Если бы не ты...

      Ночь. Мёртвая тишина давит на рассудок, заставляет чувствовать себя неуютно, более не радует и не успокаивает. Док не спит. Даже спустя огромное множество попыток, врата царства сновидений по-прежнему остаются для него запертыми. Он просто не может уснуть. Тревога, вызванная долгим отсутствием Уимблтона, не позволяет.       Хэнк отправился на базу А.П.Х.У. ещё позавчера, но до сих пор от него нет ни единого отклика. Путь не близкий, да и сама «миссия» убийцы непроста, но ведь, возможно, его растерзанный труп уже валяется на холодном бетонном полу в луже собственной крови, посреди десятков таких же мертвецов. Чёрт знает, добрался ли он до базы вообще. С каких это пор Дока это так волнует? Хотя да, лишиться единственного друга, если Уимблтона можно так назвать, было бы очень прискорбно.       2BD сидит на кухне наедине с чашкой горячего кофе. Капание воды из-под крана действует на нервы, стараясь сбить того с мыслей. Кофе уже давно не придаёт никакого чувства бодрости, но этот горьковатый вкус всё равно радует Дока, позволяет немного отвлечься от своих переживаний. Вдруг темень комнаты за дверным проёмом затрагивает какой-то неяркий красный свет. Без какого-либо понимания происходящего, мужчина соскакивает с места и несётся в комнату. Распахивается дверь. Пусто. Сияние пробивается сквозь щели заколоченного досками окна. 2BD осторожно подходит к нему ближе и решается взглянуть на то, что же всё-таки происходит за пределами дома. А ничего, если не считать того, что небу вздумалось изменить свой оттенок и теперь, ближе к горизонту, оно отдавало краснотой. Что это? Предвестия конца света? Очередные проделки двигателя невероятности?       Док не находит себе места. Вновь он совсем один, оставленный наедине со своими тараканами. Хочется сбежать из этого дома, уехать прочь, или уже наконец встретить в коридоре Хэнка, что заставит хоть немного поверить в нормальность происходящего. Но его там нет, и не факт, что будет вообще.       2BD покидает второй этаж и спускается к своему рабочему месту. Усевшись на старый скрипучий стул, он хватается руками за голову. Усталый выдох. Краем глаза он замечает рацию, лежащую без дела. Ту самую, с помощью которой он связывался с Уимблтоном ранее. Вряд ли тот утащил рацию с собой, да и расстояние между ними было достаточно большое. Док накидывает на себя куртку и выходит на улицу. Его тут же встречает типичная для Невады прохлада. По старой пожарной лестнице он взбирается на крышу здания. Немного покрутив рацию в руках, 2BD наконец произносит: «Хэнк, если ты меня слышишь, ответь». В душе теплится надежда, что Уимблтон сейчас откликнется, живой и невредимый. Но ответа всё нет. Проходит полминуты. «Хэнк, ответь», – очередной раз окликнул тот убийцу. Тишина. Дурацкая была затея.       Док уже собирается спускаться, как вдруг раздалось неожиданное шипение рации. Уимблтон ответил. Первый надеялся услышать от него хоть пару слов, но по ту сторону раздавалось лишь хриплое, тяжёлое дыхание в перемешку с помехами. Хэнк молчал и, словно телефонный хулиган, пугающе дышал в трубку.       Терпение 2BD заканчивается. Спустившись с крыши, он откладывает рацию и хватается за ключи от угнанной машины, не забыв прихватить с собой винтовку, ранее мирно висящую на стене. Док быстро покидает здание и запрыгивает в транспорт. Раздаётся рёв мотора, резко загоревшиеся фары пронзают темноту. Он давит на газ и выезжает. Нужно вытаскивать Хэнка...       2BD осторожно пробирается к базе, сжав в руках оружие. Повсюду валяются совсем свежие трупы с множеством травм и следов от пуль. Сразу видно, что Уимблтон успел здесь поработать, причём очень старался. На зданиях виднеются следы разрушения: где-то пробита стена, с обвалившегося в некоторых местах потолка свисают искрящиеся куски проводки. Видимо, решили в этот раз побаловаться взрывчаткой. Охрана убита, вокруг относительно тихо. Никакой особой опасности, кажется, нет. 2BD осторожно проходит на базу и ищет глазами Хэнка, продвигаясь вперёд тихо, словно мышь. Освещение работает через раз, некоторые лампы безустанно мигают, нагнетая ещё более жуткую атмосферу, будто после апокалипсиса.       Док обошёл уже кучу комнат и коридоров, проверил практически все этажи, но Уимблтона нигде не было. Это одновременно и огорчало, и радовало. Раз здесь не валяется его труп, то ещё есть какая-никакая надежда встретить Хэнка живым.       Док аккуратно проходит в последнее непроверенное помещение, переступая через кровоточащие тела погибших агентов. Кажется, это какой-то зал, достаточно просторный. На стенах трещины и чёрная сажа, куча мертвецов на полу. Видимо, эта комната потерпела не хилый взрыв. 2BD пробегается глазами по окружающим телам и замечает его...       Уимблтон сидит на полу с рацией в руке, облокотившись на стену, весь в крови, знатно потрёпанный. На всём теле зияют крупные кровоточащие раны. Но 2BD замечает, как его грудь еле заметно поднимается и опадает. Дышит. Док подбегает к нему и присаживается рядом.       — Хэнк, живой?       Тот приподнимает свою голову и одаряет 2BD уставшим взглядом. Но как только убийца узнаёт своего союзника, выражение его лица меняется. Это галлюцинации? Не ожидал тот увидеть Дока здесь.       — Твою мать, Уимблтон... — тихо ругается тот, слегка приблизив свою руку к лицу Хэнка. У него нет нижней челюсти. Та просто отсутствовала. Одни ошмётки мяса, да стекающая по шее и груди кровь, что в некоторых местах уже запеклась. Теперь понятно, почему Хэнк ничего ему не ответил. Ужасное зрелище. И как он ещё держится?       Не смея больше медлить, Док поднимается и осторожно хватается за убийцу. Он тащит его прочь с этой проклятой базы, пусть и не очень успешно. Оно и понятно, Уимблтон по сравнению с ним тот ещё здоровяк. Ох, знал бы 2BD, как Хэнк рад его видеть. Пожалуй, это лучшее, что могло случиться с ним перед смертью. Убийца окончательно расслабляется, перестаёт обращать внимание на адскую боль. В глазах темнеет, становится так хорошо...       Кромешный мрак, неясность и безмолвное успокоение. Однако их нарушает внезапно появившиеся тревожные мысли. Где он сейчас находится? Что происходит вокруг? В глаза ударяет яркий свет. То ли это зарево в конце туннеля? Кажется, не совсем. Проклятое ощущение боли возвращается...       Хэнк резко открывает глаза. Прямо ему в лицо светит настольная лампа, что заставляет прищуриться. Дышать тяжело... очень. Уимблтон не чувствует челюсти, но ощущает на её месте что-то тяжёлое и холодное. Он приподнимает руку и касается этого что-то. Металл. Его тело замотано в бинтах, в том числе и эта непонятная железяка. Устало повернув голову, он понимает, что находится дома, на первом этаже. Вдалеке светится монитор докова компьютера, тикают настенные часы. Это заставляет немного успокоиться и расслабиться. Рядом с собой Уимблтон замечает сидящего на стуле Дока. Он спал, положив голову себе на смирно сложенные руки, как когда-то ранее. Видимо, сильно устал, пока возился с этим инвалидом.       Хэнк даже и представить себе не мог, что тот сам приедет к нему и вытащит из этого кошмара. Да что уж там, на той базе он бы самого себя бросил. Ну а смысл? Всё равно еле живой. Сидел бы и преспокойно себе умирал, чтобы через некоторое время пополнить ряды пристреленных грантов. Но 2BD его не кинул. Кто бы мог подумать... Чёрт, какое же сокровище он отрыл тогда в переходе. Не зря потащил того с собой, не оставил там наедине с солдатами А.П.Х.У. И мало того, что Док его вернул домой, так ещё и не позволил унаследовать ту же судьбу, что настигла тупых марионеток агентства. Видимо, всю ночь над ним хлопотал и сшивал по кусочкам.       Уимблтон тянется рукой к голове Дока и еле ощутимо поглаживает его по растрепавшемуся ирокезу. Но даже это мимолётное движение заставляет того проснуться. Чуткий сон. 2BD поднимает голову и, тяжело вздохнув, смотрит на Хэнка.       — Очнулся всё-таки, придурок? — мда, стоило ожидать такой реакции. Но Хэнк готов был терпеть все ругательства союзника. Да и он сам прекрасно понимал, что заслужил выговор. Предоставил 2BD уйму лишних проблем. В то же мгновение убийце прилетает газетой по голове. — Чем ты, еблан, только думал?! А если бы я не приехал? Сказано же тебе было вести себя аккуратнее и внимательнее! Я тебе, блять, в первый же день сказал, что я не хирург! А тут ебись с твоей челюстью всю ночь!! — ещё один удар газетой.       Уимблтон болезненно вздыхает и, кажется, хочет извиниться. Но его тут же останавливает 2BD, чуть смягчивший свой тон. Видимо, сжалился над горе-инвалидом.       — В лишний раз рот свой не открывай, швы разойтись могут. Не уверен, что ты вообще долго с этой хернёй протянешь, но это единственное, что я смог придумать.       Хэнк послушно повернул голову кверху и постарался за зря не шевелиться. Док швырнул газету на стол со звонким шуршащим звуком. Тихое неразборчивое ворчание. Хэнк слышит шаги, а затем и хлопок двери. 2BD ушёл на второй этаж.       Уимблтон лежал на старом длинном столе, уставившись в потолок. Мда, получил. Вот ведь, отчитал его Док, словно мать своего ребёнка-хулигана, что в очередной раз залез в какую-то передрягу. Но Хэнк всё равно был благодарен союзнику, как бы тот его не ругал. Зато он жив. Если не считать ужасной боли во всём теле, то жизнь действительно удалась. А Док за него так переживает... Даже приятно осознавать, что ты кому-то небезразличен.       Вдруг к нему вновь спускается 2BD с подушкой, полотенцем и тарелкой в руках. Поставив блюдо на компьютерный стол, он подошёл ближе к своему подопечному и пихнул тому подушку под голову, помогая слегка приподняться. На самом деле так стало намного комфортнее. Далее Док взял тарелку и сел на стоящий рядом с Хэнком стул. Он протянул ему ложку с чем-то.       — Голову кверху и слегка рот приоткрывай. Уимблтон заметил, что в миске был суп. Он его не любил от слова совсем, а потому отвернулся, на что Док недовольно нахмурился.       — Выёбываться потом будешь, а сейчас ешь, чтобы с голоду не подохнуть. Тебе кроме супа ничего и не съесть в данный момент. Так что давай, не вредничай.       Нехотя Хэнк всё-таки выполняет указания 2BD. Тот буквально заливает в рот пострадавшему суп. На вкус не так уж и плохо... даже вкусно. Уимблтон проглатывает пищу, а Док заботливо вытирает с металлического подбородка убийцы убежавшие капли бульона, серьёзно нахмуривши брови. Какой же он всё-таки забавный и милый, когда злится. И даже несмотря на своё негодование, 2BD всё равно заботится о Хэнке. Это он так ответственно подошёл к исполнению своей части договора, или тем самым благодарит Уимблтона за некоторые заслуги? Впрочем, не столь важно.       Когда суп уже был полностью съеден Хэнком, Док молча поднялся и унёс посуду наверх, а потом вернулся на первый этаж. Окинув оценивающим взглядом Уимблтона, он развернулся к тому спиной и уже собрался к своему столу. Предстояла генеральная проверка всего форума А.П.Х.У., много работы. Но что-то помешало 2BD сдвинуться с места. Зацепился что ли? Да, действительно зацепился. За Хэнка. Он ухватился за кофту Дока и не отпускал, в то же время всем своим видом показывая, как ему плохо.       — Что ещё? — спрашивает тот, повернув голову в сторону союзника. Никакого ответа не последовало. Уимблтон просто притянул его обратно к себе и только тогда, наконец, отпустил. — Если тебе что-то нужно, то говори. — вновь тишина. Убийца лишь молча смотрит тому в глаза, словно не решаясь озвучить своей просьбы. 2BD это надоедает. — У меня нет времени на игры, Уимблтон. Мне нужно работать.       Док разворачивается и вновь направляется к этому несчастному компьютеру. Но хриплый и еле разборчивый голос позади заставляет его остановиться.       — Док... останься.       2BD устало вздыхает и возвращается. Уимблтону, кажется, сейчас чертовски плохо. Ну да, как же. С такими ранами... Как он вообще жив остался? Возможно, он немного не вовремя отчитал Хэнка. Можно было бы подождать, когда его состояние чуть улучшится, а там уже и всыпать по первое число. Док кладёт руку тому на лоб и проводит ею по шершавым бинтам, что обвили голову страдальца. Тот прикрывает глаза. Говорят, что переживая всякие беды бок о бок с незнакомцем, вы сближаетесь в разы быстрее, чем с кем-либо ещё в более приятных условиях. Вы, сами того не замечая, становитесь ближе, начинаете ценить помощь друг друга. Кто знает, может быть и между ними уже появилось то самое содружество, даже за такой недолгий срок? Определённо да. Глупо это отрицать. К тому же, ни у Дока, ни у Хэнка нет никого более, кроме друг друга. У них и выбора-то особо нет, как казалось обоим. Но, в любом случае, Уимблтон рад иметь такого союзника, как 2BD. Он даже готов выслушивать его постоянную воркотню. Есть в Доке что-то такое, что заставляет Хэнка закрыть глаза на главную смущающую его особенность – тот ранее работал в А.П.Х.У. Но это в прошлом, 2BD больше не работает на агентство. Но что же всё-таки заставило Дока уйти?       Весь вечер он провёл за проверкой форума. Да, Хэнку удалось прикончить Шерифа, но какой ценой! Однако не всё так просто. Кажется, агентство ничуть не собиралось распадаться, даже несмотря на многочисленные разрушения и потери. Но это Док обсудит с Уимблтоном чуть позже. У того и так с головой не всё в порядке, тем более сейчас его состояние оставляет желать лучшего. Мало ли что.       Убийца же лежал на своём месте, всё это время наблюдая за союзником. Разглядывание Дока, негромкие щелчки мыши и клавиш клавиатуры расслабляли. Его, кажется, клонило в сон, но что-то всё равно не позволяло окончательно уснуть. Боль? Да нет, та уже успела поутихнуть, благодаря предоставленному Доком обезболивающему.       Ближе к ночи, когда 2BD уже еле держался на ногах, решил не совершать прошлой ошибки и оторвался от компьютера. Не хотелось бы в очередной раз заснуть прямо за монитором. Выключив всю технику, он наконец встал из-за стола и потянулся, чтобы размять затёкшие конечности.       — Ну что, пошли наверх. А то грохнешься ещё с этого стола, придётся потом опять кости твои по полу собирать. — проговорил Док. Подойдя чуть ближе, он протянул Хэнку руку. Тот устало посмотрел ему в глаза. — Давай, поднимайся. Сейчас потихоньку дойдём, я тебе помогу.       Уимблтон принял помощь 2BD. Идти было сложно, голова казалась тяжёлой, как камень. Но всё-таки страдалец был доставлен на более удобный для сна диван. Док накрыл его одеялом, а сам решил немного посидеть на кухне с кружечкой кофе. Да, отличная идея пить его на ночь.       — Отдыхай. — тихо произносит 2BD и покидает комнату.       Дверь закрывается, Хэнк остаётся наедине с собой в полной темноте, если не считать еле заметное красное свечение из окна. Уставившись в стену, он задумывается о чём-то своём.       Странно, почему Док всё ещё не вернулся? Прошло достаточно много времени, а того всё нет и нет. Дабы удовлетворить своё любопытство, Уимблтон таки встаёт с дивана и подходит к двери. В окружающей его тьме словно что-то противное и пугающее ползёт по стенам, но Хэнк старается того не замечать. Взявшись за ручку, он отворяет дверь открывает для себя проход в коридор.       Повсюду кровь: на стенах, на полу, да даже на потолке. Весь дом разгромлен, словно всего пару минут назад тут хозяйничали грабители. Но ведь он ничего не слышал... Сделав пару шагов, Хэнк видит еле живую кухню. За столом сидит Док, устремивший свой пустой взор в потолок. Его горло перерезано. От увиденного голова Хэнка пошла кругом.       Уимблтон был готов рвать и метать всё вокруг. Какой подонок сотворил это? Но не успевает тот толком осознать в полной мере суть происходящего, как чувствует, что что-то ползёт по его спине. Словно те самые грешки, на которые он, на самом деле, плевать хотел. Позади слышится щелчок перезарядки оружия, что заставляет Хэнка резко обернуться. Тот успевает заметить только горящий в полумраке нимб над головой врага. Раздаётся оглушительный выстрел...       Хэнк вскакивает с места. Опять он находится в своей комнате в полной темноте. Дыхание сбилось, нервы на пределе. Уимблтон быстро осматривается вокруг, благо глаза уже немного привыкли. Всё на месте, всё спокойно. Неподалёку от себя, ближе к стене, тот замечает мирно спящего Дока. Грудь его медленно поднимается и опадает. Живой. Кажется, это был просто ночной кошмар.       Мученик укладывается обратно и закрывает глаза, но сон к нему более не приходит. Он слышит каждый еле заметный шорох, слышит, как капает кран на кухне. Он слышит тихое посапывание Дока позади себя, и это единственное, что позволяет ему хоть немного расслабиться после пережитой в сновидении жути.       Однако этой ночью Хэнк так больше и не уснул.