Становится тихо.
Вокруг. Ведь время пол четвёртого утра и трасса практически пуста. Внутри. Ведь мелькающие огоньки особенно очаровательны, словно без конца вращающийся калейдоскоп, но не так красивы при хорошем зрении.И пахнет.
Пахнет чем то далеким и сладким. Жадно втягиваешь побольше, захлёбываешься, пытаясь уловить эту сладость. Ухватиться за эту слабость. Толи свой крем, которым все чаще покрыты уставшие кисти, и благодаря которому ты успокаиваешься снова и снова втирая его в ладони, беря тем самым передышку от всего. Толи зимней сказки, что так отчетливо помнилась в детстве, то время волшебства и разбитых надежд, которые с каждым годом становились все больше, все горячее, сжигая пухлые щеки дорожками слёз. Последний глубокий вдох. Ловишь его и боишься выпускать, дорожишь им будто это блядская фамильная драгоценность — ничего не значащая, но в то же время такая ценная.Тебя ведёт. Пора обратно на дно.
Резкий поворот гладкой ручки, стремительный выдох. Здесь дорожить незачем, все равно не удержишь. Снова в своей бетонной клетке. С щелчком окна возвращается ощущение кислой реальности. Ты снова тот же измученный нервной жизнью и тревогами человек.И вдруг с тем же щелчком начинаешь думатьдуматьдумать...
О том, когда же это мимолетное ощущение тихой радости не нужно будет ограничивать, прерывать? Делая себе больно, давясь осколками того самого конфетти, похожего теперь на цветную стеклянную крошку которую ты день за днём принимаешь словно наркотик.Когда станет хорошо?
Когда кончится ломка?
Когда будет время на СПОКОЙСТВИЕ?