Ты моя нежность

— Доброе утро. И что мы тут делаем? — Бьерн оторвал голову от подушки и посмотрел на удобно примостившуюся возле его бока девушку. — Кошмар приснился. — чуть дернула плечом Стелла, даже не открывая глаз. Мужчина приподнялся на локтях, разглядывая ее в полумраке комнаты, созданной опущенными тяжелыми занавесками. Долго вглядывался в ее сонное лицо. — Тебе тепла не хватает. — шепнул он, легко касаясь пальцами ее щеки. — Мне как раз таки очень тепло, рядом с тобой, как возле печки русской. — Тебе другого тепла не хватает, — он усмехнулся, — как только не придавил тебя ночью, я ж почти и не понял спросонья, что ты под бок подлезла. Иди-ка сюда. И он легко, словно пушинку приподнял девушку в воздух и мягко опустил на свою широкую грудь. Стелла на секунду замерла, напуганная, но он более не пытался ничего с ней сделать, поэтому постепенно напряжение ее сошло на нет. — Тебя некому обнимать. Я понимаю, сам через такое прошел, когда чувствуешь свое полное одиночество. И мне тоже очень требовалось нечто подобное, хотя мне уже было 14 лет, когда родителей не стало. Поэтому даже сейчас люблю иногда так поваляться. Обменяться энергией. Но, к сожалению, мало теперь кто может отвечать на такое адекватно. — Я завтра с Денисом поговорю. Нельзя так жить, это неправильно. — Стелла прижалась щекой к плечу мужчины. — Повремени пока с этим. — Бьёрн погладил её по волосам, — Денис же с твоим братом работает. Не стоит пока портить с ним отношения. — Почему? — девушка удивленно приподняла голову. — Поверь мне, не надо пока рвать с ним. Потом расскажу. Так надо. Не давай им повода подозревать чего. И ещё, — мужчина приподнялся и подложил под голову и плечи подушку, — свои все документы из квартиры вывези. Идеальнее всего будет ячейку в банке снять. Поняла. — Да. Слушай, а что ты вчера делал? Ну, тогда, когда я сознание потеряла. Медведь ухмыльнулся. — Взял и немножко приласкал! — чуть понизил он голос. — Молоденьким девочкам иногда тоже нужно выпускать пар. А мы в этом помогаем. Правда, некоторые хотят слишком многого от девчонок и портят их первый достаточно невинный опыт. Опошляют его. А я считаю, что сексом не стоит начинать заниматься, покуда она сама не будет готова к нему. — Но ты же меня не... Или... — Стелла, не начинай! Я же уже сказал, прямого контакта у нас не было. Помимо него есть ещё целая куча способов, как сделать девушке приятно. Одним из них я воспользовался. И, предупреждаю, не стоит мне говорить о грехах и подобную ерунду. — Да я и не говорю ничего. А почему я такое ощутила? — О, ну это очень долго объяснять! Короче, вот то чувство, с которым ты пришла ко мне, это возбуждение. Если его правильно стимулировать, — он криво улыбнулся, — например поцелуями, то в конце концов наступит логическая разрядка — оргазм. И тут он внезапно понял, что она замерла. Бьерн поднял глаза и столкнулся с ее ошарашенным взглядом. — То есть, ты меня там касался...кхм... языком?! — хрипло шепнула Стелла, медленно сползая с его тела. — Языком, на котором полная микробов слюна?! У меня же там теперь может что угодно быть, воспалиться, загноиться! — Почему? — удивился Бьерн, не понимая ход ее мыслей. Он накрылся покрывалом, прикрыв слегка вздыбившуюся ее часть в районе паха рукой, и недоуменно наблюдал теперь за дрожащей, отодвигающейся от него девушкой. — Ну мужчина же приносит женщине грязь своим телом. И мы потом гнием заживо. — Опять со своими сектантскими штучками заладила? — Бьерн аж сел от ее слов. — С чего бы это тебе начинать гнить? У нас с тобой был прямой контакт? — Нет. — Стелла выскочила из зала и побежала в ванную. Включила душ, и на ходу сорвав с себя ночнушку, влетела под горячие струи воды. — Я лез в твое тело грязными руками или еще как-то? — Медведь возник в дверях, и она закрылась занавеской, продолжая отмываться. — Нет! — Так чего ты начинаешь истерить? — он сделал шаг к ванне. — Ты коснулся меня там своим... — Едва коснулся внешних органов. Успокойся, мы под душем теплым стояли, все смыло. Стелла! Девушка вздрогнула от его выкрика и замерла с куском мыла и мочалкой в руках. — Ты сейчас сама себе наделаешь беды своей дезинфекцией! Прекрати себя раздирать! Сейчас руки опять свяжу! — Отвернись! — обиженно произнесла девушка, прикрываясь. — Отвернусь, когда ты прекратишь сходить с ума! Норвежец вздохнул, покачал головой и подошел к сушилке. Стянул с нее полотенце, и резво завернул в него девушку, словно куклу. Стелла обмерла от страха, когда он молча отнес ее в зал и уложил на диван, на котором буквально пять минут назад они так беззаботно валялись. Улегся рядом. Девушка напряженная, как струна, замерла, ожидая его реакции, но норвежец точно так же, как и в прошлый раз просто поднял ее и снова устроил на своей широкой груди, но уже обнаженную. Девушка, казалось, превратилось в каменное изваяние. — Тебе понравилось отражение в зеркале? — спросил мужчина, откидывая с ее лица влажную прядь. — Угу, — пробубнила она. — А объятия, в которых ты сейчас лежишь? — Даа. — протянула Стелла, немного удивленная собственным ощущениям. — А когда я ласкал тебя там, понравилось? — не унимался норвежец. — Понравилось. — выдохнула девушка и мечтательно улыбнулась уголками губ. — А как ты считаешь, опасны ли эти прикосновения для тебя? Неужели так сильно боишься всякой дряни? Стелла внезапно открыла глаза, приподнялась и пристально посмотрела ему в глаза, опершись локтями о его грудь. — Знаешь, меня много лет учили, что любые прикосновения особенно подобные, есть проделки сатаны, и от них будут только болезни и грязь. Но сегодня я поняла, что не так все и страшно, как расписывали мне. Поэтому сейчас я в замешательстве. Мне так же говорили, что женское тело - средоточие мерзости и разврата, и не то, что показывать, самой видеть их страшный грех. Возможно, я бы не принимала их слова так близко к сердцу, если бы их не вбивали в меня физически, любыми подручными средствами. А это, скажу я тебе, действует намного круче любых слов. И да, ночью я увидела себя голой в первый раз в жизни. Но как мое тело может быть таким грязным, как рассказывают, я не могу понять это? Мне сейчас очень странно, немного грустно. И объятия с поцелуями — это от сатаны, но как это может быть грязью, если так я проявляю свою нежность к кому-то? Если я не буду нежной, то кому я буду нужна? Маленькое злобное чудовище. — Молодец, малая, начинаешь мыслить светло. Ну, а теперь понимаешь, что ты не сгниешь от прикосновений там? — Возможно, но ведь можно поймать какую инфекцию? — Можно, если до этого твой партнер совал кому попало, или у него самого куча разного рода инфекций. Поняла? Я приласкал тебя слегка, плюс, я свое тело не на помойке нашел. И за личной гигиеной слежу, как мало кто. Даже лишнюю растительность с тела удаляю. Показать? Стелла захлопала глазами, пытаясь понять смысл сказанных им слов. Мужчина хохотнул своей шутке и поднял руку. — Вот, видишь, чисто все, никакой растительности. А ты что подумала? Девушка приподняла бровь и покачала головой: — Очень смешно! — она немного раздвинула ноги и опустила их по бокам от его талии, уперевшись коленями в диван. Бьерн гладил ее по голове и спине, пристально разглядывая лицо. — Если честно, то мне просто страшно. — наконец шепнула она еле слышно. — Это все, что было меж нами, было потрясающе, но блин, страх вообще меня очень сложно отпускает, особенно после травмы. — Да я ж все понимаю. Ты девушка, вам в этом плане тяжелее, чем мужчинам. — он внезапно стал очень серьезным, будто обдумывал что-то крайне важное. — Но ты вообще удивительная девчонка. Я впервые подобную вижу. — Неужто такая неправильная? — В чем-то да, ведь ты слегка испорчена своими вечными комплексами, и с тобой бывает очень сложно порой. Ты никак не хочешь полюбить себя. Но ты очень волевая и сильная, а главное бесстрашная. Отдаешь себя всю без остатка. И у тебя большое и чистое сердце. Наивная и дивная. Это многого стоит. Маленькая девочка-мечта. — Ты что, после всего, что между нами произошло, как честный человек хочешь предложить мне руку и сердце? — Стелла ухмыльнулась, но, к ее изумлению, мужчина остался серьезен. — Я подумываю над этим. — шепнул он, и с силой притянул девушку к себе. — Но... — начала она, но он тут же прервал ее слова поцелуем, — хитрый, хотя честный и бесстрашный, но иногда бываешь и жутковатым. — Это я умею. - Медведь грозно рыкнул, но взгляд его при этом оставался хитрым и задорным. - Обещаю, что со мной скучно тебе не будет. Девушка улыбнулась еще шире и коротко поцеловала норвежца в губы, после чего удобнее устроилась на его широкой груди. Прикрыла глаза, из которых незаметно на его грудь тут же капнуло несколько слезинок. — Спи, кроха. — улыбнулся Бьерн, — Медведь всегда будет на страже. Весь день они провели в сонном ничегонеделании. Спали, доедали то, что заказали вечером, снова впадали в объятия Морфея. Изредка лениво переговаривались и дальше дремали под работающий телевизор. За окном разыгралась жесткая летняя гроза, которая только усугубляла расслабленное состояние. — Мне завтра на работу. — прошептала девушка, потягиваясь в очередной раз под звук не выключающегося телевизора. После поудобнее умостила голову на руку мужчины. — Мне тоже, — Бьерн лежал сбоку от нее, так же рассеянно поглядывая в сторону светящегося экрана. - Клиентов непочатый край. — он легонько коснулся ее груди через покрывало, и девушка вздрогнула. — Медведь, мне перед Денисом стыдно, пожалуйста, не надо. — Стелла, кроха, так зачем же ты меня у себя оставила? — скандинав хитро прищурился. — Все нормально, я уйду вот-вот уже. И на интим не напрашиваюсь, но вот погладить тебя — это святое. В этом ты мне не отказывай. — Не надо мне опять будет нехорошо. — Если будет, я еще разок помогу. — Бьерн блеснул белоснежной улыбкой. — Не надо... — Стелла попыталась отстраниться, но он легко прижал ее к своей груди и страстно впился губами в ее губы, стягивая с нее покрывало. — Не отпущу, — шепнул он ей в губы, кончиками пальцев поглаживая ее по груди и животу, — не отпущу, пока приятно не сделаю еще разок. Тебе не помешает немного расслабиться и успокоиться. Нервы на фоне накопившегося психо-сексуального напряжения сейчас ни к чему. Он перевернул ее на живот и умостился сверху, начав интенсивно растирать ее спину. Стелла недоуменно повернула голову и посмотрела на него: — Что ты делаешь? — Я же уже говорил тебе, что могу сделать приятно далеко не единственным способом. А массаж тебе сейчас нужен, как никогда. У тебя очень проблемная спина. Мне бы не помешало сейчас какое-нибудь масло, кроме подсолнечного. — Где ж я тебе его возьму? — Хорошо, дай хотя бы крем для рук. На сухую я могу тебе кожу поранить. — В комнате стоит на косметическом столике. — Хорошо. Бьерн очень хорошо знал свое дело, поэтому еще во время разогрева Стелла поняла, что еще немного и всепоглощающее внутреннее пламя вот-вот разорвет ее на части. Даже не прикасаясь к интимным зонам, он умудрился завести ее так, что девушка едва балансировала на тонкой грани обморока. В этот момент ей казалось, что она состоит из тонкой рисовой бумаги, на которую попала искра, и огоньки быстро расползаются, крепнут, разбухая, и вот уже огненный столб грозит перейти во всепоглощающий пожар. Она тихонько захныкала и начала извиваться под его руками, словно маленькая змейка-медянка. Мужчина продолжал разминать ее спину, а она уже не понимала, жива она или уже умерла. — Медяница, — прошептал ей мужчина и нежно поцеловал ее меж лопаток. И снова мир ее разлетелся на куски, заставив изогнуться и приглушенно заскулить в подушку. Он огладил ее тело ладонями, целуя раз за разом ее смуглую, с медным отливом и россыпью ярких веснушек кожу. — Почему ты назвал меня Медяницей? — Потому что ты маленькая змеевка — дочь Великого Полоза. На Золотой волос ты не похожа, хотя грива у тебя её не уступает, только не рыжая ты. А вот телом точно Медянка с золотыми веснушками. — он легко перевернул девушку на спину и улегся сверху, придерживая свое тело на локтях, чтоб не раздавить невесомую фигурку девушки своей массой. Стелла ладошками нежно провела ему по щекам, и мужчина коснулся губами каждого пальчика. — Мне тебя не хватало все эти два года, — прошептал он, прикасаясь губами к ее шее. — Медведь, аккуратнее. — зашептала девушка, пытаясь выползти из-под этого гиганта. — Не переусердствуй. Тяжело. Бьерн отстранился от нее. — Прости, забылся, — с тяжелым вздохом он откатился в сторону, потом сел, — ладно, мне точно пора. Нужно собраться, в порядок себя привести, с утра клиенты. — Неужели ты у меня так плохо начал выглядеть? — Стелла обернулась покрывалом и поудобнее уселась на диване. — Не принимай близко к сердцу, просто после долгого сна помятый немного. — он быстро натянул брюки и футболку. Девушка внимательно наблюдала за его манипуляциями, жадно ловя каждое движение. Медведь на секунду замер. — Чего? — он выглядел немного обескураженным под такими ее пристальными взорами. — Просто любуюсь. Красивый, высокий, могучий. Богатырь. Бьерн довольный рыкнул и демонстративно поиграл мускулами. — Одно странно, — он присел рядом на край дивана, — Денис тебе ни разу не звонил за день. — Они с Серегой на копе. Решили одно место проверить. Ден вчера еще мне говорил, что поедут. — Ясно, — Медведь улыбнулся, думая о чем-то своем, повернулся к девушке и без лишних слов нежно прильнул губами к ее губам, — пойду я, кроха, не беспокойся, сегодня к тебе никто не полезет, даже не подумает. — Спасибо, что не отказал. — Милая, ради тебя я на все пойду. Умру, если надо. Все, убежал, не провожай меня. Она сделала несколько шагов следом в коридор, снова напрашиваясь на поцелуи. Отпускать его очень не хотелось. Впервые в жизни Стелла почувствовала себя истинно защищенной. Вернулись чувства двухлетней давности. Та нежность, трепет и еще что-то, что она не могла понять, но что горело изнутри ласковым теплом, концентрируясь в груди и заставляя сердце ускоренно биться при виде этого большого и смелого мужчины. — Как жаль, что мы потеряли эти два года. — шепнул Бьерн перед тем, как уйти прочь. Девушка вздохнула, закрывая за ним дверь, и кинулась на лоджию. Долго наблюдала за удаляющейся в сумерках фигурой. После задумалась. Что она делала в эти дни? Главное, зачем она позволила проделывать нечто подобное с собой? Ведь он даже не был ее парнем. И она остановилась всего в одном шаге от того, чтоб отдаться ему. Внезапно ей стало страшно. Она явственно поняла, что рядом с ним теряла волю и готова была исполнять все его даже самые грязные желания. Забывала о строгих моральных устоях. Забыла даже о том, что обещала себя другому. Внутри внезапно стало настолько омерзительно, что захотелось вновь залезть в душ и тереть свое тело до ран. Стелла вздохнула, мотнула головой и быстрым шагом прошла в спальню, включила свет, и снова встав напротив ранее ненавистного, враждебного зеркала, сбросила с себя простынь. Снова увидев себя полностью нагой, девушка зарделась и опустила на секунду глаза, ведь тут же вспомнились бредни фанатичек о скверне женского тела, щедро подкрепленные тумаками и розгами. — Нет! — выдохнула она, легко топая ножкой. — Мое тело не средоточие скверны! Я красивая! КРАСИВАЯ! Она гордо выпрямила плечи, глядя с легким вызовом на свое отражение. Немного посуровела. — Тощая только, как доска. И сисек нет. Она снова ухватила покрывало, обернулась им и схватила со стола подержанный ноутбук, который очень удачно купила в одном ломбарде, и побежала в зал. Все окончание вечера прошло за просмотрами фотографий обнаженных девушек. Стелла сравнивала себя с ними. Искала положительные стороны в себе, на основании их изображений. После совершенно неосознанно переключилась на мужские фото. Снова покраснела, опуская глаза, но теперь уже стало очень любопытно, и она стала перелистывать уже эти интимные снимки. — Так вот как оно отличие-то женщины от мужчин выглядит! — выдохнула она, разглядывая одно, ну очень уж откровенное фото симпатичного молодого человека. — Теперь понятно, почему они в туалет стоя ходят. А я думала, что такое только у животных. Она коротко хихикнула и снова покраснела от собственных мыслей и перелистнула фото. И вот тут в первую секунду даже не поняла, что, собственно, запечатлено на фотографии. От удивления она даже открыла рот, поворачивая голову, словно заинтересованный пес. А когда сообразила, то прикрыла его ладонью, а потом и вовсе опустила крышку экрана. — Нет, это уж слишком. — выдохнула она и отключила технику от питания. — Выглядит действительно мерзковато! А откуда у нас там такая... Он снова открыла ноутбук, отворачиваясь, выключила фото сношающейся пары и набрала в окне вопроса запрос по анатомии женщины. Внимательно изучила каждый пункт, подперев кулаком подбородок. Так вышло, что в своем обучении они обошли стороной анатомию. И данные фото стали для нее открытием. А что до разного рода физиологических особенностей и процессов, то им просто пояснили, что это все наказание за первородный грех и поэтому Бог наградил женщину омерзительной частью тела в основании. Ей семь лет вдалбливали ненависть к собственному естеству. И теперь эти устои трещали по швам и распадались на кусочки. Всего два вечера, что она провела с сильным и надежным мужчиной, перевернули всю ее предыдущую жизнь с ног на голову и Стелла уже перед сном окончательно решила для себя, что будет делать.