Мы тебя тоже любим, Северус

       Стремительно приближались новогодние каникулы. Практически все студенты отбыли домой, к своим семьям, а в школе остались единицы. Во время каникул были убраны в Большом зале все столы и был поставлен один круглый стол, за который вместились все. Из учителей остались только МакГонагалл, Снейп и Дамблдор. Ну и Филч со своей кошкой. Никто никого не трогал, уроков не было, каждый был предоставлен себе, но комендантский час так и не отменили. — Гарри, не хочешь покататься на коньках? — спросила за завтраком. — Очень хочу, — кивнул тот, — Нам придется выбраться в Хогсмид. Надеюсь, там дают коньки напрокат. — Увы, но я не отпущу вас одних, мои дорогие, — сказал Дамблдор, сидящий напротив них. — Директор? — Прости, Гарри, но в Хогсмиде сейчас очень много людей, там опасно. Но я вас отпущу, если кто-то из преподавателей согласится сопровождать вас. Я был бы рад, но у меня дела, а Минерва не переносит холод. Северус, мальчик мой, может ты? — улыбнулся Альбус, хитро сверкнув глазами. — Директор, — чуть ли не подавился зельевар, сидя по правую руку от мужчины, — У меня у самого много дел. Я отказываюсь. — Да будет тебе, Северус. Зачем детей ограничивать в развлечениях? Прогуляешься, подышишь свежим воздухом, купишь себе что-нибудь. Сам покатаешься, в конце концов. Хватит сидеть безвылазно в своих подземельях, — сказал Дамблдор, и Снейп скрипнул зубами. А ведь он так надеялся побыть подальше от этой парочки. — Так и быть, Альбус, но кататься я не буду, — хмыкнул профессор, зная, что с ним проще согласиться, чем поспорить. — Зря, Северус, надо быть ближе к молодежи. Или ты боишься упасть на льду? Не переживай, Гарри и Гермиона тебя подстрахуют. Да, мои дорогие?        Те лишь заторможено кивнули. Вот это директор им устроил развлечение. Сами хотели просто покататься, а тут недосвидание вышло. Впрочем, им это было даже на руку.        Снейп поднялся, кинул испепеляющий взгляд сначала на директора, потом на парочку, назначил время и стремительно вышел. Еще одно испытание на его голову. Но в этой самой голове кружились мысли о предстоящем «свидании»: они отправляются одни в Хогсмид кататься на коньках. То есть Гарри и Гермиона будут кататься, а ему придется их сопровождать. О том, чтобы присоединиться к ним, мужчина старался не думать. Сам же решил отстраниться, чтобы потом больно не было.

***

       Гарри и Гермиона шли чуть впереди, направляясь к катку, на котором катались дети и взрослые. Были милые парочки, которые вместе учились кататься. Рядом была большая палатка, внутри которой были сидения для отдыха и переобувки, была стойка, за которой стоял человек и давал коньки напрокат. Рядом еще наливали горячие напитки. Просто идиллия для семей, друзей и влюбленных. Снейп явно чувствовал себя лишним. — Хотите присоединиться, сэр? — спросила Гермиона, когда они уже оказались в палатке. — Нет, — буркнул Снейп, сжав холодные пальцы в карманах зимней мантии в кулак. — Давайте, будет весело, — подал голос Гарри. — Мне что, делать больше нечего? Я и так не намерен был идти с вами, но меня заставили, — хмыкнул Северус. А так ли он не хотел всего этого? — Еще одно пари? — усмехнулась Гермиона, изогнув бровь. — Что на этот раз пришло в вашу голову, мисс Грейнджер? — напрягся тот. — Ну, хоть спорить нам на этот раз не на что, но можно что-нибудь придумать. Что мы можем сделать, чтобы вы вышли с нами на лед? — Мне от вас ничего не нужно. — Не может такого быть. Давайте хотя бы одно желание. — А вам-то это зачем? — вздохнул Снейп, уже устав от сопротивлений. Он сам себе казался тяжелым. — Вы хотите, чтобы мы ответили на этот вопрос? Хорошо, только если вы пойдете с нами. Мы ответим максимально честно, — улыбнулась чуть смущенно гриффиндорка. — Профессор, у вас какой размер ноги? — спросил Гарри, стоя у стойки и выбирая коньки. — Сорок пятый*.        Гарри принес им коньки и сел рядом, переобуваясь. Завязав плотнее шнурки, и сняв с лезвий чехлы, он протянул руки готовой Гермионе. Та поднялась, чуть пошатнулась, но устояла. Девушка давно не каталась, поэтому слегка пошатывалась, но стояла. Обернувшись на Снейпа, который тоже справился со шнуровкой, Поттер протянул и ему руку. — Мистер Поттер, я не настолько немощный и сам встать смогу, — в своей манере сказал Северус и встал, чуть пошатнувшись. — Не забудьте чехлы снять, — пожал плечами Поттер.        Мужчина пробурчал что-то и снова сел, снимая чехлы. Стоя он бы этого сделать не смог. Он снова встал, но менее устойчиво и чуть пошатнулся, оперевшись рукой на протянутую руку Гарри. Но Снейп ее не оттолкнул, потому что понимал, что без поддержки точно упадет, чего совсем не хотелось.        Они подошли ко льду, где не было мягких сугробов, и вошли на лед. Гермиона первая это сделала, делая неуверенные скольжения, а потом все лучше и лучше. Ноги вспомнили эти ощущения и быстро привыкли. Северус же встрял в самом начале. Он впервые стоял на льду на коньках. В детстве было вообще не до этого, да и денег не было, а потом война и работа. Потребности в этом развлечении не было.        Гарри уверенно стоял на своих двоих и был опорой для зельевара, который вмиг потерял свою холодную брезгливую маску. Он стоял, вцепившись руками в предплечья гриффиндорца с широко раскрытыми глазами и разъезжающимися ногами. — Професор, расслабьтесь. Видели же косолапых людей? Поставьте ноги так же, по направлению друг к другу, — дал указание Гарри, чуть притянув его к себе за талию. — У меня даже так ноги разъезжаются, — раздраженно рыкнул зельевар. — У вас в начале лезвия есть зубчики. Упритесь ими в лед и толкайтесь.        Снейп посмотрел вниз и увидел те самые зубчики, уперся одними в лед и слегка оттолкнулся. — Да, вот так. А теперь без меня, — сказал парень и отъехал в сторону на метр.        Потеряв опору, которую так не хотел отпускать, Северус зашипел, замахал руками и сильно наклонился назад. Благо, Гарри не собирался созерцать первое падение и оказался за спиной, не позволяя этому случиться. — Все нормально, вы еще не нашли свою точку опоры, — улыбнулся он, опаляя покрасневшее ухо Снейпа своим горячим дыханием. — Мерлин вас задери, Поттер! — рыкнул тот, выпрямляясь и чуть не заваливаясь вперед. Благо, Гермиона подоспела. — Не все с первого раза могут грациозно рассекать лед, — улыбнулась она, придерживая профессора за предплечья.        Тот почувствовал жар во всем теле, и мурашки побежали по коже. Два тела, его любимых человека, как в зеркале, прижимались к нему с двух сторон. Оба с красными щеками, спутанными волосами, горячие и счастливые. И один Северус: темный, в своей старой зимней мантии, холодный и ежистый. Но Гарри и Гермиона окружают его своим теплом, поддерживают и заставляют жить, а не существовать.        Северус закончил заниматься самоуничтожением уже после смерти Темного Лорда. Видимо, начал вновь. Его тонкие бледные губы чуть дрогнули, глаза обреченно блеснули, а в груди появился неприятный ком. Эти двое его будто жалеют, а потом отпустят. Это как если вырастить животное, даже дикое, а потом его отпустить. Что чувствует само животное? Может, оно не хочет уходить? Вы его вообще спросили? — Давайте, сэр, катитесь на меня, — сказала Гермиона, оборвав грустные мысли Снейпа и сжав его холодную ладонь своей теплой.        Она будто чувствовала что-то своей женской душой и внимательно посмотрела в лицо профессора. Чуть сжав губы, она хотела было потянуться к его лицу, но, пока раздумывала: какую руку отпустить, за нее это сделал Гарри. Он тоже что-то почувствовал, посмотрел, понял? Парень прикоснулся большим пальцем к холодной красной щеки и стер упавшую снежинку, чуть затаив дыхание.        Почувствовав прикосновение, Северус поднял взгляд, понимая, что его руки в объятиях рук Гермионы, а его щеку бережно поглаживает большой палец руки Поттера. Они молчат, выжидающе смотрят на него и не собираются отстраняться. Люди вокруг будто их не видят, а для них самих исчез весь мир. — Можно мы вам поможем, сэр? — спросил хрипло гриффиндорец где-то через минуту молчания. Он не уточнял: что именно имеется в виду. — Да, — таким же голосом ответил Северус, чуть выпрямляясь и поддаваясь вперед.        Он не смог сдержать улыбку, впервые чувствуя себя так уютно. В груди будто заткнули сквозную дыру, и все наполнилось теплом. Снейп знал, что перед ним доблестная часть Гриффиндора. Они слишком благородные, добрые и справедливые, чтобы подкинуть кому-то свинью.        Уже через полчаса Северус стоял на льду без поддержки и катился вперед, а уже через час спокойно рассекал лед. Только не пробовал пока никакие трюки, даже маленькие. Он наблюдал, как два его ученика катаются чуть в стороне, то отдаляясь, то приближаясь друг к другу. Потом они повернулись к зельевару и направились к нему. — Еще не устали, сэр? Или, может, сыграем в догонялки? — спросила Гермиона.        Северус не мог ответить ядом, созерцая красные счастливые лица с широкими улыбками. Он и сам искренне улыбался. Не так широко, но от всей души. — Нет, мисс Грейнджер, я не устал и догонять вас не буду. А то споткнетесь еще и упадете. Мне такое не надо, — хмыкнул мужчина.        Все понимали, что он переживает за свое падение, но говорить не стали. Зачем? Внезапно Гермиону кто-то толкнул, и она упала в сугроб, около которого они и стояли. Виновником был маленький мальчик, который не смог остановиться, влетел в нее на большой скорости, а сейчас улепетывал обратно с плачем. Впрочем, до него уже не было никакого дела. Гриффиндорка сидела в сугробе и заливисто смеялась, а ее бежевое пальто медленно намокало. — Боже, Мио, — просмеялся Гарри протянул девушке руку.        Но та так хохотала, что никак не могла встать. Она только скользнула ниже по сугробу и утащила за собой парня, который упал рядом и опять засмеялся. Северус, наблюдающий за этим, тихо посмеивался. Захохотать ему не дало смущение. Беззаботно хохочущий Снейп… Страшное дело. — Профессор, помогите, пожалуйста, — смеясь, попросил Гарри, протянув мужчине руку.        Тот заколебался и перестал посмеиваться. Он догадывался, что Поттер тянет его следом за ними, но ему было так хорошо и легко, а еще и бабочки, кажется, запорхали, что противиться Северус не мог и не хотел. Он сжал горячую руку парня своей и слегка потянул лишь для вида, а потом все же оказался на сугробе между ребятами. Те тихо похихикали и попросили прощения, после чего опять попытались встать. Снейп спокойно сидел в сугробе и с легкой ухмылкой смотрел на Гермиону, которая пыталась сесть хотя бы на корточки, но у нее не получалось. Гарри все же поднялся и помог девушке, а потом опять протянул руку профессору. Тот принял ее без колебаний и, прокатившись попой по льду, все же встал, уже не сдерживая смех. Всем уже было плевать на статус ученик/учитель. Они просто веселились.        Ближе к вечеру, когда загорелись разноцветные фонари и людей стало больше. Северус уговорил ребят закруглиться и уйти со льда. Они были все мокрые, красные и уставшие. Не хотелось бы, чтобы они заболели. Да и ноги уже ныли. — Спасибо, сэр, что пошли с нами. Было весело. А вам? — сказала Гермиона, снимая коньки и высушивая носки. — Да… Кхм… Мне тоже было весело, — улыбнулся мужчина чуть смущенно, пока не разуваясь и просто переводя дыхание. — Прогуляемся или вернемся в Хогвартс? Я бы просто посидел и попил что-нибудь горячее, — мечтательно вздохнул Гарри, сдав свои коньки, — Как непривычно надевать обувь. — Погода хорошая, но сидеть на улице не хочется… — сказала девушка, вытянув вперед ноги и размяв их, — Может, в школе посидим? Закажем у домовиков какао с зефирками или чай. Составите нам компанию, сэр? Сейчас в башне Гриффиндора никого нет. — Хорошо, — сразу же согласился Снейп, принявшись развязывать шнуровку на коньках. Но, пока он катался, бантик завязался в узел, и Северус не мог своими короткими ногтями его развязать.        Наблюдая за его потугами, Гермиона понимающе вздохнула и села перед зельеваром на одно колено, помогая развязать узел и снять коньки. Их забрал Гарри и сдал, а Снейп сидел и смотрел большими глазами на Гермиону. О нем заботятся, ему помогают. Но с какой целью? Этот вопрос мужчина решил задать вечером.        Они вернулись в Хогвартс и сразу направились в львятник, где устроились напротив камина. Школьный эльф поджег дрова и отправился делать заказ. Гермиона сидела посередине дивана и пила свое какао с зефиром, рядом сидел Северус с кружкой ароматного лимонного чая с мелиссой, а на ковре, прислонившись спиной к их ногам, сидел Гарри и пил горячий шоколад. — Так вы ответите на мой вопрос? — спросил Северус, поняв, что он сейчас сам становится, как зефир, плавающий в какао Гермионы.        На это влиял прошедший день и данная обстановка. Было очень тепло, хорошо, уютно. Совсем иначе, чем в его подземельях, где холодно и сыро. Возвращаться туда на ночь совсем не хотелось. — На какой? — невинно спросила девушка. — На тот, — выделил интонацией Снейп, почувствовав ногой, как Гарри чуть напрягся. — А это так важно? — чуть нервно посмеялась гриффиндорка, сжав пальцами горячую кружку. — Для меня — очень, — настойчиво ответил Северус, — Зачем вы это делаете? — Что делаем? — прикинулся еще большим дурачком Гарри, чуть повернув к нему голову. — Не знал, мистер Поттер, что вы так глупы и недогадливы! Хотя нет, знал. С вашего первого курса! — прошипел мужчина, и оба почувствовали его явное волнение, — Почему вы… — Ну… — со вздохом протянула Гермиона, посмотрев на остаток своего напитка, — Мы… — Не мямлите, мисс Грейнджер, — холодно сказал Снейп, тоже сжав свою кружку подрагивающими пальцами. — В общем, в начале этого года мы заметили, что вы на нас долго и странно смотрите. Решили узнать: почему, но подойти и спросить было бы бессмысленно, ведь вы начали бы все отрицать, сняли баллы, и, возможно, назначили отработку. Тогда мы решили действовать иначе и сблизиться с вами хотя бы до хороших знакомых. Возможно, так мы бы узнали причину ваших взглядов. Но вышло все немного иначе и вообще все запутанно, — быстро сказал Гарри, поняв, что его девушка сильно волнуется. — Вы… Что вы несете?! Какие взгляды?! Я… Я… Вы все это время притворялись, просто чтобы… — Северус вскочил, а кружка выпала из его рук и упала на ковер, разлив остатки. — Нет-нет, сэр, нам действительно было приятно с вами общаться. Мы не притворялись, ни разу, — следом вскочила Гермиона, поставив свою кружку на пол рядом с диваном.        Мужчина, казалось, был напуган, дезориентирован и растерян. Он хотел сбежать от этих гриффиндорцев и запереться в своих комнатах. Что Гермиона хотела этим сказать? — Сэр, вы хотели услышать ответ, но сами бежите от него и понимаете не так, как надо, — сказал Гарри, поднимаясь на ноги, — У нас не было причин притворяться. Мы искренне хотели с вами сблизиться. И сегодня днем нам ведь всем было весело и хорошо. Мы поняли, что вы нам нравитесь. Как человек, как учитель, как мужчина. — Это ложь. Наглая ложь! Хотели своими действиями добиться моего увольнения? Я вам так противен, что вы пойдете на такую подлость ради этого? — Снейп начал отступать к выходу.        На душе было так гадко. Последний раз такое ощущение было… Да даже Мародеры так низко не опускались! А эти двое… Он ведь хотел верить им. Быть хотя бы другом, хоть кем-то близким. — Нет! — воскликнула оскорбленная гриффиндорка, — Вы нам действительно нравитесь. Мне и Гарри одновременно, но и чувства между нами не остыли! Вы понимаете, как тяжело нам, паре, понять, что нам обоим нравится кто-то еще? И потом, вы можете дать нам сыворотку правды! — Да, профессор. Просто доверьтесь нам. Никто не узнает, что вы нам дали эту сыворотку. Если, конечно, мы вам тоже нравимся, — сказал Поттер, протягивая руку, — Мы знаем, что вы с собой носите один бутылек. Выпьем его прямо сейчас.        Северус нахмурился сильнее и прерывисто вздохнул, сжав сквозь ткань сюртука бутылек. Эти двое его окружили во всех смыслах и готовы были выпить сыворотку правды, чтобы он поверил. Мужчина решительно протянул бутылек Гарри, а тот выпил половину и передал его Гермионе. — Как вас зовут? — сделал пробу Снейп. — Меня Гарри. — Я Гермиона. — Вы мне лгали хоть раз? — Да. На пятом курсе я вам соврала, что не помогала Гарри с зельем, хотя за него его сварила я, чтобы вы поставили Гарри хорошую оценку, — сказала чуть покрасневшая Гермиона. — Вы солгали мне этим вечером? — Ни разу, сэр. — Вы нам нравитесь, мы не притворялись.        Северус сжал губы и почувствовал, как подгибаются ноги. Он оперся о стену, сердце громко билось в ушах. — Я нравлюсь вам обоим? Одинаково? Вы встречаетесь и хотите принять меня? — неверяще пробормотал он, тяжело задышав, — Или это просто мимолетное увлечение? — Нет, сэр, это не мимолетное увлечение. Вы нам нравитесь одинаково, мы примем вас. Сделайте шаг нам навстречу, — улыбнулась Грейнджер и развела руки в стороны в приглашающем жесте.        Северус колебался еще немного. Неужели два гриффиндорца смогли так сильно размягчить его? Смогли заставить улыбаться, смогли заставить его сердце биться чаще. И сейчас, выпив сыворотку правды, готовы были принять его в свою пару, став уже триадой. Но когда такое повторится? Такое щедрое предложение.        Снейп, вопреки своему образу и школьным легендам, сделал неуверенный шаг вперед. Ему было тяжело это делать, но он делал. Надеялся, что Гермиона сама уже подойдет и обнимет его, но она стояла на месте, ожидая его. Северус сделал еще один шаг, а потом еще один. Гриффиндорка оказалась чуть ближе, еще не рядом. — Давайте, сэр, никаких принуждений. Если вы не хотите, мы не будем настаивать, — сказал Гарри, стоящий рядом с девушкой.        Снейп тихо зашипел и быстро подошел к Гермионе, заключая ее в крепкие объятия и утыкаясь носом в макушку. Та сцепила руки за его спиной, наконец-то расслабляясь. Гарри усмехнулся, понимая, что каждый добился своего. Он подошел к ним и похлопал Северуса по плечу в дружеском жесте. Но Гермиона схватила его за руку и притянула к ним. — Вы просите быть увереннее, мистер Поттер, а сами… Портите момент, — пробормотал Снейп, сильнее прижимая гриффиндорку к себе. — Ну, я точно не знал, как вы относитесь к парням, — нервно усмехнулся Гарри, оказавшись так близко к профессору. — Поттер, — рыкнул тот, чуть смутившись. — Почему в делах любви парни такие нерешительные? — улыбнулась Гермиона и подтолкнула гриффиндорца к мужчине.        Хоть Северус и был очень смущен, но он все равно его обнял. Им просто нужно привыкнуть друг к другу. — Давайте вернемся на диван и досидим этот вечер, — предложила Гермиона, садясь на этот самый диван и похлопав по месту рядом с собой.        Гарри подошел и сел чуть дальше от нее, будто оставляя место. Оба в ожидании посмотрели на зельевара, который подошел и сел между ними, оказавшись в тепле. Ребята не жались к нему и не ластились, как коты. Сидели просто рядом, давая возможность привыкнуть и подумать.        Разошлись они ближе к полуночи. Оставаться на ночь вместе пока не решились, пришлось расстаться. Северус возвращался в подземелье окрыленный, хоть и огорченный, что приходится это делать. Внутри комнат было темно, сыро и холодно, но мужчина обратил на это меньше внимания, чем обычно. Он был по уши влюблен, на его чувства отвечали. Они встретятся завтра и проведут время в компании друг друга.