not your enemy

2001. 10.08 Небольшая затаённая палата. Свет едва протискивался сквозь плотную ткань дряхлых штор, а в воздухе летали мелкие частицы пыли. Атмосфера не из лучших, но для Мэри это всё не имело абсолютно никакого значения. Он скоро будет у неё на руках, снова. Такой, совсем маленький и беззащитный. Они с Ричардом долго не могли пойти на столь важный шаг. Что уж там, они не решались даже собаку завести, ребёнок казался небывалой ответственностью. Но всё произошло слишком спонтанно. Бурная ночь под взрывы фейерверков, пьяные бредни и похмельное утро. А потом, они узнали о мелком последствии. На руках оказался небольшой сверток, две пары тёмных бусинок устремились в лицо матери. Секунда и брызги слёз осадили лицо малыша. — Питер,— вздрогнувшим голосом, женщина привлекла внимание младенца, затем нежно, совсем трепетно прижав его к себе. — Простите, что прерываю, но нам нужно сделать ещё кое-какие анализы, — в палату твёрдым шагом, зашла невысокая, кудрявая брюнетка. Девушка с улыбкой, едва чувствуя вес на своих руках, перебрала новорождённого к себе на руки. — Он родился немного раньше предполагаемого срока, поэтому выгляди мельче, да и весит на пару фунтов меньше. Но не переживайте! Мы назначим курс витамин, и он поправится, вот увидите. Не дожидаясь ответа матери, медсестра направилась к выходу, что-то мило напевая мальчишке по дороге. Она осталась в одиночестве. Стены давили, а в сердце бушевал страх, за своего малыша, свою кровь. Небольшой стресс на фоне ссоры с мужем, призвал неожиданные последствия. Мэри знала, Ричард и места себе не находит, но пока её не переведут в палату ко всем роженицам, увидится с ней он не сможет за любые деньги. Откинувшись на спинку кровати, Паркер прикрыла глаза, пытаясь хоть немного отвлечься от происходящего. Казалось, она была в прострации, тело перестало служить хозяину, и потому она быстро отключила все чувства, впадая в короткий сон. Переутомление. Но долго поспать не удалось. За дверью образовалось странное копошение, голос той самой медсестры, что-то рьяно твердил неизвестному.. или неизвестной. — Я впервые вижу подобное, а я, между прочим, работаю здесь 6 лет. Поэтому перед тем, как обвинять меня в несуществующих преступлениях, сами разберитесь со своим ребёнком, — кажется, девушка развернулась на пятках, и таким же твёрдым шагом оттопала в ординаторскую, что подтверждал тихий писк резиновой подошвы об стеклянную плитку. Мэри и опомниться не успела, как в комнату вошёл поникший Ричард, с тем самым свертком на руках. Был он удручён своим минувшим поведением, либо чем-нибудь, чего женщина ещё не знает, сказать было сложно. Но сердце сделало кульбит, когда мужчина бережно положил полуоткрытого малыша на протянутые ноги Паркер. Сердце снова сделало кульбит, а к этому несколько десяток раз сжалось до предела. На теле совсем юного, только родившегося Питера красовались синие, почти фиолетовые отметины. Синяки. — Что.. Но как это возможно, — в глазах застыли слёзы, а руки машинально загребли в охапку малыша, пытаясь прижать к груди как можно сильнее. — Он же совсем ребёнок, здесь должна быть ошибка,— словно мантру, женщина проговаривала слова, надеясь, что тот короткий сон, всё еще продолжается. — Никто не знает, Мэри. Мне так жаль. Мне так жаль.. 2019. 10.08 Вставать совсем не хотелось, особенно в день, когда каждый второй родственник которого ты и в лицо не знаешь, будет поздравлять тебя с лучшим днем твоей жизни. С днём рождения, Питер! Гласила небольшая вывеска над дверью зашарпанной комнаты. Мэй, как всегда, постаралась. Усмехнувшись, парень перевёл взгляд на часы, ровно десять. А это значит, у него есть еще как минимум полчаса на спокойный сон. Но планам парня не суждено было сбыться, и вот, в двери победоносным шагом, явилась никто иная, как тетушка виновника торжества. Мило улыбнувшись, пряча что-то за спиной, женщина в несколько шагов оказалась возле кровати. — Вставай. Живо,— недовольно потянувшись, но всё равно исполнив просьбу Мэй, Паркер деловито сложил руки на груди, выжидающе смотря на женщину. — Господи, Питер, ты совсем взрослый, — слёзы мелкими каплями собрались в уголках глаз, а губы сложились в тонкую линию. — И я не знаю, как бы жила, если бы под боком не было такого прекрасного супер-способного подростка как-ты. Поэтому, это тебе, — из-за спины, Мэй достала небольшого размера коробку. Решив не откладывать подарки на потом, парень усевшись в кровать начал вскрывать подаренное. Немного теребя упаковку, не выдержав, Питер разорвал бумагу, и взглянул на то, что находилось внутри. — Что?! Мэй, нет! Это же стоит уйму денег. Я не могу. — изумлённый глаза парня метались от коробки к Мэй, и от Мэй к коробке. На дне, в куче бумажной мишуры лежала небольшая коробка. Starkphone. Небольшими буквами гласило название. Одна из новейших моделей. Этот телефон стоит, как двадцать зарплат Мэй, и Питеру было даже страшно подумать, какими усилиями ей удалось накопить на столь стоящую вещь. — Ну, тогда складывай обратно, отнесу в магазин, пока чек не выбросила, — дразня, проговорила женщина, а потом была быстро заключена в самые крепкие объятия, что могла когда-либо заслужить. — Я просто знаю, как тебе нравится Тони Старк и его изобретения, вот, решила, что это может быть неплохим подарком. — Это лучший подарок, Мэй! — ещё раз крепко обняв женщину, парень внимательно приступил к осмотру вещи. Решив не доставать подростка своими упрёками о том, что: «Сначала, мог бы и позавтракать!», женщина поплелась в кухню, готовить имениннику с ускоренным метаболизмом, праздничный «фуршет». Первую половину дня Питер провёл с тетушкой. Они много разговаривали, прошлись по магазину скупив тележку не совсем нужной еды и направились домой. Но вот потом, парень направился на небольшую прогулку со своим лучшим другом — Нэдом Лидсом. Парни решили не заморачиваться на счёт того, где и как погулять. Поэтому точно решили, что лучшим времяпровождением станет вечерний сбор «Звезды смерти». Они уже несколько месяцев угробили на игрушку, но сами понимали, собрать вещь более чем сложно. — А потом она сказала, что мы могли бы провести викэнд в Сан-Мартино! Но я не уверен, что родители меня пустят, — насупившись, Лидс сложил ещё одну деталь, прикрепив её на своё место. — Это же круто, чувак! Твои предки отпадные, не думаю, что они будут возражать, — подбодрив друга, Паркер оперся об косяк дивана. Такая работа утомляет больше чем патруль. — Надеюсь, — повторив жест друга, Нэд устремил взгляд на часы. — А тётя Мэй не будет возражать, что ты так поздно вернёшься домой? Скоро за полночь. — Чёрт, я даже не заметил! — встрепенувшись, Питер не заметил, как край футболки немного задрался, оголяя заднюю часть спины. — Чувак, не говори, что это всё ещё продолжается.. — Лидс вежливо отвел взгляд от багряного синяка, украшающего поясницу. Он считал, что метки перестали появляться с того момента, как Питер стал Человеком Пауком, но сейчас он удостоверился, что это не так. Нахмуренный взгляд направился на друга, он не должен был видеть. — Всё в порядке, Нэд, ты же знаешь, для меня это норма. Но знать никому нельзя,— вздохнув, парень направился собирать свои вещи в рюкзак, который оставил возле входа квартиры. По пути, парень мельком переводит взгляд в зеркало. Н-да, такое сложно не заметить. Это был уже не синяк, гематома. А всё из-за чего? Из за грёбанного соулмейта, что б его черт побрал. С самого детства, самого рождения, парень был награждён небольшими лепестками крокуса. Он так называл их, сколько себя помнит. Такие отметины появлялись на теле только в случае измены одного соулмейта другом. А вот масштабы увечий зависели от масштабов измены. Поцелуй — мелкий синяк. Секс — синяк побольше. Грубый секс, со всеми его ипостасями и тонкостями — довольно громоздкой синяк либо гематома. Вот и сейчас, снова. Благо, регенерация Человека Паука помогала справляться мелкими синяками в считанные минуты, а для такого размера ранок понадобятся считанные часы. Решив, как всегда, не заострять внимание на уже привычные для себя лепестки, парень попрощавшись с другом и одев костюм направился домой. Он не знал своего соулмейта, и даже предположительно не мог сказать, кто бы им мог быть. Но он знал точно, этот «кто-то» был тем ещё мерзавцем. Извращенным до мозга костей, до поджилок и самого сердца. Он и был сплошной изменой. Нет, у Питера и мысли не было, что бы девушка, которая ему предназначался заточено сидела в башне, и ждала пока её найдёт тот самый — Питер Паркер. Не хочется врать, парень и сам задумывался об отношениях с кем-либо, чтобы при встрече с возлюбленной не упасть лицом в грязь. Но всякий раз, как мысль подкрадываясь, тайком пряталась совсем близко к сердце, парень тут же её отталкивал. Он не пойдёт на такое. Не так он был воспитан. Бывали моменты, когда в самой бессонной ночи на ум приходили различные теории, почему это происходит. И одной из самых реалистичных является то, что его соулмейтом есть никто иная как женщина на минимум 15 лет него старше. Возможно работает кем-то вроде путаны. Да, прискорбно, но ведь у таких женщин тоже есть соулмейты. Так почему Пит не может им быть? Только вот от одной мысли, что его вторая половинка это.. ну, представительница древнейшей профессии, становится не по себе. Оказавшись дома, парень без раздумий лёг спать. Завтра он должен поработать над апгрейдом паутины и костюма, ведь после последнего боя он осознал, что прочность - это его козырная артиллерия. Самостоятельно работать над костюмами было до умопомрачения сложно. Нехватка нужных материалов и нужных денег удручала и связывала руки целиком и полностью. Он мог выкарабкаться только за счёт небольших летних декатлонов и стипендий, который в случае выигрыша вручали победителям. Но полные затраты перекрыть помогала только Мэй, из-за чего он чувствовал себя до ужаса виноватым. Костюм был неплох, намного лучше его первоначальной версии, но чего-то явно не хватало. Только вот думать об этом сейчас не хотелось совсем. *** — Мистер Старк, Мисс Поттс в здании, — монотонный голос Пятницы наполнил помещение. Он не ждал её. Не сегодня. В последнюю их встречу произошла жуткая ссора. А всё из-за чего? Из-за конкурентных компаний, которым палец в рот не клади — откусят по локоть. Пеппер мятежна, Пеппер жутко переживает. Ведь как только её социальное положение вдруг возросло на 10 ступенек выше, на хрупкие плечи блондинистой головы упали килограммы, тонны работы и обязанностей. Stark Industries — это мировая компания, это престиж, это прибыль и дивиденды, и ей как никогда сложно соревноваться твердостью своих яиц с огромным количеством представителей мировой политики и экономики. Каждый только и мечтал, как компанию Старка в рейтинге заменит какая нибудь: «Джони и Денни Industries», либо «Tony Kark Industries». Только вот Старку до этого дела нет. Так сказала Пеппер. И ему стало до жути обидно, не за себя, а за работу которую он успел проделать. Всё вокруг, каждый электрический прибор так или иначе был воссоздан Тони, но внутри было чувство, будто его здесь вообще ни за что не считают. Будто сама девушка не знает, сколько времени Старк проводит в своей мастерской. Быть может для неё это забава, смотреть как Тони мучается над очередным проектом, что скорее всего полетит в мусорку. Веди придумать что-то, изобрести. То, чего ещё нет, правда, так легко? Но как и каждая их ссора, примирение закончилось жарким сексом, прямо возле Марков. В такие моменты они просто забывались, делали вид будто ничего не произошло и это помогало. — Опять не спишь, — не спрашивая, утверждая. Помимо негативных качеств у Пеппс было много хороших. Настолько хороших, что те с лихвой перекрывали плохие. Во-первых она была эмпатична. Ему не нужно было говорить много, что бы женщина мило улыбнувшись махала головой. Объяснения излишни. — Жду, пока кто-нибудь уложит в кроватку, — ухмылка подчеркивала выступающие возле глаз морщины. Вернувшись к начатой работе, мужчина со всей аккуратностью начал паять края нового нано-помощника. Помещается в ухо, внутри микрочип с операционной системой Пятницы, таким образом искусственный интеллект будет с ним буквально повсюду. Не то чтобы он с ней так часто разлучался, но в случай крайних ситуаций, игрушка неплохая, даже полезная. — Что-то случилось? Ты вроде как должна была уехать на конференцию в Вашингтон. — Нет, ничего не случилось, конференцию перенесли, так что, выходные мы проведём вместе, — медленным шагом, Пеппс оказалась прямо за спиной Тони. Чуть прохладные пальцы скользнули под тонкую майку, где-то между ключицей и лопаткой. Развратные причмокивания перешли на шею, а потом к короткой щетине Старка. Она редко так делала, ну, шла на телесный контакт первой. Чаще он был зачинщиком бурных ночей, но если это происходило, это значило только одно. Что-то гложет Пеппер. И единственный способ забыться — секс. — Что-то ведь случилось, правда? — принимая несколько французских поцелуев, Тони обернулся к женщине. Та понуро опустив нос, переминалась с места на место. — Рассказывай, — вздохнув и кинув взгляд на соседний стул, Старк понимающе улыбнулся. — Я встретила своего соулмейта, — рука Железного человека невольно вздрогнула, он знал, что его ждёт сомнительно приятная новость, но он явно не ожидал именно этого. — Ох, — каждый сантиметр комнаты наполнился неуместной неловкостью, а сердце так некстати ударялось об грудную клетку с бешеной скоростью. — Ты расстроена, потому что он не настолько прекрасен как я? — он всегда так делал. Когда не знал что сказать, или когда неоправданная злость накатывала от верха до пяток, тонкими иголками просачиваясь под грубую кожу. Шутка, смех, сарказм — защитный механизм. — Он просто изумителен, — в уголках глаз Пеппер невольно накопилось пару хрустальных капель, норовя невозвратимо покинуть хозяйку. — Тони, я и не думала, что любить можно.. вот так, — произнесла девушка, разведя руками в сторону, показывая себя во всём обличии. — Но? — она явно не поделиться счастьем прибежала, а в порывах радости решила расцеловать его с головы до ног и пообщаться напоследок с его другом в штанах. — Что случилось, Пеппс? — Тони ненавидел задавать вопрос два раза, особенно когда он обязан знать ответ. — Он женат, у него есть дети, а ещё превосходная жена. Намного лучше и красивее меня, и знаешь, Тони, так мне и на.. — договорить несносной не позволил сам Старк. Он правда пытался дослушать её диалог, что больше походил на плач отчаянной домохозяйки, но всё же, где-то внутри, одна из микросхем явно перегорела. — Слушай меня внимательно, Пеппер Поттс. Ты одна из самых изумительных и прекрасных женщин, что я когда либо знал. Ты ответственна и безгранично добра ко всем, чье айкью равно 205, — голос Тони был ровным, строгим и даже немного грубым. В любой другой момент она бы явно завелась, но не сегодня. Это их последняя ночь вместе. — И я совру, если скажу, что люблю тебя до беспамятства. Нет, я люблю тебя больше, чем до беспамятства, но ты ведь и сама понимаешь, это не та любовь, и никогда ею не была, — голос сорвался на шёпот, а глаза не могли отвести взор от дрожащего лица женщины. Он запомнит её именно такой. Властной над всеми компаниями мира, женщиной, что сама устанавливала правила, такой серьезной, не по годам мудрой и всегда, такой Пеппер. И такой запутавшейся, неуверенной, с потекшей тушью на бледных щеках и небесной гладью в глазах. Он отдал бы миллионы, тысячи, миллиарды, чтобы его любовь была предназначена ей. Что бы она была его соулмейтом. Но судьба трактовала свои условия, в которых мнение Старка, увы, не учитывалось. — Ты ведь должна бороться, падать, подниматься, и идти до конца. Люди не предназначены друг другу судьбой не могут любить по-настоящему, понимаешь? Я более чем уверен, он не хочет бросать только детей. Так подскажи ему правильный для всех путь, ты ведь гений не меньше чем я, Пеппс, — наконец-то лицо мужчины озарила улыбка, такого Старка она возносила до небес, такого Старка знала только она и ещё пару людей. Такого настоящего Старка. Не сдержав собственных чувств, женщина крепко прижала мужчину к себе, запоминая, вдыхая каждый сантиметр кожи, пытаясь навсегда отпечатать в памяти полюбившийся момент. — Спасибо, Тони. В сердце глухой болью отдался стук. А что дальше? Тони и сам не заметил, как комната опустела. Пеппер ушла оставив после себя только шлейф приторно сладких духов, кажется, с нотками спелой вишни и имбирного печенья. Старка всегда забавлял факт, что женщина покупает себе духи исключительно с запахами любимых сладостей. Она была идеальной. А что дальше? А нет у него никого. Ни соулмейта, ни близких друзей, даже собаки нет. У него никого не осталось. Ему скоро под 40, и он потерял любые надежды найти свою спутницу уже как 5 лет назад. Либо представительница прекрасного пола мертва, либо ещё не родилась, и упаси Боже от второго варианта, за решетку Тони садится не хотел. Голова ужасно разболелась, а Дубина, как назло, был на починке после прошлого неудачного эксперимента, поэтому за таблетками придётся идти самостоятельно. Чёрт бы побрал эту метеозависимость, погода на улице и пса не выпустишь. Старк со смешком подметил слишком частое упоминание четырёхлапого в мыслительном контексте. Может и правда собаку завести? Главное, чтобы потом собака не завела его. Смешно хрюкнув от собственной шутки, Старк впервые за длительный период решил лечь спать раньше. Всё будет в порядке, люди не умирают от одиночества. С такими мыслями день закончился и у второго побитого парня. Морально, не физически. Хотя чувствовалось, будто кто-то хорошенько отметелил его, пока взгляд пытался зацепиться за что-то в омуте синих глаз.