Дневник

Когда Лиз приехала в город, она не знала, куда себя деть. Ничто не приносило ей покоя. Пробыла в душе несколько часов, продолжая отмываться снова и снова, но все равно чувствовала себя грязной, оскверненной. После сходила в аптеку, чтобы перестраховаться от случайной беременности. -«Подонки, как же они могли!» - Вертелось у нее в голове. Лиз было некому рассказать об этом, вернее она не знала, кому вообще можно подобное рассказать, боялась осуждения в свой адрес. Был лишь один слушатель, который всегда был на ее стороне, но и ему ей было стыдно поведать о случившемся. Но она все же решилась и, открыв дневник, роняя на страницы слезы, написала все, что помнила. Девушка не успела рассказать всю историю полностью, как ей на почту пришло письмо. Лиз редко, что приходило и обычно, она имела привычку читать сообщения сразу. В этот раз она поступила так же. Сложно было передать эмоции, когда девушка увидела от кого это сообщение и что оно в себе несло. Написал ей Сергей, что заставило ее больно закусить губу от негодования и злости. Сообщение гласило: - Куда это ты так спешно покинула вечеринку? Неужели не понравилась развлекательная программа? -«Ах ты, сукин сын!» - Я напишу на тебя заявление в полицию, ублюдок! Ответ не заставил себя ждать. - Тогда, это увидит весь университет. - К сообщению было прикреплено вложение. Во вложениях были фотографии с обнаженным телом Лиз, в таких видах, в которых даже она себе никогда в жизни не видела. Ей было настолько стыдно, горько и обидно, что она просто молча смотрела в монитор, с которого на нее смотрела ее оскверненная копия. Ответ не приходил долго, поэтому, не дождавшись, пришло следующее сообщение, с еще одним вложением. -«Надеюсь, ты осознаешь, что я не шучу». Фотография была другой. На ней, ее со всех сторон имело несколько парней. Их лица были плохо видны, если быть честным, вообще не видны, в отличие от засвеченного ее. Горло сдавило. Она, трясущимися пальцами, напечатала ответ: - Я не буду писать заявление. - Умница. И чтобы не оставлять тебя на грустной ноте... У тебя шикарное тело. Надеюсь, еще как-нибудь повторим. (Смайл дьяволенка) Лиз разрыдалась, бросив телефон в сторону, и уткнулась заплаканным лицом, в сложенные на столе руки. -«Я справлюсь... Просто нужно время... Я сильная...» В этот момент, ей было сложно поверить в слова, которые она сама себе повторяла, а точнее, не могла в них верить. Чуть успокоившись, Лиз закончила историю, начатую в дневнике. Девушка не знала, что может ей помочь и надеялась, что хотя бы Лав знает ответ на этот вопрос. Дневник молчал достаточно долго. Лиз начала думать, что он ее покинул, в такой необходимый и сложный момент в ее жизни, но нет. Ответ появился. -«Все будет хорошо. Ты же знаешь, жизнь - имеет свойство бумеранга. Рано или поздно, те, кто делают гадости, получат свое в многократном размере. А до тех пор, ты должна быть сильной и не опускать руки, хорошо?» Лиз вытерла слезы и постаралась восстановить дыхание. -«Хорошо Лав, если ты так говоришь, значит, оно действительно так. Я постараюсь!» -«Вот и молодец. Это будет странно звучать... Но я кое-что хочу у тебя попросить, можно?» Лав еще никогда ничего у нее не просил напрямую, это было слегка странно, но у девушки не было причин отказывать. -«Что ты хочешь у меня попросить?» -«Наверное, это покажется странным, но... Обними меня». Лиз не понимала, зачем это и что это за странный порыв, но объятья ей сейчас и правда были нужны. Она, не закрывая дневника, прижала его к груди и закрыла глаза. То, что она почувствовала - это, совершенно точно, были объятья. Теплые, крепкие, дарующие веру в счастливое будущее. Открыв глаза, чувство не исчезло. Однако никто ее не обнимал. Когда дневник был отделен от тела, ощущение объятий пропали. Лиз посмотрела в дневник. -«Надеюсь, тебе хоть немного стало легче. Душевные травмы лечить очень сложно. Я вряд ли смогу подобрать достаточно нужных слов. Постарайся избегать неприятностей. Отчасти, это я виноват, что не смог тебя предостеречь в достаточной мере. Ведь опасность таилась не только в алкоголе...» -«Обними меня, пожалуйста, еще немного, Лав...» -«Конечно». Лиз обняла дневник и легла на кровать. Теплое и светлое чувство, вытеснило темное и гнилое, у нее изнутри. Дрожь успокоилась и она уснула. После этого случая, девушка с трудом заставила себя идти учиться. Но Лав смог ее уговорить. -«Ты же не будешь прятать голову в песок всю оставшуюся жизнь, Лиз!» Сложно было не согласиться с его доводами, поэтому и не стала спорить. Когда она вошла в аудиторию, не было ничего не обычного. Все обсуждали прошедшую вечеринку и делились впечатлениями. Увидев ее, никто не перешептывался, поэтому Лиз свободно выдохнула и думала только об учебе. Лишь случайно пересекшись взглядом с Сергеем, который мило ворковал с Кирой, у нее вновь испортилось настроение. -«Он же тебя не любит, дура... Неужели ты этого не понимаешь...» Сергей, который до этого был с безразличным взглядом, поймав ее, вдруг улыбнулся и подмигнул. Лиз взбесилась и сжала лист бумаги у себя в руках. Кира мельком заметила произошедшую переглядку. Настроение у нее тоже упало. Она отпустила руку Сергея и стала что-то увлеченно писать. Помимо этих неприятных мыслей, больше ничего не происходило, что давало небольшую эмоциональную передышку. Неожиданно приобретённые объятья Лава, стали самым лучшим антидепрессантом в ее жизни. В скором времени, беседы и объятья позволили забыть, а вернее, отложить неприятности в долгий ящик. Забыть она их вряд ли сможет. Подготовка к чемпионату шла полным ходом. После событий на вечеринке, Дмитрий Леонидович заметил не хорошие изменения в ее тренировках. Хотел было уже начать расспрашивать, в чем причина, но увидев, что Лиз стала становиться прежней, решил не вмешиваться. Постепенно, тяжелые тренировки, общество Лава и подготовка к надвигающимся экзаменам, загрузили голову Лиз так, что никаких лишних мыслей туда не попадало. Но это продлилось не долго... Как только Лиз заново адаптировалась и эмоционально восстановилась, как жизнь решила снова ударить ее об стену. Придя в университет после выходных, она обнаружила, что все как-то странно на нее смотрят. Держат в руках какие-то странные бумажки и буквально пожирают ее взглядом. Кто-то удивленно, кто-то смеется глазами, кто-то смущенно отводит взор, а кто-то тычет пальцами. -«Ну что опять случилось! Я так устала от этого! Неужели, хоть несколько дней не могут пройти спокойно, без происшествий!» Подходить и смотреть, что у них в руках, она не собиралась, а сами они не торопились показать то, что в них находилось и вызывало такой ажиотаж. Поэтому Лиз, которая уже давно привыкла к стебу и издевкам, решила достойно затерпеть. Во время пары, шушуканье не закончилось. Когда профессор зашел в аудиторию, он сразу нашел ее взглядом и сказал: - Лиза Орлова, к ректору. Паника наступила резкой и мощной волной. -«Что же случилось?! Неужели, утреннее настроение людей и эти бумажки, как-то связаны с этим?!» Она спокойно встала с места, собрала вещи и двинулась к выходу. Чувствовала, как взгляды всей аудитории прожигают в ней дыру. В момент, когда она шла к ректору, у нее было очень много времени подумать. Но ничего не приходило ей в голову, а может и приходило, но считалось таким абсурдом, что отметалось в сторону. Не успела опомниться, как оказалась возле нужной двери. Постучала. - Войдите. - Прозвучал слегка хрипловатый голос. Лиз послушно вошла, закрыв за собой дверь. Перед ней возник большой стол. На другом его конце сидел мужчина в возрасте. Она видела его на вступительной церемонии. Это был ректор - Вячеслав Савельевич Долгов. Он что-то писал на бумаге, которая лежала перед ним. Рядом с этими документами, лежало несколько белых бумажек, таких же, какие она видела по всему университету утром. Ректор поднял глаза. - Стало быть, это вы - Лиза Орлова? - Да. - Слегка замявшись, сказала она. Вячеслав Савельевич протянул руки к бумажкам на столе и взял их в руку. - Лиза. - Все еще спокойно говорил мужчина. - Вы догадываетесь, что это? - Не имею ни малейшего понятия. - Честно ответила девушка. Ректор, за долгую жизнь и долгую карьеру, почувствовал, что в ее словах не было лжи, поэтому начал издалека. - Это, мы изъяли у студентов. Как это у них оказалось, никто не сознается. Проведя небольшое расследование, мы выяснили, кто здесь изображен. Лиз побледнела. - Да, это - фотографии. - Кивнул Вячеслав Савельевич. - При чем, как бы мне помягче выразиться... Неприличного характера. Весьма неприличного. Лиз зашаталась. Ноги не слушались ее. В глазах читался ужас. Ректор беспокойно сказал: - Присядьте. Как по команде, Лиз упала на ближайший стул. - Данный инцидент, из ряда вон выходящий. Нам с вами, нужно прийти к какому-нибудь здравому решению. Вы хорошая студентка. За вами не числиться задолжностей, ко всему прочему, подающая надежду спортсменка. Мне, в лице вашего ректора данного учебного заведения, не хотелось бы как-либо портить вам жизнь. Может вам есть, что сказать? Лиз рассказала Вячеславу Савельевичу историю от начала до конца. Он внимательно слушал, сложив пальцы перед своим лицом. Когда девушка закончила, долго задумчиво молчал. Может, переваривал информацию, может, не знал, что сказать. Лиз опустила имена, не знала почему, но опустила. - У меня в голове пока что есть всего лишь одно решение. Я помогу замять данную ситуацию. Своими методами избавлюсь от фотографий в стенах этого здания и постараюсь максимально понятно донести до студентов, что данная история должна быть забыта. - Спасибо большое! - Лиз была готова к более неприятным исходам, поэтому помощь от лица ректора, давала ей надежду. - Но... Не все так просто. - Вячеслав Савельевич откинулся на кресле и вздохнул. - Историю все еще можно замять, но это будет очень сложно. И ко всему прочему... Мне придется вас отчислить. У девушки сперло дыхание. Осквернена, опозорена, а теперь еще и отчислена. Это было уже слишком. - Но... Как же это... Ведь я... - Заикающимся голосом, говорила Лиз. - Не переживайте. Я договорюсь с другим учебным заведением. У вас достаточно сложная ситуация и я готов войти в ваше положение. Посудите сами, сможете ли вы после всего этого, учиться здесь? Девушка не знала, что ответить. - Ну вот, видите. Это здравое решение. Я думаю, когда вы остынете, поймете, что это лучшее стечение обстоятельств, которое только может произойти. Лиз кивнула, едва сдерживая слезы. - С этого дня, на парах можете не появляться. Но не забывайте готовиться к экзаменам. Хоть я договорюсь о вас, но если вы перестанете учиться, вас свободно могут отчислить за неуспеваемость. И вот, держите. Ректор протянул изъятые фотографии. Это были те, что присылал тогда Сергей. - Вы свободны. Сведения о вашем новом учебном заведении, мы сообщим вам на почту. Удачи вам, Лиза Орлова. Она шла, ничего не видя перед собой. Ей было безумно плохо, ее трясло, а все, что было вокруг, словно не доходило до нее. Началась перемена. Со всех сторон, из аудиторий, начали выбегать беспокойные студенты. В суматохе никто не замечал девушку. Для Лиз, почти все вокруг было безразлично, но тут, в ее поле зрения попался один человек, тот, кого она ненавидела сейчас, больше всех в жизни. Это был вышедший из аудитории - Сергей. Лиз побежала к нему, начала бить сумкой, руками, царапать. Он отбивался. - За что ты так со мной поступил!? - Уже не сдерживая слез, кричала она. - За что!? Парень ничего не успел ответить, девушку оттащила толпа. Сергей сразу же скрылся, ничего не объясняя, а Лиз, которая не успела выпустить пар, вырвалась из сдерживающей ее толпы и гневно на них посмотрела. - Я ненавижу... Ненавижу вас всех! Будьте прокляты! Сказав это, она не оглядываясь, быстрым шагом покинула университет. Зайдя домой и, бросив сумку на пол, плюхнулась на кровать. Горячие слезы катились на подушку, делая ее мокрой и противной, как и вся ее жизнь в последнее время. -«Может новый университет, даст возможность на новую жизнь? Ректор же пообещал, что слухи не покинут территорию учреждения. В это, конечно, сложно поверить, но всё-таки...» - Пыталась утешить себя Лиз. Постепенно она успокоилась и даже приободрилась. Ведь это была возможность, действительно, начать жизнь с чистого листа. Вытерев слезы и собравшись с духом, девушка взяла дневник и ручку и начала писать: -«Дорогой Лав. Жизнь не перестает «радовать» меня, своими необычными и уже стоящими поперек горла, сюжетами. Мне уже сложно представить сценарий еще хуже, чем сейчас. Хотя я думаю, что еще многое способно меня удивить, но об этом не хочется даже и думать. Мои фотографии, полученные самым гнусным и мерзким способом, слили в общественность. Причем таим масштабом, что мне даже и не снилось. Хуже было бы, разве что, если бы баннер в городе с ними сделали или по телевизору по прямой линии, чтобы мои родители увидели, как их дочка развлекается! Меня переводят в новое учебное заведение. Может это, конечно, и к лучшему. Больше не увижу эти мерзкие, предательские рожи. Надеюсь, в другом месте будет лучше. Хотя, как говориться: «В чужом болоте вода чище»... Но в каком-то ключе, я все же рада, что все прошло мягче, чем могло быть. Как думаешь?» -«Думаю... Что это еще не конец...» -«В каком смысле?» - Испуганно спросила Лиз. -«Просто не конец. История будет иметь продолжение, а какое, мне трудно сказать». Девушка не на шутку забеспокоилась от такого заявления. Лав, на ее памяти, никогда еще не ошибался. -«Не пугай меня так, Лав...» -«В любом случае, все будет хорошо. Я всегда буду рядом, чтобы тебя поддержать». Это слегка успокоило напряженную атмосферу. Девушка расслабленно выдохнула. -«Спасибо Лав. Ты лучшее, что со мной было за последнее время... Я даже, как бы это сказать... Я люблю тебя, Лав». Дневник ответил не сразу, как будто был озадачен последним предложением. И Лиз поняла, что только что призналась в любви своему дневнику и слегка залилась краской от смущения. -«И я тебя люблю, Лиз». - Наконец появился ответ. От этих слов стало тепло и спокойно. Лиз закрыла глаза, поцеловала и обняла дневник. Было прежнее ощущение крепких мужских объятий, но на этот раз и теплых, слегка влажных губ. -«Боже, я, правда, схожу с ума...» Лиз проснулась от сообщения на почту. Открыв его, она увидела письмо от анонимного пользователя. - Ну что, тебе понравился сюрприз с фотографиями? - Гласило письмо. До этого успокоившаяся Лиз, снова начала нервничать. -«Неужели это то, обещанное Лавом - продолжение?!» - Кто ты?! Что тебе от меня нужно?! Небольшая пауза, из-за накаленной обстановки, казалась вечностью. - Я та, кто хочет, чтобы ты страдала! У Лиз задрожали руки. Следом пришло еще одно сообщение. - Хочешь продолжить эту замечательную игру? Или ты думала, что история с фотографиями была последняя? - Что тебе от меня нужно? - Повторила вопрос девушка. - Вот заладила! Что нужно - что нужно. Я же сказала, мне нравится смотреть, как ты мучаешься. Хочу, чтобы ты поплатилась! Из формулировки речи, Лиз поняла, что ей пишет девушка. В ссоре, если это можно так назвать, она была с тремя. Майя, Варвара и Кира. Майю она так сильно не могла вывести, Варвара до этого вряд ли бы опустилась. Остается Кира... - Кира... Это ты? Наступило долгое молчание. - Это абсолютно не важно. Важно лишь то, что ты полностью в моем распоряжении. - И что же ты можешь еще сделать? Фотографии мои уже распространились. - У меня остались рычаги давления, поверь мне. - Допустим. Чего же ты хочешь? - Дай-ка подумать... Я хочу забрать то, что у тебя осталось. - ? - Я хочу, чтобы ты бросила бокс. - С какой такой стати? - Потому что я так хочу. - А не пойти бы тебе в задницу? - Боюсь, ты сильно пожалеешь об своих словах. "Контакт добавил вас в черный список". Лиз в бешенстве бросила телефон на кровать. -«Пора выдвигаться на тренировку, а то еще и от Дмитрия Леонидовича получу». Зайдя в зал и переодевшись, как обычно, начала разминаться. Через какое-то время, Сеня передал ей, что тренер ждет ее в своем кабинете. -«Странно. Чего это он?» Зайдя в тренерскую, девушка заметила на лице Дмитрия Леонидовича злые, слегка разочарованные ноты. - Ты ничего не хочешь мне сказать? - Дмитрий Леонидович, в моей жизни, в последнее время, столько боли и страданий, что я даже не знаю, что вы имеете в виду... Тренер молча развернул монитор своего компьютера. Перед Лиз появилась видеозапись, стоявшая на паузе. Сначала она не поняла, что на ней. Подошла вплотную к монитору и ее охватил стыд, злость и отчаяние. На видеоролике красовалась она - Лиз. В отличие от фотографий, на ролике был виден весь спектр ее эмоций. Несмотря на то, что это было изнасилование, казалось, что ее лицо изображает похоть и вовлеченность в процесс. Ее лицо было четко видно, а вот лиц мужчин, видно не было, лишь тела и органы, которые ее пронизывали. Невольно, увидев то, что было изображено на мониторе, девушка закрыла лицо руками. - Так что, есть, что сказать? - Холодно спросил тренер. Было видно, что спрашивает он ради формальности. Все выводы Дмитрий Леонидович сделал без ее участия. - Вы можете мне не верить и имеете на то полное право... - Начала Лиз. - ... Но то, что вы видите - это ошибка, предательство и улика изнасилования. Лиз в который раз рассказала, что с ней произошло. Поначалу Дмитрий Леонидович смотрел на нее с недоверием, но выслушав историю до конца, изменился в лице. - Ну и молодёжь нынче пошла! - Мужчина стукнул по столу. - Подонки! Ты знаешь, кто это мог быть? - Одного знаю... И то, не уверена, что среди них он имеется... Тренер был мрачнее тучи. Было видно, что его понимание ситуации мало что изменило. - Лиз... - Наконец-то сказала то, что его беспокоило. - Понимаешь... Несмотря на то, что ты мне рассказала, я не могу поменять решение, которое принял изначально. Еще до того, как ты сюда пришла. - Что за решение? - Мне придется исключить тебя из клуба, прости меня. Слова тренера прозвучали как будто издалека, а Лиз была не в своем теле, а где-то в стороне. - Но, как же это... - Прости... - Еще раз повторил Дмитрий Леонидович. - Это все ради твоего блага. Тот, кто прислал мне этот видеоролик, сказал, что если я этого не сделаю, то этот ролик выйдет в общественность. Если это произойдет, то в первую очередь, пострадает твоя личная жизнь. Дальше, пострадает твоя спортивная карьера, так как спортивный комитет, который это увидит, будет вынужден снять твою кандидатуру со всех соревнований, и ты вряд ли убедишь их так, как убедила меня. Ко всему прочему, я поставлю под удар весь спортивный клуб. Лишнее негативное внимание вряд ли принесет клубу пользу. Понимаешь меня? Лиз кивнула. К горлу подступил, уже давно ставший родным, ком, а к глазам подступили предательские слезы. - Да... Я понимаю тренер. Спасибо вам за все. Девушка уже хотела развернуться и уйти. Дмитрий Леонидович встал, подошел и обнял ее. - Я, правда, хотел бы, чтобы все сложилось по-другому. Я обещаю, что постараюсь найти какое-нибудь решение, постараюсь помочь. Если тебе понадобиться какая-нибудь иная помощь - ты всегда можешь ко мне обратиться. Но в этой ситуации, по крайней мере, сейчас, я бессилен. Лиз пустила до этого ели сдерживаемые слезы и в голос зарыдала. Это были первые, за долгое время, реальные физические объятья. Дмитрий Леонидович погладил ее по спине. - Ну-ну, ты же все-таки моя ученица, спортсменка, воин. Держи себя в руках. Все у тебя будет хорошо. - Хорошо тренер. Она стерла остатки стекающих слез рукавом и улыбнулась. - До свидания, Дмитрий Леонидович. - До скорой встречи, Лиз. Выйдя из зала, ее переполняли противоречивые чувства. Лиз была зла, разочарована, подавлена, но в то же время ощущала облегчение, что хотя бы в глазах тренера смогла оправдаться и избежать осуждения. Что ее слова не восприняли, как лож, по крайней мере, ей так сказали. -«Все будет хорошо...» Девушка пыталась себя успокоить, но у нее не получалось. Все, чем она жила, почти в один момент отобрали. Учеба, хоть и с трудом, далась ей. Она привыкла к самому университету, к профессорам, даже к ужасному коллективу... Отняли. Она привыкла к боксу, к спорту в целом. У нее, наконец, начало получаться. И это забрали! Появилась лучшая подруга и та исчезла! Любовь, которую она себе вообразила, оказалась лишь игрой... Уважение, которая она с таким трудом обретала, пошло насмарку, после нескольких слитых, не по ее вине, фотографий. У Лиз было ощущение, что жизнь ее прожевала и выплюнула. Девушке, все же, нужен был ответ, который ей так и не дали. Она достала телефон и начала писать Сергею. - Ты мне так и не ответил. Зачем ты так со мной поступил? Она стояла посреди улицы и смотрела в дисплей, как будто гипнотизируя его. Парень был онлайн и сразу же прочитал сообщение. - Это был не я. Это была - Кира. После вечеринки мы поссорились, и какое-то время не разговаривали. А после, когда помирились и я был у нее дома, она без спроса стянула у меня телефон и быстро перекачала все данные. Я, правда, не хотел этого. Материал нужен был лишь для того, чтобы меня обезопасить, не более. - Я спросила немного о другом. Я спросила о том, зачем ты и твои друзья меня изнасиловали, но и этот ответ меня тоже интересовал. - Так получилось. - Коротко ответил Сергей. - Ты ведь понимаешь, что теперь тебя ничего не защищает? - Понимаю, но надеюсь на твое благоразумие. - Благоразумие?! Ты серьезно?! Ты испортил мою жизнь! Отравил своим присутствием! Опозорил! Одурманил какими-то веществами и трахнул! Ты издеваешься надо мной?! - Я был не прав... Люди иногда ошибаются. Пойми и прости меня, пожалуйста. - Человека, я, возможно бы, простила. Но ты не человек - ты скот! Прощай! "Лиз заблокировала контакт Сергей".