Я не могу без тебя.

— Что, репоголовый, больше места нет? — сказала озлоблено Патаки. Девушка явно не ожидала снова увидеть Шотмена. — Прости, Хельга, но увы, свободных столиков не осталось, — произнёс Арнольд. Парню удалось увидеть Патаки, ведь он любит эту девушку. На протяжение двадцати минут, пока длился ланч, Арнольд мельком смотрел на Хельгу, его сердце билось ровно и часто. Как только все пары, закончились, я и моя лучшая подруга Фиби отправились к ней домой, доделывать тот доклад о Египте. — Ну, Фиби, ты, наклеила картинку? Надеюсь, ровно? — Сказала Хельга, которая хотела поскорее сдать работу и получить отлично. — Да, да вот готово! — Гордо ответила Хейердал, показывая доклад Патаки, уверенная, что та будет довольна проделанной работой. — Отлично, пятёрку мы с тобой заработали, — произнесла блондинка, улыбаясь в тридцать два зуба. Наследующий день мы сдали доклад и, как ожидалось, получили по пятёрке, а остальные наши одноклассники тоже. Я стояла у своего небольшого шкафчика, набрав нужный код, открыла дверцу. Итут ко мне, не поверите, подошел Лоренцо и стал просить прощению. Я его отшила, сказав, что больше не хочу видеть его и слышать о нём. Он пригрозил, что отомстит мне, и я заплачу за всё. Посмеявшисьсь над этим, я ушла, толкнув его со всей дури. Прошел месяц. За это время многое изменилось. Наша группа 243 сдала самые трудные государственные экзамены. Наибалее тяжёло нам далась математика. Мы с Фиби с трудом написали её. Но трудности всё же позади. Все скинулись на небольшой вечер, мы провели его в кафе, всё получилось очень даже неплохо. Ну дальше наступили долгожданные летние каникулы, которые я так ждала весь семестр. Нам выставили оценки за первое полугодие, как всегда у меня были сплошные пятёрки, это больше всего радовало. А потом одним прекрасным днём к нам из Колледжа приехала моя сестра которая, работала там училкой. Уж её я точно не ждала, а родители встретили Ольгу с распростёртыми объятиями. Мои каникулы были испорчены, как всегда. В этот раз я решила свалить из дома и прогуляться по городу. Я шла мимо магазина, остановившись, посмотрела на витрину. Завернув за угол и достав золотистый медальон с портретом Арнольда, Хельга начала свой странный монолог: — Ах, Арнольд! Ну почему мы с тобой расстались? Как же я тебя люблю! Жизнь моя. Как я хочу, чтоб ты был только мой, мой Арнольд, Арнольд. — сказала младшая Патаки, смотревшая на фотку Шотмена и разговорившая с ним… — Хельга, а чем ты тут занимаешься? — спросил блондин, видя как его бывшая разговаривает с золотистым медальоном в форме сердца. — Опять ты, Арнольдо. Вечно мешаешь мне и подкрадываешься незаметно. Чего тебе от меня надо, Репоголовый? — Огрызнулась Хельга, скорее пряча свою вещь в карман, чтобы Шотмен ни о чём не догадался. — Мне? Ха-ха, ничего. Просто проходил мимо, вот и всё. Хельга, больше ничего не сказав парню, ушла, при этом не заметив, что уронила свой медальон. Блондин поднял его с земли и прочёл на обороте надпись: «Я до сих пор Тебя люблю! Твоя Хельга Джи Патаки!» Положив его в карман, Арнольд направился в сторону пансиона. Придя домой, Шотмен поднялся к себе. Закрывшись у себя в комнате, он осматривал вещь, которую потеряла его фактически бывшая подруга. Арнольд решил поделиться новостью с Джеральдом, взяв телефон парень, набрал нужный номер. — Привет, Джеральд. У меня есть для тебя такая новость, просто закачаешься, — произнёс Арнольд. Он надеялся, что другу понравиться его, так скажем, новость, которой блондин так хотел поделиться. — И какая же? Давай колись. Шотмен рассказал своему другу про то, что Хельга его до сих пор любит, и у него есть этому доказательство, медальон который, девушка потеряла случайно. — Да уж, Арнольд. Ладно, прости мне пора, завтра поговорим. Пока! — Пока! После разговора с Джеральдом Арнольд просто сидел на кровати и думал, как всё-таки поговорить с Хельгой и вернуть ей ту вещь… *** Патаки незаметно вернулась домой, пока её родители по жизни были заняты Ольгой. Девушка закрылась у себя в комнате. Порывшись в карманах своих синих джинс и не обнаружив своего золотистого медальона, она была в шоке и ужасе. Блондинку колбасило, её посещала мысль, если Шотмен нашел его и прочёл ту надпись на обороте — то ей наступит хана.