Как Учихи день рождения отмечали

      Итачи сидел в своей комнате и старательно заворачивал подарок для Шисуи в красивую нежно-сиреневую упаковочную бумагу, на которой были изображены узкие белые полосы. Из его рта свисал моток небольшого прозрачного скотча, в то время как он бережно, стараясь не повредить и не порвать бумагу, упаковывал содержимое. Добившись устроившего его результата, Итачи отрезал полосочку скотча и надежно закрепил им торчавшие края. Идеально! Он засмотрелся на милый сверток в своих руках, взгляд остановился на самодельной бирке, где располагалась написанная витиеватым каллиграфическим почерком фраза «Для Шисуи». Итачи невольно улыбнулся, представляя образ того, кому предназначался этот подарок. Шисуи и Итачи состояли в отношениях, но в клане никто об этом не знал. Они не афишировали их, таким образом избегая лишних вопросов, но с каждым годом это давалась им все труднее и труднее. Тяжело оставаться незамеченными, когда истинные чувства ненароком вылезают в тех или иных ситуациях… Итачи устало вздохнул и стал собираться на торжество своего тайного любимого. Расчесав длинные пряди угольных волос, он собрал их в низкий хвост и украсил изящной заколкой-палочкой с опалом, к слову, являвшейся презентом Шисуи. Камень переливался при малейшем попадании солнечных лучей и создавалось впечатление, что в нем заключалась настоящая радуга — столько различных отблесков появлялось при преломлении света. Эти переливы невероятно сочетались с волосами Учихи, благодаря чему он получал немало комплиментов в свой адрес. Шисуи даже в шутку однажды сказал, что зря подарил ему заколку, ведь теперь на Итачи заинтересованно смотрят еще больше людей чем раньше…       Наконец Итачи взял подарок, обулся и вышел из дома, направляясь к назначенному месту. По плану сбор был в 14:00 у центрального парка квартала Учих. Кроме него и именинника обещали прийти также Изуна, Обито и Саске. Подходя к месту, он издалека отметил, что почти все собрались. Итачи прибыл предпоследним. Шисуи, Изуна и Саске стояли втроем и что-то обсуждали. Шисуи при виде Итачи расплылся в привычной мягкой улыбке. — Всем привет! — поздоровался Итачи, пробегаясь взглядом по соклановцам, и затем обратился к возлюбленному. — С днем рождения, Шисуи! — от души поздравил он его, протягивая драгоценный подарок. — Спасибо, Итачи, — со слишком очевидной нежностью в голосе поблагодарил его старший Учиха и заключил в объятия, которые продлились дольше положенного дружеского. — А нас ты так не обнимал, — фыркнул Изуна, подмечая это. — И слава богу… — отозвался Саске, прикрывая глаза. — Ни за что бы на это не подписался. Как брат только позволяет ему… Итачи усилием воли пересилил собственное желание остаться в кольце теплых сильных рук, под которыми он каждый раз трепетал, едва они касались его тела, и смог отстраниться. Лицо его при этом было непроницаемо. — Саске, — с предупреждением неодобрительно протянул Итачи. Ох уж этот несносный младший брат… С тех пор как он переехал из отцовского дома, Саске чуть ли ни любое его действие воспринимал в штыки, но что хуже это распространялась иногда и на Шисуи, как сейчас, а этого Итачи спустить не мог даже братишке. Он знал, что отото не понимал причин переезда и скучал, но пора бы ему уже повзрослеть. Итачи не намерен был всю жизнь потакать его прихотям. На удивление Саске больше ничего не сказал и лишь цыкнул, закатив глаза. — Зачем мне вас обнимать? Итачи — мой лучший друг, поэтому ему все самое лучшее, — ответил Шисуи, сводя все к шутке и пропуская мимо ушей слова Саске, а сам с досадой во взгляде нет-нет да поглядывал украдкой на своего Учиху. Еще бы — тот сегодня был необычайно привлекателен. В волосах сверкала подаренная им заколка. От ее вида у Шисуи сразу потеплело на сердце, потому что несколько лет назад он преподнес ее Итачи на восемнадцатилетие. Клановая рубашка серого цвета подчеркивала его подтянутое худощавое тело и отлично гармонировала с молочным оттенком кожи, создавая иллюзию того, что кожа источает какой-то призрачный эфемерный свет. Рукав-кимоно доходил лишь до локтя от чего дразнил Шисуи, открывая его взору фарфоровые руки с узкими запястьями и длинными красивыми пальцами. Вспоминая, как целовал их по ночам, как они в напряжении сжимали и комкали простыни, именинник зарделся. Брюки были одного цвета с рубашкой и будили в нем не меньше неприличных воспоминаний, чем руки, так что Шисуи благоразумно не стал заострять на них внимание и просто как бы между прочим лишь скользнул взглядом. — Небось под этим «все самое лучшее» ты подразумеваешь себя? Сдается мне, ты немного перехвалил себя, Шисуи, — Изуна рассмеялся и все остальные подхватили смех. — Эй! — раздалось чуть поодаль, все повернулись на возглас. — Извините, опоздал. Долго ждали? — подбежал запыхавшийся Обито, нагибаясь вниз и упираясь руками в колени пытаясь отдышаться. — Обито! Ты как всегда в своем репертуаре, — Саске хлопнул старшего товарища по плечу, когда тот выпрямился. — Да просто я встретил… — Старушку с тяжелыми сумками, помог ей их донести до дома и из-за этого опоздал, знаем, — заворчал Изуна. — Откуда? — удивленно округлил единственный уцелевший глаз парень. — Каждый раз одно и тоже… — прикрыл рукой лицо Изуна не в силах объяснять настолько очевидные вещи. — Просто все знают о твоем большом везении на попутных старичков, нуждающихся в помощи, — вместо него ответил Саске. — Как и о том, что у тебя большое сердце, Обито. Ничего страшного, что ты чуть-чуть опоздал, помогая другому, — поддерживающе улыбнулся ему Итачи. — Итачи… — Обито состроил восхищенную моську. — Ты лучший! Не то что вредный Изуна… — Кого ты назвал вредным? А ну-ка повтори! — взвился Изуна. — Парни, хватит, не начинайте, — поднял в примирительном жесте обе руки Шисуи, пытаясь утихомирить пыл Учих. — Нам уже пора выдвигаться. Квест начнется через двадцать минут, а еще ведь необходимо добраться до площадки. К тому же давайте без драк и спаррингов в мой день рождения, договорились? — Извини, — буркнул Изуна. — У меня, видимо, вошло в привычку беситься на этого неисправимого болвана. — Ой, чуть не забыл отдать подарок! — воскликнул Обито и передал немаленький пакет, который держал все это время, в руки Шисуи. — С праздником! — Спасибо, Обито. А теперь выдвигаемся! — с энтузиазмом подбодрил компанию именинник и добровольный массовик-затейник сегодняшнего веселья.

***

— Вас четверо? — спросил администратор — моложавый мужчина средних лет. Он стоял за стойкой ресепшена, явно предвкушая в уме крики ужаса клиентов, которые ему доведется в скором времени услышать. — Да, — утвердительно кивнул Шисуи. — Я бронировал квест на 14:45 на имя Шисуи Учиха. Администратор дежурно повторил себе под нос фамилию клиента, ища ее в перечне других и протянул «ага», наконец найдя. — Что ж, перед тем как запустить вас в игровую зону я обязан провести инструктаж, — мужчина прокашлялся и начал. — У нас существует единственное и самое главное правило — пользоваться чакрой запрещено. Я выдам вам медальоны, минимизирующие ее выработку. Так как нельзя полностью блокировать течение чакры из-за угрозы вреда организму, то постарайтесь сдерживаться. Тем более, судя по тому, что вы носите фамилию Учиха, вы — шиноби. В связи с чем я еще раз подчеркиваю, — назидательным будничным тоном вещал администратор, — никакого использования чакры! — Это еще почему? — недовольно спросил Изуна. Саске незамедлительно поддакнул ему. Обито просто стоял в ожидании, не желая вмешиваться в разговор, а Шисуи еле заметно выдохнул, напрягаясь. Итачи же страдальчески чертыхнулся про себя, сетуя на нетерпеливость этих двоих. Что ни говори они были схожи не только внешностью, но и характером. Не спроста их частенько принимали за братьев. — Вы идете на частично контактный квест, — пояснил мужчина. — И что это значит? — не унимался Изуна. — Изуна, помолчи уже и дай человеку сказать, — Шисуи начал терять терпение. Даже его вечно спокойного веселого и доброго можно было вывести из себя. Итачи знал, что лучше этого не делать ибо раздраженный Шисуи бывает совершенно беспощаден. — Это значит, что в квесте участвует актер для более полного погружения в атмосферу происходящего. Физически взаимодействовать с вами при своем появлении он не будет, но его цель — напугать вас. Ради ее достижения ему разрешается только преследовать игроков. Однако в свою очередь вы от испуга можете забыть, что перед вами обычный актер, а в попытке защиты есть вероятность нанести никому ненужные увечья и травмы. Все это делается во избежание проблем, потому что прецеденты уже случались. — Ясно. На счет своего самоконтроля я не сомневаюсь, но вот что касается этого парня, — Изуна показал пальцем на Обито от чего тот побагровел от возмущения, мысленно обещая отыграться на нем позже, — я не уверен. — Это мы еще посмотрим, — беззлобно отозвался Обито, поправляя сползшую повязку, которая закрывала его недостающий глаз.       Администратор покачал головой. За годы работы он видел кучу таких же самоуверенных молодых людей. По обыкновению, в каждой компании стабильно попадался один человек, который сначала бахвалился, а потом выползал с игровой площадки прицепившимся как липучка к кому-то из своих друзей. Именно по сей причине администратор ухмыльнулся, догадываясь об исходе квеста для этого юнца. Он выдал каждому по круглому медальону на черном шнурке. Учихи повязали их на шеи и сразу почувствовали как чакра притупилась. — Так, теперь переходим непосредственно к самому квесту под названием «Миссия: спасение мира». Сюжет его таков: Десятихвостый возрожден. Вы проникаете в убежище того, кто стоит за этим злодеянием с целью найти информацию о запечатывании чудища. На все про все у вас есть час, — мужчина вышел из-за стойки и открыл железную массивную дверь, которая находилась напротив ресепшена, — желаю удачи.       Первым в темное пространство шагнул Шисуи, за ним Итачи с Саске, Изуна и Обито. Таким построением они продвигались по лабиринту из комнат, в глубь убежища, ища подсказки, ключи от дверей. Из-за подавленной чакры никто из них не мог активировать шаринган, но это было к лучшему. Благодаря его отсутствию играть было гораздо интереснее и ни у кого не возникало соблазна смухлевать. Вследствие наличия в команде Итачи, Учихи без особого труда разгадали предлагаемые им загадки, уловки и шифры. Его острый гибкий ум вкупе с логическим мышлением были неоспоримо полезны в мероприятиях подобного рода, но и другие старались не отставать — все вместе ломали головы над тем да над этим, чувствуя шевеление и напряжение извилин. В конце концов, собрав все недостающие клочки рукописной записки, оказавшейся страницей из дневника, они выяснили, что Десятихвостого возродил некий Орочимару, планируя захватить его бессмертное тело и завладеть силой всех хвостатых зверей, чтобы в дальнейшем продолжать эксперименты не просто на себе и других людях, а в мировых масштабах, посредством учинения глобальных катастроф и изменения мировых порядков. Помимо этого в ней сообщалось, что Орочимару, руководствуясь методом от противного, для возрождения Десятихвостого, пришлось изучить всевозможные способы его запечатывания, чтобы понять обратный механизм. Именно поэтому где-то в убежище находилась рукопись с подробным перечислением техник запечатывания монстра. Учихи бродили по коридорам, блуждая в поисках заветной рабочей книжечки Орочимару, как внезапно на них выбежало чудище. Неожиданное появление Десятихвостого напугало их, но громче всех вопил, как и предполагал администратор, Изуна. Все рванули обратно, в это время Шисуи даже успел в темноте ущипнуть Итачи за мягкое место за что ему ожидаемо влетело, а Изуна перед тем как убежать от актера, забывшись и испытывая прилив адреналина, машинально пнул его аккурат в живот. В итоге Учихи нашли записи Орочимару, благодаря им смогли запечатать чудище и управились за сорок минут вместо отведенного часа.       После квеста они увидели актера, который пугал их. Он вышел в костюме, со снятой маской под рукой. Парадокс заключался в том, что в темноте костюм казался угрожающим, но при свете дня оказался старым и довольно износившимся — из нескольких мест торчал поролон, где-то виднелись перекрашенные не один раз участки и приклеенные части… Изуне было крайне неловко, особенно если учитывать его поведение до начала игры. Он извинился перед актером, а Шисуи пришлось заплатить штраф за пинок товарища. Изуна затем виновато попросил прощения и у именинника, обещая вернуть ему все до последнего ре. Остальные хохотали, глядя на непривычно покладистого соклановца. — А-а-а! — передразнивал Обито Изуну по пути в поместье Учиха. — Ты так вопил, у меня аж уши заложило. Никогда бы не подумал, что ты на такое способен, — парень засмеялся, хватаясь за живот. — Завались и топай, Обито, если не хочешь огрести от меня, — кинул на друга зловещий взгляд Изуна и пригрозил в воздухе кулаком правосудия. — Боюсь-боюсь! — парень изобразил наигранный ужас. — Если ты забыл, то у нас сегодня, благодаря Шисуи, мораторий на драки. Ничего ты мне не сделаешь! — Обито скорчил рожицу, на что Изуна лишь досадно скрипнул зубами, осознавая его правоту. — Как дети малые, — покачал головой Саске, обращаясь к Итачи. — Кто бы говорил, — улыбнулся старший брат. — Кажется, это ты здесь самый младшенький в нашей компании, тебе же семнадцать. — Я хотя бы не веду себя словно неотесанный генин, — хмыкнул в свою очередь Саске. — Ты прав, Саске, — подключился к разговору Шисуи и широко улыбнулся. В такие моменты лучший друг Итачи напоминал ему Наруто. Проскальзывало временами что-то похожее. — Поэтому я пригласил тебя — чтобы был еще кто-то адекватный. — А я то думал, что удостоился приглашения из-за того что являюсь братом Итачи… В мыслях Шисуи восхитился проницательностью юноши. Видимо, он был такого же склада ума как Итачи. Однако вслух Шисуи решил не признавать, что Саске по большей части, конечно же, попал в самое яблочко. — Я пригласил тебя на день рождения, чтобы ты повеселился со всеми нами, а сейчас извини, я украду у тебя Итачи на пару слов. — Валяй, — сказал Саске и ушел вперед, нагоняя Изуну и Обито. Когда Саске отошел достаточно далеко Шисуи склонился к любимому, щекоча дыханием его ухо, и прошептал: — Жду не дождусь того момента, когда открою твой подарок. Ты его так красиво упаковал и даже выбрал мой любимый сиреневый цвет для обертки, но… Я ведь получу сегодня что-то еще, Итачи? — с этими словами Шисуи провел горячим языком, очерчивая им полукруг верхней части уха. Тот на секунду зажмурился от удовольствия, наслаждаясь кратким мигом, пока остальные Учихи ничего не подозревали. — Проявишь терпение — узнаешь, — Итачи, флиртуя, закрутил на указательный палец короткую вьющуюся прядку волос. Шисуи закусил губу, борясь с желанием поцеловать его здесь и сейчас, однако это было слишком рискованно. — Слушай, я еще пригласил кое-кого, — признался парень. — Что? Кого? — удивился Итачи. — Я заметил, что у этих Учих, — Шисуи взглядом указал на идущих впереди товарищей, — есть какой-то интерес к клану Сенджу… Мне показалось это занятным и я решил позабавиться. Должны прийти Тобирама, Наруто и Какаши. Каждому Учихе по Сенджу и никто не останется один! Так мы сможем с тобой уединиться, когда придет момент, а они даже не заметят нашего исчезновения, потому что им самим скучать и сидеть без дела не придется. Ну как? Здорово я придумал? — И когда же ты успел переквалифицироваться из шиноби Конохи в Амура? — Буквально вчера, — подмигнул ему возлюбленный. — Возникло непреодолимое желание поделиться своей любовью с друзьями, открыть им глаза на истинное счастье, — произнес он это с эпика-героической интонацией, будто действительно был посланцем всех известных богов любви. — Они точно будут шокированы при виде Сенджу, — хихикнул Итачи, проникаясь авантюристским духом Шисуи. — Намечается веселый праздник.