Его первый раз

Миновала неделя после близости с Джеффом. Им обоим навсегда запомнились эти мгновения любви. Но они оба знали: между ними не будет союза, как между парочками или супругами. Поэтому они предпочли оставить друг другу очень приятные воспоминания. А может, кто знает, им ещё раз перепадёт переспать. Оффендермен взялся за поиски новой омеги в крипихаусе. Однако альфа так никого интересного и не нашёл. Как правило, он предпочитает любого, не имея идеала красоты, но всё же в этом особняке его почему-то отшивают. С испорченным настроением альфа вернулся в свой родной дом, где проживает его семейка с Трендером, Слендером и самым младшим Сплендором. Оффендер понял, что положил глаз не только на Джеффа, но и ещё на нескольких омег. Но поскольку безликого отшивали все подряд в том дурацком доме, здесь в своём он тоже попробует замутить кое с кем. К слову, единственным в семье безликих омегой является их весёленький и жизнерадостный мелкий. И грех было не лишить девственности такую сладкую дырочку. Это инцест! — возмутитесь вы. Да пустяк! Повторяюсь, для Оффендера нету преград. Он готов удовлетворить любую омегу, какой бы она не была. Как только Офф зашёл в свой особняк, в него сразу же ударил стойкий и ароматный запах еды. Сняв ботфорты, альфа прошёл на кухню и обнаружил своего младшего у плиты. — Сплен, что ты там колдуешь? — О, брат пришёл! — радостно воскликнул омега и обернулся на голос. — Офф, сегодня мы попробуем кое-что новенькое. Улыбка не сходила с лица Спленди, постепенно поднимая Оффендеру настроение и настрой на волшебный вечер. — Скажешь, если не секрет? — спросил альфа, оперевшись на дверной косяк. — Хе-хе, это большой секрет, — Спленди развёл руками, показывая насколько большой и хихикая по-детски мило, при этом смешно зажмурив глазки. В старшем брате резко стали бушевать чувства, он не выдержал и подошёл к Спленди, заключив его в своих объятиях. — Э-эй! — встрепенулся младший, — Сейчас ты всё увидишь! — по-прежнему оставаясь в крепких объятиях Оффа, не совсем обращая внимания на этот жест. — Тсс, я всё равно не понимаю, что у тебя там, — прошептал альфа чуть ли не в губы омеги. Наконец Сплендор стал замечать странноватое поведение старшего и немного стушевался. Разумеется, альфа не мог этого не заметить и примкнул к младшему ещё сильнее. — Мм, братик, что ты хочешь? Ты ведь не в обиде на меня? — засмущался Сплендор, слегка заливаясь румянцем. — За что я могу обижаться на такого хорошего и очаровательного младшего братика? — Н-но что тогда? — Просто я хочу дать тебе ещё больше любви. Спленди, знаешь, ты заслуживаешь большего, солнце. Пока омега находился в недоумении, Оффендер, не теряя ни секунды, мягко накрыл губы братика своими. Сплендор хотел было оттолкнуть брата, но от шока и боязни сделать тому больно младший просто поддался поцелую. Старший действовал очень нежно с губами и ротиком своего нового омеги. Спленди стал чувствовать себя странно. Поцелуй с братом был приятной вещью. Поцелуй с братом… — Мм! Не-ет! — омега всё же нашёл силы разорвать становящийся всё более напористым поцелуй брата. Тяжёлая одышка. Непонимание. Слёзы покатились по розовым щекам младшего, губы сильно задрожали. Он был не в силах поднять глаза на старшего. — Прости меня, Спленди, я, наверное, плохой брат. Делать с тобой такое… Внезапно и без твоего согласия. Эх, я полный идиот. Спленди почему-то полегчало от раскаяний старшего: — Что бы Офф ни сделал, он навсегда останется моим любимым старшим братом. Но всё же почему ты меня… ну… поцеловал? — омега быстро заморгал, трепеща мокрыми ресничками. Оффендер взял руки младшего в свои: — Спленди, ты можешь и не понимать меня, но просто послушай. Пора признать, что ты нравишься мне не только как брат, но и как омега. Красивая, нежная, очень милая. Ты само очарование. Всегда сияешь, даже в самые тёмные времена. Ты не просто лучик солнца для нас, ты и есть солнце, солнышко. Слёзки снова навернулись на чёрные очи. Сейчас Спленди плакал от таких внезапных, трогательных признаний родного существа. Неужто он настолько хороший и даже особенный для него? Разумом младший понимал, что им с братом не следует делать того, что начал Офф. Но и останавливать это всё уже не хотелось. Нахлынуло какое-то приятное чувство, разливающееся в груди. — Ну, ну, я всего лишь сказал правду, которую накопил за всё это время, а ты уже хнычешь. Эх, малыш Спленди, — альфа поцеловал его в лоб. — Всё хорошо, Офф, спасибо, что так ценишь меня. Я очень люблю это и… тебя, — наконец лик омеги был напротив лица альфы, а в глазах уже не было того испуга и шока. Братья, омега и альфа, любовно переглядывались, и уже в следующее мгновение омежка вновь ощутил его горячие губы на своих губах. Страстный поцелуй, который свёл на нет все его попытки сопротивляться этому неправильному, но такому сильному чувству возбуждения и похоти. Спленди хоть и не знал всего этого, но чувствовал хорошо. И теперь он считал, что если им обоим это нравится, то всё нормально. Это успокаивало, и Спленди приник к старшему, горячо обнимая того. Ещё, целуя губы брата, он почувствовал, как сердце начинает бешено стучать и становится тяжело дышать. Когда омега открыл глаза, то весь мир вокруг предстал перед ним в виде мутной, расплывающейся картинки. Но во всём этом он отчётливо видел только своего брата. Видел его губы, к которым он прильнул на этот раз сам… только по своему собственному желанию, позволяя Оффендеру приблизиться к себе близко, насколько это было возможно. — П-под- ах- жди! Стой! — еда! Они забыли про всё вокруг, отдаваясь лишь друг другу. Сплендор выключил газ, принимая для себя, что близость с Оффом сейчас важнее. Их губы вновь соединились. Омега ощутил, как по бёдрам скатываются капельки смазки. А Оффендер почувствовал усиливающийся аромат братика. — Ох, ты так замечательно пахнешь! — старший зарылся в тонкую шейку, сомкнув руки на худой талии. — Я… не понимаю почему, но мне очень хорошо… я никогда не чувствовал себя так приятно там… — конечно, альфа всё понял и только обрадовался, подхватывая Спленди под бёдра и закидывая его тушу на себя. — Ох, Оффи! Куда мы пойдём? — Туда, где тебе снесёт крышу от наслаждения, мой братик. С трудом от возбуждения, но преодолев лестницу, Оффендер спиной выбил дверь, мягко укладывая омежку на постель. Альфа закрыл дверь на замок, затем развернулся к Спленди. Медленно приближаясь, он эротично стягивал с себя всю одежду, пока не остался в оттопыренных боксёрах. Спленди глупо моргал, ожидая, что будет дальше. Завидев большой бугор между ног брата, омега пришёл в шок. Тем временем Оффендер, поставив воротами руки по сторонам от головы младшего, склонился над ним и лизнул губы, как бы спрашивая разрешение на мокрый поцелуй. Рот омежки робко приоткрылся, впуская смелый язык альфы, который тут же обвил язычок Спленди. Лаская язык и ротовую полость мелкого, старший коленями развёл стройные ноги и расположился между ними. Оторвавшись от сахарного поцелуя, альфа избавился от верха Сплендора и принялся ласкать нежные соски. Их запахи, смешиваясь, стремительно заполняли спальню. Насытившись грудью и животиком омеги, Оффендер расстегнул пуговичку на штанах младшего и стянул их; с трусами проделал то же самое. Теперь обнажённое и красивое омежье тело ласкало взгляд альфы. Оффендер опустился перед промежностью брата, который с непривычки пытался стыдливо свести ножки. — Спленди, не нужно стыдиться или бояться, мы же с тобой как неразделимые частички. Видимо, слова братца подействовали как успокоительное, ведь Спленди медленно раскрыл ноги. Альфа забыл как дышать, рассматривая непорочную промежность. Слишком красиво, слишком идеально. Большими пальцами альфа приоткрыл сжатое колечко и увидел прозрачную плёночку, обрамляющую сфинктер. — Мм, братик, ты у меня такой невинный… Я так рад, нет, я счастлив и горд быть твоим первым. — Ох, Офф-и… — полушептал Сплендор, — когда ты трогаешь то место, у меня странные чувства… И я не знаю, не понимаю, больно мне или хорошо… — растерянно проговорил девственник. — Да, это ведь твой первый секс, хорошенький, — ласково приговаривал Офф, целуя бедро и просовывая палец в отверстие. Его окутало такое мягкое и узкое лоно, однако тут же Спленди болезненно простонал. — Ммх! Неет, Оффи! Не надо так, айх! Поджав ноги, младший рефлекторно отталкивал старшего от себя. — Ох, вот значит как. Хорошо, маленький, я не собираюсь причинять тебе боль и дальше. И чтобы твоё местечко больше не болело, я полижу его, — Оффендер раздвинул ноги омежки и уткнулся лицом в попку с целью расслабить напряжённое тело. — Я т-так с-стесняюсь… ммх, — причитал Спленди, извиваясь над братом как ужик. Язык проник чуть глубже, пересекая плеву и входя туда, куда ещё ничего никогда не проникало. Стенки туго сжимали мышцу, словно останавливая её и не давая ни пройти дальше, ни вернуться назад. С пониманием, что младшему нужно расслабиться ещё больше, Оффендер разместил пальцы на его сосках и принялся их ласкать. С уст омеги слетел громковатый стон, тело дёрнулось, как и колечко дырочки. Спустя какое-то время ласк язык стал скользить намного проще благодаря склизким, сладко-кислым выделениям, которых становилось всё больше. Альфе оставалось только испивать соки, но он был не против, ведь это было вкусно. Сладкие стоны и вздохи распространялись по комнате вместе со звуками поцелуев. Спленди, дёргаясь в сладких судорогах, почти кончал. Ещё несколько фрикций, и животик судорожно задёргался, а сам омега выгнулся в спине и распахнул глаза, ощущая что-то новое и невероятное. — Вот и всё, Спленди, — брат ободряюще похлопал по бедру младшего, пока тот лежал в сладкой прострации. Альфа решил, что настал переломный момент, что изменит Сплендора в сексуальном плане. Он склонился над младшим, потирая членом немного дёргающуюся дырочку. Спленди не реагировал до того момента, пока старший не попробовал погрузиться в него. Первая реакция омеги — это визг боли, переходящий в мучительное мычание, а также пальцы младшего, впившиеся в крепкие руки Оффендера. — Я больше не могу, не хочу! Убери-и-и! Оффендер встал перед выбором: вынуть прибор или толкаться дальше. Но стоны боли омеги заставили его выйти из лона и успокаивающе целовать личико того. — Прости брата. Хочешь, мы прекратим это? Здесь Сплендор заколебался; с одной стороны, ему очень страшно из-за этой большой штуки старшего брата, а с другой… хочется это попробовать, хочется интересного продолжения. Решив долго не думать, омега дал зелёный свет альфе. — Только, пожалуйста, аккуратнее, братик… — щенячьими глазками девственник смотрел на старшего. Ещё раз проведя пенисом по бутончику гладкого интимного отверстия, альфа стал толкаться внутрь. Спленди снова напрягся, но теперь уже меньше, ведь на сей раз братец с особой нежностью входил в нутро младшего. Одновременно он обсасывал шейку омеги, немного кусая от кайфа узости дырочки, плотно растянутой вокруг члена. Поняв, что все препятствия устранены, старший вошёл до конца одним мощным движением. Омегу слегка выгнуло, и Офф тут же накрыл его ротик поцелуем. Целуя младшего, альфа порыкивал от того, как же приятно отверстие зажало член в тиски. В комнате стало очень жарко. Оффендер потихоньку двигался своим поршнем, расширяя до предела мокрый проход. Кожа липла к коже, по комнате раздавались стоны вместе со шлепками. И стоны эти уже успели из болезненных стать звуками удовольствия. Попка младшего намокла сильнее, и излишки смазки выбрызгивало на постель. — Ты уже очень мокрый, Спленди, такой мокрый, нх. — затрепетал альфа, заходясь в неистовом наслаждении. — В-весь мой член пропитался твоей смазочкой, хех. Сплендор не до конца понимал братца, но от этого голоса его сознание всё же улетало. Инстинкты, завладевая альфой ещё сильнее, заставляли самца держать рваный ритм. Омега, тоже не отставая, срывался на крики от бешеного удовольствия, а Оффендер ловил их ртом, тесно переплетаясь лицом к лицу. Простыня уже достаточно намокла и сбита оттого, как её сжимали. — О-оффи! Бр-раатик! — омежка исступлённо кричал его имя, неизбежно приближаясь к фееричному оргазму. — Н-нет! Ах! Удовольствие прошибало током всё тело, а дырочка периодически пульсировала, давая знать, что скоро кончит. — Давай кончим вместе! — альфа ощущал, что вскоре вместе с омегой кончит и он сам. Тугой узел начинает стягиваться у обоих внизу живота, заставляя напрячь бёдра. Спустя всего несколько секунд Сплендора выгибает дугой от оргазма, который спиралью сосредотачивается в одной точке внутри живота, тут же молниеносно распространяясь по всему телу. Альфу тоже настигает кульминация, и он, слава Слендеру, успевает вытащить и излиться на плоский живот. Смазка омеги тоже вытекает толчками из пустеющего лона. Офф приземлился сбоку омеги, поворачивая того к себе. Их губы встретились в ленивом поцелуе, касаясь легко, языки плавно и нежно переплетались. — Братец, люблю… тебя, — омега положил голову и руку на вздымающуюся крепкую грудь, проваливаясь в уютный сон. — Ещё один день прожит не зря, — Оффендер довольно улыбнулся и последовал за младшим.