что он увидел. — Кем была Синьора в Фатуи, кем она приходилась тебе и как часто вы пересекались? — Синьора — Восьмая предвестница… Была ею. Виделся с ней чаще, чем с Царицей, потому что именно Восьмая передавала волю Её Величества, я уже говорил это тебе. — взгляд Тарталья так и не поднимал, что Дилюку показалось странным. Обычно Аякс старался заглянуть Рагнвиндру в глаза, когда о чём-то говорил, а теперь даже не смотрит. И голос у него как-то тише стал. Да и сам Чайльд какой-то поникший, даже к кофе не притронулся. — Скажешь что-нибудь новое? — теперь уже Дилюк пытался заглянуть в синие глаза, но непослушная рыжая чёлка мешала. — Эй, посмотри мне в глаза. — Рагнвиндр будто переступал через свои принципы обращаясь к нему более мягким голосом. Вспоминая слишком очевидную для Дилюка симпатию Тартальи, он решил попробовать выбить из него информацию по-другому: — Если ты мне расскажешь ещё что-нибудь об этом, то мы… пойдём на свидание. «Свидание? Серьёзно?! В такой-то ситуации ты предлагаешь мне на всё забить, выложить тебе всё, что знаю о Прекрасной леди и Царице и пойди с тобой под ручку на свиданку?!» — Ты ведь понимаешь, что следующим может быть кто угодно? Что если это будет мой младший брат или сестра?! Что если это будет кто-то из моих родителей или старших братьев?! Ты говорил, что если я буду помогать тебе в следствии, то смогу избежать тюрьмы, но что если я просто не доживу до суда, потому что это сумасшедший ублюдок убьёт меня? Поверь мне, он запросто это сделает! Ему это как два пальца обос… об асфальт! — Так ты боишься за свою жизнь.? — Да это-то тут причём? Вдруг он выследит Тоню, изнасилует её и убьёт?! И палец мне по почте отправит в качестве подарка? — взгляд Тартальи был диким, зрачки метались и зрительного контакта он почти избегал. — Прости, генерал-лейтенант, но жизнью своей семьи я рисковать не готов. — он тяжело дышал от нервного всплеска, плечи его опустились и он уже было повернулся к выходу, как Дилюк сказал: — Если я обеспечу твоей семье безопасность от этого недомафиози-маньяка, ты продолжишь сотрудничество? — Не знаю… Если действительно сможешь, то да. И на это твоё свидание тоже пойдём. — юноша покидает кабинет в смешанных чувствах: с одной стороны он и рад, что его симпатию не оставили без ответа, а с другой стороны — во время такого пиздеца он вообще не готов к тому, чтобы личную жизнь налаживать. Дилюк был в не менее сложных эмоциях. Этот рыжий действительно согласился? Любовь творит с людьми страшные вещи…

***

Он считал это полным провалом. Потери, которые были недопустимы, превышали все возможные лимиты.

Кэйа считал, что раз уж брат в вынужденном оплачиваемом отпуске, то ему бы не помешала помощь специалиста после пережитого «опыта», который приходил к нему в кошмарах чуть ли не каждую ночь. Он практически насильно отвёл Дилюка в кабинет психолога.

— Это ваш первый раз, мистер Рагнвиндр? — мужчина в возрасте смотрел на Дилюка, собрано сидпвшего на тахте напротив, через толстые линзы очков.

— Что? — прекращая игру в гляделки, Рагнвиндр моргает.

— Приём у психолога. Вы уже раньше бывали у специалиста?

— Нет. Не было необходимости. — прочистив горло ответил красноволосый.

В кабинете вновь повисла тишина. Дилюк вспомнил, как Люмин отправляла какую-то чёрно-белую картинку с двумя молчавшими мужчинами друг напротив друга, говоря об «очень интеллектуальной беседе». Назвала она эту картинку фреймом манги. В подробности Рагнвиндр не углублялся, но ситуация до абсурдности похожая. Только человек напротив него не носит шапку-ушанку, а он не в пальто.

— Расскажите о вашем самом ярком воспоминании из детства. — просит врач.

— К чему это? Вы думаете, что мои проблемы идут из травмированного детства? — поза его стала только напряжённей. — Я здесь не из-за «проблемного прошлого».

— Вот как? Тогда в чём же причина вашего визита?

— Я… Пережил несколько травмирующий опыт на работе. — признаётся он, — Это была моя первая спецоперация и она была провалена. Выжило только двое…

— Ох, вот как…

И с чего он вообще это вспомнил? Дилюк ворочается в кровати, но так и не может заснуть. Наверное, это воспоминание о походе к психологу — одно из смущающих, которые люди вспоминают ночью и думают «какой же позор…». Дилюку не нравится вспоминать такое.

***

Дотторе понимает с чего Царица вызвала его к себе. Дотторе знает, чем это чревато. Да, он нарушил одно из правил Фатуи. Да, заказал убийство её, если не правой, то левой руки уж точно. И Её Величество позвала его явно не чтобы похвалить. Но Доттоте действовал так только чтобы крысёныш прекратил, иначе поплатится. Признаться честно, Доктор хотел бы разобрать его на органы, но пока он не может себе эти позволить. Царица очень расстроится, если её любимый щенок пострадает… Поэтому нужно, чтобы Её Величество сама возненавидела «опиздюлятора». — Ваше Величество, — проходит к Царице, оставляя между ними приличное расстояние. Рука на сердце, поклон головы и Иль Дотторе встаёт на одно колено, не поднимает головы пока ему не позволят. Доктор не сразу понимает, что в помещении светло и рядом с Царицей по правую сторону стоит Пьеро. Женщина поднимает руку и Педролино быстро спускается к Третьему. Заносит руку для удара и бьёт Доктора по лицу. Иль Дотторе сжимает зубы, терпя сильную боль. Поднимает взгляд и видит безразличие на лице первого и гнев на лице женщины. — Оставь нас, Педролино. — произносит она, сдерживая себя от того, чтобы самой не избить Третьего. Пьеро тут же исполняет просьбу Её Величества. Женщина долго и пронизывающе смотрит на Дотторе. Никогда он ещё не испытывал такого страха перед изящной дамой. И даже осознание того, что это первая личная встреча, когда он видит образ Царицы меркнет на фоне того, какой страх она вызывает из недр его существа. Она будто замораживает его своими синими очами. — Осознаёшь ли ты, что сделал? — голос кажется безучастным и спокойным, но Третий знает, что всё это блеф и сейчас Царица просто взрывается от гнева. — Мне плевать на твои причины. И что ты собирался делать после убийства… — Я не причастен. — Дотторе позволяет себе перебить речь Её Величества, выбеливая себя. — Уверен, это был несчастный случай, либо же… Это сделал наш крот. В любом случае, к тому что произошло с Прекрасной леди я не имею никакого отношения. Простите мне мою дерзость, Ваше Величество. Царица медленно спускается к Дотторе и рукой тянется к его подбородку. Прикосновение высокой женщины нежное, руки будто бархат. Она слегка поглаживает его, руки переходят на щёку, а после тянуться к макушке и как можно крепче ухватывается за волосы, и Третий уже сомневается в том, что хочет сделать блондинка. Она немного отодвигает его голову назад, а после заносит для удара о колонну. Висок пронзает острой болью от соприкосновения с мраморной поверхностью. — Это тоже несчастный случай. — отпуская его голову, Царица отряхивает руки будто от пыли.

***

В очередной раз осматривая тело Розалины-Кручки по просьбе Дилюка, Альбедо замечает странный порез. Как раз на запястье той левой руки, которая так возмутила рыжика. Внимательно осматривая их, они будто становились похожими на «11». Но ведь это же бред! Зачем бы ей понадобилось заниматься фигурной резьбой по своему телу? Значит, дамочка не сама себя сначала порезала, а потом пристрелила. Значит, это сделал кто-то посторонний. Да и по анализам намешала она в себя всякое… Убийца требующий внимания? Они что, в сериале или бульварном романчике? Разжав руку жертвы, Рэйнтодирр находит какой-то клочок бумаги. Почерк трудный, буквы пляшут, ещё и испачкалось немножко. Судмедэксперт решает, что разбирать эти закорючки будет не он, а Рагнвиндр. А что? Дело же Дилюк ведёт, вот пусть сам и расшифровывает!