Хоббит. Мать драконов.

На одном из привалов Гэндальф поделился с отрядом мыслями. Он считал, что до того, как они пересекут долину, покинув мирные земли Шира, им стоит посетить некого человека, что сможет дать совет. — По твоему совету мы взяли хоббита, Таркун. — проговорил Торин, грозно смотря на волшебника. — Но пока он для нас обуза. — Нам нужно посетить укротительницу драконов, Торин. — настоял Гэндальф, — Спросить ее хотя бы совета. — Это всего лишь сказка для детей. — сказал Двалин, точа свою секиру, сидя неподалеку от костра. — Укротительницу драконов? — спросил Бильбо, заинтересованно посмотрев на волшебника. — Никогда не слышал о подобном. — Это очень давняя легенда, мастер Бэггинс, — Балин добродушно улыбнулся. — Когда-то давно, в одной горной деревне жила девушка. Она была очень красива и умна не по годам. Все жители деревни любили ее и видели следующей правительницей их небольшого края. — старый гном посмотрел на костер. В его глазах появилась грусть, он горестно вздохнул, убирая улыбку. — Но случилось несчастье. Орки напали на деревню и вырезали всех, кроме нее. Говорят, они издевались над ней девяноста дней и бросили на скалы. — Бильбо слушал, затаив дыхание. Остальные же просто освежили память о той истории, что задело многих за душу. — Но она оказалась сильнее Смерти. С тяжелыми ранами, она искала убежище в горах и набрела на пещеру. В ее глубине она нашли два драконьих яйца. Она была голодна, ее мучила жажда, но она не тронула яйца, а просто развела костер. История умалчивает, как именно получилось, что вылупившиеся драконы приняли ее за своего родителя. Но вскоре многие увидели двух небольших драконов, летающих среди скал. Они дышали огнем на орков и гоблинов, что прятались в пределах горы. Говорили, что на одном из них всегда восседала девушка с обезображенным лицом и смотрела она так яростно, что сердце замирало от страха. А после они просто пропали. Их больше никто не видел. — Бильбо выдохнул и опустил голову. — Это всего лишь легенда. — сказал Торин, отвернувшись от отряда и отойдя от костра на несколько шагов. — К счастью для нас, нет, Торин. — заговорил Гэндальф, раскуривая свою трубку. — Сам я с ней не знаком, но знаю, как можно ее найти. — некоторые гномы посмотрели на волшебника. Ори что-то записывал в свой блокнот, а племянники Торина были сильно заинтригованы. — Всего пару дней пути и мы окажемся возле леса. На опушке будет стоять большой дуб, на ветке которого будет восседать ворон. Он что-то вроде посредника между ней и обычным миром. Если он решит, что наша проблема достойна внимания, то он отведет нас к месту, где прячется эта дева. — Если она еще жива и нас не пошлет этот самый посредник. — закинул шпильку Двалин, — Почему ты вообще думаешь, что она нам поможет? Может ее вообще в живых нет. Или ее никогда не существовало? — Но можно это проверить, Двалин. — вступился за Гэндальфа Балин. — Если это не отклонит нас от маршрута. — гном посмотрел на волшебника. — Не волнуйтесь, мистер Балин. — кивнул маг, — Этот лес прямо по нашему маршруту. — Как же ее называли? — спросил тихо Бильбо. — Матерь драконов. *** — Кар! — ворон каркнул на весь зал большого заброшенного замка. Гномы были напряжены, они вглядывались в тени зала, но никого не видели. В замке было непривычно тепло для заброшенного места. А так же они чувствовали запах приготовленной еды. — Кар! — повторил ворон и эхо разносило его карканье по всему залу. — Кар! — Он зовет кого-то? — спросил Бильбо, внимательно глядя на ворона. Сама птица силе на подлокотник каменного трона. — Это ловушка. — прошипел Двалин. — Интересно, — послышался мелодичный голос по залу. Гномы встали в кольцо, затащив хоббита в центр. Волшебник прибавил света своим посохом. — Зачем же гномам понадобилось искать меня? — по залу раздались шаги. Как будто кто-то ходил босяком по плитам. — И почему Ворон пустил вас ко мне? Задушенный вздох волшебника заставил всех посмотреть в его сторону, а после туда, куда он смотрел. В лучах света посоха стояла девушка. Ее темные волосы водопадом падали на спину, но несколько прядей падали на лицо. Лицо было не просто в шрамах, изуродованное. На лбу большой шрам от оречьего меча с зазубринами. Один шрам шел от правой брови вниз до уголка губ, глаз был черным. С левой стороны от уголка губы шел шрам к уху, как будто этот шрам был улыбкой. Второй глаз был темно-синим и смотрел с такой злобой, что даже Двалин дернулся, но сжал секиру крепче. — Что? — спросила девушка, делая шаг ближе к отряду, придерживая полы черного платья, чуть наклонилась вперед — Страшно? — насмешка. — Тебе больно? — девушка замерла. Она растеряно осмотрела отряд и увидела хоббита. Выпрямилась. — Твои шрамы… — гномы на него посмотрели недовольно. Нашел время! так и говорили их взгляды. — Они болят? — девушка пораженно молчала. — Я могу подлечить их. Болеть будут, но не так сильно. Маг перевел взгляд с Бильбо на девушку и замер. В ее глазах была не злость. А непонимание, неверие и… Надежда? И тут он понял. Когда они увидели ее, они испугались, но Бильбо… Он увидел не яростную тварь, не изуродованную девушку… А просто ту, кому нужна была помощь. Кому было больно. И это смог разглядеть только он, хоббит из мирного края. — Ч… Что? — растерянно спросила она, глядя на хоббита. — Твои шрамы, мне кажется, что они болят. Это причиняет тебе боль. — Замолчи, глупый хоббит. — зашипел Глоин, встав перед хоббитом, закрывая от девушки. Она перевела взгляд на Глоина и ее лицо исказилось злостью. Бильбо это увидел и смог прошмыгнуть между гномами, прополз между ног, и встал перед девушкой. Они смотрели друг на друга. Гномы пытались вернуть Бильбо в кольцо, но их прервал волшебник. Он покачал головой, положив руку на плечо Торина и тот остановил остальных. Хоббит сделал несколько шагов к девушке, замечая, что чем ближе он подходит, тем сильнее она пугается, хоть и не показывает этого. — У меня есть мазь. — заговорил хоббит, стягивая сумку со своих плеч, — Она поможет. — С чего бы тебе помогать мне, чужак? — прошипела девушка, делая шаг назад. Хоббит поднял на нее взгляд. — Я ведь даже не помогла тебе. — А должна быть причина? — спросил он, снова смотря на содержимое сумки. Гномы смотрели на это все и не могли взять в толк… На него не напали. На хоббита не напали! — Я вижу, что тебе больно. Знаю, что могу помочь, вот и делаю это. Нашел! — в свете посоха хоббит показал маленькую стеклянную баночку с зеленной мазью. — Это на время уберет боль. — Бильбо встал на ноги и протянул баночку девушке, но она не торопилась подходить. Смотрит насторожено. — Держи. — хоббит сделал шаг к ней, но та отскочила к трону и выглядела испуганно. Нет, не так… Она была на грани истерики. Торин нахмурился и вышел вперед. Девушка перевела взгляд на него и ее лицо исказилось злостью. Предводитель выдохнул и убрал меч, замечая, что эмоции девушки сменились. — Тебе ни разу не помогали? — спросил гном и Бильбо удивленно на него посмотрел. — После нападения ты шла за помощью, но тебе не помогли. — он утверждал и глаза девушки отвечали ему. — Мы все прошли через это. — неожиданно сказал он. Гномы неверующе смотрели на Торина. — Нам тоже не помогли. Фили нахмурился на слова дяди и перевел взгляд на девушки и резко вздохнул. В глазах девушки стояли слезы. Торин взял мазь из рук хоббита и медленно подошел к девушке. Он протянул ей мазь и просто стоял и смотрел на девушку. По ее лицу текли слезы. Она просто смотрела на протянутую руку. Неожиданно ее лицо исказилось и она ударила гнома по руке. Баночка вылетела и разбилась о каменный пол, а девушка отскочила от гнома. — Решили таким способом добиться помощи? — усмехнулась она, вытирая слезы. — Я уже пережила тот период, когда верила в помощь без ответной услуги. — она засмеялась. — Но попытка хороша. Я даже поверила. — Это твое дело. — сказал Торин, повернувшись к девушке спиной. — Собираемся. Мы достаточно задержались. Уже далеко от замка, Балин подъехал к Торину. — Почему ты не спросил совета? — Торин взглянул на старого гнома. — Она сама к нам придет. Она такая же, как мы. — пришпорив пони, Торин вырвался вперед. *** — Это было давно. — на очередном привале гномы уже укладывались спать, когда услышали уже знакомый голос. Вокруг был лес и за деревьями было легко спрятаться. — Когда напали орки, жители деревни ранили меня в ногу, а сами убежали, оставляя оркам на растерзание. — уже более спокойные гномы смотрели на Торина, что не двигался с места и просто смотрел на огнь. Все переглянулись и сели возле костра, прислушиваясь к голосу. Гэндальф закурил трубку, смотря на взволнованного хоббита. — Я не помню сколько меня резали, кололи, пытали… — Двалин сжал кулаки, — Сколько раз они прижигали клеймо раба на мое тело. — Кили закрыл глаза и покачал головой. — Сколько раз… — они услышали, как она сдерживает всхлип. Фили поднял голову от костра и хотел оглядеться, но его остановил взгляд Торина. — Они бросили меня не на скалы, как говорит легенда. Они оставили меня в деревне, которую разрушили. — неподалеку хрустнула ветка. Бильбо дернулся и попытался встать, но его остановил волшебник. — Вскоре вернулись деревенские. И знаете, что они сделали со мной? Они бросили меня в пещеру, где обитали гоблины! — крикнула девушка и вышла к костру. — Я умирала, просила их о помощи, а вместо этого обрекли на смерть! — Торин поднял взгляд на девушку. — Мне повезло. Гоблинов там не было, зато были яйца. Их было три. — девушка сделала шаг назад и зашла за дерево. — Первым вылупился Драко. Светло-зеленый дракон. Вторым был Роланд, синий. Когда я пришла в себя, оправилась от ран, отправилась в деревню, где выросла и умерла. — девушка снова вышла на свет и Торин снова посмотрел на нее, но не только он. Двалин, сидевший рядом с ним, тоже поднял голову. — Но деревенские не узнали меня. Зато услышала, какую историю они про меня сочинили. — лицо девушки исказилось от злости. — Они были первыми, на ком я опробовала пламя дракона. После пошли орки и гоблины. — А третий? — спросил Бильбо. — Ты не осуждаешь меня? — Нет. Повисло молчание. А после, девушка вздохнула и отвела взгляд в сторону. — Третье яйцо было украдено одним из жителей деревни. — она сжала кулаки. — Когда я учила дракончиков летать, они как-то узнали о яйце и выкрали его. Я искала его. И дня не проходило, чтобы не облазила каждый камень, каждое ущелье. Когда охотник под рюмкой рассказал мне, что выкрал яйцо и продал его какому-то колдуну, взбесилась. Деревня горела еще долго. — Ты что-то еще смогла узнать? — спросил Гэндальф, не поднимая взгляд на девушку. — Я… Я хочу попросить прощение у подгорного народа. — гномы развернулись к девушке. Та медленно встала на колено и низко склонила голову. — Я Мара из рода Серых псов, прошу прощение у подгорного народа. Зато, что недоглядела, не уберегла, не сдержала. Торин медленно встал. — Третий дракон… Смауг? — спросил он. — Да.