Что касается семьи

— Пап, пожалуйста! — Сяо почти вскрикивает совершенно не в свойственной для себя манере, вприпрыжку рассекая школьный коридор. — Пап, ну не надо! Подумаешь, не поставили пять! Там ведь была спорная, ну может мне чуть-чуть занизили! — Чуть-чуть?! — интересно, слышали ли эти коридоры крики громче? Вряд ли. — Я не позволю никому умалять твоих достоинств из-за цветных волос! Что за бред! Мы в каком веке живём?! Пятом?! — Боже, давай хотя бы папу дождёмся, — да, тщетная попытка. Как будто этого человека может остановить хоть что-то. Сто шестьдесят три сантиметра роста, тоненькие запястья, округлое лицо и жутковатый взгляд. Интересно, что почувствовал учитель физики, когда дверь в его кабинет практически выбили, стукнув при открывании о шкаф так, что книжки посыпались? Сяо мог только догадываться, неловко смотря из-за плеча отца. — И кто Вы, молодой человек? — ворчит недовольно, перелистывая страницы проверяемой тетради (Сяо ожидал застать его за питьём крови девственниц или вроде того). — У Вас какие-то проблемы с моим предметом? — Это у Вас какие-то проблемы с вашим предметом! — да, наверное, в голове Венти он выглядит угрожающе, но с его высоким голосом и пропорционально низким ростом, это просто даже комично. — Не соизволите объяснить, каким таким образом у моего Сяо вышла тройка, если он весь учебник наизусть знает?! — Такие вопросы я обсуждаю только с родителями ученика, — ой-ой, Сяо предчувствует взрыв водородной бомбы, и эпицентр произойдёт прямо в этом кабинете. — Друзья и братья не годятся. — Мне тридцать восемь! — с трудом можно дать двадцать два. И Венти жуть как бесится из-за этого, вынужденный повсеместно таскать за собой паспорт. — И это мой сын! Будьте добры пояснить, почему ему не поставили заслуженную оценку! — Простите, Вы не выглядите взрослым, — во взгляде читается «и не ведёте себя соответствующе», и Сяо кожей чувствует, как закипает отец, готовясь прямо тут разразиться скандалом и бурей. — Сяо срывает уроки своим внешним видом, я вынужден ставить неудовлетворительно. — И как же он их срывает?! Двумя зелёными прядками?! — ни на герц не понижает голос, и Сяо уже кажется, что в ухе начинает звенеть. — Вы бык, чтобы на зелёную тряпку реагировать?! — Тряпка красная была, пап, — учтиво поясняет парень, неловко улыбаясь. Венти стреляет в его сторону взглядом, явно просящим не мешать ему устраивать скандал. Сяо покорно замолкает, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Теперь я понимаю, откуда Сяо нахватался такого, — учитель кивает на голубые косички, кажется, наэлектризовавшиеся от клубящейся вокруг Венти ауры. — Ещё и расти в такой семье. Современные нравы. — А у Вас какие-то претензии к моей семье? — Венти переходит на шипение, скрещивая на груди руки. Больше повышения цен на яблоки в магазинчике рядом с домом он ненавидел только подобные высказывания. — У Сяо полноценная семья, он с детства окружён любовью и заботой, у нас с мужем достойный заработок, и мы обеспечиваем все нужды и даже больше. Что не так? — Вы с мужем, разумеется прекрасно справляетесь, — слишком много желчи, ещё и акцент на слове «муж». Сяо захотелось на всякий случай залезть под стол. Один раз в начале карьеры папе не дали выступить на фестивале из-за открытости его отношений. Стоит ли говорить, что руководство фестиваля было уволено, а Венти преспокойно отпел программу, отсудив у них моральную компенсацию. — Что Вы себе позволяете?! — Дорогой, тебя слышно из вестибюля, — пронесло. Сяо опускает прижатые к ушам руки, оглядываясь на приоткрытую дверь. Иногда он готов молиться на отца. Потому что нет другого человека, способного утихомирить разбушевавшегося папу. — Прошу прощения, я не мог уехать с работы раньше. — Чжун Ли, Сяо срывает уроки своими волосами, представляешь! — и всё ещё не спокоен. Ну, это уже гораздо лучше, даже стал кричать чуть потише. — Господин педагог утверждает, что это из-за дурного влияния в нашей семье. Вот я и хочу выяснить, что он имеет ввиду. Вдруг это некоторое проявление нетерпимости, за которое мне стоило бы прислать господину педагогу повестку в суд! — Дорогой, успокойся, пожалуйста, — Чжун Ли ласково улыбается, кладя руку с поблёскивающим обручальным кольцом супругу на плечо. — Уверен, господин не хотел сказать ничего такого. Давай я обсужу всё, а ты немного остынешь. Тебе вредно так нервничать, у тебя завтра ещё занятия с учениками. — Я только начал! — фыркает, грозно хмурясь, но Сяо хватает его за рукав, силой оттаскивая к двери, попутно тараторя про кулер и воду, которую ему срочно нужно попить. — Ладно! Сына, ни с кем больше не нужно поговорить? У меня энергии много сейчас! И только дверь закрывается, как ласково-уважительная улыбка сползает с лица Чжун Ли, меняясь на холодную агрессию. — Значит так, — кулаками опирается на столешницу, грозно нависая над слегка поседевшим учителем. — Давайте-ка я Вам сейчас очень доходчиво объясню, как невероятно работают мои юристы и как легко ломаются карьеры.

***

— Даже удивительно, — тянет Сяо, разглядывая свой, как и всегда, идеальный аттестат. — Думал, он не поставит мне выше четвёрки даже под дулом пистолета. Старый козёл. — Не ругайся, золотце, — мягко поправляет его Чжун Ли, слишком влюблённо разглядывая кружку чая перед собой. — Думаю, он просто осознал, что не стоит в образовании опираться на что-то кроме знаний. А твои знания блестящие. — Конечно, я же с ним доходчиво поговорил! — Венти выглядит удивительно забавным с гордым выражением на лице и кухонных полотенцем на плече. — Никто не смеет портить жизнь моей семье! Даже всякие старые козлы! — Не ругайся, дорогой, — так же меланхолично тянет Чжун Ли, отпивая чай, чуть прикрывая глаза. — Но ты и правда очень впечатлил его, я просто выслушал извинения и забрал аттестат. — Я не был бы Венти Барбатосом, если бы не разнёс его! — неужели не понимает? Сяо даже хихикает в руку, переглядываясь с папой, что только подмигивает, пряча лицо за паром от своего вечернего успокаивающего чая. — А ты не был бы Сяо Мораксом-Барбатосом, если бы не окончил очередной год с одними пятёрками! Может, отпразднуем? Давайте на ночной сеанс! — Дорогой, у тебя завтра занятия с твоими любимыми учениками, а у меня важное собрание, — Венти не выглядит убеждённым. Конечно, он ещё успеет выспаться, а вот Чжун Ли вставать в семь и ехать через весь город, чтобы в подробностях всему штату сотрудников объяснить, где, кто и как конкретно облажался. — Только если Сяо захочет. И только если дома. — Сяо захочет, — Венти выглядит восторженным. Конечно, сначала проревёт половину фильма, а потом заснёт поперёк дивана, и не добудишься его даже пушками. — «Хоримия» недавно вышла, можем парочку серий глянуть, — Чжун Ли смотрит только научные конференции и сёдзи аниме. Потому что его муж и сын отказываются смотреть что-то другое. — Комедия вроде, папа не разревётся. Разревелся. Потому что «слишком мило и нежно, а мы ведь тоже такими были». А потом заснул на середине третьей серии, закинув ноги на Сяо, а голову разместив у Чжун Ли на груди. И тащи его теперь до кровати, сам ведь не встанет. Хотя, это уже нормально для их семьи.