Глубокий вздох.

Скарамучча сидел в достаточно расслабленной позе, само собой, он уже давно заметил девушку, в момент, когда двери раскрылись, но решил не подавать виду — пусть сама здоровается. Юноша упорно делал вид, что совершенно не заинтересован в разговоре. Но терять уже было нечего, поэтому Люмин сделала глубокий вздох и начала. — Привет, я смотрю ты давно тут сидишь, — девушка держала руки за спиной, всячески перебирая их. Парень же просто перелистнул страницу книги, ни на минуту не отвлекаясь от прочтения. — С самого утра — если это имеет значение. Можешь просто сесть и сказать что хотела. — Я хотела с тобой поговорить, а точнее… извиниться за вчерашнее… Люмин присела на кресло и не понимала что ей делать дальше. Что говорить, куда деть руки, куда смотреть — она всего этого не знала. — А разве тебе есть за что извинятся? — Парень опустил книгу и посмотрел девушке прямо в глаза. Выражение его лица было чрезвычайно спокойно и даже равнодушно. Честно говоря, этот вопрос поставил девушку в тупик. Она уже почти сформулировала фразу, что крутилась у неё на языке, но увидев взгляд Скарамуччи и прокрутив его слова в голове, она растерялась. Девушка, будто нервно, повернула голову, лишь бы не встречаться с ним взглядом. О чём она только думала, когда шла сюда? — И чего ты замолчала? Хотела говорить — разговаривай, тебя тут никто не держит. После этой фразы девушка начала нервничать ещё больше, мозг начал думать, что нужно как можно быстрее задать вопрос, и под влиянием нервов Люмин быстро протараторила эту фразу: — Зачем ты поспорил с Аяксом на меня? — Чёрт. Это совсем не то, что она хотела сказать. Этот вопрос не должен был звучать прямо сейчас. Зачем она начала разговор именно с него?.. Сейчас блондинка ненавидела себя больше всего на свете. Люми повернула голову в сторону парня, надеясь на худшее, но всё было не так уж и плохо. По крайней мере, она так думала. Парень же очень сильно напрягся и сделал невероятно глубокий вздох. Несмотря ни на что он всё же, как всегда, сумел сохранить равнодушие и нашёл чем ей ответить. — Зачем ты переспала с Аяксом в тот же день? — не нужно было пояснять слова: «В тот же день», девушка и так всё поняла. Скарамучча считал, что выглядит максимально равнодушно, даже не понимая с какой злобой в голосе прозвучали эти слова. Он не понимал до какой степени напряглось его тело. Понимал только то, что ещё два слова — и выйдет из себя. — Я думала… ты ушёл? — конечно же девушка так не думала, она просто не знала, что ещё ему на это сказать. И вот, громкий звук закрывающейся книги и скрип половиц. Четыре слова он всё-таки не выдержал. Парень резко встал с кресла и подошёл прямиком к девушке. Он крепко поставил руки на подлокотники с двух сторон, тем самым не давая ей уйти. Самое ужасное, что он мог сделать, это создать зрительный контакт, от которого Люмин будет не по себе, и именно это он и выполнил. Скар был зол, он смотрел девушке прямо в глаза. Выражение лица парня выглядело в привычной озлобленной манере — в особенности, когда он чем-то яро раздражен. Суженые зрачки, напряжённые брови, а вот интонация была другая. Когда он начал говорить, голос его стал настолько наигранным, что девушке хотелось провалиться под землю от стыда. — Ты знаешь, я отчётливо помню каждый ваш вздох и стон, помню каждое: «Чего же ты такая нетерпеливая стала?» «Может, помочь, а то у тебя руки заплетаются?» «Прекращай пиздеть и просто начни уже». Я просто не понимаю что тебя на это сподвигло. — Я просто хотела, чтобы тебе стало обидно из-за того, что ты на меня поспорил! — Девушка перебила парня, выкрикивая эту фразу, лишь бы он остановился. И вот, пару секунд на осознание — и парень взбешён как никогда. — Боже, Люмин! Я просто не понимаю, что у тебя, блять, за привычка, ебаться с кем попало назло кому-то. Ты ведешь себя по-детски, просто зачем? Я не понимаю твоё поведение, может, в твоей жизни просто не хватает ёбли, как у течной суки, знаешь? Или, может, хочешь быть похожей на эту шлюховатую девчонку с длинными волосами, как её там… Мона? — Прекрати, пожалуйста! — зарёванный голос остановил парня. Он всё это время смотрел на неё и так заговорился, что даже не заметил слёзы на её глазах. Тут он понял, что действительно стоит остановиться. Скарамучча медленно убрал руки и ровно встал перед ней Девушка плакала и с каждой минутой этот приступ продолжал увеличиваться до такой степени, что она уже захлёбывалась в своих слезах, но что-то останавливало её в этой библиотеки и Люмин никак не могла уйти. Скарамучча действительно не знал что делать в таких ситуациях… Он прождал минуты две, успокоился и решил продолжить говорить. Парень уже не смотрел на девушку и не надавливал на неё своим ненавистным голосом — теперь юноша решил говорить спокойно. — Знаешь, я поспорил с Аяксом в сентябре. Тогда-то я тебя впервые и увидел, первого сентября. Ты подбежала к нему, вы о чём-то там поговорили, потом ты ушла и он задал мне вопрос. Что-то вроде: «И как она тебе?», или вроде того, в общем, не важно, не особо меняет контекст. Переведя дух, он пренебрежительно отвел взгляд, словно сказанное через секунду будет привычной, заезженной и обсосанной темой со всех сторон, но, тем не менее, требующей быть озвученной. Озвученной для Люмин. — Никогда я не понимал этого вопроса. Девушек я оценивал лишь как объект, что ли. Не знаю, никто из них не хотел понять меня, никому я не нужен был как человек. Я никогда не встречал кого-то, кто полюбит меня или кого бы мог полюбить я. А даже если бы и встретил, то не хотел бы привязываться, — переглянувшись с девушкой напротив, Скарамучча вытянул одну руку и стало быть ковырял и так кровавые заусенцы, сжав губы в белую полосочку. — …У моей матери умерла сестра и мне больно каждый день смотреть на неё. Она была к ней привязана и это очень плохо сказалось на ней сейчас. Я её и матерью больше назвать не могу, да и она теперь просто заменяет это словом: «Опекун.» Замолчав на некоторое время, он все же стряхнул себя беспокойный вид и продолжил: — В общем и целом Аякс задал у меня этот вопрос, я тогда толком-то и не знал как ответить. Посмотрел на тебя, прокрутил в голове как ты запрыгнула на него, вспомнил сколько девушек было у Аякса, вспомнил поведение каждой — ну и решил, что ты очередная его шлюха. Прям так и сказал: «Очередная шлюшка». Аякс, естественно, возмутился, дескать, ты не такая, все дела. Ну я и сказал ему, что ты бросишь его и прибежишь ко мне, забыв про то, что когда-то у тебя был Тарталья. Девушка внимательно слушала его, успокоившись, уже просто шмыгая носом и вытирая с лица поступившие недавно слезы. — Но потом я, в общем-то, познакомился с тобой поближе, пообщался, да и вообще забыл об этом идиотском споре. Потом тот поцелуй в доме, та идиотская игра у тебя дома и идиотский Аякс. Подумал о том, что он мой друг, рассказал ему, что мы с тобой не спали и он идиот, он обрадовался, а мне… почему-то стало так не по себе. Я жалел о том, что рассказал ему это, жалел о том, что поспособствовал вашему развитию отношений. Я ему завидовал. У него было всё, любящая семья, хорошие друзья, замечательная девушка. Я лишился всего этого, когда Макото умерла. Когда мы сидели дома у Аякса, я вспомнил про этот спор и понял, что проиграл самому себе. Потом я подумал, что ты можешь узнать о нём, но всё стало ещё хуже, чем я мог предположить. Я весь день проторчал в этой библиотеке, лишь бы отвлечься от мыслей о тебе и Тарталье, и даже тут, черт возьми, ты умудрилась напомнить о себе. Тишина. Никто больше и не смел говорить. Это была не та неловкая пауза, с которой все сталкиваются в жизни. Это была минута умиротворения, когда каждый мог обдумать слова друг друга, сделать вывод и в принципе вздохнуть с облегчением. Признаться честно, Скарамучча хотел уйти после того, как договорит, но что-то его остановило. Он не хотел терять Люмин еще раз, не хотел волноваться и переживать о том, что же будет, если он сейчас уйдёт и отпустит её. Парень развернулся к девушке, вновь взявшись за эти подлокотники. Он опять смотрел на девушку так близко, но больше она не боялась. Скарамучча всё ближе и ближе приближался к её лицу… и вот: он остановился прямо около губ девушки. —Прошу, не молчи так томительно, это мучает меня как ничто другое, — прошептал парень ей прямо в губы. Люмин же просто закрыла глаза и приблизилась к губам темноволосого: сначала просто прикоснувшись к ним, будто бы побоялась делать таких рискованных шагов, но затем Скарамучча всё же углубил поцелуй. Касание чужих губ оказалось совсем не таким, как с Аяксом или с кем-либо ещё. Он был таким нежным и искренним. Никто не давил на губы, они лишь нежно смыкались. Полное противоречие Скарамуччи. В такой момент хотелось, чтобы время вокруг остановилось, но девушке пришлось первой отстраниться от желанных губ. — Мы… мы в библиотеке, ты в курсе? — девушка легко улыбнулась, посмотрев в глаза парню. — Меня это ни капли не смущает, — слегка отстранившись от нее, Скарамучча поправил свое хаори. — Я не знаю зачем спала с Аяксом, у меня будто бы зависимость. Это было даже больше не для того, чтобы отомстить тебе, просто для себя. И это меня пугает больше всего. Что если я не смогу отвязаться от Чайлда? — Люмин тяжело вздохнула и устремила взгляд в пол. — Ваши с ним отношения нельзя было назвать отношениями. Вы ведь всё время просто манипулировали друг другом, ты же понимаешь? Давай пойдём на улицу, покурим по дороге и обсудим это, — парень протянул девушке руку и та молча встала и проследовала за ним. Они вышли из библиотеки и Скарамучча прямо на пороге достал чёрно-фиолетовую пачку толстых сигарет, открывая одной рукой и тут же протягивая Люмин, чтобы та вытащила себе сигаретку. — Может, на пп? — спросила девушка, крутя сигарету в руках. — Почему? — удивился он, вспоминая как Люмин курила две подряд, а тут предлагает половину. — Я не люблю этот вкус, да и в принципе «ххххххххх» — пожаловалась на марку сигарет девушка и выхватила зажигалку из рук парня, подкуривая сигарету. — Эй, а чего это ты вообще первая? — возмутился темноволосый, что так сильно хотел покурить. — Потому что я не буду лопать кнопку, вот я и первая, вопросы? — серьёзно ответила и посмотрела она на парня. Наконец-то вернулась эта Люмин, с которой Скарамучча познакомился: уверенная в себе, в какой-то степени вредная, а главное — искренняя. — Так вот, ваши отношения с ним очень тяжело было назвать отношениями, а тем более — здоровыми отношениями. Встретились два манипулятора и манипулируют друг другом, разве это нормально? Ты ведь всё время хотела с ним расстаться, он тебе изменял, почему ты тогда должна боятся привязанности к нему? — спросил парень, ожидая сигарету. Они шли куда-то, куда, как говорится: «Глаза глядят». — Я сама не понимаю этого, возможно, эта привязанность уже существует, — делая очередную затяжку, она передала сигарету Скару. — Ну так просто замени его другим человеком, и привязанности не будет, — пытался дать совет он, у которого не было отношений в принципе. — Хахаха, если бы всё было так легко, — Люмин тяжело вздохнула и взяла парня за кисть руки, которой он держал сигарету. Она притянула его кисть к своему рту и сделала достаточно глубокую затяжку, отпуская его руку обратно. — Чтобы отвязаться от человека, не достаточно просто заменить его кем-то другим. Нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что его не будет рядом, в принципе, лучше всего не видеться с ним. А тут нас с ним постоянно сталкивает вместе школа, тусовки, его пьяные звонки и сообщения. Как тут можно забыть и отвязаться от человека? — А ты пробовала? — Что? — с недопониманием девушка посмотрела на юношу, который резко остановился. — Ты пробовала просто не обращать на него внимание, заменить его другим человеком? — молодой человек свёл брови к переносице, тем самым показывая своё недостаточное понимание ситуации в целом. — Э… Конечно же, пыталась, — пыталась соврать Скарамучче, — просто заменять его другими достаточно глупый и детский поступок, тебе так не кажется? К тому же, со стороны он достаточно распутный. — Люмин, ты делала вид, что спала со мной, пыталась заставить ревновать Аякса с помощью Томы и в итоге просто переспала с Чайлдом, уже назло мне. Разве не в твоём стиле делать тупые и детские вещи, которые со стороны достаточно распутны? Со стороны тебе шестнадцать, по поступкам тринадцать. — Лучше сними свою идиотскую панаму, в ней ты выглядишь на все одиннадцать. —девушка пожала плечами и продолжила идти по улице, пока парень не догнал её. — Нормальная панама, — пробубнил про себя Скарамучча, держа её в руках. Когда они вновь шли на ровне, девушка продолжила: — Мои поступки идиотские и детские, сама знаю, по-моему, уже разобрались с этим и всё же отвязаться от человека не так уж и легко, как ты думаешь. — Я знаю каково это отвязываться от людей, давай уже просто закончим эту тему, — парень выглядел раздражённым, будто какая-то фраза Люмин явно сработала в его голове как тригер. — Ладно, — Люмин сделала вид, что не обратила внимание на резкую смену настроения парня, но начала задумываться над тем, что же так ввело его в агрессию. Тут в голову всплыла давняя фотка с Кадзухой, которая она недавно откопала на странице Скарамуччи. — Скар. — Что? — уже спокойно спросил парень, выкидывая бычок. — Я хотела спросить… — тут она сделала паузу, задумываясь над тем, стоит ли ей спрашивать про своего знакомого, но резко передумала. — Я хотела спросить, как ты так быстро меняешь свои эмоции, пару минут назад ты был взбешен — сейчас спокоен, и так не в первый раз. — Не знаю, научился как-то, — он сдержанно ответил и пару минут они шли в тишине. Потом юноша всё же решился начать разговор, будто почувствовав о чём девушка хотела спросить. — Знаешь, за всё время я потерял достаточно много знакомых мне людей. И много кто был мне близок. Кто-то ушёл из жизни навсегда, как, например, Кацураги и Нова, с кем-то просто пришлось прекратить общение. — Как с Кадзухой, например? — девушка не удержалась и всё же перебила юношу, наконец задав заветный вопрос. Парень удивился. — Например, как с Кадзухой, — он тяжело вздохнул, делая короткую паузу. — И откуда же ты узнала про Кадзуху, он что-то про меня говорил? — Нет, я даже не знала, что вы общались. Просто… — тут девушка поняла, что допустила ошибку, ведь теперь придётся объяснять, почему она просматривала его страницу. — Просто? — настойчиво переспросил парень, ожидая от нее ответа. — Ну просто я невзначай зашла на твою страницу, ну и увидела там фотку с Кадзухой, я удивилась, что вы были знакомы, вот и стало интересно откуда ты знаешь Кадзуху, Аякса и остальных. Просто заметила на тусовке, что ты достаточно со многими знаком, — девушке было неловко говорить о том, что она сидела на странице парня, и потому слегка покраснела и сразу начала переводить тему, чтобы Скарамучча не спрашивал про страницу, и, удивительно, всё пошло по плану. — Ну так, я же учился с ними в одном классе, твоей же школы, — юноша вполне спокойно отреагировал на вопрос девушки о его, можно сказать, личной жизни, в отличие от Люмин, которая была слишком сосредоточена. Скарамучча сразу же понял в чём дело. — А ты ведь не знала? — Стой, погоди, я не могу понять почему я тебя не видела раньше. Я учусь в этой школе уже третий год, и не первый год встречалась с Тартальей, так что я прекрасно знаю всех его одноклассников, — она ходила слишком сосредоточенная на своих воспоминаниях и не обратила внимание на дорогу. Её достаточно сильно сжала за локоть чужая рука и грубо потянула на себя, так что Люмин чуть не упала, но эта рука снова дёрнула её, и девушке удалось сохранить равновесие. — Ай, ты чего, больно вообще-то. — Прости, — юноша ослабил хватку, но всё еще держал девушку за руку. — Пешеходный переход вообще-то. Машины ездят, а ты прям на красный идёшь. — Ладно, извини я задумалась, отпусти, — она попыталась вырваться, но хватка парня снова стала сильней. — Нет, хочешь идти спокойно без лишней боли — просто перестань вырываться. Идти теперь будем так, потому что это уже не первый раз, когда ты либо во что-то врезаешься, либо не следишь куда идешь, — девушка расслабилась и парень смягчил хватку, теперь просто легонько придерживая Люмин. И ведь действительно, только сейчас она осознала сколько раз за всю дорогу парень либо отодвигал её в сторону, либо легонько хватался её руки, так что Люмин и не заметила. — Ты же поступила в школу когда была в восьмом? — Да, с братом, — она пыталась сосредоточиться на разговоре, но не могла из-за руки парня на своем теле. — Ну тогда всё понятно, в девятом умерла Макото, я был на домашнем до одиннадцатого, поэтому мы и познакомились в этом сентябре, — юноша смотрел на слегка покрасневшую девушку, ведя её по дороге и не понимал, отчего её щеки пылают розовым оттенком. —Может, у тебя температура? — Что? — удивилась девушка, не понимая почему Скарамучча делает такие выводы. — Ты слегка красная, а рука у тебя будто бы горит, вот я и думаю, может, у тебя температура, куда мы, кстати, идём? — парень был абсолютно спокоен, остается только догадываться, он действительно не понимал в чём дело или ему нравилось ставить Люмин в неловкое положение. Было ясно одно: после слов парня, девушка и вовсе превратилась в помидор. — Ты провожаешь меня до дома, сам того не подозревая, и мы почти что подошли, еще пять минут пройти, — сейчас блондинка пыталась взять себя в руки. — Так то есть… ты учился здесь раньше и со всеми знаком? — Да. Я хорошо знаком с Венти, да и с Моной я тоже был близок. — Что? С Моной? Ты же не мог вспомнить её имени, а тут оказывается вы были близки, — Люмин уставилась на парня ожидая объяснений, ведь Мону она не любила больше всего. — Ох, черт, не так. Зря я сказал тебе про неё. Не в том смысле, что близок по общению, мы просто трахались и ничего более. Теперь ты расстроишься, да? — Скар знал, как девушка относиться к Моне и какие у них напряжённые отношения. — Нет, конечно, нет, всё нормально, — девушка пыталась сделать вид, что всё нормально, но на душе что-то тяжёлое будто потянуло её вниз, заставляя почувствовать какую-то грусть. — Не ври мне, я читаю тебя как открытую книгу, — парень остановился, разворачивая девушку к себе и смотря ей в глаза. — Я не вру, с чего ты решил, что я расстроюсь из-за какого то пустяка? — девушка натянула нервную улыбку, чтобы выглядеть такой же, как и всегда. — Ну не начинай мне тут. Твоя улыбка сейчас выглядит максимально неестественно, глаза твои тоже всё выдают. Видно, что ты поникла и начала нервничать, а про твою кожу я вообще молчу. Когда я только сказал о том, что был близок с Моной, ты вздрогнула, сама того не заметив, а как только услышала, что я с ней спал, покрылась мурашками, сама посмотри, — парень легко скользнул по руке девушки, взявшись за кисть и легонько поднял её в воздухе, показывая девушке её же руку. — Правда сейчас я не уверен, что новая волна твоих мурашек вызвана Моной, а не моими действиями. — Ой, не придумывай себе того, чего на самом деле не было, — девушка выхватила свою руку из хватки парня и взялась за место, где он её держал. — Спасибо, что проводил, дальше я сама. — Хах, ну ладно, — парень посмотрел на блондинку, которая неуверенно развернулась от него и сделала шаг в сторону, как её тут же схватили за кисть. Скарамучча схватил девушку за кисть и притянул девушку обратно, одновременно разворачивая ту лицом к себе. Пока девушка до конца не понимала ситуации, он посмотрел ей в глаза и прикоснулся к губам, затягивая девушку в поцелуй. Причём недолгий, чтобы девушка ничего не поняла. Он оттянул её нижнюю губу на себя, а после и сам опустил девушку и развернулся, крикнув на последок: — С Моной всё в прошлом, сама знаешь, как я к ней отношусь, придёшь домой, отпишись и не забивай голову поступками, совершёнными в прошлом, — парень растянул улыбку настолько сильно, что был рад, что девушка не видит его ликовавшего лица. В то время как девушка, как и ожидал парень, стояла в ступоре, не до конца осознав происходящего. Глаза девушки были широко распахнуты, рот приоткрыт и спустя минуту, когда она наконец всё осознала, а спина парня уже виднелась вдали, она вытянула из себя лишь одну фразу: — Твою мать.