Полузамерзшие озера

На Хребте не было ванн, только полузамерзшие озера, которые врезались в кожу льдом и обжигали морозными ожогами; но это было в порядке вещей, потому что Альбедо не чувствовал холода, его плоть была сотворена из мела, который не желал растворяться. Он погрузился в воду еще глубже, зарывшись носом и ртом, и закрыл глаза, ресницы намокли от падающего снега. Хотя Альбедо был невосприимчив к температуре, способность чувствовать физические ощущения все еще мучила его. Будучи нечеловеческим созданием, он был наделен даром чувств и способностью жить так, как жил бы обычный человек. Он ощущал, когда люди прикасались к нему, держали его запястья за спиной и проводили ногтями по его голым бедрам. Альбедо сомкнул ноги. Призрачные прикосновения пробирались по его коже, невидимые кончики пальцев вдавливали в нежную плоть до синяков, которые отказывались исчезать, и дергали за волосы. Руки раздвинули его колени, другая пара крепко обхватила его шею, лишая возможности дышать. Они оторвали его от земли, разрезая одежду и прижимая плоский край кинжала к его языку. Альбедо погрузился в воду на дюйм глубже, упираясь грудью в колени и царапая бедра. Они называли его красивым, их тон был насмешливым. Он горел, растягивание происходило слишком быстро, и тонкая дорожка его крови смешалась с маслом, когда он почувствовал, как что-то рвется. Их смех заглушал его крики, заглушая и застревая в горле, они проталкивались глубже, заполняя тело и заставляя задыхаться. Он начал плакать, последний клочок его человечности кричал... Альбедо погрузил голову в воду и открыл глаза, несмотря на жжение. Скверна разъела его кожу, плоть покрылась невидимой грязью, и он начал растворяться. Его оставили страдать на снегу, мягкая белизна которого была запятнана каплями свежего багрянца. Отчаянный голос умолял его уснуть, и он поддался его мольбам, закрыв глаза и желая умереть. Это чувство никогда не покидало его. Альбедо глубоко вдохнул, вода заполнила его горло и забила легкие. Хотя он был наделен многими человеческими способностями, он был проклят на вечные страдания, а дар смерти остался в стороне. Он протянул руку, но обнаружил лишь ледяную воду и поблагодарил Барбатоса за то, что не чувствует холода.