Дни наполненные "счастьем"

Холод, зима, и новогоднее настроение. Давайте отойдём от наших суровых фантазий, и перенесёмся в интересную, новогоднюю ночь. Дом медленно наполнялся шумом и разговороми, а с кухни волнами доносились ругательства. Кто вообще пустил её туда? Брялок носилась по всей кухне, в поисках майонеза, так как считала что салаты без майонеза - не салаты. По другую сторону кухни - курица. За ней надо было следить.... Но она мирно подгорала в духовке, пока запах горелого не достиг всех находящихся рядом. Под горячую руку попала Нансенсу. —Какого чёрта ты просто стоишь?! — Высказывая всё своё недовольство в лицо ни в чём не повинному клубку мыслей, блюдо продолжало покрываться корочкой угля, пока одна из присутствующих в той комнате не подошла, и не выключила духовку. Сока аккуратно достала противень с полностью обугленной курицей, украшенную таким же картофелем. Поставив её на стол, все находящиеся там подошли посмотреть на творение «шефа». И они были мягко говоря расстроены. То, что, пеклось в духовке было самым главным и большим блюдом на застолье. Все молча обернулись, и угрожающе посмотрели на Побрякушку, ожидая оправданий. Брялок, Наблюдая остатки того, на что потратила так много времени, злилась ещё сильнее. В отчаянии она покинула кухню, и направилась к выходу, браня и швыряя все подряд. Это выглядело глупо. Где то в углу незаметно стоял диван, на котором отсиживались те, кого новогодняя суета не устраивала, либо та обошла их стороной. Устроившись на краю мебели, Кнайф задумчиво смотрел на Бутылку, что забирал всё внимание разговорами у Лампы. Их светские разговоры прервал громкий топот и разъярённый визг. — Ты видел это, да?! — Ловко запрыгивая на диван, Красный клубок начала разговор не с приветствия, а с… — А она просто стояла! Ну ты представляешь, да?! Она же видит, что происходит! Помогла бы мне! Какого ху- — Перекрыв источник вечной агрессии ладонью, Бутылыч обеспокоенно смотрел сначала на неё, а потом на всех тех, кто наблюдал за этим. В это время, Брялок агрессивно пыталась выкрикнуть очередное ругательство. Но теперь кто-то слишком сильно за неё беспокоился. Самыми тихими оказались Сока и Чарджери, те готовили печенье. Им удалось удачно воспользоваться отсутствием "шефа" и завладела духовкой. Напитками занималась компания около барной стойки: — Вы видели?! Тридцатилетний коньяк! Вот это я понимаю! — Куросан восторженно смотрел на бутылку. — Ща такие шоты забабахаем. Ух! Кайпиросочку, Космополитен можно, морской бриз хорош… Ладно, я думаю списочек сейчас составлю... Пикчеру с Клеви было тоже не скучно. К ним уже подошёл Замазыч. Нашему белому другу было вообще-то то не очень интересно, но тем не менее это было лучше, чем спать на диване. — Не отпустило ещё? Хах! — Кнайф решил высмеить бунтующий Красный клубок. Это были его первые слова за этот час. И видимо последние. Бутылыч резко отдёрнул руку от её рта, как только почувствовал, что она его… Укусила? Пользуясь этим, та снова вскрикнула. — Пошёл нахуй, урод! Только твоих слов тут не хватало! — Кричала она так долго, что невыносимый крик перешёл на более невыносимый визг. Лампа раздражённо взглянула на Ножа, зовя того «отойти». В ответ ей показалась лишь усмешка. Не показывая ничего повторно, та встала и схватила его за запястье, силой утащив в одну из дальних комнат кладовки. С полок свисали оставшаяся мишура, а в коробках мирно зазвенели ёлочные игрушки. — Попробуй только ещё раз заговорить с ней так! — Отчитывая Ножа как своего сына, та ухватила его за правую щёку. На другой же красовались многочисленные результаты побоев. Да и та часть под рукой не осталась без них. Многократно указывая на его ошибки, та снова хотела пристыдить его за то, что её забота была ни о чём. — Угх… Хорошо — хорошо!.. — Послушно соглашаясь, тот положил свою ладонь на руку Лампы. Она его пустила. — Просто я не та, кому ты безразличен.— Будто обиженно сказала Светило, и вышла оттуда, хлопнув дверью. Мешура всё-таки упала на пол, а елочные игрушки были на грани своего падения. Слегка поправивив еловые украшения, Кнайф аналогично покинул кладовку, уже не закрывая комнату. Брялок сидела, прижавшись к бутылке и виновато смотрела в пол. Не верится, но кому-то удалось все таки её успокоить. Лампа подошла к барной стойке, аккуратно присаживаясь, и как ни в чём не бывало начала улыбаться — Ох, Куро! Видимо, ты уже нашёл себе занятие на этот час? Можешь и мне чего нибудь налить? Выпечка удивлённо осмотрела Лампу, ища подвох. А дальше, он легким движением достал бутылку шампанского, а после и бокал. Красиво оформлил «заказ», и заметил, что находится на другом конце стола от светобульбы. Ловким движением толкая напиток, тот проскользил по столу, не пролив и капли. Голубая оттдёрнула руку, сразу после того, как леденящий бокал дотронулся её. — Не думал, что ты пьёшь. — Ухмыляясь, Куро сделал пару шагов назад, облокотившись о стенку. Лампа лишь пожала плечами, и, запрокидывая голову, влила в себя всё содержимое, мило улыбаясь. Замазыч, что сидел рядом, почувствовал что — то неладное и поспешил съебаться отуда. Кнайф снова развалился на диване, теперь уже как и Брялок виновато засматриваясь куда-то. Минут через 10, громкий зов из кухни привлёк к себе внимание. Несколько участников готовки выносили большие блюда, дабы хватило на всех. В исключение пошла только курица с картофелем. К красиво сервированному столу начали подходить празднующие. Неуклюжа вставая из-за барной стойки, Лампа снова поблагодарила куросана за ещё несколько напитков, и вместе пошли к месту празднования. Стоя перед столом, та выискивала своего «партнёра», в то время как он жадно поедал салаты. Садясь к нему поближе, та положила голову на плечо, и расплылась в улыбке. — Ты… Пила? — он всё больше хотел спросить о количестве выпитого. — Пила как не в себя. — Сказал за пьяную Лампу Куро, сидящий напротив. Даже не затевая разговора с ним, Кнайф просто сквозь полусонные, пьяные глаза смотрел на происходящее. Француз удивился такому поведению отброса, но быстро забыл, ведь менее чем через час произойдёт то, зачем все здесь собрались. Блюда быстро сметали со стола, а успевшие спиться лежали на друзьях, столе, или под столом. Теперь пустующий стол и персоны за ним были увлечены светскими беседами. Пока кто — то из них не начал громкий отсчёт, начиная с 20 секунд. Все присутствующие подхватил темп подсчёта, и до праздника оставалось не так много. -Пять! - уже хором выкрикивали участники.. -Четыре - Куросан и Кнайф возбуждённо поднимал бокал с шампанским -ТРИ! ДВА! ОДИИИН! Бой курантов в телевизоре, звон бокалов, разговоры - эта та новогодняя суета, которая объединяет нас всех. Новый год - тот же день рождения, но его празднует не один человек, а человечество. Живите и радуйтесь! С Наступающим Новым годом!!