Облако превозмогает сюжет (и немножечко (нет) Систему)

А кто жив? А кто жив, а? Я жива)

***

Любой, кто хотя бы отдаленно был знаком с людьми, у которых было Пламя Облака, мог с легкостью сказать, что Скалл был не самым типичным их представителем. Откровенно говоря, вообще не типичным. Если бы кто-то, кто встретился с ним впервые и, поглядев на характер, попытался бы отгадать его Пламя, он бы наверняка назвал Грозу или Небо. Может быть, если бы он был слепым или глухим (и, возможно, обладал проблемами с восприятием) его попытались бы причислить к Туману, Солнцу или Дождю. На совсем уж крайний случай, к Урагану (но опять-таки, для этого надо совсем не дружить с головой). Но не к Облаку. Никогда не к Облаку. Именно это возвращает Аркобалено к тезису о том, что он — самое нетипичное Облако из всех, кого он только видел. А за свою достаточно долгую жизнь он повидал самых разных представителей своего Пламени, пусть тех и было можно по пальцам пересчитать. И по какому-то выбрыку судьбы он оказался среди них буквально самой белой вороной, чье оперение чуть ли не слепит окружающих. Ну, или осьминогом среди волков. Опять же, мужчина никогда не пытался достаточно подробно копаться в себе, чтобы выяснить причину данной аномалии. Он любил себя таким, каким он был, из раза в раз благодаря все сущее за то, что является достаточно адекватным. Ну, ладно, адекватный это очень и очень сильно сказано, учитывая его возраст и отношение к смерти из-за своей неубиваемости, но, по крайней мере, шатен считает себя достаточно разумным человеком. Скалл никогда не думал -или не хотел думать (и копаться в себе) — выискивая причину того, почему он такое неправильное Облако (Неправильное? А разве у Облаков может быть правильный на все 100% образец, учитывая какие они все индивидуалисты?). Возможно, дело в его характере, жизни в целом или же в гражданском статусе (но опять-таки, Хибари (тот совершенно сумасшедший мелкий хищник из маленького городка Намимори) — был гражданским, но он воплощал в себе все то, что ожидают увидеть в Облаке), но факт оставался фактом. Аркобалено не был типичным представителем своего вида, но это ничуть его не расстраивало. Ему жилось легче и проще, ведь он бы не пережил всех тех облачных загонов по поводу своей территории и всего остального. Слава Три-ни-сетт, потому что у него достаточно богатая фантазия, чтобы вообразить себе это. И подобное… Ну, ему стало слегка плохо, но об этом никому не обязательно знать. Так что да, мужчина доволен тем, кем он был. Тем не менее, пусть он не совсем правильное (опять-таки, условности…) Облако, это не отменяет того факта, что он им является. И разрушенная картина мира при этом знании у посторонних его волнует в самую последнюю очередь. Самое важное то, что он принимает себя таким. И его семья, что немаловажно, также принимают его. Это возвращает его к тому, что, хотя у шатена, как у Облака, никогда не было особых проблем с тем, чтобы уступить свою территорию (он бы легко отдал ее, если бы его достаточно вежливо об этом попросили, просто не видя смысла отстаивать что-то такое бесполезное), но всё-таки были знаки, указывающие на то, что его все-таки можно было причислить к данному атрибуту. Да, Скалл легко бы уступил кому бы то ни было свою территорию (Возможно он мог винить в этом свое прошлое, ведь у него, как у кочевого в прошлом циркового артиста — или тут сыграла большую роль значительная примесь цыганской крови? — такого четкого понятия, как «моя земля», просто-напросто не было), так как он все равно не считал это хоть сколько-нибудь важным для себя. Люди, с другой стороны… Ну, возможно, Аркобалено должен был к этому подготовиться заранее, ведь если где-то убывает, то значит и где-то пребывает, верно? Так вот, хотя он и не отстаивал свою территорию, как это делали другие Облака, люди вызывали у него гораздо больше привязанности и эмоций. Ну как больше… Возможно, он мог сравнить это с лёгкой одержимостью в их сторону. Но он был достаточно адекватным, чтобы это не доставляло неприятности и дискомфорт никому, кроме него самого, большое спасибо. Да, мужчина откровенно гордился своей адекватностью. Но разве это хоть сколько-нибудь плохо? Все же, он прекрасно умел себя контролировать, ведь именно контроль в первую очередь важен в таком нелегком деле, как актёрство целом и каскадерство в частности. Впрочем, одержимость (пусть и легкая) была слишком сильным словом, чтобы описать то, что он чувствовал. Он бы скорее описал этот как излишнюю потребность знать, что люди, которых он избрал в качестве «своих», отвечают ему взаимностью и находятся на его стороне. Чего-то более серьезного шатен никогда не хотел и, надеялся, никогда не захотеть. В слишком сильную головную боль это грозило вылиться в дальнейшем (и для него, и для того, к кому он «воспылает», так сказать), а он все же был человеком разумным. И, возможно, слегка ленивым, но кто мог бы его винить? Именно поэтому Скалл предпочитал тихо и мирно жить, довольствуясь самым минимумом привязанности окружающих. Да, очень вероятно, что какому-либо другому представителю его атрибута это могло бы показаться недостаточным и излишне скудным, от чего внутреннее Пламя требовало бы все большего и большего, но, опять-таки, Скалл — нетипичное Облако, помните? И он умеет себя контролировать. Пусть это редко бывает просто, но он настоящий профи в этом деле. Тем более, что, к счастью, люди, которых он избирает, выбирают его в ответ. Если бы они этого не делали… Мужчине страшно было бы подумать, насколько сумасшедшими стали бы все его инстинкты. Исходя из всего этого у шатена всегда была небольшая такая проблемка (ну, или большая удача — тут уж как посмотреть): насколько тяжело он отпускал людей, привязавшись к ним, настолько же тяжело незнакомцам было проникнуть за возведенные им стены. Вероятно, если бы он решил бы поразмышлять об этом дольше минимально необходимого, это могло бы показаться вполне разумным защитным механизмом его Пламени. Учитывая, с какой пылкостью он отдавался (чисто платонически) людям, которых выбрал, это могло бы серьезно ему навредить, если бы такой человек оказался бы недобросовестным или же и вовсе врагом. Но опять-таки, Скалл никогда не утруждал себя подобным, хотя такие мысли и слегка проскальзывали, живя скорее по наитию — так, как ему казалось правильным. Разумеется, излишние размышления обо всем и сразу его не особо интересовали (это грозило его затянуть в такую кроличью нору, что Облако предпочитало просто не думать об этом). Ладно-ладно, нельзя сказать, что он не интересовался подобным совсем (в конце-концов, от этого зависит его комфорт и комфорт окружающих), однако в том единственном случае, когда он обратился к Верде, тот таким заумным языком начал читать ему лекцию про свойство его пламени, на которое влияет его личность, и что-то там еще, а потом с больным энтузиазмом захотел поставить на нем парочку опытов, что мужчина быстро струсил и сбежал. И больше никаких вопросов по этому поводу Верде он старался никогда не задавать. Да и вообще кому-либо в принципе, ибо ну их всех. Тем не менее, он все-таки сумел сформулировать для себя более-менее рабочую теорию. Он был перевернутым Облаком с невероятно сильным Пламенем (опять же, не зря его избрали в Аркобалено), то есть у него должно было быть своё «имущество». Как он уже говорил, территории его никогда не интересовали, то с людьми было сложнее. Пламя требовало получить «имущество» — в данном случае крепкие сформированные с кем-либо дружеские или приятельские связи, на которые ему будут отвечать взаимностью. Но так как его огонь и впрямь был слишком силен, человеку, который хотел сформировать с ним эту связь, нужно было пройти определенные… испытания. Нет, разумеется шатен не стал бы их посылать «пойти туда — не знаю куда» или просить «принести то — не знаю что», но они определенно должны были бы доказать, что достойны оказанного им доверия. И вот тут начиналась настоящая головная боль, потому что сделать это было совсем не просто. Разумеется, Скалл в прошлом был гражданским, что значительно влияло на его восприятие этих связей и ускорение их формирования, но даже это не могло облегчить окружающим жизнь. Например, его коллегам-Аркобалено потребовалось больше десяти лет, чтобы его с ними связь стала достаточно крепкой и устойчивой. Вероятно, в этом в большинстве своем были виноваты шок от того, что еще вчерашний гражданский внезапно оказался в мафии, так еще и их насилие в его сторону. А вот с Энмой и остальными детьми ему потребовался всего три месяца, чтобы признать их полностью своими. Все это сопровождалось непрекращающимися попытками с обеих сторон прощупать друг друга, но в итоге все сложилось удачно. С Каркассой вышло уже гораздо интереснее, но каким-то образом они, несмотря на огромное количество самых разных людей, сроднились с ним буквально за полгода, минуя все его барьеры и ограничения. Возможно, дело было в том, что они были еще теми сумасшедшими ублюдками, как и он, так что, можно считать, что на этом они и сошлись между собой. С остальными же он либо совсем не формировал связь, либо она была настолько еле заметной, почти призрачной, что ее и упоминать не стоило. Ну, в любом случае, это был весьма ёмкий и энергозатратный процесс, и тем удивительнее было то, что Шэнь Цинцю каким-то образом умудрился стать… «его» за какие-то жалкие несколько дней. Даже недели ведь не прошло, а стоило им немного более плотно пообщаться, как тут… Честно говоря, мужчина даже сам не понял, как такое могло получиться в принципе. Все ведь было тихо и спокойно. Да, этот тип с веером оказывал ему иногда слишком уж пристальное внимание, чем излишне сильно раздражал (в конце концов, Облака не любят, когда их пытаются ограничить или связать, помните?), но в остальном не было никаких признаков, указывающих на то, что что-то может быть не так. Они общались нормально и спокойно проводили время друг с другом, находясь в рамках обычного знакомства и легкого приятельства. Когда же все так сильно успело измениться? И сколько бы шатен ни думал над этим, он так и не смог найти ответа на данный вопрос. Скалл устало вздыхает и почти сразу вздрагивает от неожиданности, когда дверь в его кабинет резко распахивается, а внутрь врывается Лю Цингэ. Он недоуменно смотрит на этого мужчину, совершенно не понимая, что тому надо от него. Как-то ему совсем не верилось, что глава пика Байчжань добровольно пришел к нему просто так, а не когда ему что-то от него нужно. Особенно если этот чувак выглядит таким всклокоченным и взъерошенным, словно собирается разом воевать со всем миром. Ну, или с одним конкретным главой пика Аньдин, и еще неизвестно, что хуже (но интереснее). — Вам что-то нужно, Лю-шиди? — вежливо спрашивает Облако, растягивая губы в вежливой улыбке. Честно говоря, ему хочется взашей вытолкать этого дуболома прочь, однако он терпит. Все же, учитывая его возраст, будет весьма… прискорбно, если он обидит этого ребенка, даже если ему хочется это сделать. — Этот ублюдок заставил тебя?! — яростно рычит Цингэ, нависая над Аркобалено, что доставляет ему легкий дискомфорт и вновь вызывает раздражение. Ну, и недоумение: — Простите? — он безукоризненно вежливо уточняет у этого идиота, желая получить расшифровку чужих слов. Конечно, он смутно может догадаться, что именно тот пытается ему сказать (видимо, все в этой новелле так или иначе должно сводиться к главному злодею), однако он мог и ошибаться (на самом деле нет, но все же). — Этот ублюдок Шэнь Цинцю заставил тебя общаться с ним? — рычит Лю, неприятно скалясь. Облако еще более удивленно вскидывает одну бровь и из сочувствия проглатывает замечание про не его собачье дело. В конце концов, это и правда не его дело, с кем именно он общается. Но, кажется, Цингэ и не интересовался его ответов, потому что его откровенно понесло, когда он начал разглагольствовать про то, какая же Шэнь Цинцю мерзкая тварь и какой же он ублюдок. — Завали свое ебало. — наконец не выдержал мужчина, когда ему надоело, как его… просто его бессмысленно оскорбляют. Этому дураку очень повезло, что шатен решил не бить его, пожалев его за скудоумие. Как говорится, на дебилов не обижаются. — Что?.. — жалко вякнул тот, явно не привыкнув к такому грубому обращению со стороны обычно тихого и робкого Шан Цинхуа. — Мне повторить? — хищно скалится Скалл, которому он уже надоел так сильно, что и представить нельзя. — Тогда повторяю. Закрой свой поганый рот и выметайся отсюда. Я не позволю тебе оскорблять моего друга. — Друга? — рявкнул тот так, словно именно слово «друг» из уст Аркобалено так неприятно удивило его. — Да, у тебя с этим какие-то проблемы? — Облако встал из-за стола и начал выталкивать Лю Цингэ прочь. И несмотря на то, что шатен явно уступал мужчине и в весе, и в росте, как бы глава пика Байчжань не сопротивлялся, он оказался буквально за шкирку выкинут из кабинета. После этого Скалл удовлетворенно улыбнулся и с грохотом закрыл за ним дверь, напоследок сказав. — Я не желаю тебя видеть в ближайшие недели три. Предупреждаю, что тебе не стоит приходить сюда, если ты не хочешь потом огрести. Аркобалено прислонился к двери и облегченно вздохнул, когда этот (даже слов никаких цензурных на него нет) пошел прочь, неприятно ворча. Он прикрыл глаза, стараясь подавить свое раздражение из-за произошедшего недавно. Ну, по крайней мере, он надеется, что остальные будут достаточно умны, чтобы не раздражать его такими же глупыми диалогами. А что же на то, что, похоже, каким-то образом (на его вкус слишком уж стремительно) Шэнь Цинцю стал неотъемлемой частью тех, кого он признал, как полностью своего? Ну… Облаку остается только смириться с этим.

***

Официально заявляю, что в этом фанфике осталось еще 1 глава и 2 спешла. После этого он будет полностью завершен. Уж не знаю, как быстро смогу все это написать, но осталось уже и правда недолго.