Найденыш

Фокси не верил своему счастью. Им наконец-то кто-то восхищается, наконец-то кто-то увлеченно о чем-то расспрашивает, и эта заинтересованность в нем ему очень льстила. Ну а как же. Бонни вопил от восхищения на все кафе, не желая успокаиваться и перестать изучать нового друга. Он заметил в рыжем необычайный шарм, и чем-то Фокси безумно понравился Бонни. Но вот какая проблемка: рядом с лисом шел Фредди. Именно это его бесило. Он хотел бы узнать пирата где-нибудь наедине, желательно с баночкой пива. Не сказать, что Фредди был доволен тем, что Бонни, с которым он и так воевал не один год, так беспрестанно трётся около нового знакомого. Хотелось иной раз послать его подальше, ведь ему это удавалось профессионально, но Фокси бы не понял. Рыженький видел этот коллектив необычайно гармоничным: строгий, молчаливый лидер-аристократ, явно приборзевший хард-рокер Бонни и милая, воспитанная леди Чика. А теперь к нему добавился робкий и застенчивый пират Фокси. Чем не идеальная команда? А тем, что никто из них друг с другом не ладит. Недружелюбные они очень, эти пиццерийские. Фокси шел с ними, не зная куда. Да впрочем-то, какая разница, куда? Факт того, что у него теперь есть друзья, которых как таковых у него ещё не было. И он, с детской наивностью, в самом деле верил им всем. Тогда он даже не подозревал, что доверять незнакомым, как всех учили родители, нельзя. — Чувак, шаришь за музон? — по-дружески пихнул Бонни пирата в плечо. — Не знаю... Я ничего не слушаю... — робко улыбнувшись, тихо ответил Фокси, уже порядком пугаясь столь странной активности кролика. — Да ёбна в рот... — огорчённо отозвался рокер. Вас наверняка интересуют два оставшихся персонажа: Фредди и Чика. Так вот. Оба ревновали. Да-да, вы все правильно прочли. Чике и так не нравилось то, что ее возлюбленный Бонни не обращал на нее внимания, а теперь в избытке обращает его на совершенно незнакомого аниматроника. Где-то в глубине ее механического интеллекта она начала боятся, что Бонни мог влюбиться в новенького. Хотя... Она была твердо уверена, что рокер не сходил с "женского" пути. А Фредди уже представлял, где закапывает своего врага. Так хотелось отогнать его от Фокси, дабы не тот пугал его больше своей навязчивостью. Пройдя по длинному коридору, аниматроники вывели пирата в небольшой зал, где стояли деревянные бюджетные столики и стулья. "Боже, какая безвкусица" — каждый раз шептали Фазберские высокомерие и дизайнерское чутье, о чем он не раз говорил Кэнди, хотя тот усиленно доказывал, что такие столики ещё лет двести прослужат, да и стильной обстановкой кот не гонится, не то чтобы некоторые. Внезапно аристократ что-то вспомнил и, попридержав лиса, наклонился к нему: — Малыш, ты же ничего сегодня не ел. Фокси запнулся и задумался. Он не был уверен, хочет ли он есть, но в плоском животике что-то жалобно урчало. — Думаете, можно попросить? — застенчиво спросил лис, надеясь, что Фредди попросит за него. — Нет. Ты больше не будешь здесь есть. Больше никогда. Фокси испуганно ахнул. Неужели его заморят голодом?! Фредди хотел ещё что-то сказать, но внезапно услышал какое-то шипение со стороны коридора. Это был наш незабываемый Кэнди. Кот шел, яростно отдирая от синей шерсти остатки скотча, который Чика резала без особых стараний. Даже на голове у него переливалась прозрачная лента, до нее кот пока не добрался, или, возможно, забыл о ней. Едва завидев синего кота, Фокси сглотнул и спрятался за аристократа. — Выглядишь потрясающе. Новый имидж? — съязвил Фредди с уничтожающей улыбкой, и про себя Фокси хихикнул, хотя знал, что язвить плохо. — Заткнись. — мяукнул Кэнди и пошел к одному из больших столиков, за которым уже пригнездились Бонни и Чика. — Вы когда уже уйдете? — устало спросил он, усаживаясь за тем же столом. На что Фредди вновь помрачнел, подошёл к столу, уселся на "безвкусной табуретке" и серьезно проговорил: — Не волнуйся, никто не пытается узнать, где у тебя лоток. Бонни прыснул со смеху. — Да уж, очень смешно. — Вот именно. У меня есть одна новость, которая тебя точно развеселит. — Да ладно? Вы уйдете и никогда не вернётесь? — с надеждой заголосил Кэнди, но Фазбер все так же спокойно ответил, даже не улыбнувшись: — Нет. Ты должен помнить, что жизнь – не сахар, ты будешь страдать до тех пор, пока я или кто-нибудь ещё тебя не утопим. Теперь к делу. — Фредди откашлялся. — Будь добр, скажи, сколько вы, бездушные чудовища, морили этого кроху голодом? Фокси, стоявший рядом с ним, вздрогнул: он понял, о ком речь, но боялся догадаться, что будет дальше. — Кроху? Голодом? Ты сейчас серьезно? У нас не всегда мяса для котлеток хватает, а он ещё и холодильники по ночам обчищает! И у тебя хватает совести сказать, что мы его голодом морим?! — Так а кто ж это мясо жрет, а? — вступился Бонни за несчастного лисёнка, на которого в очередной раз посыпались обвинения. — Да ещё и за кухней следить не умеет? — вставила свои пять копеек Чика, все ещё возмущенная увиденной на кухне букашкой. — Да что вы на меня наехали?! — шерсть кота на затылке встала дыбом. — Вы мне такие претензии предъявляете, как будто бы я совсем уж зажравшийся какой-то! Вы серьезно думаете, что за моим холодильником некому следить?!... —И более того... — перебил его Фредди, — Не забывай, где ты его держал. В кладовке. А ты думаешь только о холодильнике. Ты чуть не убил его. По-твоему нормально, что он такой худой? Аристократ устало закрыл глаза и вздохнул. — Сейчас же принеси документы на него. Я хочу увидеть доказательство того, что он действительно здесь, простите за грубость, жил. Кэнди закатил глаза, пожал плечами и вышел из-за стола, направившись в свой многострадальный офис, где лежали все документы на всю аниматронику бургерной. Но внезапно Фокси заметил кое-что, на что никто из остальных не обратил внимание. Он наклонился к Фазберу и дрожащим голосом повторил: — Сэр, что значит "жил"? Фредди поднял на него холодный взгляд сапфировых глаз, схватил его за руку и быстро прошептал ему на ухо: — Я заберу тебя. Слова аристократа словно каленым железом отпечатались в сознании Фокси. Но он просто кивнул. Вы спросите, почему Фокси даже не удивился? Я отвечу. До Фокси просто не дошли слова Фредди. Он не верил, что услышал эти слова, что это самое настоящее спасение. Он не мог даже подумать, что это обещание будет самой что ни на есть явью. Фазберскoе слово никогда не будет брошено на ветер.