Домик у моря

      -Давай сбежим.       -Что?       Сложив руки в замок и облокотив на них голову, Юнги смотрит исподлобья на любимого человека.       -Ты сейчас шутишь, Джин?       Мужчина внимательно наблюдает за Сокджином, которого, кажется, подобная реакция слегка напугала.       Он присаживается в кресло напротив, чувствуя дискомфорт от направленного на него взгляда. Помесь непонимания и раздражения. Они сидят на работе уже вторые сутки и нервы потихонечку скатываются к черту. Несколько минут назад Юнги чуть не сорвался на работника отдела кадров из-за отсутствия запятой в сложноподчинённом предложении. Наверное, стоило поднять эту тему в другой обстановке. Дома, после двенадцатичасового сна и плотного завтрака с крепким кофе. Но Юн человек упёртый. И теперь тяжелого разговора не избежать.       -Нет, не шучу, - мужчина отводит взгляд к окну, стараясь игнорировать дыру, которую в нём сейчас пытаются прожечь глазами. – Мне это надоело.       -Что «это»? – голос у Юна спокойный, сказывается сильная усталость. Но Джину это только на руку. Не будет сил кричать, ведь затронул он тему очень щепетильную.       -Мы сутками на работе, Юнги. Домой приезжаем только чтобы сходить в душ и поспать. Тебе это разве не надоело?       -Предлагаешь всё бросить? Ты головой ударился или температура поднялась? – рука Мина подносится к телефону. – Я попрошу Мину, чтобы принесла градусник с аптечкой.       -Думаешь, что я шучу? – смартфон останавливается у самого уха.       -Надеюсь, - не громко произносит Юнги. – Иначе, мне придётся спросить с каких это пор ты стал таким эгоистом, - номер сбрасывается, за секунду до Джин слышал голос девушки. – На прошлой неделе нашей компании исполнилось три года. Ты так радовался этому вместе со мной, что должно было случиться, чтобы сейчас мне приходилось слушать подобное? – выражение лица меняется. На место раздражения приходит интерес. Юнги действительно интересно. Он ждёт ответ, выжидающе смотря на мужа.       -Я радовался не годовщине компании. Я радовался за тебя, - слышится из чужих уст.       -Я вот тебя сейчас вообще не понимаю, - Юнги отводит (наконец-то) взгляд в сторону и Джин может взглянуть на него. Вернее на глубокие синяки под глазами и осунувшиеся щеки. На крепко сжавшиеся руки, иначе будут дрожать пальцы. На человека, которого съедает собственная усталость. – Мы ведь основали всё это вместе… - продолжает через несколько секунду Мин.       -Но у нас оказались разные цели, - Джин его перебивает. – Ты помнишь, как всё начиналось? – Юнги кивает. – С маленького офиса и двух работников. С графика, который мы полностью строили под себя, работая столько, сколько считали нужным. Мы вместе приходили и вместе уходили, а что сейчас?       -Сейчас мы тоже вместе уходим, - пытается Мин.       -Потому что я не могу находится дома один, - брови сходятся к переносице. Они меняются позициями. Теперь нападет Сокджин. – Если бы я буквально не вытаскивал тебя из кабинета, ты бы сюда переехал. Спал бы на столе, а по пробуждению продолжал заполнять бумаги. Мы отдалились, неужели ты этого не чувствуешь?       -А неужели ты не чувствуешь, как мы выросли за эти годы?! – Юн взбрасывает руки, диким взглядом смотря на мужа. – Одна из самых востребованных компаний ландшафтного дизайна, - начинает мужчина, - предложение озеленения города от самого мера, прибыль с каждый днём растёт только больше. Мы достигли всего того, о чём мечтали когда-то!       -Но я мечтал о другом! – злость потихоньку подступает к горлу. Становится сложно её контролировать. Неужели Джина не слышат? – Я не ощущаю, что мы семья, - голова опускается вниз. Внезапно вид собственных лаковых туфель становится самым приятным в большом кабинете. – Словно просто сожители. Спим в одном кровати и подкидываем продукты в общий холодильник. С утра ты всегда уезжаешь раньше, а я досиживая с тобой допоздна, потому что чувствую, словно если уеду раньше, то мы и вовсе не будем разговаривать. Вся рутина сводится к обсуждению работы. Я не помню, когда мы в последний раз вместе обедали. Если и удаётся уговорить тебя взять выходной, то ты отсыпаешься весь день, потому что выжат до нитки и не понимаешь, когда я говорю тебе, что это уже перебор, - мужчина больше не пытается скрыть гнев. Просто высказывает всё, что накопилось за долгое время. – Ты обещал, что когда мы поднимемся на ноги, то купишь нам маленький домик у моря, - голос становится тише. Юнги чувствует ком в горле. – Что я смогу обустроить там маленькую оранжерею и садить пионы.       -Я могу купить тебе десятки оранжерей, Джин…       -Где я буду садить цветы во всё таком же гордом одиночестве? – взгляд поднимается на мужа. Взор, от которого кровь моментально стынет в жилах.       Ким встаёт со стула и подхватив сумку, уходит. Юнги смотрит на чужую спину и понимает, что надо его надо остановить, но не может промолвить ни слова. Голос пропал. Спрятался, как и вся смелость, во мгновение.       -Возможно, - Джин останавливается у самых дверей, но не оборачивается, - мы начинали с одного, но, к сожалению, кое-кто из нас поменял курс направления.       Он не хлопает дверью, не несётся драматично, снося всё на своём пути. Просто спокойно уходит, впервые за долгое время, вынуждая Юнги возвращаться домой в одиночку.       *       Они не разговаривали три дня.       Джин перестал ждать Юнги после работы. Уезжал сразу же, как закончит все дела. Засыпал в гостевой комнате, наглухо запирая дверь, потому что знал, что через пару часов вернётся Мин и обязательно разбудит его. А потом неловко спросит, что происходит. Заставит начать тяжёлый разговор, к которому Сокджин пока морально не готов. Поэтому приходится прятаться. Всё равно просыпаться от стука входной двери, но делать вид, что ничего не слышишь. По звукам понимать, что мужчина пошёл в душ, из него в спальню. Прекрасно осознавать, что сегодня он снова не поужинал перед сном, но тихонько приговаривать, что давно уже взрослый и сам должен заботиться о собственном здоровье. Не маленький ребёнок, знает о последствиях. Но что-то всё равно скребёт внутри.       С утра Юн, как обычно, уезжает раньше. В офисе они не пересекаются, хотя раньше Джин всегда заглядывал к нему посреди рабочего дня. Напоминал про обед и брал обещание, что в скором времени младший спустится покушать.       Кажется, словно за эти три дня они не виделись вовсе.       Сила воли Сокджина держится на гордыне и сильной обиде. Раньше он всегда сдавался первым. Приходил к Юнги и скромно предлагал закончить детский сад. Взрослые ведь люди. Должны были давно перерасти игру в молчанку. Но в этот раз всё по-другому. Обида не внезапная, как бывает при мелких разногласиях. Она копилась долго и засела достаточно глубоко, чтобы взрастить под собой жесткую установку, что пора перестать уступать. Джин часто шёл на встречу. Всему рано или поздно должен прийти конец.       *       Утро четвертых суток началось с горящих сроков нового проекта и всеобщей паники. Джин второпях заканчивал план озеленения, требующий ещё множества правок и добавок, но костяк был более или менее готов, поэтому для начала должно было сойти. Клиент требовал увидеть «хотя бы что-то для понимания», поэтому весь отдел стоял на ушах, в попытках предоставить всё что есть, но в наилучшем виде.       Ноги ужасно гудели от беготни по офису, голова разрывалась в районе висков. К Джину постоянно подбегали коллеги с вопросами, начиная от действительно важных, требующих уточнения или подтверждения, заканчивая уже изрядно надоевшим «когда обед?». Ещё совсем немного и мужчину доведут до ручки.       -Высшие силы, помогите мне, - шептал он, подставляя чашку под кофемашину.       Теплая кружка, аромат из которой слышен даже издалека. Чтобы выпить бодрящий напиток, нужно не более пятнадцати минут. Идеально для небольшого отдыха, который не сможет выбить из графика, но даст спокойно продохнуть.       Сделав глоток, Сокджин почувствовал успокоение. Его так не хватало на протяжении безумного рабочего дня, что хочется окунуться в ощущения с головой. Постоять пару минут в полной прострации, воспринимая офис белым шумом. Вот только есть одно «но». Очень сложно прочувствовать что-то, когда тебя теребят за плечо.       Глубоко вдохнув и отогнав желание громко закричать, Джин поворачивается. Перед ним оказывается высокая миловидная девушка. Понадобилось несколько секунд, чтобы мужчина вспомнил почему она выглядит столь знакомой.       -Мистер Ким, - тараторят, - Мистер Мин просит вас подняться к нему.       Внимательно рассматривая чужое лицо, Джин чувствовал нарастающую панику. Перед ним стояла секретарша Юнги. Третья по занятости в компании, после самого Юна и Сокджина. И если Мин лично сказал ей найти Кима, значит случился очень большой пиздец.       *       У Джина тряслись коленки три раза в жизни. Впервые, когда ставилась подпись в свидетельстве о браке. Они сбежали за границу от всех, не предупредив. Отключили телефоны и почти неделю были вдвоём. Наедине. Только они и больше никого.       Второй раз был тоже при подписи. На расширение их маленького бизнеса и перспективу большого будущего. Мужчины смотрели на документы горящими глазами и уже представляли, как будут купаться в денежных горах. Джин мечтал о доме у моря, Юнги о большом имени. Теперь их знают практически все высокопоставленные лица города, возле крупных ландшафтных проектов красуются таблички с наименованием их компании. Вот только видит их пара из окон многоэтажки, а не с лазурного берега.       Третий же раз приходится на сегодня. Вот только на этот раз Джин боится подписи.       Юнги всегда долго и внимательно обдумывал свои решения. Никогда не резал с плеча. Но и ссор подобных у них тоже раньше никогда не было. Отсюда и тревога. Зачем Мин мог позвать к себе? Особенно прекрасно зная про бешенные сроки и дикую обстановку в отделении Кима. Джину страшно. Страшно от незнания. От собственных догадок. Каждая новая хуже предыдущей. Страшно за Юнги и их отношения.       Обычно Кима зовут «наверх» для подписи документов, со стороны креативного отдела. Не попросят ли его снова подписать нечто подобное. Например, заявление на увольнение. А что? Звучит вполне логично. Не хотел работать? Не работай. Считаешь главной проблемой плотный график? Так выпади из него.       Они поднимаются на лифте. Цифры на экранчике сменяются быстро. Мужчине даже кажется, что слишком. А может это просто тревога рассеивает внимание. Вот он видит пять, а вот уже семь. Накрути он себя ещё чуть-чуть и пропустит не одно число, а целый десяток.       Ему не хватает времени. Кажется, что всё произошло слишком скоро. Он не готов ещё к серьезному разговору. В голове крутятся только печальные исходы. Ни одного хорошего не получается придумать. Даже через силу. Юнги слишком редко идёт на уступки. Так почему этот случай должен стать исключением?       Двери лифта открываются, секретарша тихонько просит Мистера Кима пройти к кабинету. Легонько стучит по дереву и не дождавшись разрешения войти, открывает дверь. Нынешний гость позволяет вести себя немножечко смелее.       Джин входит в кабинет, девушка остаётся сзади. Они друг другу никто, но почему-то чувствуется, что с ней за плечами было бы легче. Может потому, что в её присутствии никогда не произнесётся то, что говорят наедине. А Джину страшно. Очень страшно.       В кабинете их не двое. За столом с Юном сидит ещё кто-то. Со спины не понятно, кто именно, но молодой человек в скором времени поворачивается, видимо из интереса, кто же посмел к ним войти.       -Добрый день, Джин, - парень, лет двадцати трёх. Лицо знакомое, но мужчина не может вспомнить точно.       -Здравствуй, - подаёт голос Юнги. Взгляд мгновенно переводится от гостя к нему. – Ты должен помнить Тэхёна.       Тэхён. Вспомнил. Когда-то этот парень уже сидел напротив Мина. Старший упоминал, что он тоже сотрудник компании, при чём занимающий немаленькую должность. Но она никак не относилась к отделу Кима, поэтому он никогда особо не интересовался его личностью. А стоило бы, наверное.       Тэхён задерживает взгляд на Джине буквально на мгновение и разворачивается обратно к Юнги.       -Остановимся на том, о чём говорили, - загадочно произносит Мин, протягивая Тэхёну руку. Тот кивает и жмёт ладонь в ответ. После встаёт из-за стола и вежливо попрощавшись, покидает кабинет. Проходит мимо Джина, который за всё время пребывания тут забыл, как дышать.       -Присаживайся, - обращается к нему Мин. – Стоишь в дверях.       Глаза стеклянные. Ким смотрит, словно в никуда.       Обычно мягкий стул сейчас тверже камня. Юнги встал из-за стола, когда уходил Тэхён, и почему-то обратно не садится. Он обходит Джина со спины и держит что-то в руках. Взгляд старшего прикован к деревянному столу и боится подняться на мужа. Когда перед ним кладут какие-то бумаги, голова стреляет резким спазмом.       Он не верит собственным глазам.       -Что это? – сдержано, даже холодно.       -Прочти, - а голос Юна напротив звучит мягко. Словно он не чувствует волнения вообще.       -Что это за бумаги, Юнги? – Джин цедит через зубы, по-другому ком в горле не позволяет.       -Посмотри сам, - тон снова мягкий. – Пожалуйста, - кажется, Кима пытаются добить.       Дрожащими пальцами он берется за край листа. И прочитав первые строки, не верит собственным глазам.       -Юнги…       -Прочти вслух.       Старший поднимает ошарашенный взгляд на чужое лицо. Ему кивают и кладут ладонь на плечо.       -Договор на покупку дома. Пусан, Южная Корея.       Он ждёт объяснения. Молча поднимает глаза на мужа и ничего не понимает.       -Юнги…       -Я купил нам дом, - Джина перебивают.       -Что?..- старший снова смотрит в бумаги, раз за разом перечитывая написанное. Потому что не верит.       -Я. Купил, - повторяет Юн медленно, по одному слову. – Нам. Дом.       -Но как? – растерянно спрашивает Ким. – Зачем? – речь льётся потоком. – Мы переедем? А как же работа? Проекты? Я…Я не верю, - он говорит всё, что приходит на ум. Говорит, даже не задумываясь.       Мин улыбается чужой реакции и присаживается на корточки. Смотрит на мужа снизу вверх, кажется, совершенно не волнуясь.       -Юн…       -Спокойно, - чужая ладонь накрывает руку Джина. – Пожалуйста, дай мне всё объяснить, - теперь выжидающе смотрит младший. Смотрит, как обеспокоенно бегают чужие глаза и чувствует, как джиновы пальцы скрепляют его в замок. В конце концов Ким вздыхает и одобрительно кивает, демонстрируя, что готов выслушать. – Тэхён, - коротко, но пока не понятно, - мы сидели с ним около двух часов. Обсуждали дела в компании, и, - Мин замолкает на несколько секунд, продолжая на несколько тонов тише: - его новую должность.       -Новую должность? – удивляется Джин. Когда это для повышения надо было отчитываться перед директором компании?       -Да. Теперь он новый зам руководителя креативного отдела.       Подождите. Но руководителем креативного отдела является Сокджин…       -Зачем мне зам, Юнги? – голос Кима серьёзен. Никогда, за всё время работы у него не было заместителя. Потому что он не нужен. Джин прекрасно справляется со всем сам.       -Потому что сложно работать на удалёнке без правой руки.       -Правой руки?.. – Ким сужает веки до щелочек и пару раз клипает.       Юнги смеётся.       -Ну давай, - просит он, - сложи два плюс два.       Какие «два плюс два»? На Джина вывалили столько информации, что он не успевает обрабатывать. Он уже забыл какое сегодня число и день недели, ещё арифметики не хватало.       -Я ничего не понимаю, - отчаянно завывает он. – Скажи прямо, знаешь же, что я туп на намёки.       -Мы переезжаем, - перестав ходить вокруг да около, выдает Юнги. И перед тем, как старший придумает новый вопрос, формулировка которого состоит из последних сказанных Мином слов, он продолжает: - Переезжаем в Пусан. В большой дом, где у тебя будет маленькая оранжерея. И в которой ты сможешь садить пионы.       -Но, а как же…       -Работа?       -Да, ладно я, временами можно и без креативного отдела обойтись. Но как компания выживет без директора?       -Об этом я тоже давно позаботился, - Юнги поднимается на ноги и присаживается на стол. Но руки они не расцепляли. Теперь ладонь Джина покоится на коленях Мина, а пальцы последнего по-прежнему крепко сжимают. – Помнишь Чонгука? Они с Тэхёном ещё часто вместе приезжают на работу? – кивок. – Можешь при случае поздравить его. В таком возрасте стать зам директора компании – похвально.       Джин внимательно слушает, всё ещё не веря чужим словам. Они переезжают к морю? И проблем на работе не будет? Звучит слишком утопично, а они не в сказке. Это невозможно.       -Значит, - пытается подытожить старший, - мы переезжаем и никакой работы? Будем жить у моря, как бы в своё удовольствие?       -Почти, - а вот и подводные камни. Юнги склоняет голову вбок, - время от времени надо будет приезжает в Сеул, но это будут прямо-таки экстренные случаи. Консультации можно проводить и путём онлайн конференции. Бумаги на подпись присылать по почте. Сейчас весь мир так работает. Не сидят уже владельцы состоявшихся компаний двадцать четыре на семь в офисе. Думаю, и мы можем, наконец-то, позволить себе насладиться тем, что наработали за годы. Как думаешь?       Джин смотрит на мужа, который смотрит на него в ответ. В его глазах столько тепла, что кажется ещё чуть-чуть и старший утонет. Он соскучился. Эти три дня были словно пустые. Его ладонь сжимают трепетно, словно Ким фарфоровый. Взгляд родной, заставляющий за мгновение поверить, что всё хорошо. Что можно быть спокойным. Что всё образумится вне зависимости от ситуации. Юнги заставляет вздохнуть облегченно. Неужели, наконец-то, это всё закончилось?       Сокджин внезапно встаёт со стула. Настолько внезапно, что Мин не успевает ничего понять, когда его заключают в крепкие объятья.       Вокруг шеи обвиваются руки. Чужую талию заключают в замок. Юнги слышит дыхание над ухом. Спокойное. Умиротворённое.       -Спасибо, - не громкое.       -Тебе спасибо, - в ответ.       Джин немного жмурится, но объяснений не требует. Ему понятно и без них. Его благодарят за терпение. За то, что переступал через себя и всегда шёл на примирение первый. За веру, без неё вряд ли они бы сейчас стояли посреди огромного кабинета, под которым работают тысячи сотрудников. Их сотрудников.       За то, что всегда был рядом, хотя любой другой бы давно кинул столь упёртого партнёра. «Прешь, совсем не подумав», любил упрекать Джин. Ставил на место, когда Мину срывало тормоза.       Спасибо, что помог пройти этот путь. Что помогал делить все проблемы на двое, не дал самого себя свести в могилу.       Спасибо, что всегда остаёшься рядом. Юнги тоже безумно скучал. Именно их небольшая разлука заставила его пересмотреть взгляды. Понять, что он делает не так. Принять и, главное, решить проблемы. Чтобы сейчас стоять в обнимку с любимым человеком и чувствовать, как тянется на лице улыбка.       *       Harry Styles - Golden       Глаза медленно проходятся по книге, внимательно вчитываясь в каждую строку. Страницы переворачиваются сами, из-за чего приходится придерживать их пальцем. Сегодня на пляже ветрено.       Сокджин слегка жмурится от солнца, которое пока совершенно не греет, зато успешно мешает. Он мог бы уйти обратно в дом, где тихо и гуляет приятный мрак, но остаётся на месте, о подобном варианте даже не задумываясь. Потому что там другая атмосфера. Там не чувствуется, что он у моря.       Внезапно, над мужчиной нависает тень. Следом дёргается покрывало и он чувствует, как чьи-то руки обвивают вокруг талии.       -И не лень тебе подниматься в такую рань? – песок отлично заглушает шаги.       -В это время море спокойное, - но ему нечего боятся. – Днём по-другому.       Юнги зевает и присаживается рядом. Берёт Джина за руку, не обращая внимание на то, что старший придерживает книгу, и целует тыльную сторону ладони. Ким улыбается еле заметно и откладывает всё, глядя на мужа. А тот пристально смотрит в чужие глаза, медленно моргая.       -Что? – спрашивает Сокджин, глядя в ответ.       -Землей пахнет, - Ким резко вырывает руку и не сильно толкает мужа. Улыбается уже не скрытно, ярко, счастливо, а Мин смеётся, да так, что от совсем легких пинков заваливается на спину, позволяя нависнуть над собой сверху.       -Где твоя романтика? – наигранно недовольно спрашивает Ким, но ему не отвечают. Просто смотрят. Но взгляд настолько тёплый, что исчезает даже театральная злость. Джин садится прямо, но потом, недолго думая, ложится рядом. Близко, под самый бок. Обнимает Юна и смотрит в небо. Чистое, какое никогда не видел в Сеуле.       -Был в теплице? – спрашивает Мин.       -Да, - не громкое. Еле различимое из-за шелеста страниц и утренних, очень спокойных волн.       -И как они?       -Никак пока, - ладонь поднимается вверх и прикрывает лицо от ярких лучей солнца. – Но должны расцвести к весне. Если хорошо ухаживать.       В мыслях возникает картина дома. Настоящего дома. Того, что сейчас у них за спиной. В нём три комнаты и две ванны. Огромная гостиная с мягким диваном и большая книжная полка. Её Джин заприметил ещё в Сеуле, но тогдашняя жилплощадь не позволяла такой громоздкости. Выглядело бы тесно и неуютно. Теперь же всё вписывается идеально. Из-за больших размеров. А может из-за того, что в нынешнем доме всё прекрасно. Даже то, что стоит криво, кажется гармоничным и правильным. Что делают с человеком сбывшиеся мечты.       -Мне надо будет съездить в Сеул, - неожиданно выдает Юнги.       -Когда? – следует ожидаемо.       -Через несколько дней. Успеем доделать беседку.       Их территория небольшая, но вместила в себя маленькую теплицу и вскоре должна достроится беседка. Сокджин хочет летом ужинать в ней, Юн предложил пристроить небольшую кухню, чтобы можно было готовить прямо на улице, но Ким отказался. Потому что хочет, чтобы всё обустроили своими руками. Без чужих вмешательств. Их квартира в Сеуле выстроилась за два месяца, был приглашён дизайнер, чьими усилиями заставили всю мебель. Киму с самого начала казалось, будто в том доме от них нету ничего. Поэтому сейчас принципиально, чтобы чужая рука не коснулась. Мужчина теперь тяжело переносит не родной дух в доме. А Юнги нравится вместе гулять по мебельным магазинам и выбирать различные мелочи.       -Привезти тебе что-то? – говорит Мин.       -Нет, - с улыбкой отказывается Джин. – Передай просто Тэхёну с Гуком привет.       -Они всё ждут, когда мы приедем вместе, чтобы сходить поужинать.       Ким смеётся и снова обнимает мужа поперёк.       -Я не вынесу этот город ещё ближайшие полгода.       -Тогда я позвоню тебе, когда Тэхён начнёт снова завывать, как соскучился, - Юнги подхватывает чужой смех, вспоминая последние дни в Сеуле.       Тэ первый решил заговорить с Кимом. Джин подписывал последние документы, когда младший тихонько подкрался сзади и сказал, что давно хотел познакомится. О Сокджине, оказывается, давно легенды ходили в компании.       -Ваше имя числилось почти во всех кредитах к нашим проектам, хотя креативный отдел участвует только в половине от силы, - сказал Тэхён в тот день, чем невольно вызвал улыбку на чужом лице.       Юнги указывал его в причастных к созданию всегда, если старший вносил хотя бы малейшие правки. Будь то словесные, либо более весомые.       -Это самая маленькая благодарность, которую я могу выразить, - сказал когда-то Мин. Мило, поэтому Джин никогда не препятствовал.       Чонгук присоединился к знакомству чуть позже. Оказывается, дом в Пусане был куплен с его помощью.       -Отец занимается недвижимость. Пусан – мой родной город, - после такого Джин не мог не угостить ужином. Но пришёл Гук не один. Мало кто догадывался, что они с Тэхёном так близки.       Позже Тэ помогал Джину с выбором обоев и размышлениями о правильном размере теплицы. Чонгук помог как можно быстрее закончить с оформлением документов и дистанционной работой. Оглядываясь на то, как эти двое много сделали, Юн сожалеет, что не заметил столь перспективных работников раньше.       Ветер потихоньку сходит на нет. Юнги поворачивает голову, смотря на мужа. Пристально-пристально. Словно пытается в душу заглянуть.       -Что? – смеясь, спрашивает Джин.       -Когда пионы зацветут, - начинает Мин, - надо будет пригласить Тэ и Чонгука в гости. Если ты не против, конечно.       -Что ты, - укладываясь поудобнее под боком, говорит Ким, - естественно не против. Должен же Тэхён посмотреть на свои обои.       Короткая улыбка, после которой Юнги на несколько секунд замолкает. Джин всё ждёт, что мужчина добавит что-то, но голоса не слышно. Он поднимает взгляд наверх и видит, как Мин разглядывает небо.       -Джин, - внезапно начинает муж, - скажи мне, ты счастлив?       Ким на мгновение выпадает. Удивление от чужих потуг в столь глубокое русло сбивает с толку.       -С чего вдруг такой философский вопрос?       -Просто, мне интересно.       Вместе с ветром окончательно стихло и море. Всё вокруг погрузилось в тишину, словно по заказу. Чтобы Джин смог спокойно подумать.       -Я не просто счастлив, - спустя вечность (по мнению Юнги) отвечает Ким, - мне кажется, что сейчас я проживаю лучшую часть жизни.       -Правда? – мило удивляется Мин, забавно приподнимая брови. – Тогда я тоже счастлив. Бесконечно.       -Прямо-таки бесконечно? А если в магазин поблизости снова не завезут мандарины?       -Плевать мне будет на эти мандарины, - мужчина внезапно поднимается, аккуратно снимая чужую руку со своей талии. В новом положении он смотрит на мужа сверху вниз, пока тот не приподнимается на локти, сокращая расстояние между ними в сантиметры. – Пока ты рядом, мне ничего особо не нужно, - тихо. Так, что будь кто-то рядом, слышно было бы только лишь Джину. – Спасибо.       -За что? – на выдохе.       -За то, что подтолкнул осмелится, - Юнги убивает сантиметры, касаясь своими губами чужих. Джин опирается одной рукой о покрывало, садясь на колени. Вторую кладёт на щеку мужа и целует. С лёгким нажимом, потому что пытается вложить в поцелуй всё, что сейчас бурлит внутри. Кажется, что этой самой вечности рядом с Юнги ему будет недостаточно. Неужели они настолько долго были порознь? Будь то поцелуй, прикосновение, им всегда будет мало.       Мин заводит руки за спину и мягко придвигает ближе. Обнимает мужа и лишь тогда, когда уже не хватает дыхания, отодвигается, дабы сделать вдох. Джин поджимает зацелованные губы, его рука всё также покоится на чужом лице.       -Юнги, давай сбежим?       -С тобой хоть на край света.