Зависимость

С того случая в библиотеке прошло почти две недели. Гермиона уже начала забывать о произошедшем, на сколько это было возможным. Она втянулась в учебу, снова начала проводить все свободное время с друзьями, Драко она старалась не замечать, хотя ей казалось, что и он обходил ее стороной. А свое странное поведение перед друзьями девушка списала на мигрень. В свои 17 лет у нее не было нормальных отношений, хотя почти все ее соседки по комнате уже лишились девственности еще в прошлом году, от чего девушке даже было немного неловко говорить на эту тему. Ей было стыдно, что даже когда она встречалась с Виктором Крамом, они даже ни разу не целовались. Хотя можно ли в таком случае сказать, что они встречались? Он был таким грубым и неловким, он одергивал свою руку, когда Гермиона хотела прикоснуться к ней ладонью. Да и было это почти два года назад. Да, у Гермионы были поклонники, о которых она узнавала от своих подруг, но все в школе были уверены, что она девушка Гарри и ей никогда не выпадал случай опровергнуть этот факт. Когда она смотрела на Гарри, то видела в нем лучшего друга, или даже брата. А кто бы встречался со своим братом? — Гермиона, не хочешь пройтись до Хогсмида? — от размышлений отвлек ее Гарри, который подошёл к ней, сидящей во внутреннем дворе замка с учебником по зельеварению. — Мы с Роном идем выпить сливочного пива и пройтись перед сном. Уже темнело, поэтому она все равно собиралась уже уходить, к тому же была пятница и у девушки не было причин отказать Гарри. — Конечно! — воскликнула она. — Отлично, а вот и Рон. Рон бежал к ним со счастливой улыбкой на лице. — Гермиона тоже идет с нами, — сказал ему Гарри, когда он оказался совсем рядом. — Здорово, — хотя по его голосу казалось, что он не был этому рад. Они вышли из Хогвартса и направились в сторону деревни. — Я надеюсь вы не против, если к нам присоединится Лаванда Браун? Рон всю неделю говорил о ней, о том как они перешептываются между уроками и что ему кажется, что он ей нравится. — Она придет с Парвати Патил. Помнишь, Гарри, вы вместе были на святочном бале турнира трех волшебников? Кажется она до сих пор от тебя тащится. — А ты не хотел спросить сначала меня, хочу ли я проводить с ними время? — Гарри явно не был настроен на такой вечер. Как и Гермиона. Когда они подошли к пабу «Три Метлы», обе девушки уже стояли у входа. На лице Рона растеклась глупая улыбка, а Гарри покраснел и неловко поздоровался. — Гермиона тоже составит нам компанию? — спросила Лаванда, уставившись на Рона. — Гарри позвал меня с вами на пиво… — начала дружески Гермиона, но девушка будто не слышала ее. — Я думала у нас будет двойное свидание, Рони, — она говорила как маленькая обиженная девочка. — Если я вам помешаю, я могу… — Гермиона уже начала проклинать то, что согласилась идти с ними. — Что ты, Гермиона, конечно ты не будешь нам мешать, — подбодрил ее Гарри, хотя он уже сам не был ни в чем уверен. Парвати взяла его под руку и они все вместе вошли в заведение. Все столы были заняты и им пришлось сесть у бара. Все пространство гудело от голосов подростков вперемешку с какой-то музыкой, доносившейся из проигрывателя в углу комнаты, в воздухе парил запах сливочного пива и закусок. Гермиона села на самом краю бара, рядом с Парвати, Рон и Лаванда сидели с другой стороны. Они так увлеклись разговором, что кажется уже и забыли, что пришли туда не вдвоем. — Как вам новый учитель по зельеварению? — решила прервать неловкую паузу Парвати. — Я считаю он мастер своего дела. Гермиона посмотрела на руки девушки. У нее был аккуратный маникюр, ногти были накрашены лаком вишневого цвета. Она также оценила легкий макияж девушки и будто небрежную укладку, которую она точно делала не один час. Им принесли пиво и Гермиона сделала три больших глотка, за раз осушив половину стакана. Ей было неловко сидеть рядом с такими ухоженными девушками, которые старались целый вечер, чтобы понравиться ее друзьям. Наврядли Гарри оценил ее старания, ведь он еще на четвертом курсе утверждал, что она не в его вкусе, хотя его горящие глаза, то ли от пива, то ли от ласкающего голоса спутницы, говорили об обратном. Гермиона извинилась и ушла в туалет. Пока она была в одной из кабинок, туда же зашли две девушки, по голосу она не поняла, кто они, но зато было сразу ясно, что речь шла о ней. — Боже, а что делает тут эта зануда? — ехидно сказала одна из них. — На ее месте, я бы вообще из комнаты не выходила. — Точно! А ты видела что у нее на голове? Кажется там пикси свили гнездо! — Наверное Гарри со стыда готов сгореть. — Она наверняка пошла за ними хвостиком. — Как уличный пес. — Точно! Как уличная псина. Девочки громко рассмеялись и вышли из туалета. По щекам Гермионы катились слезы. Она посмотрела на свои руки: все пальцы были в заусенцах, а сами ногти были подстрижены под самый корень. Она вышла из дамской комнаты и направилась к друзьям: — Знаете, мне пора, — она говорила не поднимая глаз, чтобы никто не заметил слез. — Гермиона, не уходи, нам ведь так весело, — пропела Лаванда, которая до этого времени даже не обращала на них внимание и была увлечена лишь Роном. Гермиона взяла учебник, с которым шла всю дорогу из замка, пожелала всем хорошего вечера и вышла из бара. Начинался мелкий осенний дождь. Улицы, переполненные веселыми захмелевшими студентами, начали пустеть. Гермиону переполняла буря чувств, от которых ей было необходимо избавиться, но она не знала как. Ей было больно от того, что Рон сейчас сидит с Лавандой, что она прикасается к нему, а он глупо смеется над ее шутками. Ее злило то, что она не умела так свободно и непринужденно общаться с парнями, что они не считают ее милой и обаятельной. Она испытывала чувства ревности к Рону, но не понимала от чего. Почему это заставляет ее плакать? Думая обо всем, она не заметила, как оказалась на незнакомой улочке Хогсмита. Было очень тихо и пусто, только дождь издавал приятный шум ударяющихся капель о крыши домов. Она заметила чей-то силуэт в черной мантии, который двигался по направлению к ней. Гермиона быстро развернулась и пошла в обратную сторону, ускоряя шаг. «Только не он», — пронеслось в ее голове. Она услышала, как человек в мантии тоже ускорил шаг. Она узнала, кто скрывался под мантией, она заметила его черты лица, когда свет от одинокого фонаря осветил его. Его было сложно не узнать. Это был Драко Малфой.