просто (по)целуй.

      хуже утро чем сейчас и представить сложно. мало того, что ты, Феликс проснулся ко второй паре, (а ты не вставал так рано уже очень давно), так еще и придется вылезать из теплой кровати, и ехать по холоду в университет.       университет...       ты распахиваешь слипшиеся после сна глаза и хватаешь в руки телефон, который все еще не перестает капать на мозги дебильной мелодией будильника. по привычке сразу открываешь соцсети в надежде, что это поможет тебе проснуться, но к великому сожалению это не помогает. в диалоге с Саном и Уеном сейчас плавно катится перекати-поле, ведь парням по расписанию к первой паре и они изо всех сил сдерживаются, чтобы не уснуть на ней в отличие от тебя, едва открывшего глаза.       в квартире слишком темно и тихо, и еще до безумия пусто. ты вырос в большой семье, где с утра к тебе всегда подбегали младшие братья и сестры, а на кухне слышался звон посуды, и негромкий разговор родителей. сейчас же тебе даже немного грустно, потому что, оказывается, тебе совершенно не нравится находиться одному. ты чувствуешь какую-то беспомощность и легкий трепет перед сегодняшним днем, ведь снова пойдешь в свой университет.       вообще ты поступил туда еще в прошлом году, но из-за переезда родителей тебе тоже пришлось покинуть Америку и уехать на родину. но сейчас ты вернулся и один как придурок будешь на первом курсе второго семестра, в то время как твои бывшие одногруппники Сан и Уен уже на втором курсе.       ну и черт с ними, думаешь, ставя ноги на холодный паркет. ты накидываешь себе на плечи одеяло, в надежде еще немного погреться, но уже научен жизнью и знаешь, что еще пять минуточек, а потом еще десять, и впоследствии как обычно опоздаешь…       одеяло волочится по полу, преследуя тебя до самой ванной. ты на секунду останавливаешься напротив зеркала в коридоре и ужасаешься своего отражения. все таки не надо было вчера на ночь мыть голову, потому что сейчас она похожа на гребанное гнездо. и слава богу сейчас февраль, а не май, какой-нибудь, иначе по дороге в университет там точно ужились бы пару тройку птенцов.       ты, Феликс, относишь себя к тому типу людей, которые, цитируешь: "без чашки кофе не могут нормально функционировать", поэтому утренний ритуал зайти в кофейню ты, конечно же, не проигнорировал.       легкий мандраж, как обычно перед важными событиями, накрывает тебя с головой. с картонным стаканчиком латте в руках, сворачиваешь на одну из главных улиц района. горячий кофе через стакан, приятно греет замерзшие на ветру руки, которые уже успели заметно покраснеть. ты ежишься, и поправляешь вязаный шарф, ведь середина февраля выдалась правда холодной. по крайней мере для тебя.       через ветки голых деревьев просвечивает красный кирпич здания университета, и тебя снова окутывают мурашки с головы до ног. ничего не поменялось с тех пор, как ты тут бывал в последний раз.       будто всего этого года не было, будто ты только вчера так же шел по этой дороге на пары, будто ты и не уходил из университета. будто...       огромное здание с двумя корпусами раскинулось на большой зеленой площадке. трава сейчас пожухла и немного покрыта инеем, а на крыше университета местами виднеется снег. ты замираешь, рассматривая картину издалека, и решаешь, что прямо сейчас тебе нужно сделать селфи. для мамы конечно, не для себя же.       поворачиваешься спиной к красивому зданию, и поднеся стакан с кофе ближе к лицу, прикрываешь глаза, сверкая улыбочкой. вообще, Феликс, ты пришел специально пораньше, и сейчас еще не закончилась первая пара, так что людей вокруг тебя было совсем мало. и как минимум поэтому тебе не стыдно делать фотографии на улице.       только зря вот ты прикрыл глаза, пока делал пару удачных снимков, ведь услышав топот ног откуда-то справа, ты едва ли успеваешь прижать телефон к груди, потому что два парня запрыгивают на тебя, сбивая с ног.       – Феликс! привет! мы так скучали!       Уен и Сан, смеясь, придавливают тебя к холодной земле, пока рядом из стаканчика разливается на землю кофе. они громко смеются и кричат, чем вызывают косые взгляды других студентов, которые тоже идут на учебу. ну и еще тем, что валяются посреди гравиевой дорожки.       – парни, вы меня раздавите! – тяжело кряхтишь, наблюдая снизу за довольными мордами друзей, которые чуть ли не специально еще сильнее скачут на тебе.       – но мы же скучали! – взывает Сан.       – вот именно, ты что не рад нас видеть? – поддакивает тому Уен.       – слышьте, задницы, если я прямо сейчас задохнусь, то тогда точно не успею по вам еще соскучиться.       парни, с усилием перекатываются на бок, и ты тяжело вздыхаешь, будто рыба, выброшенная на берег. слышишь монотонный звук звонка и понимаешь, что пара только-только кончилась.       – вы почему так рано? звонок ведь только сейчас прозвенел. Сан поднимается первым, и размашисто отряхивает спортивные брюки от налипшей пыли:       – у нас была философия.       – а я ненавижу философию. – цедит Уен, вставая следом, и поправляет нелепую зеленую шапку с помпоном.       – поэтому, – подытоживает Сан, зачесывая темные волосы, с одной светлой прядкой у лба (ведь крутые пацаны зимой шапки не носят). – мы решили свалить пораньше.       нет, ну в общем-то справедливо.       твоя воля, ты бы так и остался валяться на этой дорожке. тебе даже все равно на студентов, проходящих мимо, и криво смотрящих на вас. все равно, что о тебе подумают, ведь рядом твои пацаны, а значит до других людей нет дела. ты сейчас так рад наконец увидеть своих лучших друзей, что не в состоянии идти, и вот прямо сейчас учиться. тебе нужно посидеть часок другой, поболтать с парнями о жизни, а не "тухнуть" на парах с новыми одногруппниками.       – пойдем, малой. – протягивают руки парни, и ты корчишь рожицу умиления, ведь друзья помогают тебе встать.       – вы оба всего лишь на полгода старше меня...       – вообще-то, на целых полгода. – ухмыляется Сан, отряхивая тебе спину.       ты стоишь и не веришь что это не сон. что ты правда спустя столько времени наконец снова находишься на площади университета. что рядом твои друзья, смеются с того какие они теперь грязные, перекидываясь словами по типу: "свинота, Уен!" и "и сам ты свин, Сан!". глупая улыбка сама натягивается на твои покрасневшие от холода губы, и ты не смеешь ей сопротивляться.       сзади легонько стучат пальцами по правому плечу, и ты едва чувствуешь это прикосновение через пуховую куртку.       – привет. – салютует парень в черном пальто и такого же цвета шапке бини, из под которой местами торчат темные кудри.       – Чонгук! – прыгаешь на парня, и стискиваешь его в объятиях. тот не сопротивляется, только недовольно кряхтит, делая вид что ему не нравится, но ты прямо чувствуешь как Чонгук скромно улыбается от такой близости.       – да-да, Феликс, я тоже рад тебя видеть. – он неловко хлопает тебя по спине, как бы намекая наконец отлипнуть, ведь люди так и продолжают пялиться на вас.       Чонгук самый старший в вашей компании. если парни на втором курсе, (промолчим про тебя, ведь ты вообще оказался сейчас на первом), то Чон уже на третьем. он всегда в тихую заботится о вас и переживает как за себя. он может предложить свою помощь раньше, чем ты сам попросишь. раньше чем ты сам поймешь, что тебе нужна помощь.       ты воспринимаешь его как старшего брата и пример для подражания.       – пиздец, какие же вы противные. – приглушенно слышишь ты, потому что одно ухо прижато к груди Чонгука, и вы снова не успеваете что-либо сделать потому что Сан с лету обнимает вас. – я к вам ребята!       – нет, еще вас тут не хватало, Уен, боже блять мой, не подходи!       – я вишенка на торте! – последнее, что говорит тот, перед тем как прыгнуть на вас.       теперь вы просто похожи на слипшиеся пельмени, а ты все еще не можешь перестать улыбаться.       откуда все такие красивые? нет, серьезно, тут был какой-то дресс-код когда производили набор на первый курс? типа: "уроды с кислыми рожами не проходят", да? как интересно тебя, Феликс, сюда приняли... ты действительно не понимаешь ведь каждый студент буквально выглядит как гребанный бог, сошедший с картины, или что-то типа того. т      ы сидишь на последней парте в одной из аудиторий и пытаешься красиво вести первую страницу конспекта. ну так, для приличия. конечно, уже завтра ты не будешь париться и выделять каждое "важное" определение текстовыделителем. ладно, будем честны, ты уже на следующей паре не будешь этого делать.       ты заглядываешь в лица студентов, усердно пишущих конспект, и тяжело вздыхаешь. знакомиться ни с кем не хочется, ведь ты уже, как бы, не в том возрасте, когда сидя в песочнице можно сказать любому ребенку "давай дружить", и тебе он без сомнения ответит "давай".       ну и фиг с ними, с этими новыми знакомствами. ты не зависишь от людей. по крайней мере, ты так сам думаешь.       все равно на некоторых парах ты будешь пересекаться со своими друзьями, ведь вы сами выбираете на какие предметы вам ходить. будете зависать вместе на переменах и после окончания пар. так что, Феликс, ты определенно продержишься.       ***       нет, ну надо же было так сказать: "мы на нашем месте у окна, там еще куст в горшке такой убогий стоит, найдешь не слепой".       и как ты должен отыскать своих дебилов в этой огромной столовой? тут еще вроде перестановку сделали, так что ты теперь вообще ничего не знаешь. почему вы не могли пойти в Макдоналдс или КФС как вчера? или в пиццерию? почему сегодня им приспичило всю перемену сидеть в стремной столовой? ну и бред.       ты протискиваешься через толпы студентов, чувствуя себя как какой-то ягненок отбившийся от стада. даже первокурсники, которые дурачатся рядом, выглядят крупнее и старше, от этого становится еще более неуютно.       завидев вдалеке белую макушку Уена, ты наконец поспешил занять свое последнее место за небольшим круглым столиком. вообще вы вчетвером выглядите довольно забавно: ты и Уен блондины, а Чонгук и Сан брюнеты.       – так, уебы, рассказывайте, почему мы сегодня как придурки сидим в столовке?       ты плюхаешься на стул и все поднимают головы, а вместе с ними и брови, потому что такое приветствие парни давно не слышали.       – а ты, пиздюк, чем-то недоволен? – ухмыляется Чонгук, делая глоток колы из алюминиевой банки.       – да не то чтобы...       ты кладешь рюкзак на колени и обводишь взглядом парней. вы уже столько времени, где бы не находились, всегда садитесь в одинаковом порядке: диаметрально противоположно тебе – Уен, слева Сан, а справа Чонгук. и никак иначе. сегодняшний день конечно не стал исключением, поэтому ты сразу впиливаешься взглядом в Уена, грустно ковыряющего что-то в миске.       – я не услышал ответ на свой вопрос. почему мы теперь не ходим на перемене в какие-нибудь, ну, забегаловки? – заглядываешь в тетрадь к Сану, который старательно списывает конспект с Уена.       – этот. – Сан не отрываясь от тетради тычет ручкой в друга. – решил похудеть.       Уен грустно выпячивает губу, продолжая ковырять, кажется, подобие салата "цезарь" и демонстративно хныкать:       – да, я должен успеть похудеть до весны, чтобы хоть одна девушка начала со мной встречаться.       – господи, Уен, ты и худой никому не всрешься. – Чонгук говорит это с таким вздохом, что тебе кажется, что тот произнес это раз миллион за сегодня.       – вот именно, тебе все равно ничего не поможет. хочешь я с тобой буду? – Сан наигранно ластится к плечу Уена, и тот так же демонстративно отпихивает его ладонью в лицо.       – нет уж, если я буду с тобой, ко мне точно ни одна красивая девушка не подойдет. тебя увидит и испугается.       эти двое в своем репертуаре.       – Уен, ты и так выглядишь как глиста в обмороке, тебе не надо худеть. – наконец говоришь и все парни снова не отрываясь смотрят на тебя.       – сижу не могу понять. – хлопает глазами блондин напротив. – это был комплимент, или ты так меня элитно обосрал.       – комплимент.       – оу.       ты тяжело вздыхаешь, смотря, как Сан и Чонгук смеются над выражением "глиста в обмороке" и почти смахивают слезы. Уен же снова принимается за свой салат.       – у меня огромные щеки, и глаз не видно когда я смеюсь, так что становлюсь говорящим пельменем. – снова сетует парень. – тебе не понять, у тебя вон какой острый подбородок, скулы и большие глаза.       – Уен, ты чертов кореец, радуйся, что у тебя глаза вообще видно когда ты просто разговариваешь.       – и то верно. – добавляет Чонгук       сзади слышится возня и громкие крики. они смешиваются и контрастируют, в и без того шумной столовой, так что все взоры теперь обращены в ее центр.       – о-о, моя дорогая Элизабет...       парень с разбегу запрыгивает на один из столов, продолжая громко петь. его окружает толпа студентов кричащих в поддержку. многие, взяв в руки телефоны, начинают снимать и фотографировать, а тот незнакомец специально пританцовывает на бедном столе, который и так держится на одном добром слове.       – кто это? – спрашиваешь у друзей, пока у тех их корейские глаза стали размером с блюдца, а челюсти отвисли до пола.       тебе кажется его лицо незнакомым, и от этого еще сильнее противным и стервозным. у него черные волосы, рваные джинсы и огромные ботинки. точно не твой типаж.       – это Чанбин. – наконец отмирает Чонгук. – странно, что ты его не помнишь, вы учились вместе.       – с ним?! ты чего, такого быдлана я бы запомнил...       Сан тоже занят очень важной съемкой видео, поэтому Уен берет на себя ответственность и быстро ищет фотографии с первого курса. у тебя глаза на лоб лезут, когда ты видишь вашу общую фотографию в кабинете информатики, и рядом с тобой правда стоит этот Чанбин. только вот он там выглядит меньше чем ты и цвет волос другой. конечно ты его не узнал, тот подкачался и перекрасился, но все равно не в твоем вкусе.       – так, все разошлись!– слышится еще один громкий голос, который перекрикивает даже подобие пения Чанбина.       все затихают и толпа немного редеет.       – ты какого хрена творишь, Чанбин?! слезай быстро. – парень распихивает зевак стоящих довольно плотным кольцом, и подходит ближе к столу. – сейчас придет администрация или того хуже – директор. тебе проблемы нужны?!       – воу, полегче, что ты так разнервничался? – Чанбин с легкостью спрыгивает со стола, приземлившись почти перед носом парня. тот тоже с черными волосами, только на полголовы выше, от чего он дерзко смотрит сверху вниз на дебошира. – все, все, я же просто вот прощения попросил перед девушкой, ничего личного, приятель.       – быстро все разошлись! не на что тут смотреть. давайте, рассосались по своим аудиториям, ну!       студенты с недовольным мычанием стали уходить от центра столовой. парни продолжали еще говорить, точнее незнакомец отчитывал уже знакомого тебе Чанбина, а тот лишь закатывал глаза и цокал в ответ.       у тебя загорелись искры в глазах и по телу буквально прошелся заряд. а вот этот вот, как раз в твоем вкусе.       – а это что за секс, на таких охуенных ножках, которые я уже хочу оседлать? – ты поворачиваешься за свой столик и видишь, как твои друзья один за другим переводят на тебя взгляд.       у Уена изо рта вываливается кусочек салата, Чонгук поперхнулся колой, а Сан просто застыл, делая жирную точку посередине слова в конспекте.       – фу, блять!       – Феликс, ну твою мать.       – прямо перед моим салатом!       парни в один голос начали возмущаться: кто вытирал колу из под носа, кто пытался откашляться, кто собирал листья салата с тетради.       – ну что-о? вы же мои друзья! Чонгук, тебе вообще нельзя возмущаться по этому поводу, знаешь ли...       – нет, ну можно было как-то поделикатнее это сказать.       ты снова отворачиваешься от друзей ища глазами того парня, который разогнал толпу студентов. он сейчас сидел за столом рядом с каким-то длинноволосым блондином и еще одним парнем с красными волосами, и яро жестикулировал. у него черные, довольно короткие волосы, милая улыбка и просто офигенная фигура, которую было, кажется, видно даже через строгую одежду.       – так как зовут того красавчика? – ты щелкаешь пальцами несколько раз, обращая на себя внимание друзей.       – Чан. – отвечает Чонгук, закатывая глаза. – я с ним учусь в одном потоке.       – Чан... – пробуешь имя на вкус. – а фамилия? – снова щелкаешь пальцами.       – Бан.       Бан Чан... тебе определенно нравится.       ты привстаетешь на стуле от нетерпения, и разводишь руки в сторону, хлопая в ладоши перед лицами парней.       – итак, господа, официально заявляю, Бан Чан – объект моего обожания, и причина моих влажных снов на этот семестр.