Lost souls

— Отличненько. — Улыбнулись братья и направились к одной из машин, которые стояли на парковке. — Куда вы идёте? — Растерянно спросила я, смотря в спины парням. — Теперь я уверен, что ты где-то просрала мозги. — Одарив меня холодным взглядом, произнёс Риндо. Вместо лишних слов Ран просто достал из кармана ключи от машины, поиграв с ними пальцами передо мной. — Что? У вас серьезно есть машина? — Округлила глаза я. — Как ты догадалась?! — Притворно удивился старший. — Ну хватит. Я откуда знать должна была? — Недовольно закатив глаза я подошла к братьям. — И какая ваша? — Мерс. Чёрный. — Гордо вскинул голову Ран, открыв машину. — Ладно. Удивили. — Хмыкнула я, открыв переднюю дверь автомобиля. — Эй! Мелкие сидят сзади! — Воскликнул Риндо, подбежав ко мне. — Я мелкая?! Мне пятнадцать! — И? Мне шестнадцать. Сказал же мелкая. Вали на заднее сидение. — Младший Хайтани перехватил мою руку и занял место спереди. — Не очень то и хотелось! — Фыркнула я и скрестив руки на груди. Делать нечего, идти пешком не хотелось от слова совсем, поэтому пришлось сесть на заднее. — Хэй, малыши не ссорьтесь! — Рассмеялся Ран и завёл машину. — Заткнись. — одновременно с Рином, крикнула на старшего я. Дорога действительно не заняла много времени. Покинув автомобиль я замечаю двухэтажный дом. — Вы живете в доме? — Взглянула удивленными глазами на парней я. Всю жизнь я хотела жизнь в огромном доме, с несколькими этажами, а не слышать постоянные ссоры соседей из другой квартиры. — Нет. В хлипкой квартирке по соседству. — С сарказмом ответил старший, выйдя из машины. — Ой, отвали. — Недовольно поморщилась я и убрав руки в карманы, направилась к дому. Хайтани открыл двери ключом и распахнул её передо мной. — Какие манеры. — Ухмыльнулась я и перешла порог. Дом был шикарен. Глаза разбегались. Пол был мраморный, сверкающий под светом большой, стеклянной люстры. На окнах висели жалюзи, которые сейчас были закрыты. Вокруг стояла дорогая мебель, современная живопись висела на стенах. — Вау… — Невольно произнесла я, вызвав на лицах братьев ухмылку. — Ну а как же. Сняв обувь я сразу поднялась на второй этаж. Там были несколько комнат и вторая ванная. Ни одну из комнат я решила не открывать, мало ли там кто-то будет? Поэтому решила спуститься вниз. На первом этаже был только Риндо. — А где Ран? — Сразу спросила я, даже не подумав о своих словах, перед тем как задать вопрос. — А что моя компания тебя не устраивает? — Припомнил мою же фразу он. — Ну и не надо! — Обиженно цокнула я, спустившись с лестницы. — Твой любимый ушел в душ. Присоединиться к нему не хочешь? — Нет! И вообще, он не мой любимый. — Ага, конечно. — Не язви и налей мне чего-нибудь. Младший ухмыльнулся, вышел из-за стола и открыв кухонный шкаф, достал две бутылки. — Вино, Ром? — Спросил Хайтани, взяв два бокала. — Вино. — Хмыкнула я. — Давно его не пила. — По тебе не видно. Вылитая алкашка. — Чего? Ты себя вообще видел? Наливай давай. Открыв вино, парень разлил его в два бокала и поставил один передо мной. Терпкий напиток приятно разливается по венам, снимая напряжение прошедшего дня. «Интересно ищет ли меня отец?», — едва успела подумать я и вдруг услышала как распахнулась дверь ванной комнаты. Из ванны вышел Ран. У него было отличное телосложение и татуировка на половину туловища, с левой стороны. Полотенце закрывало нижнюю часть тела, но казалось оно вот-вот упадёт на пол. Мокрые, длинные волосы были распущены и спадали на плечи парня. Он вдруг заметил меня и одарил таким взглядом, от которого ноги стали ватными, а сердце в сто крат ускорило темп. «Так. Не пялиться!», — подумала про себя я, и вернулась к бокалу с вином. — Пьёте и без меня? — Ран подошёл к нам и взяв со стола бутылку, поднёс к губам и наполовину опустошил ее. — Пьянство тебя не красит! — Восклицаю я, ловко отбирая бутылку у парня, и сама прикладываюсь к ней, чувствуя, как терпкий напиток разгоняет кровь в жилах. — Тебя тоже! — Не остается в долгу он, доставая из шкафа новую. — Меня красит все. — Нагло заявляю я, заметив, как братья усмехается при этих словах. День был тяжёлый. Поэтому на меня начала накатывать усталость. — В какой комнате я могу переночевать? — Спросила я, взглянув на Хайтани. — Уже спать? Так быстро? — Расстраиваться Ран. — Ты время вообще видел? — Кстати да Ран, смотрел на часы? Малышне уже пора спать. — Усмехается Рин. — Пф, да я самая последняя усну! — Ну-ну. — Заявляет младший. — Проверить хочешь? — Беру его на вызов я. — Так оба пошли спать! — Восклицает Ран, закатывая глаза. — Заткнись. — Вновь одновременно произносим мы. — Хватит спорить. Нэо, пошли проведу. Только попробуй не уснуть. — Ага, слушаюсь и повинуюсь. — Ухмыльнулась я, следуя по лестнице за парнем. Вдруг я резко спотыкаюсь на лестнице, но в последний момент меня ловят сильные руки. Руки старшего Хайтани. От каждого его прикосновения, подобного невесомому порханию бабочки, по телу разливается предательский жар и бегут мурашки. Я и не замечаю, как мое дыхание непроизвольно ускоряется. Он замечает это и легким движением руки поднимает меня на ноги. Расстояние между нами смехотворно мало. Так мало, что еще пара сантиметров, и я окажусь вплотную к нему. С удивлением отмечаю, что с трудом достаю ему до плеч, так что, чтобы не прерывать зрительного контакта, мне приходится запрокинуть голову. Ран буквально прожигает меня взглядом. Медленно, очень медленно он переводит свой взгляд от моих глаз к губам, а затем обратно, и этот простой жест заставляет все внутри меня вспыхнуть. Признаю, его внимание весьма и весьма приятно. Но не настолько, чтобы потерять голову. — Осторожнее, Хайтани. — Улыбаюсь я, облизнув пересохшие губы. С удовольствием замечаю, что это простое движение не осталось без внимания Рана. — Кто знает, что я подумаю о тебе? — Ничего, что мне бы не понравилось. — В тон мне отзывается он, по-хозяйски проводя рукой по моим волосам. Я хорошо понимаю, к чему ведет этот фривольный разговор. Понимаю и признаю, что безумно не хочу этому противиться, в тайне надеясь на то, что сейчас парень, наплевав на все, поцелует меня, а я… Что бы я тогда сделала? Разумеется, оттолкнула бы его! Тихонечко, чтобы понял, что так просто меня не получить. Ловлю себя на мысли, что без стеснения рассматриваю его, перевожу взгляд то на манящую, искусительную улыбку, то на глаза, вновь и вновь попадая в плен его невероятного взгляда. Взгляда, от которого в коленях моментально появляется слабость, а по телу пробегает томительная дрожь. Взгляда, которым его обладатель, кажется, раздевает меня прямо здесь, в тайне ото всех, так бесстыдно и, что удивительно, изящно. Взгляда, потерявшись в котором, я едва слышу, что в этот момент говорит Ран… — Столь смелое предположение… — Стараясь произнести это так, чтобы голос ни в коем случае не дрогнул, ненароком выдав бурю, что разразилась во мне в этот самый момент, насмешливо комментирую я. — Но проверять мы это, я думаю, не будем… С этими словами я, небрежно проведя пальчиком по огорченному плечу, легко отстраняюсь, нарочно задев его волосами. Вот только он, опередив меня, ловит мою руку, медленно поглаживая большим пальцем запястье. При желании я с легкостью могу уйти, его хватка столь аккуратная, что я ощущаю ее сродни дуновению свежего ветерка в теплую погоду. И вновь я чувствую, как в душе разгорается неистовый жар. Он приливает к щекам, и, я думаю, Ран прекрасно видит это. — Почему же?.. — Он мягко проводит пальцами по сгибу руки, пробуждая во мне неподдельный трепет. — Не заслужил. — Выдыхаю я, понимая, что нужно прекращать все это. Прекращать, иначе ничем хорошим столь легкомысленный разговор не закончится, чует мое сердце. — Я принимаю это за вызов, учти. — Вкрадчиво заявляет Хайтани, лукаво сверкнув озорными бесенятами во взгляде. — Могу ли я рассчитывать на твое благоволение, лисёнок? Глаза в глаза. Секунды, кажется, нарочно замедлили свой бег, завороженные, равно как и я, его пронзительным взглядом, очарованные этим бархатным голосом, этой уверенностью, сочащейся в каждом слове, тайной, что заключена в самом этом человеке. Он манит, неистово притягивает к себе, но в то же время и отталкивает, пугает, будоражит самые потаенные, самые грязные мысли любой души. — На пощаду можешь не рассчитывать, учти! — Все же нахожусь с ответом, стараясь вложить в голос как можно больше озорства. — Может только… На легкое снисхождение. — Все же не удерживаюсь от заигрывания. — Мне этого вполне хватит. — С уверенностью заявляет Ран. Услышав его я ухмыляюсь. Весь сон как рукой сняло, поэтому единственным моим решением было прогуляться, как раз хотелось осмотреть двор дома. — Пойду прогуляюсь перед сном. — Я присоединюсь? — Как хочешь. — Пожимаю я плечами. Риндо на кухне уже не было, поэтому я без лишних вопросов вышла во двор, вместе с Хайтани. Как только мы вышли за дверь, он плавно повернулся ко мне. И вновь мы оказываемся так близко, что я с легкостью могу ощутить его дыхание на щеках. Между нами лишь пара миллиметров — ничтожное расстояние, но мне оно вдруг кажется непреодолимой пропастью, которую во что бы-то ни стало, набравшись храбрости, нужно преодолеть, вот только шансов упасть и разбиться на ее дне гораздо больше. Я чувствую, как под его взглядом пылает лицо, как ускоряется дыхание, а ноги становятся ватными. Слышу, как сердце гулко стучит в ушах, оглушая меня. Сейчас я желаю лишь одного: притянуть его к себе и не отпускать как можно дольше, однако понимаю, что нельзя. Нельзя, так просто отдастся человеку с которым знакома о силы день. Изящным движением парень мягко, едва-едва касаясь, проводит согнутыми пальцами по моей пылающей щеке, очерчивает лицо, шею… Борюсь с побуждением прикрыть глаза, столь сильные и противоречивые чувства вызывают во мне его прикосновения, вкупе с этим дьявольским взглядом и, чего греха таить, выпитым вином, из-за которого мне так сложно думать… Хотя, мне кажется, я пьяна отнюдь не из-за алкоголя. — Второй раз за день ты переходишь границы! — С трудом справившись с голосом, с хитрецой восклицаю я. — Наглеешь, Хайтани! — Если только чуть-чуть. — Невинно отзывается он, медленно склоняясь ко мне. — Ш-ш-ш… — Быстро смекнув, что к чему, подношу палец к его губам, не давая поцеловать себя вопреки сильному желанию. Впрочем, Ран тоже очень быстро находится, перехватывая мою руку и целуя тыльную сторону ладони. — Я же говорила, что проверять мы не станем! Он аккуратно, не отрывая взгляда от моих глаз, заводит выбившуюся из-под резинки прядь мне за ухо, нарочно снова чуть касаясь чувствительной кожи. Это мгновение длится лишь миг, однако за этот миг я успеваю полностью утонуть в непостижимой глубине его глаз, во взгляде, который ни коим образом почему-то не соответствует горячности его возраста. Мне приходится буквально заставлять себя смотреть только ему в глаза, хотя я все равно то и дело непроизвольно роняю взгляд на губы, такие желанные и манящие… — Не сегодня. — Склонившись, выдыхает Ран прямо мне на ухо, опаляя кожу горячим дыханием. — Но кто знает, что будет завтра? — С улыбкой интересуется он, моментально отстраняясь. Поспешно подавляю вздох разочарования, который едва не сорвался с моих губ, и который выдал бы меня с головой. Тряхнув волосами, чуть приподнимаю брови, надеясь, что жест этот будет истолкован, как ирония. Ирония, шутка, игра — вот, чем все это является для нас обоих. Ему просто интересно, когда же я сдамся, впущу его в свое сердце, потеряю контроль? А мне просто не доводилось ранее встречаться с кем-то, кто мог бы вызывать во мне столь сильные трепет и желание, столь яркий интерес. Я просто люблю опасность, люблю вести игру без правил, исход которой не предрешен. — Помнится, я обещала, что на пощаду ты можешь не рассчитывать! — Игриво восклицаю я, чуть погрозив ему пальчиком. — Но также сказала, что я могу надеяться на снисхождение! — Парирует Ран, ослепительно улыбнувшись. В ответ на это лишь закатываю глаза и посылаю ему таинственную улыбку. Чувства, захлестнувшие было меня, постепенно успокаиваются, и я вновь обретаю возможность трезво мыслить и непринужденно кокетничать, словно бы это и не мне несколько минут назад приходилось бороться с отчаянным желанием притянуть его к себе. — Продолжим?.. — Нарочито двусмысленно спрашивает Ран, и только чуть подумав, я понимаю, что он имеет в виду прогулку, а не… — Хорошая идея. Догоняй!  С этими словами бросаюсь наутек, зная точно, что он присоединиться, что примет правила игры. Хотя, какие правила? Разве же не я всегда говорила, что играю абсолютно без правил? Так жить гораздо веселее! Парень, конечно же, с легкостью догоняет меня. Он со смехом притягивает меня к себе, и я (будто бы случайно) утыкаюсь ему в грудь, впервые позволяя себе касаться его так. Проходит какая-то сотая доля секунды, и я вдруг с удивлением понимаю, что буквально утопаю в манящем аромате его тела. — Не сегодня. — С улыбкой (надеюсь, не слишком вымученной) отстраняюсь от него я, заметив, что в глубине темных глаз на миг мелькает что-то, подозрительно похожее на разочарование. Но это чувство, как и все в его хозяине, оказывается так изменчиво, что я не успеваю как следует разглядеть его. Назад возвращаемся медленно, нарочно растягивая этот миг единения. — Спокойной ночи, лисёнок. — Попрощался Ран и открыв дверь дома, впустил меня внутрь. — Доброй, Хайтани. Чуть задержав на мне долгий взгляд, он уходит, а я прикладываю все силы к тому, чтобы не провожать его глазами, и вместо этого поскорее удаляюсь к себе в комнату.