Кто сказал, что огонь и вода несовместимы?

В большом летнем зале собрались все адепты второго курса Академии Индиго. Директор Альтер стоял на большой сцене вместе с деканами факультетов и преподавателем боевых искусств Ким Сокджином, а ученики с нетерпением ожидали внизу. — Второй год обучения предполагает не только теорию, но и практику. В этот знаменательный день каждый из вас получит от Богов стихий артефакт, в котором будет сокрыта душа, — начал директор, с гордостью взирая на своих адептов. На его плече восседала белая сова, опасно сверкнув оранжевыми глазами. Тэхен и Юнги переглянулись в предвкушении. Зал гудел возбуждёнными голосами. — Уважаемый Ким Сокджин, пожалуйста, начинайте, — кивнул директор, и преподаватель спустился вниз. Джин скользнул строгим взглядом по первому ряду, где стоял Тэхен, и направился в центр зала к белому мраморному алтарю. Омега закатил глаза, брат на него злился уже несколько дней из-за пропущенных лекций. Открыв длинный список, альфа позвал: — Чон Хосок! Услышав знакомое имя, омега навострил уши. Огненный альфа вышел из толпы и направился к Джину. Хосок почтительно поклонился учителю, закрыл глаза и сложил руки в молитвенном пассе. — Deus Ignis dat nobis suam donum — telum cum anima! — закрыл глаза и прошептал Джин. На алтаре загорелся божественный белый огонь, и когда он погас, на нем лежал серебряный лук с двумя стрелами и шипами по краям. Альфа заворожённо взял в руки свое оружие, осторожно водя по шипам. Тэхен во все глаза уставился на Хосока, такой живой взгляд у феникса он видел впервые. — Прекрасное оружие, — оценил Джин, — как назовёшь? — Тинтур — искра огня, — коротко прошептал огневик, и артефакт в его руке засиял, принимая свое имя. — Да будет использовано это оружие в благих целях, — торжественно сказал Джин и прочёл следующее имя. — Мин Юнги. Тэхен ободряюще похлопал друга по плечу, и омега направился в сторону преподавателя. Проходя мимо Хосока, Юнги вскользь посмотрел на него и почувствовал резкий импульс. Внутри маленькими иголками быстро распространилась колющая энергия и исчезла. Лису с трудом удалось скрыть свой шок, во взгляде альфы тоже промелькнуло едва уловимое удивление, но на омегу огневик не посмотрел. Дойдя до алтаря кицунэ поклонился и закрыл глаза. Джин произнёс заклинание, и на алтаре возник веер из белого золота с острыми тонкими шипами внутри. Юнги благоговейно взял веер в руки, в его глазах читалось полное удовлетворение. — Очень изящное, — восхитился альфа, — имя? — Дрэоро — чарующий цветок, — уверенно сказал Юнги, веер нагрелся и засиял, принимая свое имя. Омега поклонился и восхищённым вернулся к Тэхену. Адепты один за другим получали артефакты, некоторые были счастливы, некоторым не нравились их артефакты, и они разочаровано стояли в заднем ряду недовольные выбором богов. — Чон Чонгук, — прочитал Джин, и тот неспешно подошёл к алтарю и поклонился ему. Альфа кивнул и начал читать заклятие. Мраморный алтарь так сильно засиял, что адептам пришлось закрыть глаза. Когда свет погас, на алтаре лежал огромный перстень с головой дракона. Чонгук торжественно усмехнулся и надел перстень на указательный палец. Джин вскинул бровь немного удивлённый таким щедрым даром, но быстро взял себя в руки и спросил: — Как назовёшь? — Друлаван — дикий зверь, — усмехнулся Чонгук. — Что ж, — протянул Сокджин, — достаточно смело. Альфа благодарно кивнул и вернулся на свое место. Тэхен ждал своей очереди очень долго, но когда прозвучало его имя, он, не без помощи Юнги, выбрался со своего места и направился к брату. Джин в первый раз за эти дни улыбнулся уголками губ и ободрительно ему кивнул. Водник закрыл глаза, Джин сосредоточенно начал читать заклинание и голубое сияние заполнило весь зал. Когда свет погас, и Тэхен открыл глаза, обомлел не только он, но и Джин. Омега даже в самых своих смелых мечтах не ожидал получить такой артефакт. На алтаре лежала цепочка из белого золота в виде крылатого дракона с голубым камнем посередине. Омега протянул руку и осторожно взял цепочку в руки, металл приятно холодил кожу. — Это… неожиданно, — не скрывая удивления, сказал альфа. — Я назову его Итилгаил — лунный свет, — восхищённо протянул Тэхен, передавая цепь брату, чтобы тот помог ему надеть её. В зале царила тишина. Омега, обрадованный полученным артефактом, сначала не замечал явного шока у адептов, но когда эмоции немного поутихли, он заметил и удивление на лице декана Намджуна, и хитрый взгляд Юнги, всю цепочку завершило свирепое выражение лица у лидера огневиков. — Ступай, мы поговорим об этом после церемонии, — сказал Джин. Тэхен растерянно кивнул и под внимательным взглядом присутствующих встал рядом с Юнги. — Поздравляю, друг, мой, кажется, наш огненный лидер тебя окончательно презирает, — хмыкнул лис. — Уже понял, — чувствуя, как ему сверлят затылок взглядом, прошептал Тэхен. — Что с того, что мне тоже выпал дракон, почему все так всполошились? — А дело вот в чем, — поправляя хаори, начал лис, — наши артефакты — это орудия, связанные исключительно с душой. Тот факт, что тебе выпал дракон, доказывает, что всякая омега может быть ровней альфам, что наше благородное общество, конечно же, не хочет принимать. А Чонгуку ты испортил звёздный час. — Ему просто нужен повод, хоть малейший. — Он злится. Пока это не переходит все границы, пусть хоть лопнет от своего негатива, — заметил Юнги. — Но, если перейдёт, я за себя не ручаюсь. — Мне послышалось, или ты собрался меня защищать? — не сдержал улыбку Тэхен. Лис посмотрел на него и величественно кивнул. Глаза его были серьёзные как никогда, в них горел завораживающий огонь справедливости. — Мин Юнги, ты меня смущаешь, — закрыл лицо водник, — мне нельзя, у меня репутация и все дела. Юнги закатил глаза, но ничего не ответил. Тем временем все адепты получили свои артефакты, и директор поспешил попрощаться. — Надеюсь, все довольны своими артефактами? Могу заметить, что Боги довольно щедрые в этом году. С этого дня начнутся занятия по боевым искусствам для второго курса, наш несомненно опытный и прекрасный преподаватель Ким Сокджин научит вас работать с вашим оружием, а также раскроет ваш магический потенциал. На сегодня все свободны, отдыхайте и настраивайтесь на серьёзную работу над собой с завтрашнего дня. Удачи! Альтер был магом немногословным, разговаривал чётко и по делу, вот и сейчас, сказав всё, что от него требовалось, он без замедления покинул зал, отдавая эстафету деканам. Слово взял Намджун. — Пока вы все не ушли, хочу напомнить вам о дуэли между факультетами огня и воды, воздуха и земли. Конфликтные стихии друг против друга. Это самый сложный, но лучший способ показать ваши навыки, полученные за период обучения. Победители получат дополнительные баллы к своим оценкам, а также факультет будет прославлен на всю академию и не только. Свиток на участие будет висеть в главном коридоре, напишите свои имена, а мы в свою очередь выберем участников. Магические дуэли — это вам не шутки, советую хорошо тренироваться. На этом все, вы можете быть свободны, — закончил декан и спустился вниз. Бывший инквизитор стоял там же и о чем-то усиленно думал, Намджун не мог пройти мимо, не цепляя его. — Поздравляю, ваш брат, несомненно, очень сильный элементаль, раз уж Боги оказали ему такую милость в виде столь ценного артефакта, хоть он и омега. Джин скривился. Елейный тон, приправленный лицемерной радостью, неприятно резанул слух. Альфа нацепил на лицо самую издевательскую улыбку и ответил в тон декану. — Несомненно рад, уверен и Чонгук очень рад за Тэхена. По вашему лицу сразу видно степень вашей радости, благодарен, примите и вы мои поздравления, у вашего племянника артефакт ничуть не хуже. Улыбка Намджуна превратилась в оскал, но он заставил себя держаться до конца. — Мне пора, рад бы и дальше продолжить беседовать с вами, но, боюсь, у меня много дел, и они не терпят отлагательств, всего хорошего, Ким Намджун, — с улыбкой, которую дарят разве что самым неприятным магам, Джин гордо удалился с неестественно прямой спиной. Альфа стоял и восхищённо сверлил удаляющуюся спину преподавателя внимательным взглядом. Сокджина очень часто принимали за омегу, за его безмерную красоту, но быстро разбивались о холодный, можно сказать стальной характер, присущий альфам. В свое время Намджун тоже разбился, но до сих пор хранил в сердце обещание, данное себе еще несколько лет назад. В это время на приличном расстоянии Юнги и Тэхен смотрели на разыгравшуюся картину и переглянулись. — Мне кажется, они всей семьёй недолюбливают нас, — нахмурился Тэхен. Лис посмотрел на водника с минуту и рассмеялся, чем ввёл омегу в недоумение. — По-твоему это смешно? — сверкнул голубыми глазами Тэхен. Юнги ничего не ответил и развернулся, чтобы покинуть летний зал. Водник в шоке последовал за ним, кидая последний взгляд на декана. — Я вообще ничего не понимаю, — буркнул себе под нос омега. — Я бы не сказал, что это ненависть, — раскрыл свой веер Юнги прикрывая лицо. — Ты всегда ищешь везде скрытый смысл, даже там, где его нет! — Ой ли? — янтарные глаза лиса наполнились весельем. — Мне хочется тебя придушить, почему ты не можешь нормально разговаривать? Без этих твоих загадок, — откинув чёлку, сказал Тэхен. — Потому что так не интересно! В коридоре они увидели Джина, поджидающего брата. Тэхен быстро попрощался с Юнги и подошёл к альфе. — Пошли, поговорим. Несколькими минутами позже, сидя в кабинете у брата, Тэхен спокойно ждал, пока альфа приведёт мысли в порядок. — То, что произошло сегодня, накладывает на тебя огромную ответственность, — наконец-то заговорил Джин. — Я имею смутные сомнения по поводу всего произошедшего, но тебе об этом знать пока не стоит. — Какого рода ответственность ты имеешь в виду? — нахмурился омега. — Дракон — символ лидерства, мудрости и жадности. Он больше подходит альфам, так как настраивает их на реализацию силы своего характера, интеллекта, на развитие мудрости и социального успеха. Для омег же эта сила обернётся большим испытанием. Тебе будут завидовать, строить козни, пускать слухи, но я хочу, чтобы ты был выше всего этого. Я переживаю, что ты можешь сломаться под гнётом этой силы, — кивнул Джин на артефакт, который сверкал белым сиянием на свету. — И все-таки я не понимаю, что в этом такого, — рассматривая лежащее на столе письмо, протянул руку Тэхен. Джин импульсивно схватил бумагу и укоризненно посмотрел на брата, который хитро рассматривал уже знакомый конверт. — Все получаешь письма от своего тайного воздыхателя, — явно издевательски протянул омега, — интересно, сколько лет он еще будет тебе писать перед тем, как отважится наконец-то предстать перед тобой в реальности. Альфа от него отмахнулся, открывая ящик и убирая туда письмо. — Не нужно переводить стрелки на меня, у нас серьёзный разговор, между прочим. — И какой ответ ты хочешь от меня услышать? — серьёзным тоном спросил водник, вмиг теряя все веселье. — Что ты не будешь строить из себя героя, а обратишься к своему брату, если этот огненный элементаль позволит себе лишнего. — Ты очень много о нем стал говорить в последнее время, почему? — Он меня беспокоит, — честно признался Джин, — они далеко не простая семья и занимают не последнее место в иерархии огненных. Такие как Чонгук не умеют проигрывать. Он будет пытаться доказать, что гораздо лучше тебя, и за этим может последовать целая цепочка неприятностей. Не этого я хочу для своего брата. — Я тоже не собираюсь проигрывать, раз Боги дали мне этот артефакт, значит я равен ему по силе, а может даже сильнее, — самодовольно усмехнулся омега. Джин покачал головой и устало откинулся на спинку кресла. Как и всегда, они не пришли к общему решению вопроса, что значительно усложняло ситуацию, делая ее скользкой и неприятной. — Послушай, это не шутки, — в голосе альфы прорезалось раздражение. Впрочем, решившись на кое-что, он успокоился и сказал: — Ты мне не оставляешь другого выбора, прости. Тэхен не успел и слово вымолвить, как Джин прошептал заклятие и, сделав сложный пасс рукой, поставил на него защитное заклинание со следящей меткой. Омега, не ожидавший такого, в шоке уставился на брата, вскочил, уронив стул, и с яростью посмотрел на альфу. — Не говори слов, о которых потом будешь жалеть — строго посмотрел на омегу Джин. — Я понимаю, ты на меня будешь обижаться, но потом поймёшь, что я это делаю для твоего же блага. Тэхен горько усмехнулся и прошептал: — Ты не дал мне возможность доказать, что я справлюсь сам! Чем ты отличаешься от других альф, которые все еще недооценивают омег?! Ждать дальнейших слов брата Тэхен не стал, он в ярости выскочил из кабинета, оставляя дверь открытой нараспашку. Альфу задели его слова, в душе сделалось гадко. С его стороны это была лишь забота, Джин не хотел ничего этим доказать, а хотел лишь защитить. Может его брат и не нуждался в этом, а скорее именно он, повидавший немало в своей жизни, всегда очень нуждался в защите, а сейчас транслировал это на Тэхена, стараясь уберечь его. В расстроенных чувствах Джин посмотрел на прикроватный ящик, сомнения одолевали его лишь несколько минут, потом он стремительно открыл и вытащил уже знакомый конверт синеватого оттенка. Тот, кто посылал ему эти письма, был умелым магом немалого уровня, раз мог скрыть от него магические следы своей ауры. Сколько бы Джин прежде не пытался почувствовать хоть толику остаточной магии, ему не удавалось. Вытащив обыкновенную белую бумагу, он развернул лист и начал читать: «Прошло столько лет, а ты все так же красив и прекрасен. Мне всегда нравилось наблюдать за тобой издалека. Ты всегда был недосягаем, и до сих пор таким остался. Каждый раз, смотря на тебя, мое сердце трепещет, но ты так холоден, что у меня нет и не будет даже капли надежды. Ты солнце, а я лишь звезда в окружающем тебя пространстве, преклоняю голову, ибо мое сердце подарено тебе окончательно и бесповоротно.» Джин прочитал письмо несколько раз, аккуратно сложил лист и вернул в конверт. Годы служения в инквизиторстве дали о себе знать, у него никогда не было времени на отношения, а теперь его боялись в основном из-за прошлого. Кем же мог быть этот тайный поклонник, альфа не знал. Письма поступали лет так пять, и если сначала Джин надеялся, что вскоре незнакомец даст о себе знать, то спустя столько лет уже привык, что есть человек, который безнадёжно в него влюблён, но, наверное, никогда не покажет своего лица. *** *** Разъярённый водник кинулся прочь из Академии на улицу. Ему срочно нужно было подышать свежим воздухом. Разговаривать ни с кем не хотелось. На заднем дворе был уютный уголок для отдыха адептов. В середине расположился небольшой фонтан со статуей грифона, куда часто кидали серебряную монетку на удачу. Вода шла из его клюва, плавно стекая по серому камню. Сев ближе к воде, омега достал монетку, играя с нею. Взгляд его отстранённо блуждал, пока не прицепился к знакомой худощавой фигуре. Феникс его не заметил, он тренировался. Длинные русые волосы были заплетены в косу, форменная мантия лежала аккуратной стопочкой на земле. Хосок, как всегда, был сосредоточен. Воздух перед ним колебался, шел рябью, искра, которая рождалась в последствии пассов, вспыхивала и, не удержавшись, гасла. Тэхен внутренне присвистнул, мало кто мог колдовать без источника стихии. В данном случае альфа пытался призвать огонь, не имея с собой ни свечки, ни даже спички. После очередной неудачной попытки Хосок раздражённо поднял мантию и заметил омегу. Водник не стушевался под внимательным взглядом, а также пристально посмотрел в горящие золотые глаза. Феникс хищно прищурился на такую дерзость, не отводя взгляда. — У тебя проблемы со стихией? Если ты слабо чувствуешь внутренний огонь, я могу помочь, — сам от себя не ожидая, заговорил Тэхен. Альфа стоял от него в десяти шагах, на его лице отразилось удивление и недоверие одновременно. — Я уверен, что смогу помочь, если ты, конечно, будешь не против, — серьёзно заверил омега. — Маги воды хорошо чувствуют потоки. Подумав, альфа заговорил. Его голос лёгкий, немного ласковый приятно приласкал слух. — Я бы сказал, что сам справлюсь, но данное заклинание у меня не получается очень долгое время, буду благодарен за помощь, — все так же недоверчиво, но с надеждой ответил Хосок. Тэхен в первое мгновение ушам своим не поверил, но поспешил встать и подошёл к фениксу. — Для начала закрой глаза, — попросил омега. — Чтобы хорошо чувствовать потоки, тебе нужно, во-первых, расслабиться и отпустить все мысли, во-вторых, довериться ощущениям. Прежде чем ты ответишь мне, как это банально, попробуй. Не думай ни о чем, почувствуй свой огонь каждой клеточкой своего тела, и он обязательно отзовётся. Альфа послушно закрыл глаза и сложил руки в пассе. Низкий и мелодичный голос омеги успокаивал, и Хосоку удалось расслабиться. Воздух пошёл рябью, и он почувствовал тепло исходившее из груди. — Не спеши расслаблять концентрацию, контролируй потоки, они не стабильны, — говорил водник, пристально следя за ним. Сдерживать заклинание удавалось с трудом, но феникс дышал глубоко и старался. Открыв глаза, Хосок обомлел: в воздухе витали многочисленные пульсары, которые окружали их. — Ты не покорил свой огонь? — водник выглядел спокойно и сосредоточено. — У нас, фениксов, все по-другому. Наш огонь всегда сильнее нас, редко кому удаётся его покорить. Нам опасно применять магию на живых людях, выброс этих пульсаров — цветочки, — кивнул на них альфа и устало вытер лоб. Водник сверкнул голубыми глазами и сделал два пасса, пульсары начали растворяться с громким шипением. Альфа вытаращил глаза. Тэхен не смог сдержать самодовольной улыбки. — Ты же второкурсник, насколько я понял по форменной мантии, откуда такие познания? — поднимая свою алую мантию, Хосок с любопытством оглядел омегу. — Все дело в семье. Мои родители учёные и в своих детях тоже воспитывали любовь к учёбе. Тебе нужно медитировать, сначала покорение. — Как видишь, если не держать контроль, то происходит спонтанный выброс пульсаров. Я не могу так рисковать, еще спалю деревья. — Могу и дальше помогать тебе с этим, — немного поспешно предложил Тэхен и смутился. — С чего такое рвение помогать незнакомцу? — с хищным любопытством спросил феникс. — Пожалуй, пока что буду держать это в тайне, — хитро улыбнулся водник. — Мне пора, если надумаешь принять мою помощь, дай знать. До встречи. — Как тебя зовут? — Тэхен, — только и ответил омега. — Твое имя я знаю. Ждать ответа он не стал и стремительно покинул зону отдыха. Хосок должен был признаться, что он заинтригован. Омега казался умным, смелым и общительным. Мало кто рвался с ним заговорить. Знал ли Тэхен, кто такие фениксы? Это был уже совсем другой разговор, об этом Хосоку не хотелось думать… Водник вбежал в свою комнату и плюхнулся на кровать со счастливой улыбкой. Солнце уходило за горизонт, и небольшая светлая комната окрасилась оранжевыми оттенками. Джин выбил для него одноместную комнату, чтобы никто не мешал учиться. Комната была не пределом мечтаний, но альфа поменял всю мебель и обустроил её к его приезду брата. Стены были отбелены, одноместная кровать была заменена новой, более широкой, рядом стоял огромный шкаф с множеством ящиков, гардеробная, подсвечник и стол, на котором стояли колбочки, ящики, тетради, книги и прочая мелочь. Был бы здесь папа, он бы поругал его за то, что он лег не переодевшись, но мысли Тэхена были совсем в другом месте. Тем временем Хосок собрался и хотел уже уйти в свой корпус. Надевая алую мантию, альфа привел волосы в подобающий вид. Фигуру в красном феникс заметил не сразу. Чонгук проходил мимо, когда заметил любопытную сцену. Огневик хотел наплевать и идти дальше, но что-то заставило его скрыться и наблюдать за этими двумя. Какого было его удивление, когда он увидел, как водник очень явно строил глазки Хосоку, а тот в свою очередь очень открыто и дружелюбно с ним разговаривал. За два учебных года феникс не подружился ни с кем. Даже с Чонгуком держался на почтительном расстоянии, а тут с водником, мало того, с самым проблемным водником. — Я смотрю, фениксы тоже сдают позиции, — усмехнулся Чонгук, пригвождая Хосока язвительным тоном. Альфа удивился, но не ответил. — Два года наши омеги и альфы из кожи вон лезут, чтобы ты обратил на них свое внимание. Вместо этого, я вижу, как ты тут растёкся лужицей перед этим водником. Феникс нахмурился. — Твои недопонимания с ним меня не касаются. Я привык доверять своему чутью, а не чужим словам. Черные глаза напротив опасно сверкнули, альфа выглядел спокойно, но его выдавал огонь, вспыхнувший в зрачках. — Ах чутьё, — оскалился Чонгук. — Не хочешь ли ты сказать, что на нашем факультете учатся исключительно плохие маги? — Я такого не говорил. — По твоим словам выходит именно так. Ладно, отпустим этот неприятнейший факт, и поговорим о другом. Ему известны некоторые факты о тебе? — Что ты имеешь ввиду? — Феникс весь подобрался, узор на лбу засиял. — Просто хочу, чтобы ты правильно расставил приоритеты. — Не все будут ходить перед тобой на цыпочках, привыкай, — зло огрызнулся Хосок и, пока было не поздно, решил уйти. — Интересно, а он знает, что сгорит в твоём огне, если не окажется твоим истинным, — вслед ему выпалил Чонгук. Хосок застыл и немного резче, чем хотелось бы, повернулся к Чонгуку. — Бедный Тэхени, он не знает, что все его надежды напрасны. — Откуда ты знаешь? — Я много чего знаю, но мы сейчас говорим не об этом. –Тем не менее, я не собираюсь это обсуждать именно с тобой, меня утомил этот разговор. Феникс ушел поспешно, не оглядываясь. Чонгук сел у фонтана, озадаченный всей этой ситуацией. Этот омега все больше и больше мелькал перед глазами и все больше вызывал к себе интерес. За пеленой противоречивых чувств более яркими оказались неприязнь и интерес одновременно. Инцидент в летнем зале тоже сыграл свою роль, впервые в истории омега получил артефакт дракона и это почему-то случилось именно в этом году. При этих мыслях альфа не смог сдержать негодование и посмотрел на небо… — Чёртовы интриганы, — выругавшись огневик встал, чтобы в следующую секунду отскочить от молнии. Стояли сумерки и нужно было вернуться. — Вы меня не напугаете своей молнией, — возмутился Чонгук и, бурча ругательства под нос, покинул зону отдыха, вернувшись в свое учебное крыло. *** *** На следующее утро Джин собрал второй курс в большом тренировочном зале. Тэхен сонно клевал носом, стоя рядом с Юнги. Лис же был бодр и в хорошем расположении духа. Водник скривился, глядя на него, как если бы увидел яркий солнечный свет жарким летом. Омега старался не пересекаться с братом взглядом, чтобы лишний раз не злиться. — Сегодня будет необычная тренировка. Я буду оценивать ваши шансы на участие в магической дуэли. Уже смотря на вас, могу сказать, что многие не готовы, и я вам это покажу, — острым взглядом прошёлся по адептам Джин. — Факультеты огня и воды отойдите по левую сторону. Воздух и земля по правую. Хосок и Тэхен встретились взглядами, омега незаметно кивнул и прошел дальше, феникс с интересом посмотрел ему в след. — Что я пропустил? — видя их переглядывания, спросил Юнги с интересом. — Много чего, — довольно усмехнулся водник, — расскажу на перемене. — Какой же ты все-таки шустрый, — на лице лиса отразилось удивление, — еще вчера ничего не было, а сегодня значит есть что рассказать? Тэхен кивнул и не сдержал счастливой улыбки. Юнги мельком глянул на феникса, который тоже кидал взгляды в их сторону, и снова ощутил дрожь. Лис еле сдержался, чтобы не вздрогнуть, и нахмурившись отвёл глаза. Джин прошёл в середину и объявил: — Адепты факультета огня и воды выберите себе соперника. Будете по очереди сражаться друг с другом. Сперва вышли две омеги, огневик весь в черном с дерзким взглядом и водник более спокойный, но ничуть не уступающий первому. Дуэль началась с подачи Джина. Огневик атаковал сходу, не давая время для раздумий. Водник еле успел поставить щит отражая удар. При этом омега не спешил ударить в ответ, а изучал соперника. Огневик запустил на него целый поток огненных пульсаров, и щит вздрогнул, половину пришлось гасить жгутами. Один пульсар омега все-таки упустил, и тот достиг цели. Держась за обожженное плечо, водник свирепым взглядом посмотрел на соперника и запустил в него водяные сферы одну за другой. Огневик, не ожидавший такой атаки, поставил щит, упустив из виду жгуты. Почувствовав, как по ногам ползёт нечто холодное, он потерял концентрацию, чем и воспользовался водник и, добавив к жгутам еще два, поднял его в воздух, сначала покрутил, а потом запустил прямо в стену. — Стоп, — остановил Джин, — достаточно. Огневик соскользнул по стенке вниз, мокрый до нитки, обессиленный, и устало вытер воду с лица. Джин подошёл к нему и помог подняться. — Как ты? Порядок или лекаря позвать? — Все в порядке, — ответил омега и прикрыл глаза. — Хорошо, — сказал Джин и вернулся. — Надеюсь, теперь вы понимаете, что это не шутки, — кивнув в сторону огневика, подтвердил свои слова альфа. Половине адептов мигом расхотелось в этом участвовать. Через несколько боёв, огневики были впереди всего на один балл. Хосок не участвовал по рекомендации Джина и молча сидел неподалёку. Когда очередь дошла до Юнги, ему кинул вызов альфа по имени Лой. Юнги принял свою вторую ипостась. Ушки и пока что один хвост были рыжего оттенка. — Всего один хвост? Да ты еще младенец. — А че ты кинул вызов младенцу-то? — усмехнулся кицунэ. — Хватит разговоров, — строго произнёс Джин, — приступайте. Водник попытался подойти ближе, но взгляд, кинутый на лису, сбивал с толку. Кажется, Юнги стал в десять раз красивее, привлекательнее, глаза его янтарные так и манили. Альфа не мог противостоять чарам, от чего не мог атаковать, теряя голову. Кицунэ усмехнулся и, изящно взмахнув хвостом, кинул на ничего не соображающего Лоя сгусток огня. Альфа в ужасе уставился на огонь, даже близко не представляя, что с ним делать, как будто он мигом потерял все свои навыки. В последнюю секунду перед его лицом появился щит из белого марева, огонь разбился об него. Преподаватель боевых искусств успел во время. Лой пристыженно начал орать: — Ты, ведьмовское отродье, что ты со мной сделал? Юнги прикрыл лицо веером, ни слова, не говоря в ответ. Джин вмешался. — Лой, имей честь принять поражение. Будь на твоем месте омега, он бы не проникся его очарованием. Ты сам кинул вызов и проиграл. Водник в бешенстве кинулся прочь. — Итак, кто следующий? Чонгук выступил вперёд и прошёл в середину. — Я кидаю вызов вашему брату, — нагло посмотрев в глаза альфе, огневик усмехнулся. Тэхен посмотрел на брата и ужаснулся. Джин был в бешенстве, хоть и выглядел нарочито холодно. Чтобы не быть беде, омега вышел вперёд и сказал: — Я принимаю твой вызов.