Please stop the time

Кэйа не спешил начинать рассказ, а Хранитель ветви не торопил его. Медленно, прогулочным шагом Альберих направился с главной площади к лестнице слева. Провёл пальцами по каменным перилам и указал Дайнслейфу на какой-то переулок внизу. — Видишь то место? Это был обычный переулок, ничем не отличающийся от других. Дайнслейф сощурился, пытаясь найти подвох. — Вижу. Кэйа ничего не сказал и начал спускаться по лестнице. Дайнслейфу ничего не оставалось, как последовать за ним. — Знаешь, Дилюк всегда меня защищал. — Тем временем продолжил Альберих. — Что бы ни случилось. И когда. В то время ему было около двенадцати. Семья Рагнвиндров приняла Кэйю всего лишь месяц назад, но он уже успел сдружиться с сыном Крепуса. — Люк, подожди меня! — Кэйа отчаянно пытался догнать названого брата, который спрятался за отцом, выглядывая и весело улыбаясь. — Поймай меня! — Звонко засмеялся Дилюк и, случайно стукнувшись об ногу отца, потёр ушибленный нос. — Постой! — Кэйа был слабее физически, поэтому не мог догнать брата. Некоторые прохожие удивлённо оборачивались, смотря на запыхавшегося мальчика с необычным цветом кожи и глазом, скрытым повязкой, но, видя взгляд Крепуса, тут же отворачивались. Кэйа поднажал и, побежав изо всех сил, наконец, догнал Рагнвиндра, схватил его за руку, пытаясь отдышаться. Кэйе пока что были чужды такие активные игры и он порой удивлялся, откуда в названом брате столько энергии. У себя на родине он никогда не играл с другими детьми, постоянно сидя в четырёх стенах. Возможно, всё было бы по-другому, если бы в Каэнри’ах вообще остались дети, способные веселиться. — Так нечестно, я отвлёкся! — Надулся Дилюк и потянул руку на себя, пытаясь освободиться и снова спрятаться за отцом, но мягкая и большая ладонь Крепуса легла на его голову, ероша волосы. — Не шумите так. — Он улыбнулся. — Я ненадолго отойду по делу. Дилюк, пожалуйста, присмотри за Кэйей в моё отсутствие. — Да, конечно, пап! — Лучезарно улыбнулся Дилюк и сжав ладонь Кэйи так, что тот даже немного зажмурился от неприятных ощущений, поднял их руки. — Вот и хорошо. — Ласково сказал Крепус. — Скоро вернусь, далеко не уходите. Поиграйте на площади. — Ага! — Дилюк посмотрел вслед уходящему отцу и повернулся к Альбериху. — Что делать будем? Кэйе было всё равно, лишь бы не оставаться одному. Несмотря на то, что брат казался ему слишком активным и чересчур жизнерадостным, это был единственный человек, которого Кэйа не боялся и мог немного доверять. Даже Крепуса он побаивался, хотя поводов не было, ведь тот относился к нему очень по-доброму, как ко второму сыну. — Я не знаю. — Ответил Кэйа и посмотрел в огненные глаза Дилюка. Казалось, в них можно сгореть, и это пугало больше, чем висящий на бедре Глаз бога. — Хм… — Тот задумался на несколько секунд. — А давай в прятки? Чур, ты водишь! — Он засмеялся. И как только в Мондштадте все могут так беззаботно улыбаться и смеяться? Прежде, чем Кэйа успел возразить, Дилюк уже убежал прятаться. Ну вот, снова один. Альберих вздохнул, но отвернулся и начал громко считать вслух до десяти. Надо побыстрее найти Рагнвиндра, ведь город казался таким чужим. — Девять… Десять… Я иду искать. — Громко оповестил Кэйа и повернулся. Окинул всё взглядом. Дилюка нигде не было. Неудивительно, что это будет нелегко — незнакомый город, незнакомые места, почти незнакомый мальчик, у которого непонятно что на уме. И пусть это был самый близкий здесь человек — Кэйа всё равно не понимал его. И не знал, где тот может спрятаться. Может, где-то под скамейкой? Или в кустах? Альберих старательно стал проверять все места где, предположительно мог быть брат, но нигде не смог найти его. За фонтаном? Возле дерева? За перилами лестницы? Нет. Дилюка не было. Сколько так уже Кэйа возится? Одиннадцать минут. Благодаря внутренним часам Альберих мог назвать точное время, хоть и лишний раз вспоминать о проклятии не хотелось. Уже одиннадцать минут. Кэйа сел на скамейку. Он сильно вымотался за этот день, несмотря на то, что до вечера было ещё очень далеко. А всё из-за похода в город и слишком активных игр. Но беспокойство из-за одиночества заставило его встать со скамейки и продолжить искать. Кэйа наклонился, чтобы проверить под очередной скамейкой, но вдруг над ним нависла тень. Кэйа больше инстинктивно почувствовал, что ничего хорошего сейчас явно не произойдёт, но всё же поднял голову. Перед ним стоял парень, года на три старше его, позади находились ещё трое: одна девочка и два мальчика, примерно одного возраста с Кэйей. Их выражения лиц явно предвещало беду. Альберих попятился, готовый бежать, но тот, кто постарше, схватил его за руку, обрывая все пути отступления. — Это же тебя приютила семья Рагнвиндров? — Он улыбнулся улыбкой, больше похожей на оскал. — Пойдём. Кэйа хотел возразить и попытался было выдернуть руку, но его держали крепко. — Не дёргайся и веди себя как обычно. — Тихо, угрожающим тоном сказал парень. Его повели в какой-то переулок. Кэйа даже не понял, в какой конкретно, ведь не знал города. По дороге он ещё пару раз пытался вырваться, но ничего не выходило. Почему прохожие никак не реагируют? Им все равно? Или они просто не замечают, как Кэйю ведут куда-то против его воли? Поняв, что больше не может видеть счастливые лица проходящих мимо людей, Альберих опустил взгляд и просто пошел туда, куда его тащили. Этот переулок не был тёмным или жутким, но людей тут не было. Парень, сжимавший руку Кэйи до боли и красноты наконец отпустил его. Кэйа отшатнулся, потирая запястье и оглядываясь. Бежать было некуда. Впереди высокая стена, а по бокам и сзади его окружили дети. Наверное, можно бы прорваться, и убежать, но Альберих чувствовал, что у него не получится, а потому рисковать не стал. — Итак, я думаю, ты понимаешь, почему мы привели тебя сюда. — Начал говорить подросток, медленными и уверенными шагами приближаясь к Кэйе. Чем ближе подходил парень, тем больше не по себе становилось Кэйе. Он попятился, но упёрся спиной в стену. Отступать больше некуда. — Я не знаю… — Стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал, ответил Альберих. — Тогда я объясню. Мы просто интересуемся, почему такого как ты вдруг приютили Рагнвиндры. В чём причина? Ничего такого не сделал, а живёшь в роскоши. Кэйа промолчал. Чувствовал, что если ответит, то только сильнее разозлит подростка. — Чем же ты заслужил такое отношение? Может, внешность? — Он схватил Кэйю за волосы и заставил посмотреть на себя. — Соглашусь, внешность и правда необычная. Такого цвета кожи нигде не найдёшь. А глаз, сияющий как сапфир? Просто прелесть. Волосы сильно тянуло. Настолько сильно, что в уголках глаз начали образовываться слёзы, но пока что Кэйа держался. Морально давило ещё и то, что его голова была зафиксирована, приходилось смотреть в глаза обидчику. — Или, может, тебя пожалели из-за глаза? — Парень усмехнулся, чувствуя своё превосходство. — Какая же такая травма там скрыта, что даже Рагнвиндры смилостивились? — Он потянулся к повязке. Нет. Не трогай. Это никто не должен видеть. Альберих, несмотря на боль, изловчился и укусил подростка за руку. Сжал зубы так, что тот испуганно ойкнул, отдернул руку и отпустил Кэйю. Но после секундного замешательства его глаза налились такой злобой, что Альберих испуганно зажмурился. — Так тебя приютили из-за травмы? — Парень усмехнулся, потирая больную руку. — Тогда сейчас они полюбят тебя ещё больше. Он снова схватил Кэйю за волосы, но уже не так, как до этого. Настолько сильно сжав их, что Кэйа заскулил, он ударил его голову о стену. Боль была резкой. У Альбериха аж зазвенело в ушах. Оглушённый, он больше не мог даже стоять, полностью повиснув в руках парня. Кажется, с виска по щеке потекло что-то липкое. — Мразь! Будешь знать, как кусать меня! Слёзы уже текли сами собой, а тянущая боль из-за сжатых в мертвой хватке волос даже не чувствовалась благодаря состоянию шока. Парень замахнулся, чтобы ещё раз ударить Кэйю, но внезапный крик: «Стой!» заставил его оглянуться по сторонам. — Что за? Кажется, его обидчика ударили. Альберих почувствовал, что его отпустили и, не в силах стоять сам, упал. Смутно увидел крылья планера, алые волосы Дилюка и стремительно убегающих хулиганов. — Кей, какой ужас! — Родной голос, полный беспокойства, звучал над самым ухом. — Ты как? Я еле-еле тебя нашёл. Альберих, поняв, что всё закончилось, зарыдал в голос и обнял ошеломлённого Дилюка, присевшего рядом. — Кей, прости меня! — Рагнвиндр крепко обнял его в ответ. — Обещаю, я больше не оставлю тебя одного. И буду защищать! Такого больше не повторится… Дилюк говорил что-то ещё, но Кэйа не слушал, утопая в успокаивающих объятиях и вдыхая запах гари, всегда витающий около Рагнвиндра. — Пойдём, надо обработать рану. — Как можно мягче сказал Дилюк. Кажется, именно в этот момент Альберих понял, что готов довериться Рагнвиндру.

***

— Да, дети бывают жестоки. — Дайнслейф наклонил голову и посмотрел на своего временного спутника. — Что же случилось дальше? — Не очень заинтересованно спросил он. — Хм? Плохо помню. — Кэйа задумался. — Вроде, Дилюк отвёл меня к Крепусу, а тот потащил меня в собор, залечивать рану. После конечно же отчитал нас обоих. Впрочем, это всё не важно. — Понятно. — Дайнслейф снова бросил взгляд на небо. Скоро уже начнёт темнеть. — Дилюку я стал полностью доверять только после этого случая. И даже постепенно начал понимать этот город. Начал понимать, что такое свобода. Да, душой Кэйа определённо уже не принадлежал Каэнри’ах. Но это неудивительно. Кто вообще предпочтёт свободе узкие и тёмные улицы Подземного города? Почувствовав свободу, уже трудно с ней расстаться. Вот только Альберих не принадлежит и Мондштадту. Правый глаз и оставшиеся девятнадцать часов тому доказательство. — Кстати… — Кэйа улыбнулся. — Летать на планере меня тоже Дилюк научил. Пойдём, это место недалеко. И эта история уж точно будет повеселее предыдущей. Альберих приготовился рассказывать. — Давай, Кей, ты сможешь! Дилюк стоял с протянутыми руками чуть поодаль. — Лети ко мне. Тут не высоко. Кэйа посмотрел вниз. Сначала эта стена ему тоже не показалась высокой, но теперь, когда он должен спрыгнуть… Страшно, очень страшно. Для мальчика из подземного города, никогда раньше не видевшего неба и не бравшего в руки планер тем более. Высота и правда была небольшой, но Кэйа упорно не хотел думать о том, что ему надо спрыгнуть. В голову лезли мысли о том, что планер не раскроется и он, например, сломает ногу. И не важно, что с такой маленькой высоты нельзя было ничего сломать. Страх затуманил голос разума. — Кей, тебя понравится, я обещаю! — Всё не унимался Дилюк. — У меня вон даже лётная лицензия уже есть. Тут нет ничего сложного. Но первый шаг всегда сложно сделать. И вроде бы такая мелочь, как просто спрыгнуть со стены, не должна даваться с трудом, но Альберих слишком сильно боялся высоты. Боль падения была для Кэйи новой, а поэтому он не хотел ее испытывать. — Может, всё-таки не надо? — Альберих хотел избежать этого всеми возможными способами. — Так не пойдёт. — Дилюк нахмурился, задумавшись, но тут же хитро улыбнулся. — Давай так. Если что-то случится, я тебя поймаю. Звучало сомнительно, но почему-то Альберих почувствовал, что немного успокаивается. — На счёт три. — Дилюк приготовился ловить. — Раз… Кэйа понимал, что не готов, но уверенный взгляд Дилюка заставил его встать и приготовиться к прыжку. — Два… Кэйа зажмурился. Почему-то снова стали наворачиваться слёзы, хотя Альберих пообещал себе больше не плакать. — Три! Кэйа прыгнул в пустоту. Планер раскрылся и Альберих неумело попытался сохранить равновесие. Дилюк не соврал — это оказалось несложно. Ощущения были необычные. Страх никуда не делся, но время как будто замедлилось и Кэйа почувствовал… Свободу? Так называется это чувство? Альберих плавно пролетел метра два, но его никто не учил приземляться, а поэтому он запаниковал. Но его тут же поймали. Правда, не очень удачно: Дилюк плюхнулся на спину, потащив за собой и Кэйю. Минута осознания и звонкий смех Рагнвиндра. — Ну как? Понравилось? — Сквозь смех спросил он. Кэйа надулся, но врать не стал. — Неплохо. От страха не осталось и следа, но то, раньше не испытываемое чувство осело где-то глубоко в душе. — Постой, ты что… Плачешь? — Дилюк перестал смеяться и смахнул со щеки Кэйи маленькую слезинку. — Я… — Альберих смутился. — Просто сначала было немного страшно, вот я и… Рагнвиндр снова засмеялся и насколько крепко сжал Кэйю в объятиях, что тот стал отбиваться. — Люк, хватит! Задушишь! — Наконец, ему удалось ослабить хватку. — Теперь уже не страшно? — Улыбаясь, спросил Дилюк. Кэйа улыбнулся в ответ. — Нет.

***

— Ты был плаксой. — Проконстатировал факт Дайнслейф. Кэйа засмеялся. — Это верно. Постепенно я избавился от этой привычки, но в то время я плакал постоянно. О, а вот и то место. Он указал на невысокую стену высотой метра два, не больше. — Тогда мне казалось, что это очень высоко. Забавно вышло. — Не очень. — Прямолинейно возразил Хранитель ветви. Кэйа нахмурился и с осуждением посмотрел на Дайнслейфа. — Ты бы посочувствовал хоть немного. — Я сочувствую. — Дайнслейф вздохнул. — Но конкретно тот факт, что ты раньше боялся высоты меня не смешит. — Вот как. Ладно. — Альберих взглянул на солнце, клонящееся к западу. — Впрочем, я всё это рассказываю для себя, чтобы предаться ностальгии. Дайнслейф молча кивнул. — Пойдём. — Позвал его Кэйа. — Надо успеть ещё в два места зайти. Направляемся в Долину Ветров.