Не по плану 2

      Геллерт сонно приоткрыл один глаз, но тут же заслонил его рукой — единственный яркий луч света, пробившийся из еле заметной щели в шторах, слепил бедному магу в глаза. Он немного приподнялся, пытаясь проснуться и привести мысли в порядок. Повернул немного голову, и его лицо озарилось теплой улыбкой — рядом лежала Василиса.        Длинные белоснежные волосы расплывались по подушке, отливая чистым серебром. Геллерт осторожно убрал одну прядку, спонтанно упавшую на лицо, и у него в голове пронеслась мысль, что он хотел бы начинать свое утро именно так. С неё.              Шторы, через которые редко просачивались лучи, рывком раздвинулись, ослепляя комнату ярким светом. Невольно засмотревшись на сверкающие в лучах пылинки, Геллерт всё же глянул на часы — 12:13.              Так как завтрак они уже давно пропустили, обед по щелчку пальцев очутился на прикроватном столике, щекоча ноздри приятным запахом свежей выпечки.       Волшебница сладко потянулась, нежась в тепле одеяла. В комнате было тепло и вкусно пахло выпечкой. Василиса аккуратно присела на кровати, отмечая, что место где лежал Геллерт было теплым, а значит он ушел совсем недавно. От этой мысли стало тепло на сердце, и девушка мягко улыбнулась собственным мыслям, уже одеваясь с помощью беспалочковой магии.       Живот глухо заурчал, поэтому девушка взяла с подноса небольшой шоколадный круассан, послушавшись зову желудка.       Она уже почти закончила с завтраком, в то время как Гриндевальд вошёл в спальню, уже полностью одетый.       — Доброе утро — Василиса встала с края кровати, и подошла к большому окну, дотрагиваясь ладонью до ажурного витражного стекла.       Маг лишь тихо подошёл и приобнял волшебницу, уткнувшись носом в порозовевшую щеку. От её гладкой кожи вкусно пахло кокосом и крыжовником, щекоча рецепторы.       — Ты уже завтракал? — волшебник немного помялся, но всё же ответил.       — Нет. Пропал аппетит. — он чмокнул волшебницу в щеку и немного отошёл, позволяя ей повернуться.       — Когда ты последний раз ел? — она подошла к нему вплотную, обхватив руками лицо и пристально всмотрелась. — ты очень бледный. Даже для альбиноса.       — Тебе кажется — он растянул уголок рта в улыбке, безуспешно пытаясь отвлечь её внимание от полопавшихся капилляров в глазах.       — Ты мне врёшь. — это был не вопрос, а утверждение. — Так когда ты последний раз ел?       Отпираться было бесполезно, поэтому он нехотя ответил.       — Дня три назад...... Вроде… — глаза волшебницы сначала округлились, а потом сощурились, сверкая ехидством.       — Вот смеху было бы в Министерстве: «Великий и ужасный Геллерт Гриндевальд, помер в собственном замке от недоедания». — секунда молчания, и они взорвались смехом, чуть не стукнувшись лбами.       — Ха-ха.ха-ха-ха…       Наконец отдышавшись, Василиса силой затащила Геллерта за наколдованный стол.       — Чего бы вы хотели? — Василиса шутливо приняла позу официанта.       — Ммм… Дай подумать… — он хитро прищурился, неожиданно для себя выдав — Тебя!       А в следующую секунду ловко увернулся от пощёчины, и ехидно ухмыльнулся.       — Ха-ха-х ладно, ладно тебе! — он только и успевал защищаться от ударов, так и сыплющихся на него. — Да что я тебе сделал?!

* * *

      Куинни шагала по комнате, в ожидании гостьи. Она вполне умеет сохранять спокойствие, но сейчас ярость просто вырывалась из неё, заставляя мерить тяжёлыми шагами комнату, а слезы литься по нарумяненным щекам, размазывая чёрную тушь.       Послышался глухой стук в дверь, и прежде чем Куинни успела хоть как-то отреагировать, в комнату стремительно вошла светловолосая девушка.       — Как он мог так поступить?! О, Мерлин, не плачь Куинни. — Василиса не очень хорошо знала Якоба, лишь из рассказов Куинни, но этого было достаточно чтобы понять, что он хороший человек. — Может у него не было выхода?       — Выход есть всегда!!! — девушка тихо содрогалась в рыданиях. Казалось, она уже не в силах остановить слёзы. Василиса не долго думая, заключила волшебницу в объятия. — Я его любила, доверилась ему… Я пошла с ним!!! А он… Он…        Волшебница тщетно пыталась успокоить содрогающуюся в рыданиях Куинни, но та вдруг вырвалась, обнимая себя руками.       — Не нужно меня успокаивать! — желтоглазая волшебница непонимающе посмотрела на неё, медленно подходя ближе, но та стала отступать, смотря на волшебницу невидимыми глазами.       — Не подходи ко мне! — она зло оскалилась, раздувая ноздри. Девушка в шоке всматривалась в лицо Куинни.       — Да что с тобой?! — ничего не ответив, златовласая волшебница выскочила за дверь, оставив Василису стоять в ступоре.

* * *

      — Ты не знаешь что с Куинни? — девушка сидела перед камином, задумчиво вглядываясь в языки пламени.       — Кажется, она выглядела очень расстроенной. А что? — Геллерт отпил глинтвейн, блаженно прикрывая глаза.       — Её бросил парень.       — Якоб, кажется? — маг заинтересованно покрутил бокал, рассматривая тёмно-оранжевую жидкость.              — Как вообще можно общаться с магглами? Они такие меркантильные, жадные, властолюбивые и…       — И ты только что описал всю свою сущность. — маг убийственным взглядом прошёлся по волшебнице, встречаясь с точно таким же.       — Я лишь хочу общего блага. — он прошил пальцами волосы, формулируя мысль. — Нельзя допустить войну. Если не остановить магглов, они истребят нас как крыс — так ты хочешь? — собеседница отрицательно качнула головой, немного сдвинув белёсые брови к переносице.       — Всё можно решить мирным путём. Цена революции слишком дорога. Сколько невинных людей пострадают только из-за того, что каким-то единицам не живется спокойно? — глаза заблестели от скопившихся слез, но девушка силой воли заставила себя успокоиться и выровнять дыхание.       — Я видел их, я их знаю. Они........убили мою мать. — он встал с кресла и подошёл к окну, вглядываясь в ночное небо, испещренное брызгами созвездий. — Сжигали нас на кострах, сжигали самих себя, только за то, что мы отличались от них. Они преградили нам путь к знаниям, а этот закон ещё и заставляет нас прятать своё существование. К чему эти ограничения? — он сцепил руки за спиной и медленно повернулся к собеседнице.       — Ни к чему. Но если мы пойдём на них войной, они будут считать нас врагами, убийцами. Сколько детей верят в сказки про волшебство? Сколько хотят увидеть чудо? — огонь начал потухать, поэтому девушка заклинанием заставила загореться его с новой силой.       Внезапно Гриндевальд сорвался с места и схватил волшебницу за плечи, приводя ту в шок.       — Да. Да. ДА!!! Вот что мы сделаем! — его безумный взгляд метался от одного цитринового глаза к другому. — Дети — вот что нам нужно!!!       — ..... — она тупо пялилась на него, переваривая информацию.       — Дети немагов. — только после этого пояснения до девушки допёрло, что он имел ввиду, и она наконец «ожила», убийственно смотря на тёмного мага, который уже во всю хохотал, свалившись в ближайшее кресло.       Василиса продолжала стоять, угрюмо сложив руки на груди.       — Че ты ржёшь? Надо правильнее выражать свои мысли. — но уголки её губ предательски поднимались вверх.