где я?

У Нила снова кошмары, навеянные годовщиной смерти отца. Он будто вернулся в самое начало: смерть матери, слетевший с катушек отец, обвиняющий в смерти любимой семилетнего сына. Винит ребёнка за то, что его мать не справилась с управлением той машины, приговаривая, что это он, Натаниэль, должен был умереть. Начались избиения, угрозы, куча ссадин и синяков на скрытых местах детского тела. Только теперь он обнимает любимого человека, руки которого рассеивают страх. х В средней школе Нил знакомится с близнецами Миньярдами. Тихими, нелюбящими лишнего внимания. Они смотрели на всех лениво, без интереса, так, словно они мешают им жить. Ничего больше, чем назойливые мухи. Близнецы любили запутывать тех, кто осмеливался с ними заговорить — просили сыграть в игру, суть которой заключалась в простом: отличить их друг от друга. Если кому-то удастся выиграть, то ему позволят даже поговорить с ними. Никому не удавалось, что скорее всего является ложью — наверняка Миньярды мухлевали. До Натаниэля Абрама Веснински никому попросту не удавалось заинтересовать их. х Учитель математики попросил объяснить решение домашнего задания, а сам старик убежал в туалет с больным животом. С обречённым вздохом Веснински встаёт у доски, смотрит на задачу, вспоминая решение. На столе учителя всегда есть яркий стикер, первой строчкой которого является надпись «вызвать к доске» Нат произнёс первое имя в списке и на секунду опустил глаза в журнал с оценками, чтобы узнать нет ли у него плохих оценок, которые нужно исправить до того, как они дойдут до отца. Подняв взгляд и оглядев блондина у доски, закатывает глаза, фыркнув. Проверив ещё раз стикер, убеждается в том, что его пытались обмануть. — Я звал Аарона. Спокойный и уверенный голос Веснински заставляет Миньярда замереть со стилусом от электронной доски в руке, обернуться и впиться в бесстрастного Ната взглядом. — Я и есть Аарон, — насмешливо тянет блондин. По кабинету разлетаются смешки, но Нат ни секунды не сомневается в своих словах. — Нет, Эндрю, как бы ты ни хотел — ты не Аарон, — Натаниэль сел в учительское кресло, растянув ухмылку на губах. — Просто поменяйтесь местами. Аарон способен сам решить эту задачу. Интерес нескрыто сиял в глазах Эндрю. В тот день всё оставшееся учебное время Веснински сопровождал внимательный взгляд Эндрю, что раздражало. х — Как ты нас различил? — задал вопрос Аарон, когда Веснински на физкультуре смог спасовать мяч Эндрю, а не Аарону. Они снова решили запутать всех и оба наперебой начали кричать о том, что бы Нат пасовал им, давая выбор. Он не ошибся. — Взгляды, мышцы, походка… и в конце концов от Эндрю куда сильнее пахнет сигаретами, задохнуться можно. Парфюм у тебя более сладкий. Что ещё тебе сказать? — Нат лениво поднимает глаза, едва восстановив дыхание, запивает свои слова водой. Покачав головой, Аарон уходит. Нат не зацикливается на этом, скрываясь в душе, что бы скорее смыть с себя пот. х Их нельзя назвать друзьями. Но как-то незаметно в старшей школе Нат и Эндрю стали проводить больше времени вместе. И чуть больше общаться. О синяках на рёбрах, Эндрю узнаёт случайно. Просто заходит в раздевалку последний, отвлечённый учителем физкультуры. Там он видит полуголого Натаниэля и рассматривает, не стесняясь. Гематомы свежие и старые «украшали» удивительно подтянутое тело. Когда Веснински его замечает, то недовольно скалится, быстро натянув кофту. — Какого хера, Эндрю? — Кто тебя так? — Миньярд игнорирует вопрос, спокойно начав переодеваться под испепеляющий взгляд Ната. Он не ожидает ответа всерьёз, скорее бы сделал ставку на то, что вопрос будет проигнорирован. — Отец, — к удивлению тихо отвечает Веснински. Эндрю едва хмурится, но ценит доверие, трясёт пачкой сигарет перед носом Ната — крыша, понимает он и со вздохом идёт следом. х К концу школы Нат понял, что проводит слишком много времени в доме близнецов, наедине с Эндрю. Каждый раз у Аарона удивительным образом появлялись дела, которые вскоре перешли в ночёвки у его девушки, а Ники, их опекун, так же перебирался к своему жениху. Нат находил это забавным. Оставаясь на ночь, Натаниэль всегда рисковал раскрыть тайну своих кошмаров. Но большую часть времени он спал спокойно, убаюканный прокуренным голосом Эндрю. Кошмар всё же настиг его в ночь, когда они с Эндрю впервые заснули в объятиях друг друга. Миньярд крепко прижал к себе Ната, не сомневаясь ни секунды, тихо и мягко шепча успокаивающие слова. Они подействовали на Ната и он сумел восстановить дыхание, отличить грубые руки отца от заботливых, тёплых рук Эндрю. Утром они не говорили об этом, только пока Нат сам не решился заговорить об этом. В тот день Натаниэль понял, что доверяет Эндрю, что он знает его намного лучше, чем он сам себя. Просьба называть Натаниэля Нилом явно удивила Эндрю, но тот ничего не сказал — Нат рассказал о том, что его так ласково называла мать. Эндрю легко согласился. х После выпуска из школы, Нил и Эндрю начали снимать квартиру вдвоём, подобрали с улицы ободранного котёнка, назвали его Пёрышком, выходили и стали называть своим ребёнком. Натаниэль Веснински стал официально Нилом Абрамом Миньярдом на втором курсе. Но прошло ещё пять лет, прежде чем у Аарона с Кейтлин появилась малышка Менди. — Как думаешь, — спрашивал Нил, вытянув ноги вдоль дивана, оборачиваясь на Аарона, сидящим в кресле. — Он сильно даст мне по голове, если я предложу и нам завести малыша, как вы с Кейт? — расслабленно улыбнувшись, смотрит на кольцо на руке. — Думаю, что он будет рад, — возражает Аарон, кивнув на Эндрю с кривым и нелепым макияжем. Нил смеётся, всё же соглашаясь.