Что если Аяксу сделают подарок?..

      Желтоватые лучи падали ровными полосами на возвышающиеся колонны каменного леса. Где-то далеко за горизонтом, там, где небо превращалось во все сильнее темнеющее полотно, поднималось утреннее солнце. Оно готово было принять в свои объятия целый мир, дарило свой свет всему живому. И даже не совсем живому… В любом случае, мягкие прикосновения небесного светила оглаживали каждую травинку и каждую пылинку, и этого хватало с лихвой, чтобы чувствовать себя прекрасно.       Аякс с легкой улыбкой отставил свою сумку с припасами и осмотрелся. Гора Хулао всегда рада была скрыть бывшего Предвестника от назойливых и буквально влюбленных в него людей Ли Юэ. Еще прошлым вечером юноша распрощался с Чжун Ли — хоть тот и не хотел его отпускать, — и отбыл из дома. Казалось, будто вечерние поцелуи все еще горели на губах и щеках, пробивались из-под кожи румянцем, но бывший Предвестник старался как можно скорее выгнать все лишние мысли из головы. Он пришел на гору, чтобы спокойно потренироваться вдали от города. Творец Гор дал свое разрешение на присутствие Аякса, пусть и не собирался даже носа выказывать из своего убежища — отчего-то адепты отнеслись к юноше достаточно прохладно. В большей своей части… Вспомнив встречу с последним Яксой, бывший Предвестник передернулся.       Деревья покачивались от любого дуновения ветерка. Тот разгонял облака и туман меж возвышающимися горами и давал больше раздолья для солнышка. Аякс слегка нахмурил брови, перевел дыхание. Эти пылинки в воздухе… Он ощущал каждую из них — и даже те, что гонялись ветром из стороны в сторону. Медные ресницы прикрыли синие глубокие омуты, в коих можно было утонуть любому, кто будет недостаточно осмотрителен. Под веками, исчерченными голубоватыми капиллярами, сверкнул золотистый свет. Этот свет мог соревноваться с солнечными лучами в яркости и красоте, и один древнейший архонт бы признал исходящий от Аякса свет гораздо красивее любого солнца. Юноша постарался сконцентрироваться… Он выставил одну руку вперед, чуть расправил пальцы…       Гео стихия давалась ему тяжелее — она неподвижная, твердая, непривычная. Если хочешь двигать камни, то должен быть сам подобен камню. Бывший Предвестник не отличался большой силой и терпением. Столько лет он жил бок о бок с водой, он привык к ней. Вода гибкая, быстрая, легко поддается любым движениям. Из камня можно было сделать клинки, копье и крепкий лук со стрелами, но все было словно не то. И Аякс решил пойти немного иным путем. В конце концов, не просто так же ему была дана смекалка. Зачем двигать землю и раскалывать ее на части?       Под раскрытой ладонью завертелись клубы пыли. Они впитывали в себя исходящий от юноши свет, переливались из-за солнца и ветра, опадали и стремились вверх. Зачем использовать камень, если можно превратить его в струящийся песок? Лучше всего Аякс умел разрушать — и он разрушал гео стихию, чтобы создавать из нее нечто новое. Пыль и песок двигались под его рукой подобно воде, но не так пластично, как хотелось бы. Из пыли не создашь единую структуру, но в этом и была ее особенность. Юноша взмахнул рукой, и пыль собралась в привычный клинок, пусть и твердый. Новый взмах, и та рассыпалась снова.       Аякс попробовал поиграть со стихией. Он сделал шаг назад, и волна песчинок и пыли устремилась за ним. Перетекла потоком в другую руку, обогнула его за спиной, распласталась по земле и сформировала копье. На висках выступили капельки пота, хоть в горах и было достаточно прохладно. Листва на деревьях шелохнулась — лучики блеснули на золотом кольце, а затем, словно смущаясь, отступили в сторону. Снова и снова Аякс разбирал гео по крупицам и создавал что-то новое. Учиться чему-то новому он любил, но некая беспомощность в новой стихии его слегка раздражала. Солнце, насмехаясь, бежало по небу будто слишком быстро. Оно желтело, краснело, смотрело искоса из-за горных пиков и скрывалось в тумане. Аякс выдохнул только тогда, когда небо раскрасили звезды. Они рассыпались по темному полотну — будто художник махнул кистью в уверенном движении. Пора было собираться домой.       По дороге вниз Аякс не встретил ни единой души. Даже хиличурлы разбежались на ночлег. Единственное, что привлекло внимание нового архонта — горящий свет в одном из новеньких храмов. Юноша по-настоящему удивился: неужели кто-то из людей решил в такое позднее время суток преподнести дар своему божеству? Ноги сами понесли бывшего Предвестника к храму. Тот был простым, сделанным из дерева и покрашенным красной краской при входе. Свет исходил от небольших фонариков; по холодному воздуху развеивался запах благовоний, полз змейками и уходил куда-то в небо. Аякс вошел внутрь, но на губы его сама по себе напросилась улыбка. На столе для подношений лежало что-то необычное… Это что-то было из ткани. Еды тоже было полно, но ее Аякс старался игнорировать, хоть в животе и урчало — даже небольшой перекус днем не помог утолить голод. На ткани лежала записка…       Принадлежала она хорошему портному, от просьбы на которой Аякс тихо рассмеялся. Портной просил немного мужской силы и удачи для себя. Даже оставил свое имя, чтобы новый архонт одарил его своим благословением и точно не промахнулся. У юноши уже не в первый раз просили подобное, но он никак не мог привыкнуть к особенности народа Ли Юэ: просить в любой ситуации удачи и крепкого мужского здоровья. Записка легла во внутренний карман светлой одежды, пальцы потянулись к алой ткани. Аякс вытянул подарок и развернул его полностью. Это оказалось новое красивое ханьфу из тончайшего шелка. Тот скользил под пальцами приятным холодком, сверкал золотистой вышивкой в виде цветов и веточек персикового дерева. На тонком поясе искусно были выведены такие же золотистые пионы. Но кое-что озадачило Аякса. Помимо новых одежд на столе для подношений стояла небольшая коробочка, открыв которую бывший Предвестник вздохнул в удивлении. На подушечках лежали серьги с рубинами и множество браслетов, но помимо них львиную долю места занимала заколка для волос. Все в Ли Юэ знали, что Бог Сражений носил короткие волосы. Почему же ему сделали такой подарок?       Свадьба уже давно прошла, но люди продолжали делать дары, связанные с ней. Аякс махнул рукой в воздухе, золотистые искорки посыпались к полу. Портной на самом деле был достоин и лучших благословений.

***

      Домой Аякс попал только на самом рассвете. Дверь тихо прикрылась за ним — лишь бы не разбудить Чжун Ли. Тот весь предыдущий день провел на ногах в похоронном бюро, ему полагался нормальный отдых. Сапоги юноши встали на полочку у двери, пальцы зарылись в медные волосы. Пересилив себя, он направился в ванную комнату, дабы смыть с себя всю дорожную пыль и соль от пота. Уже после он переполз в спальню.       В сумеречной тьме взору было подвластно совсем не много, но и увиденное как никогда обрадовало Аякса. Размеренное сонное дыхание Чжун Ли заставляло сердце сладко-сладко биться в груди. Каждый раз Аякс млел, когда видел спящего возлюбленного. Тот всегда зарывался носом в подушку или одеяло и чуть хмурился во сне. Как можно было не влюбляться в него снова и снова? Его темные волосы рассыпались по подушкам и простыням, и их хотелось перебирать пальцами и целовать, пока сердце все же не остановится окончательно от любви. На подушке юноши лежала раскрытая книга, переплет которой некрепко сжимали тонкие пальцы. Неужели хотел дождаться?       Аякс осторожно забрал книгу, отложил ее на прикроватную тумбочку, а после скользнул под легкое одеяло. Чжун Ли зашевелился, что-то тихо промычал. Хотелось припасть к его щекам и оставить на них сотни и тысячи поцелуев, но юноша побоялся его разбудить окончательно. Теплые руки сквозь сон нашарили тело бывшего Предвестника, уцепились за усеянный глубокими шрамами бок. Аякс все же не смог стерпеть такого пусть и неосознанного, но издевательства над собой. Он поцеловал расслабленные сухие губы, зажмурился. Если бы Чжун Ли не спал, Аякс целовал бы его бесконечно долго, но увы. Сон накатил на него неожиданно быстро, и даже нарастающий свет за окном не смог отогнать дрёму… Время посыпалось мелкими песчинками сквозь пальцы, короткие сны быстро и беспорядочно сменяли друг друга, пока не оборвались от легкого прикосновения.       Веки юноши с неохотой разомкнулись, в глаза ударил легкий приятный свет. Ох, это прикосновение… Нежное и короткое, подобное касанию мягчайшего пуха. Это был поцелуй в лоб. Настолько приятный и ласковый, что сердце даже спросонья пропустило удар. Чжун Ли чуть нависал над Аяксом, его светлые к концам волосы обрамляли прекрасное лицо — все еще без косметики, — а губы его украшала легкая улыбка. Следующий поцелуй тронул кончик носа бывшего Предвестника, янтарные глаза чуть сощурились. — Доброе утро, — прошептал Моракс.       По загривку юноши пробежались мурашки, в животе запорхали сотни бабочек. Ну как… как можно было не сходить с ума от влюбленного взгляда собственного — о, архонты, — супруга? Аякс хотел превратиться в лужицу под этим взглядом, лишь бы Чжун Ли продолжал смотреть на него. Смотреть всю оставшуюся для них вечность. — А мне кажется, что я все еще во сне, — засмеялся Аякс.       Он протянул свою руку к темным прядям. Они освещались лучами смущающегося солнца, что светило через окно спальни. От света волосы Моракса становились еще прекраснее — точно ореол нимба вокруг его головы. В Снежной люди говорили об ангелах, и Аякс одного такого смог украсть с небес. Пальцы зачесали одну прядку за ухо, огладили хрящики на ушной раковине. Чжун Ли подался навстречу раскрытой ладони, потерся щекой о теплую кожу. До носа только чуть позднее донеслись приятные запахи. Юноша коротко глянул в сторону прикроватной тумбочки, чтобы обнаружить на ней поднос. — Мне нужно бежать на работу, золотце, — улыбнулся Чжун Ли. — Если я пробуду здесь еще хоть минуту, госпожа Ху Тао не дождется меня сегодня вовсе. — Никогда не думал, что ты в нашей супружеской постели будешь говорить о молодых девушках, — невзначай бросил Аякс с ответной улыбкой.       Моракс приподнял одну бровь, его ресницы слегка прикрылись. Ну конечно, бывший Предвестник не мог упустить возможности подшутить над ним. Аякс завозился, наконец сел. На подносе находились тарелка с несколькими маньтоу и горячим чаем. — Обещай, что съешь все это, — строго, будто родитель, произнес Чжун Ли. — Ты постоянно забываешь про завтрак. Такими темпами совсем исхудаешь и ослабнешь. — Обещаю, папочка, — закатил глаза юноша.       Моракс снова склонился над ним, схватил за выступивший из-под одеяла бок и несильно ущипнул за него. Это была ошибка или же тщательно продуманный план? Аякс тут же схватил его за плечи и потянул ближе к себе, вынудив Чжун Ли упереться одним коленом в матрац. Больше всего на свете Аякс хотел утащить своего личного дракона под одеяло и проваляться с ним ближайшую сотню лет в ленивом безделии и нежных ласках на мягких подушках. Ну почему нельзя было сделать именно так? — Ты играешь нечестно, — утробно засмеялся Чжун Ли. Этот смех заставлял все внутри юноши сладко трепетать. — Ты не поверишь, но раньше это было моей работой, — парировал Аякс, утыкаясь носом в любимую шею. — Не отпущу.       Но Моракс сделал ужасное… Он чуть отстранился, снова прижался губами к гладкому лбу и задержался в поцелуе на несколько секунд. Аякс готов был умереть в его объятиях и снова воскреснуть от прикосновений его губ к собственной коже. А затем Чжун Ли, воспользовавшись мечтательностью своего супруга, окончательно выпутался из его рук и отступил назад — туда, докуда юноша дотянуться точно не мог. Тот в ответ недовольно застонал и состроил полное страданий лицо. — Увидимся вечером, — напоследок сказал Чжун Ли перед тем, как пропасть из комнаты в одно мгновение.       Пришлось все свое внимание направить на приготовленный завтрак. Моракс на самом деле постарался над ним, из-за чего все мысли снова пропустить прием пищи быстро пропали из головы бывшего Предвестника. Паровые булочки внутри были начинены вишней и клубникой в противовес знаменитым рецептам. Чай пах просто умопомрачительно. В конце концов, Аякс взял себя в руки. У него впереди был целый день для пришедшего в голову плана…       Он впервые за последнее время задержался в ванной комнате. Архонты могли менять свою внешность так, как им того хотелось бы. Аякс побаловался со своим цветом глаз, приложил руку к месту, где гулко билось сердце. Из отражения на него смотрели чужие и одновременно такие родные омуты — плавленый янтарь, золото и переливы кор ляписа. Но все же Аякс хотел видеть эти глаза далеко не в отражении, и он готов был молиться всем на свете, чтобы ему никогда больше не пришлось примерять чужой облик на себя и носить его столетиями — как случилось в свое время с Барбатосом. Наконец он сделал именно то, что хотел — волны меди заструились по его плечам вниз и остановились только у самой поясницы.       Его тонкие пальцы зарылись в медь, провели по ней легким движением — та рассыпалась на вихрастые пряди. Нет, так не пойдет… Нужно было чуть прямее. Аякс провел по волосам снова, и те сплошным золотым шелком заструились по спине и посветлели у самых концов. Бывший Предвестник покрутился перед зеркалом, загляделся на блики прядей. Все шло просто идеально. И он по-настоящему промучился с заколкой. Как вообще люди с длинными волосами выживали? Откуда у них бралось столько терпения? Когда-то давно Аякс заплетал косы Тоне, но те не вызывали столько негодования. Его выдержки хватило собрать высокий пучок и наконец заколоть его подарком портного. Привычная челка спадала на глаза, но все остальное словно мешало.       Далее юноша увлекся подаренными одеждами. Они были до того тонкими, что в люди в них точно выходить нельзя было. Как бы ни было смешно, но и нижняя их часть оставляла за собой сплошные вопросы. Она состояла из газовой ткани — полностью прозрачной и летящей от любого соприкосновения с воздухом. Неужели портной сделал подарок скорее не Аяксу, а Мораксу? Бывший Предвестник засмеялся, повертел ткань в руках. Как мило, однако. Браслеты из коробочки не предназначались для рук — это было понятно по их размерам. Зато они прекрасно обняли щиколотки. Серьги оттягивали мочки, отчего юноша даже слегка поморщился. Их он планировал снять первыми.       На Бисерном пароме девушки в подобных нарядах встречали мужчин и женщин у частных кают. Аякс ни капли не сомневался, зачем же портной преподнес именно такой дар. Облачившись полностью в новый наряд, бывший Предвестник направился к туалетному столику в спальне. Чжун Ли ведь не будет против, если он снова воспользуется подводкой и чистой кистью? Ох… А ведь Моракс с утра даже не нанес повседневный макияж. Неужели и правда боялся задержаться дома на целый день? Юноша мазнул кистью под глазами, но этого показалось ему мало. Ровные стрелы расчертили и верхние веки, чтобы через минуту встретиться с нижними. Взгляд Аякса теперь больше напоминал лисий. Золото сковывало его всего, красный, казалось, был абсолютно везде. Юноша снова покрутился перед зеркалом — полы ханьфу поднялись в воздух, открывая вид на прозрачную ткань внизу.       Но дверь внезапно хлопнула в прихожей. За окном все еще светило солнце, а значит… Значит, Чжун Ли ушел с работы гораздо раньше. Аякс весь встрепенулся, вытянулся по струнке. Он занимался своим внешним видом без малого два часа, но не ожидал так скоро встретить своего супруга. Он подошел ближе к двери, ведущей в спальню, высунул голову из-за ее косяка. На самом деле, Чжун Ли вернулся домой и разувался. Он поднял взгляд, замер на мгновение. Что-то его насторожило. — Аякс? — спросил он, словно в чем-то сомневался.       Юноша перевел дыхание, вышел в гостиную, куда открывался вид из прихожей, расправил руки в стороны и сделал один оборот вокруг себя. Длинные пряди вместе с тканью описали круг за ним. — Смотри, что я нашел в одном из своих храмов. Человек очень постарался, не правда ли? — улыбнулся Аякс.       Чжун Ли выпрямился, поджал губы. Чувствуя азарт, бывший Предвестник откинул свободные от пучка пряди, сверкнул глазами. Взгляд Моракса не отрывался от него ни на секунду, и все внутри Аякса так и кричало: «Ну же, смотри на меня! Смотри на меня всегда!» Его ноги оставались босыми, золотые браслеты на щиколотках побрякивали от столкновения друг с другом. Золотые ресницы сомкнулись лишь на мгновение, и его хватило, чтобы крепкие руки схватили юношу под талию и прижали к горячему телу. Аякс засмеялся, запрокинул голову назад — к его шее тут же прижались жарким поцелуем. — Сяншен, что на тебя нашло? Я просто показываю тебе наряд, — невинно начал Аякс, но поцелуи не останавливались ни на секунду. — Что ты вообще делаешь дома? Я думал, Ху Тао нуждается в тебе на работе. — Сегодня нет никаких клиентов, поэтому она решила отправить меня домой, — ответил Чжун Ли, оторвавшись на один миг от бархатной кожи. — Как зовут того, кто сделал тебе такой подарок?       Аякс снова рассмеялся, уперся ладонями в плечи Моракса. Тот через силу, но отстранился. Ладонь Чжун Ли протянулась за спину юноши, зарылась в длинные пряди. Никогда еще Властелин Камня не восхищался чьими-то длинными волосами настолько сильно. Если потребуется, он был готов умолять Аякса оставить такую длину навсегда. В голове Моракс уже фантазировал, как бы он каждое утро заплетал эти волосы, а по вечерам расчесывал бы их ласково и аккуратно, и каждый раз бы его супруг наслаждался заботой. Чжун Ли уже не терпелось увидеть медные пряди влажными и наполовину высохшими. Он любил каждую часть и каждую клеточку Аякса сильнее самой жизни, но в тот момент он почти сходил с ума. — Тебе так сильно нравится? — прищурился в коварстве юноша. Он чуть отошел, чтобы снова показать себя полностью. — Портной и правда превзошел всех остальных мастеров в городе. А еще смотри… — Аякс потянул за пояс, красная газовая ткань показалась из-под ханьфу. — Нужно иметь золотые руки, чтобы сделать столь тонкую ткань. — Ты правда хочешь поговорить о ткани? — выгнул бровь Чжун Ли. Бывший Предвестник пожал плечами, и шелк спустился к его предплечьям, оголяя укрытую под тонким газом кожу. Моракс тяжело сглотнул. — Сяншен, ты такой нетерпеливый, — будто отмахнулся Аякс с тихим смехом. — Как тебе не стыдно? Я всего лишь хвастаюсь обновками.       Пока Аякс не скажет «да», Чжун Ли и пальцем его не тронет, но выдержка Властелина Камня отнюдь не была подобна этому самому камню. Он чуть нахмурил брови, поджал губы. Терпеть становилось совсем невыносимо. Юноша вдруг обернулся, направился в сторону спальни, и Чжун Ли, как загипнотизированный, последовал за ним. Медь длинных прядей плавно покачивалась из стороны в сторону, шелк колыхался от потоков воздуха и движений. Легким движением Аякс закрыл шторы в спальне. Он перечесал все свои волосы на одну сторону, открыв янтарному взору собственную шею. За спиной что-то ярко засияло, и Аякс глянул через плечо. Чжун Ли стянул с рук перчатки, и кончики его пальцев горели золотыми всполохами, из-за ушей к потолку возвышались драконьи рога, а пол то и дело встречался с кистью на его хвосте. Ох, неужели великий и ужасный Моракс терял контроль над собой из-за каких-то откровенных одежд и легких заигрываний? Нет, понял Аякс. Он терял контроль не из-за одежд, а из-за него. Стук сердца бил по ушам, кровь гулко шумела… — Сяншен, могу ли я коснуться тебя? — спросил юноша, так и не сокращая меж ними расстояние. — Сколько угодно и где угодно, да, — ответил Моракс.       Аякс наконец подошел ближе и перехватил своего супруга за руку, чтобы подвести ближе к постели и толкнуть на мягкий матрац. Тот прогнулся под весом Властелина Камня, доски кровати жалобно скрипнули. Ладони юноши отцепили друг от друга застежки на плаще, потянули вниз за лацканы, и верхняя одежда покинула тело Чжун Ли. Дразнясь, Аякс откинул плащ на пол — Моракс был педантичен во всем, и подобный жест только раззадорил его. Пальцы перехватили галстук, тот оказался намотанным на ладонь. — Моракс, — выдохнул Аякс в приоткрытые в ожидании губы. Чжун Ли смотрел на него так, словно Аякс должен был решать всю его судьбу одним лишь своим словом. Юноша опустился сверху на его колени, широко расставив ноги по бокам. — Коснись меня в ответ.       Чжун Ли запустил ладони под полы ханьфу и газовой ткани — Аякс на самом деле не надел никаких брюк под низ, и пальцы коснулись оголенной кожи. Шелк собирался под ладонями гармошкой, а те водили вверх и вниз, то поднимаясь к ягодицам, то опускаясь к коленям, минуя бедра. Уста Моракса тронули подбородок юноши, скользнули выше, чтобы сразу попасть в плен ласковых губ. Свободной рукой Аякс зарылся в темные волосы на затылке, спустился чуть ниже и отстегнул заколку. Пряди рассыпались по спине темным водопадом. — Кажется, кто-то очень по мне соскучился, — мурлыкнул юноша, когда ладони сжали его зад в собственническом жесте. — Тебе не кажется, — прошептал Чжун Ли.       В его глазах мог уместиться целый мир, но видел в них Аякс только себя самого. Может, он и был для Моракса целым миром? Определенно. Чжун Ли целовал чувствительное местечко под челюстью, очерчивал ее абрис и потирался своим носом о кончик носа Аякса. Нежные прикосновения щекоткой пробежались по спине юноши, пока не остановились на лопатках. Аякс легонько почесывал затылок своего супруга, улыбался от каждого нового поцелуя и тяжело дышал, когда Чжун Ли сжимал его в объятиях сильнее. Они могли бы так нежиться целую вечность, если бы шелк возле плоти Аякса уже не промок насквозь от капающей с нее смазки. Да и состояние Моракса было не лучше. Юноша почувствовал, как его осторожно подхватывают под бедра и приподнимают, чтобы затем уложить на холодные простыни. Чжун Ли избавился от собственной одежды в одно мгновение, расположился меж раздвинутых в приглашающем жесте ног. Он подхватил одну ногу Аякса за щиколотку и коснулся губами совсем рядом с браслетом, чтобы затем спуститься поцелуями к колену и задержаться там на несколько мгновений. — Я люблю тебя, — выдохнул Моракс.       Аякс протянул к нему руки, и Чжун Ли сразу же склонился ниже — прямо в ловушку родных объятий. Ладони бывшего Предвестника обняли горячие от румянца щеки, губы коснулись поалевших губ. — Я люблю тебя, — ответил юноша. — Больше жизни люблю.       Кончиками пальцев он коснулся оснований рогов, провел по их длине. Ноги стиснули крепкую талию в еще одних объятиях, прижимая только ближе. По щиколотке вверх скользнул хвост, обвился вокруг голени. Чжун Ли подался вперед за новым поцелуем и толкнулся в горячее нутро сразу же, как их губы соединились. Аякс глубоко втянул воздух носом, сладко застонал в горячий рот. Каждый раз, когда они занимались любовью, все вокруг мгновенно растворялось и становилось слишком незначительным. Даже если в один из таких разов начнется новая Война Архонтов, никто из них не был уверен, что смог бы отпустить второго из объятий. Плоть Моракса двигалась внутри плавно и размеренно, показывая, что он не собирался никуда уходить ближайший миллион лет. Пальцы Аякса сжимали его плечи и оставляли белые полосы без царапин на покрывающейся испариной рельефной спине. Стонать в поцелуй было одновременно тяжело и слишком приятно. Чжун Ли был абсолютно везде — куда ни протяни руку, коснешься его кожи или волос. Каждый новый вдох опалял легкие, выдохи обжигали губы…       Юноша застонал протяжнее, толкнул одним коленом в бок, и Моракс потянул его в сторону. Колени Аякса снова уперлись в матрац, руки обвили шею Чжун Ли. Он так же плавно приподнимался и опускался на горячую плоть, ощущая, как она распирала его изнутри и заставляла сознание затуманиваться. Влажные уста касались шеи, целовали длинные медные волосы. Вдруг Чжун Ли потянул за заколку, и медь в тусклом освещении упала единым потоком вниз. Никогда Аякс не думал, что ему будет нравиться то, как Моракс тянет за длинные пряди и перебирает их в порыве страсти. Ладони юноши спустились к груди Чжун Ли, огладили набухшие соски, но руки перехватили за запястья и поднесли к губам. Моракс целовал каждый пальчик, задерживался на безымянном и прикусывал кожу возле колечка. От нового толчка в плечи спина Чжун Ли коснулась подушек. Его руки оказались сжатыми в замках с руками Аякса. Тот прижимал их тыльными сторонами к простыням, стискивал, когда плоть проезжалась по чувствительному месту внутри. — Заполни меня до краев, — в полустоне выдохнул Аякс в приоткрытые уста. — Покажи мне, что я твой.       От его слов все внутри Моракса перевернулось. Он толкнулся навстречу, вырвав из груди бывшего Предвестника вскрик. Темп окончательно сбился, и Чжун Ли все взял в свои руки. Его хвост отпустил ногу юноши, чтобы после обвить талию и чуть ли не зафиксировать на месте. Глаза Аякса слезились от удовольствия, и эти слезинки хотелось как можно скорее собрать губами. Подводка стекала вниз оранжевыми каплями. Они тонули в омутах друг друга, стискивали тела в объятиях все крепче и крепче, пока последний толчок не заставил Аякса простонать слишком громко и слишком сладко. Все его тело затряслось в блаженстве, глаза закатились и засветились, и горячее семя разлилось по животу Моракса. Жар наполнял бывшего Предвестника все сильнее, пока не вылился белыми каплями из растянутой дырочки на простынь.       Аякс обессиленно упал на вздымающуюся в частом дыхании грудь, красная ткань распласталась вокруг него. Реальность возвращалась сплошными неприятными ощущениями. Уши от тяжелых сережек все же устали, а мокрое пятно на ханьфу заставило то прилипнуть к бедру. Аякс стащил с себя одежду, отправил ее точным броском на пол и туда же метнул надоевшие серьги. Только после этого он смог расслабиться. Чжун Ли лениво перебирал его волосы, довольно улыбался. — И всё же, ты должен сказать мне имя портного, — утробно и хрипло сказал Чжун Ли. — Я обязан сделать ему ответный подарок.       Аякс же готов был осыпать портного золотом. Он что-то глухо промычал, ткнулся носом в обласканную шею. Пальцы Моракса едва ощутимо, но до ужаса приятно гладили расслабленную спину, вырисовывали на ней хаотичные фигуры, и Аякс даже не заметил, как провалился в сон.       И Чжун Ли был не против поспать с такой приятной тяжестью на себе.