Дурашка

Задумчивый взгляд скользит по лицам прохожих. Чонгук сидит на лавочке, перебирая мысли в голове. Рядом, на траве, лежит его спортивная сумка с одеждой — тренировка закончилась двадцать минут назад. Не успел капитан хлопнуть в ладоши и по сложившейся традиции похвалить членов команды за старания, как дверь раздевалки захлопнулась с другой стороны. Время поджимало, Чонгук сильно торопился, поэтому даже переодеться не успел. Схватил сумку, накинул на себя мастерку и, крикнув на прощание «до завтра», выбежал из спортзала. Порыв прохладного ветра раздувает тёмные волосы. Поёжившись от холода, Чонгук опускает взгляд на свои ноги — волейбольные шорты совсем не греют. Нормальные люди не ходят по улице полураздетыми в такую погоду, — наверное, по этой причине на него смотрят криво. — Ну наконец-то я тебя нашла! Осветлённые волосы, собранные в высокий хвост, мелькают перед глазами. Чонгук обращает внимание на пирсинг в крыле носа и вскидывает брови от удивления, понимая, что не видел Чеён слишком давно. Когда та успела проколоть нос? Он сразу выпрямляется, стараясь не трястись от холода. Только вот от внимательного взгляда всё равно не скроешься: недовольно цыкнув, Чеён вытаскивает из рюкзака свою тёплую кофту и накрывает чужие колени, ругая за беспечность. Смущённо улыбнувшись, Чонгук благодарит и двигается в сторону, освобождая возле себя место, чтобы та села рядом. Знакомство с Ю Чеён он вспоминает с усмешкой. Девушка подошла к нему в университете, вскинула подбородок и заявила: «Я капитан женской волейбольной команды. Видела, как ты играешь. Ты крутой нападающий, и мы просто обязаны подружиться!». Чонгук моргнул пару раз, открыл рот, закрыл, а затем нахмурился. Даже сказать ничего не смог: Чеён обещала утереть ему нос в ближайшем будущем. Девушкой она была смелой и порой чересчур активной. Общие интересы сблизили. Чонгук знал о существовании женской команды, но никогда не проявлял к ней интереса. К тому же, девушки частенько проигрывали, вылетая из турниров чуть ли не самыми первыми. Впрочем, так было до появления Чеён. Поступив на первый курс, она уже знала, что займёт место капитана, — это произошло буквально через три месяца после её появления. На самом деле её способностям можно было только позавидовать. Один раз Чеён уговорила его сходить на уличную площадку. Поначалу Чонгук играл вполсилы, думал, что придётся поддаваться, но Чеён, как оказалось, не из робкого десятка. Они были почти на равных, и пускай девушка уступала ему в выносливости и силе, её стойкий характер, упорство и нескончаемая любовь к волейболу поражали. Чонгук и правда был восхищён. Они как-то быстро нашли общий язык и подружились. Чеён любила разговаривать — Чонгук предпочитал слушать. Они неплохо друг друга дополняли, частенько гуляли в свободное от учёбы время, напоминая закадычных друзей, и, конечно же, болтали о волейболе, — эта тема была любимой. Было немного непривычно общаться с девушкой. Первое время Чонгук чувствовал себя неловко, не знал, о чём с ней разговаривать и как себя вести. Теперь же никак не реагирует на то, что на его плечо кладут подбородок. Чеён щурит глаза. — Ты чего такой напряжённый? Чонгук никогда не был тактильным и, как можно догадаться, помимо Тэхёна никому не позволял себя касаться. Не сказать, что ему неприятны чужие прикосновения, просто кажется странным трогать посторонних людей. К Тэхёну-то привыкал, а тут незнакомый человек. Чувствовал себя неправильно, старался скинуть руку Чеён, которая постоянно оказывалась на нём. А потом не выдержал, рассказал всё Тэхёну, чтобы между ними не было недопониманий. Тэхён знал, что с недавних пор он общается с капитаном женской команды, и всё же Чонгук не понимал, как тот относится к данному факту. Реакция была неоднозначной: Тэхён сначала удивился, затем растерялся, а позже — улыбнулся. Он говорил, что будет только рад, если у него появится новый друг, но за широкой улыбкой Чонгук видел беспокойство. Тэхён переживал за их отношения, и это было заметно. Что уж скрывать, Чонгук тоже думал об этом. Открытость Чеён иногда и правда смущала: она могла подойти сзади и запрыгнуть на спину или прислать фото своего наряда и спросить, как она выглядит. Чонгук никогда толком не общался с девушками, откуда ему знать, какое поведение можно считать за лёгкий флирт? Если бы не волнение Тэхёна, он бы и не обращал внимания на всякие мелочи. Свою ревность Тэхён старался прятать. Понимал, что сомневаться в чувствах Чонгука глупо, поэтому долгое время не говорил о своих тревогах. Ничего не мог с собой поделать. Чеён была красивой, жизнерадостной, амбициозной, и волейбол любила так же, как и Чонгук. В один из вечеров у Тэхёна промелькнула мысль: они действительно подходят друг другу. На душе стало грустно. Тяжело мириться с тем, что твой любимый человек проводит время не только с тобой. Создаётся впечатление, словно ты постоянно рискуешь: позволяешь общаться с другими, сближаться с ними, отпускаешь на встречи, а сам сидишь и нервничаешь, не зная, чего ожидать. Наверное, каждый через это проходит в отношениях. Речь не столько в неуверенности, сколько в страхе потерять. Человек не властен над своими чувствами, он может привязаться к другому, неосознанно влюбиться в него, даже если не планировал ничего подобного. Да, мы не можем контролировать свои эмоции, но это не повод изводить себя переживаниями. Разговор выдался непростым. Тэхён долго подбирал подходящие слова, поделился беспокойством, сказав, что он не имеет ничего против общения с Чеён, однако ему тревожно за их отношения. Чонгук молча дослушал до конца, а после потянулся к лицу и бережно погладил по щеке, напомнив о доверии. Стало немного легче — не настолько, чтобы полностью расслабиться, но достаточно для того, чтобы перестать накручивать себя. Раз в неделю они забирались на диван, садились друг напротив друга, протягивали руки, сцепляя их в замок, и обсуждали всё, что творилось на душе. Идея принадлежала Тэхёну — он узнал о ней из интернета. Не хотелось копить негативные эмоции в себе, подавляя их, и в последующем выливать всё друг на друга. Они учились разговаривать: не просто делиться своими мыслями, а быть откровенными, не стесняясь говорить о тех вещах, о которых обычно умалчивают, чтобы не разозлить своего партнёра. Даже если бы Чеён ему понравилась, вряд ли бы у них завязались отношения — какие-никакие границы между ними соблюдались. Чонгук позволял обнимать себя, был не против поговорить или сходить в кино, но ближе не подпускал. Чеён и не проявляла такого желания, — чтобы понять это, потребовалось некоторое время. Её открытое поведение ошибочно воспринялось за попытку понравиться, однако всё было совершенно иначе. Фотографии, сделанные напротив зеркала, Чеён отправляла с целью узнать мнение, прежде чем пойти на свидание. Чонгук — единственный парень, к кому она прислушивалась, поэтому спрашивать совета было не у кого. Получилось забавно, ведь у Чонгука была похожая история: кроме Чеён, из девушек он ни с кем не общался. Позже Чеён сама призналась, что видит в нём старшего брата. В романтическом плане никогда не рассматривала — отсюда и смелое поведение. А ведь Чонгук не задумывался над этим. Та рассказывала о своих свиданиях и вела себя расслабленно в его компании. И сегодня на встречу она пришла сонной и в домашней одежде. Стесняться Чонгука кажется странным: он один из немногих, перед кем она может появиться без грамма косметики. — Надеюсь, всё пройдёт хорошо, — вздыхает Чонгук и запрокидывает голову, чтобы посмотреть на небо. — Не знаю, о чём ты, но я уверена, что так оно и будет. — Чеён ободряюще хлопает его по плечу, и Чонгук усмехается. — Кстати, хотела кое-что спросить. — Голос становится значительно тише. Редко увидишь волнение на её лице. Чонгук переводит на неё вопросительный взгляд и понимает, что она чем-то обеспокоена. Девушка поправляет серую толстовку и, поборов неловкость, говорит: — Ты не знаешь, у вашего менеджера кто-нибудь есть? Чонгук хмурит брови. — У Суджин? — Да. На секунду он задумывается. — Вроде, нет, но я могу ошибаться. Чеён кивает своим мыслям и долго ничего не говорит. Лезть не в своё дело, конечно, некрасиво, однако Чонгуку становится любопытно. Только он открывает рот, как та объясняет сама: — Ты должен познакомить меня с ней. — Я? — Ты, — подтверждает Чеён с недовольным вздохом. — Блин, Гук, не тупи, пожалуйста. Чонгук хлопает глазами. Его растерянное лицо говорит само за себя. Зачем Чеён знакомиться с Суджин? Не то чтобы ему сложно… Если только непонятно. — Помнишь, я рассказывала про своего бывшего? — Это тот, который с четвёртого курса? — уточняет Чонгук на всякий случай. Если честно, за последнее время Чеён поменяла столько парней, что у него голова уже идёт кругом. Запомнить имена всех её ухажеров — задача не из лёгких, к тому же отношения быстро заканчиваются. Чеён никогда не говорила о причинах расставания, хотя Чонгук знал, что инициатива исходила с её стороны. — Да. — Тогда помню. — Так вот, он натолкнул меня на одну интересную мысль. — Чеён отводит взгляд и весело улыбается. — Кажется, я готова послать всех мужиков к чёрту. — В каком смысле? — В прямом. — Та пожимает плечами. — Надоело. — А Суджин-то тебе зачем? — не понимает Чонгук. Внезапно Чеён начинает смеяться. Когда до него наконец доходит, Чонгук округляет глаза. — Оу. — Ага. — А ты уверена? — Что мешает мне попробовать? — Даже не знаю… — Суджин-онни милашка. С виду такая тихоня, но мне кажется, это только образ. Вряд ли у неё мягкий характер. В любом случае я готова побороться за её сердце! Чонгук вспоминает историю прошлогодней давности и неоднозначно качает головой. К их менеджеру он давно относится равнодушно, даже внимания на неё не обращает, если быть честным. То, что Чеён найдёт с ней общий язык, он даже не сомневается — дело в другом. — С каких пор ты интересуешься… девушками? — спрашивать такое неловко. Он оглядывается по сторонам, чтобы убедиться в том, что их никто не слышит. — М-м… С третьего класса старшей школы. Всё смелости не хватало признаться себе. Ну знаешь, не особо хочется ловить презрительные взгляды окружающих. А с другой стороны, какое мне до них дело? Не получается у меня с парнями как-то, с девушками проще, что ли. Чувствую себя спокойнее рядом с ними. Чонгук понимающе кивает. — И всё? — хмыкает Чеён. — Я ждала бурной реакции от тебя. — А что я могу сказать? — Чонгук кладёт ладонь на заднюю поверхность шеи и проходится короткими ногтями по коже. — Ах, точно. Я забыла, что кое-кто плевать хотел на чужое мнение и встречается с парнем. Чонгук не сдерживает улыбки. — Это здесь ни при чём. Поступай, как тебе кажется правильным. Ты же знаешь, я буду рад за тебя. Чеён поворачивается к нему и, ничего не говоря, двигается ближе, цепляясь руками за плечи, чтобы обнять. — Спасибо. Я в тебе не сомневалась. Тепло улыбнувшись в ответ, Чонгук обнимает её свободной рукой. Прикосновения больше не вызывают неудобств, у него и мыслей не возникает, что он делает что-то неправильное. Чеён — его друг, а у друзей нет пола, и любить их нужно одинаково. — И всё-таки мне страшно, — признаётся девушка, отстранившись. — Кто-нибудь из друзей или твоей семьи знает о нём? — Да. — Чонгук становится серьёзным. — Нормально отреагировали? — Не совсем, — признаётся с грустью в голосе. О ситуации с парнями из команды рассказывать он не станет, как и о родителях Тэхёна, — это только их дело, так что посвящать в свои отношения постороннего, пускай и не чужого человека, не хочется. Чонгук вообще не планировал рассказывать, что встречается с парнем. Чеён догадалась сама: увидела входящий вызов от «мишки» и парное кольцо на безымянном пальце. А ещё Чонгук отвратительно шифруется. Маскировать следы на шее, чтобы их никто не заметил, научила она. — Могу только сказать, что надо стоять на своём до последнего. Даже если близкие не примут тебя, всегда найдётся тот, кто поддержит, поэтому не бойся. Одна ты не останешься в любом случае. — Эх, в такие моменты я в который раз понимаю, что ты классный парень. — Чеён толкает его в плечо и усмехается. — Повезло же кому-то. — Надеюсь, — улыбается Чонгук. — А мы кого вообще ждём? Чеён только сейчас обращает внимание на то, что всё это время Чонгук смотрел в сторону ресторана, расположенного на другой стороне улицы. — Мою маму. Сказать, что она удивлена — не сказать ничего. Стук каблуков разносится по коридору эхом. Поправив короткие чёрные волосы, женщина останавливается, дожидаясь, пока перед ней распахнётся дверь. Телефон в руке вибрирует. Увидев вдалеке костюм нежно-голубого цвета и ухмылку на алых губах, Чонгук подскакивает со своего места. — Ну как всё прошло? — нетерпеливо интересуется он. — День рождения Тэхён-и мы отмечаем все вместе, — доносится из динамика. — Затем вы летите на Чеджу. Билеты я вам оплачу, отказы не принимаются. — А что насчёт… — договорить не успевает. — Они не против, чтобы вы жили вдвоём. Мы с отцом присмотрели вам квартиру побольше в другом районе. — Боже, ты серьёзно? — Изо рта вырывается нервная усмешка. Чонгук прикладывает пальцы к губам, не веря в услышанное. Рядом сидящая Чеён смотрит на него вопросительно, не понимая, в чём заключается причина радости. — Да, милый, я серьёзно. Только не забывай хорошо учиться, ладно? — Да я отличником, блин, стану! — Ловлю на слове. В трубке раздаётся весёлый смех. Чонгук кусает губы. Кажется, он немного погорячился. — Спасибо, мам, — утихомирив свои эмоции, искренне благодарит. Женщина поднимает руку, привлекая к себе внимание. — Всегда пожалуйста. Может, перейдёшь дорогу и обнимешь хоть? Чонгук запоздало улыбается. — Конечно.

🏐🏐🏐

Закрыв за собой входную дверь, Чонгук снимает кроссовки и оставляет спортивную сумку в коридоре. В квартире тихо, свет нигде не горит, за исключением настольной лампы. На носочках он подкрадывается к Тэхёну, сидящему на стуле, со спины и кладёт ладони на его плечи. — Привет, — говорит с улыбкой и наклоняется, зарываясь носом в пушистые волосы. Как же приятно видеть Тэхёна у себя дома. В очках-нулёвках отражается документ, открытый на компьютере. По всей видимости, тот выполняет домашнее задание, однако это не мешает Чонгуку наклониться ближе и оставить нежный поцелуй на скуле. Тэхён сонно улыбается, наклоняя голову вбок. — Привет, дурашка, — как и всегда, ласково. Мягкие губы опускаются ниже, добираясь до шеи. — Почему так поздно? Чонгук не отвечает: вместо этого оттягивает ворот футболки и целует тёплую кожу. Тэхён непроизвольно прикрывает глаза и издаёт тихий вздох. Настойчивые поцелуи Чонгука согревают, вынуждая облизнуть собственные губы, а горячее дыхание обжигает. Чонгук проводит кончиком языка по направлению вверх, тем самым вызывая табун мурашек. Тэхён отстраняется со смешком, говоря, что ему щекотно. — Ты сильно занят? Тэхён снимает очки и откладывает их на стол. — Надо доделать задание до завтра. — Нельзя отложить до ночи? — Мне надо возвращаться домой, — вздыхает Тэхён, поворачивая к нему голову. — Ты же знаешь, мне разрешают оставаться у тебя только на выходных. На Тэхёне растянутая футболка серого цвета и такие же широкие шорты. Чонгук вытягивает руку, касаясь пальцами его щеки, и улыбается. — Хочешь жить со мной? Многие вещи Тэхёна и так находятся у него. Несмотря на запрет родителей, они по-прежнему встречаются и много времени проводят друг с другом. Тэхён жил с ним какое-то время (после ссоры с мамой), но потом ему пришлось уехать. Обижаться на дедушку у него не получалось. К счастью, его старик поменял своё мнение и стал относиться к сложившейся ситуации снисходительнее. По крайней мере, Чонгук перестал ловить тяжёлые взгляды в спортзале. — Конечно, хочу, — хмурится Тэхён. — Это ведь ты уговорил меня пойти навстречу родителям. Чонгук поджимает губы. Чужая семейная ссора касается его тоже, ему хочется, чтобы родители Тэхёна приняли их отношения. Каждый ребёнок заслуживает быть услышанным. — Они ещё не звонили тебе? — Нет. А должны были? Тэхён разворачивается на стуле и смотрит с ожиданием, не понимая, к чему клонит Чонгук. Тот забирается к нему на бёдра, оборачивает руки вокруг шеи и загадочно улыбается. — Значит, скажу я. Они дали добро. — На что? Столько радости плещется в нём, что Чонгук не может перестать растягивать губы в улыбке. — В следующем месяце мы переезжаем. Вдвоём. Тэхён выглядит растерянным. — Я не совсем понимаю… — На днях я разговаривал с мамой. Она спрашивала, как у нас дела, и я рассказал ей, что пока всё сложно. Не ожидал, что она решит поговорить снова. В прошлый раз твои родители не пошли на контакт, но сегодня… — Чонгук сглатывает, принимаясь гладить большими пальцами щёки Тэхёна. — Кажется, твоя мама наконец-то сдалась. Она предложила отметить твой день рождения у вас дома. — Ты сейчас серьёзно? Чонгук кивает в подтверждение своих слов. — Мне самому не верится. Требуется время, чтобы переварить услышанное. Тэхён долго молчит, а затем, заглянув в глаза, счастливо улыбается и подаётся вперёд, соприкасаясь лбами. — Я так тебя люблю, ты даже не представляешь. Чонгук улыбается в ответ. — Представляю, — шёпотом. — Я не могу просить тебя помириться со своей семьёй, но всё же надеюсь, у вас получится возобновить отношения. — Я попробую, — обещает Тэхён. — Главное, чтобы они поняли меня. — И ты постарайся понять их. Не думаю, что они желают тебе только плохое. — Знаю. Ладони Тэхёна ложатся на талию, чтобы притянуть к себе ближе. Чонгук поднимает голову и открывает глаза, смотря на него с улыбкой. — Так что, останешься на ночь? — Соскучился? — по-доброму усмехается Тэхён. — Очень, — признаётся Чонгук и наклоняется к губам, увлекая в поцелуй. Тэхён поднимает одну руку наверх, обхватывая шею для удобства, и проникает в чужой рот мягким языком, охотно отвечая на поцелуй. Учёба подождёт, весь мир — тоже, в его руках любимый человек, которого хочется целовать до бесконечности. Чонгук жмётся теснее, обнимает за шею, даже не пытаясь перехватить инициативу — теперь доверять Тэхёну удаётся намного проще. Вспоминается их первый раз: тогда Чонгуку казалось, что он должен быть смелым и решительным. Даже растягивал себя сам, потому что думал, что так правильнее — всё-таки он уже делал это, знал, как действовать, к тому же смущать Тэхёна не хотелось. Оба волновались, что уж скрывать. Зато сейчас полностью расслаблены: целуются неторопливо, гладят друг друга, залезают руками под одежду, касаясь там, где хочется, и не спрашивают разрешения, как делали раньше. Чонгук приподнимается с бёдер и нехотя разрывает влажный поцелуй. — Я быстренько в душ и обратно. Облизнув свои губы, Тэхён кивает. Чонгук достаёт из шкафа чистое полотенце и убегает в сторону ванной. Даже дверь не закрывает, потому что больше не стесняется. Тэхён говорит уже в спину: — Останься в форме, пожалуйста. Просьбу Чонгук слышит, но не совсем понимает, зачем надевать на чистое тело грязную одежду. Впрочем, догадаться не составляет труда. Вернувшись к Тэхёну, он залезает на него сверху и улыбается, когда чужая ладонь забирается под широкие шорты. Так и знал, что не стоит надевать нижнее бельё. Длинные пальцы добираются до ягодицы. Тэхён притягивает к себе лицо Чонгука за подбородок и сладко целует, оставаясь в сидячем положении. Они занимались сексом утром, перед университетом (пришлось встать пораньше и побороть головную боль), а такое ощущение, что не прикасались друг к другу целую вечность. В шесть утра за окном только начинало светать. Лёжа на подушках, Чонгук прижимался щекой к щеке Тэхёна и кусал губы, чтобы сдержать тягучие стоны. Кровать под ними тихо скрипела после каждого глубокого толчка. Воздуха под одеялом не хватало, первым наружу выбрался Тэхён: отогнул край одеяла и уткнулся носом в шею, раскрыв рот в попытке отдышаться. Оба вспотели, из-за чего голая кожа прилипала друг к другу. Вылезать из постели совсем не хотелось — приятное чувство уединения теперь кажется чем-то необходимым. Тэхён утягивает его на себя, падая спиной на матрас, и обхватывает упругие половинки уже двумя руками, задирая шорты на неприличную высоту. Чонгук отрывается от мягких губ всего на мгновение — чтобы немного приподняться и упереться локтями в кровать. Тэхён прижимает к своей груди вплотную, вынуждая упасть на него всем телом. Чонгук усмехается в поцелуй. Раньше Тэхён жаловался на его вес и чуть ли не задыхался под ним, а сейчас вытягивает руки, сцепляя те за его спиной, и крепко обнимает. Что же изменилось между ними? Многое на самом деле. К примеру — поведение Тэхёна. В постели. Чонгук помнит, с какой осторожностью Тэхён прикасался к нему первое время. Словно боялся поранить, сделать больно, поэтому действовал аккуратно и постоянно спрашивал о самочувствии. Смелости ему хватало — дело было в другом. Страх навредить сильно тормозил его, — тот отошёл на второй план только спустя месяц. Тэхён перестал волноваться, изучил чужое тело, понял, в каких местах Чонгуку наиболее приятно. Опыт ведь всегда приходит со временем. Наверное, было бы странно, знай он всё сразу. Учился путём проб и ошибок, приглядывался, залезал в интернет. Чонгук тоже перестал стесняться, обоим стало комфортнее и намного приятнее. Теперь знают, что и как нужно делать. Разгоняют сердца до бешеной скорости, сплетают руки и ноги, целуя настойчивее, смелее. Тэхён укладывает Чонгука на спину и ненадолго отстраняется, стягивая с себя одежду. Чонгук приподнимает бёдра, снимая шорты и бросая их куда-то на пол. Тянется к майке, однако Тэхён останавливает его. — Эта форма так возбуждает меня, — признаётся с ухмылкой, оставляя мокрый поцелуй под подбородком. Чонгук шумно вздыхает. Чувствует, как чужие ладони скользят по его бёдрам, добираясь до живота. Как-то раз Тэхён говорил, что хочет устроить ему индивидуальную фотосессию в этой самой форме. На кровати. Тогда слова воспринялись за шутку, зато сейчас приобретают смысл. Кажется, Тэхён говорил серьёзно. Более чем. Чонгук улыбается, вжимая затылок в матрас. Его целуют повсюду: в щёки, в шею, спускаются к животу, а затем ещё ниже, задерживаясь там надолго. Остаётся кусать губы и тихо мычать, заставляя себя лежать смирно. Когда Тэхён проникает в него пальцами, дышать становится трудно. Чонгук переворачивается на живот и встаёт на колени, прекрасно зная, что так будет удобнее не только Тэхёну, но и ему самому. Размякает до состояния сладкой ваты, уже не сдерживается, заглушая хриплые стоны подушкой. И всё кажется правильным: каждое действие Тэхёна, каждый его поцелуй и собственное сбитое дыхание. Разгорячённое тело похоже на мягкий пластилин: принимает все ласки, от которых хочется рассыпаться на маленькие кусочки. Тэхён нежен: входит плавно, чувствуя небольшое напряжение внутри Чонгука, которое обычно исчезает в течение первой минуты. Чонгук и правда расслабляется, поворачивает голову, прижимаясь горячей щекой к одеялу, и по-настоящему забывается, отдаваясь без остатка, — этому тоже нужно было научиться. Довериться другому человеку на все сто процентов кажется просто только на словах. Полностью расслабиться, ни о чём не думая в процессе, вряд ли получится с первого раза. Только с недавних пор Чонгук разрешил себе не контролировать ситуацию. Не размышлять, как он выглядит во время секса, не гадать, как Тэхён отнесётся к тому, если он предложит поменять положение, не пытаться казаться опытным и всезнающим. Когда отпускаешь все мысли и сосредотачиваешься исключительно на ощущениях, эмоции в два раза ярче. Ему нравится. Безумно нравится чувствовать, с каким желанием Тэхён толкается в него, натягивая волейбольную майку в кулаке. Влажные звуки не смущают, наоборот — разжигают пламя в груди сильнее. Кожа краснеет от звонких ударов с другой — эта боль приятная, едва ощутимая, заставляющая собирать одеяло в гармошку. Чонгук подаётся навстречу, по-настоящему наслаждаясь ощущением заполненности. Любовь Тэхёна греет, хочется отдавать в ответ ровно столько же, сколько он получает. А получает он, на самом деле, очень много. Они пробовали поменяться местами всего раз: Чонгуку стало интересно, что Тэхён чувствует. Было крайне любопытно и волнующе. На такое предложение Тэхён отреагировал спокойно: не стал возмущаться и обижаться, лишь попросил набраться терпения. Чонгук старательно целовал и ласкал. Растягивал медленно, параллельно рассказывая о своих ощущениях в нижней позиции. Тэхён лежал красный как рак: одно дело подготавливать Чонгука самому, и другое — чувствовать в себе его натренированные пальцы. Потом неловкость сменилась неприятной тянущей болью. Конечно, Чонгук делал всё неторопливо, однако болезненная гримаса не сходила с лица Тэхёна. Он спросил Чонгука, неужели тот каждый раз испытывает то же самое, а Чонгук покачал головой, сказав, что ему неприятно только поначалу. Внизу всё пульсировало. Тэхён старался не подавать виду и перетерпеть боль. Хотел, чтобы Чонгук почувствовал то, что чувствует он всякий раз, когда занимается с ним любовью. Вцепился в чужие плечи как за спасательную соломинку и долго не мог расслабиться. Увидев его влажные глаза, Чонгук отстранился. Они могли попробовать ещё раз позже, но никто из них этого не предложил. Чонгук удовлетворил своё любопытство, а ещё осознал, что быть сверху, оказывается, не так уж и просто. Это Тэхёну легко удаётся отвлекать его и снимать напряжение, а он растерялся, когда увидел чужие плотно сомкнутые губы. Всё-таки быть по другую сторону Чонгуку нравилось больше. Тэхён всегда так бережно обращался с ним, что мыслей что-то менять больше не возникало. Да, может быть, он испугался ответственности или же и вовсе не хотел брать её, — Чонгук не знает. Какая разница, как они делают это, если оба получают удовольствие? Главное ведь, чтобы вдвоём было хорошо и комфортно. Тёплый поцелуй после, сонный взгляд и долгие объятия, — кажется, для счастья больше ничего не надо. Чонгук открывает глаза и устало улыбается, дотягиваясь до скулы Тэхёна губами. Разнеженный, удовлетворённый, ещё горячий после близости и бесконечно влюблённый, — Тэхёну определённо нравится видеть его таким. — Мне надо доделать задание, — напоминает он с улыбкой, когда Чонгук жмётся ближе, отказываясь выпускать из своего плена. — Ещё минуточку, — мурлычет тот, укладывая голову на плечо. — Тебе помочь? — Нет, спасибо. Отдыхай лучше. Ты, наверное, устал после тренировки, ещё и я тут… — От тебя я не устаю, — протестует Чонгук. Тэхён улыбается, глядя в потолок. Как приятно осознавать, что Чонгук раскрывается с каждым днём всё больше и больше. Когда-то он был сдержанным и зажатым, стеснялся проявлять свои чувства. Кажется, научился доверять. Не только Тэхёну, но и окружающим людям. Взять ту же Чеён: скажи Чонгуку, который бегал от девушек как ужаленный, что в будущем у него появится близкий друг женского пола, он бы вряд ли поверил в такой расклад. Теперь же лежит и рассказывает, как его сегодня спасли от холода. Тэхён его, конечно, ругает за то, что он не переоделся в тёплую одежду, но быстро успокаивается — извиняющиеся поцелуи срабатывают. — Сделаю нам вкусный чай. Из постели Чонгук вылезает первым: плетётся полуголый на кухню, включает чайник, останавливаясь напротив холодильника. Наблюдая за ним, Тэхён не сдерживает улыбки. Чонгук задирает помятую майку, которую так и не снял, и чешет поясницу, задумчиво глядя на контейнеры с едой. С трудом Тэхён заставляет себя подняться и вернуться за компьютер. К моменту, когда он освобождается, Чонгук разливает ароматный чай по кружкам и ставит на стол сэндвичи, сделанные на скорую руку. Минуту подумав, разогревает полстакана молока в микроволновке и несёт его Тэхёну — тот спит крепче после такого напитка. — Спасибо, — улыбается Тэхён, вытягивая ноги на стуле, а после тянется губами к чужим, коротко целуя в знак благодарности. Чонгук опускает ладонь на его шею, принимаясь легонько массировать, отчего Тэхён блаженно мычит. — Попьёшь со мной чай? Часы показывают почти одиннадцать. Надо бы ложиться спать, однако Тэхён с радостью принимает предложение. Сидят до самой ночи на кухне, болтают, не обращая внимания на растрёпанные волосы и несвежий вид друг друга, — кого вообще это волнует? Чонгуку нравится гладить пушистые волосы Тэхёна. Тэхёну нравится видеть Чонгука расслабленным и в то же время оживлённым. У них собственный мир на двоих, шутки, понятные только им, нежные взгляды, тайные знаки, согревающие поцелуи и долгие разговоры обо всём на свете. А впереди — целая жизнь. Трудности, с которыми они обязательно справятся, новые знакомства, друзья, разочарования; первые крупные ссоры, недопонимания, обиды, примирения, обещания, озвученные глубокой ночью в самые губы; общие воспоминания, памятные фотографии, прикреплённые на магнит к холодильнику, короткие расставания, бессонные ночи, счастливый смех, переломный момент, горькие слёзы и осознание, что всё зависит от них самих. Впереди — вся жизнь, которая пролетит на сверхзвуковой скорости. Впрочем, волноваться пока что не о чем. Они молоды, влюблены и полны надежд. Они — ещё дети, которые только учатся жить и притворяться взрослыми. Мир огромен и непонятен, главное, что в объятиях друг друга отыскивается душевный покой. Главное, смотреть в будущее без опаски и не забывать наслаждаться настоящим, верно? — Надеюсь, тебе понравится мой подарок. — Чонгук накрывает их одеялом и тянется за поцелуем на ночь. — Ты уже купил мне подарок? До моего дня рождения почти два месяца... Чонгук улыбается в темноте. — Знаю. Но я не сдержался. Увидел кое-что и понял: тебе точно понравится. — Если это набор трусов с динозаврами... Звонкий смех Чонгука раздаётся по всей комнате. — Бери выше. Это целая пижама! А вообще, как ты догадался... Я хотел сделать тебе сюрприз. Тэхён обречённо вздыхает. После — широко улыбается, под одеялом толкая его в плечо. — Дурашка. — Я тоже люблю тебя, мишка.

♫ RADWIMPS — We'll Be Alright ♫