Система ДНК

      — Как твои способности показывают себя сейчас? — спросила Алина. садясь на переднее сиденье автомобиля, который специально взяли на время.       — Никаких видений не приходило, но в них пока нет смысла, — ответил Егор. — Я могу смотреть в будущее с интервалом пять секунд.       — Не приходят и хорошо, что не приходят, — сказал Константин. — Меньше провоцируй их появление.       — Мама, а что ты написала в заявлении? — спросил парень.       — Уезжаем на обследование в другой город в связи с твоим состоянием здоровья, — ответила женщина.       — Даже ничего не выдумала, — заметил муж. — Поехали, что ли…

***

      Дорога до Припяти заняла много времени. Добравшись до Киева на поезде, они взяли в аренду автомобиль и направились в сторону Чернобыля. Константин выправил специальные пропуска под предлогом того, что в городе осталось много документации, связанной с деятельностью станции. Причина была глупой, ведь никто бы не позволил вывезти хотя бы одну вещь, на которой скопилось много радиоактивной пыли. Поэтому Князев подписал договор о том, что при выезде проведут внимательный досмотр.       — Будто бы нам есть дело до устаревших данных, — усмехнулась Алина. — Тебя я бы и на метр не подпустила к дому, Князев!       — Алин, мы же всё обсудили.       — Но я не сказала, что не успокоилась!       — Может, ты тогда посидишь в машине, пока мы с Егором и доктором всё разузнаем?       — Сейчас! — фыркнула женщина. — Давай не будем продолжать эту дисскусию?       — С удовольствием.       Семья вместе с доктором ехала два часа, пока на границе Припяти они не остановились на пункте досмотра, где их попросили надеть маски и запахнуть все открытые места.       — Константин Владимирович Князев, Алина Романовна Князева, Егор Константинович Князев и Вильям Гобер? — спросил пограничник.       — Да, всё верно.       — Нас предупреждали о вас, — кивнул мужчина и прошёл к шлакбауму. — Будьте осторожны и постарайтесь ничего не трогать без необходимости.       — Ага… Не кушайте ягодки и не пейте воду — мутантами станете, — пробормотал Егор.       — Егор! — воскликнули родители, а доктор тихо посмеялся.       — Если шутит, значит пока что всё идёт ног’мально, — заметил Гобер.       Проехав одну улицу, Константин остановил машину.       — Егор, ты как? — спросил он, смотря в зеркало заднего вида. Парень прислушался к своим ощущениям и пожал плечами.       — Ничего не ощущаю.       — У всех с собой радиметры? — спросила Алина. Группа показала приборы и все вышли из машины.       — Итак, что будем проверять? — спросил парень, разминая затёкшие ноги.       — Как ноги, Кость? — спросила жена.       — Порядок. Сейчас разойдусь, постоим, подумаем, что можно сделать, а потом пойдём.       — Я, пока, осмотрюсь здесь поблизости, — предупредил сын. Алина посмотрела на мужа, но тот только кивнул.       — Думаю, он и так прекрасно понимает, что можно делать, а что нельзя.       — Егор, только, пожалуйста, осторожнее. Месье Гобер, составите ему компанию?       — Bien sûr, Константин, — ответил доктор. Князев-младший ушёл к ближайшим домам, а супруги остались у машины.       — Что-то чувствуешь, Егог'? — спросил Вильям.       — Хм… — закрыв глаза, парень приставил пальцы к вискам и начал ходить по кругу. Представив, как он выглядит со стороны, Егор начал смеяться.       — Егор, всё хорошо? — обеспокоенно спросил мужчина и посмотрел на родителей парня.       — Да я просто шучу, — отмахнулся Егор. — Ерунда какая-то.       — Это серьёзные вещи. Мы решаем вопрос твоего благополучия и здоровья.       — Я буду здоров, если сниму эту долбанную маску. Жара невозможная, — выдохнул Князев и уже потянулся к маске, но француз остановил его.       — Да сегодня максимально низкая весенняя температура! — удивился доктор.       — «Ты можешь не бояться», — раздалось в голове парня. Он посмотрел вокруг и заметил недоумённые взгляды родителей.       — Егор, тебе плохо? — крикнул отец.       — Я не уверен… — ответил Егор. — Я… Я слышу чьи-то мысли.       — Наши? — спросила Алина. — Или Вильяма?       — «Радиация тебе не навредит», — снова услышал Егор.       — Мне кто-то говорит, что я могу не бояться радиации, — ответил он, чувствуя, как у него начинают гореть щёки.       — «Снимай маску!», — от громкого голоса парень испуганно подпрыгнул.       — Скорее всего, это Его мысли, — пояснил Вильям. — Его сознание.       — Как мы можем быть уверены, что это не навредит ему?       — Его организм лучше него самого знает, что Егору будет во вред, а что во благо.       — Костя, мы многим рискуем.       — Но ты и сама видишь, как ему плохо.       Дальше следовало недолгое молчание. после которого мать Егора сдалась: — Хорошо, снимай маску. В случае чего по приезде вызовем скорую.       Константин снял с полусознательного сына маску и тот жадно вдохнул свежий (или не совсем) воздух.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил отец, обратив рассеянное внимание Егора на себя.       — Теперь значительно лучше, — кивнул парень и выдохнул.       — Это что значит, — Алина задумалась. — У Егора иммунитет на радиационный фон?       — Похоже на то.       — Мы с Алиной решили сходить в наш бывший дом, — рассказал Константин. — Может, там тоже что-то проявится.       — Вполне вег’оятно. Егог' ваш сын, а значит его необычное сознание может иначе сг'еагиг'овать на атмосфег'у кваг'тиг'ы, где вы жили, — сказал Вильям.       Вернувшись в машину, Князевы вместе с Гобером поехали к улице, где супруги жили в 86-м году. Здание ничем не отличалось от других домов в городе атомников. Серая коробка с прогнившими бесцветными рамами окон, в которых нет стёкол.       Бетонная дорога местами покрыта мхом, сквозь трещины прорывалась трава. Двор, за которым отпала нужда следить, зарос высокими травами. Пасмурная погода только наводила тревогу на брошенный город. Замок на двери в подъезд не работал, так что войти внутрь не составило труда. Поднявшись на нужный этаж, семья с доктором подошли к одной из дверей подъезда.       — «82»? Если бы вы поженились до того, как отцу выделили эту квартиру, я бы подумал, что вы специально выбрали именно её, чтобы было романтично, — улыбнулся Егор.       — Я не верю в судьбу, — ответил отец.       — Почему?       — Потому что нет доказательств того, что судьба влияла на что-то или на кого-то.       — А как же мы?       — Наш случай — один на миллион. Если судьба помогает одним, то должна помогать и всему человечеству. Да мы даже толком не знаем, Что с тобой происходит и какую роль Это должно сыграть.       В квартире почти ничего не осталось — мародёры всё вынесли. Алина прошлась по кухне и заглянула в ванную. Константин вместе с доктором прошли в спальню. Егор заметил ещё одну комнату и направился туда. Открыв дверь, он вошёл в помещение, захламлённое бумагами. Всюду валялись пожелтевшие и испорченные временем и погодой документы: какие-то отчёты и заявления. Парень сразу понял, что оказался в кабинете отца.       Голову пронзило острой болью и Егор выпал из реальности. Спустя несколько секунд он пришёл в себя на улице. Испуганные родители осматривали его.       — Егор, слышишь меня?       — Что там произошло, Кость?       — Даже не имею представления. Алина прикладывала к носу сына платок, останавливая кровь.       — Как себя чувствуешь? — спросил Константин.       — Сейчас лучше, — ответил Егор, поддерживаемый отцом. — Спасибо. Парень медленно отошёл от отца и огляделся.       — А где месье Гобер?       — Остался в квартире, — ответила мать. — Сказал, хочет осмотреть помещение. До того момента с тобой было всё хорошо, а стоило тебе зайти в комнату, как тебе резко стало плохо. Мы вывели тебя на улицу, чтобы ты пришёл в себя.       — Кажется, я догадываюсь, что стало пг’ичиной, — донеслось из подъезда. К семье вышел француз с некой склянкой, которую он держал в руке, закрытой перчаткой и встал в шести метрах от них.       — Мы же договорились ничего не выносить, — сказал Константин.       — Вег’но, но всё же пг’оверить стоит.       — И что там?       — ДМСО — димети…сульфоксид, — медленно выговорил мужчина. — Вещество обеспечивает защитную г’еакцию на г’адиоактивность. Судя по всему, почувствовав концентг’ацию г’адиации в вашем сыне, оно начало активно оттеснять его.       — Значит, ДМСО может избавить Егора от его способностей?       — Боюсь, оно его не спасёт, так как способности вг’ождённые, пг’ишли с г’ождением. Это вещество пг’иносит ему уг’он и лишает как физических, так и экстг’асенсог’ных сил.       — Ладно, — Алина выдохнула и посмотрела на сына. — Мы кое-что узнали, значит теперь можем уезжать?       — Да, можем.

***

      — У тебя что-то серьёзное, Егор? — спросила классная руководительница в начале уроков.       — Нет, это просто обширное обследование, которое я прохожу раз в полгода.       — А-а, — кивнула женщина. — Ну что ж, вам виднее. Но ничего не вредит твоему здоровью?       — Кое-что нашли, но пока что это не угрожает мне, — ответил парень. Учительница кивнула и, закрыв блокнот, подошла к другому ученику. Настроение у каждого почему-то не располагало к позитивному настрою. День обещал быть напряжённым.