Мелодия виолончели

      

      «В такие минуты приходит осознание: вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет, но если кто-то тебе дорог, то автоматически будешь заботиться о нем и его безопасности»

(размышления Достоевского)

      

      Мой взор остановился на рядом сидящем собеседнике. Никогда не мог сказать, что знал Гоголя слишком хорошо. Пожалуй, это было бы не более, чем очередная ложь и, прежде всего, самому себе. Контактировали мы не часто, довольно кратко и до нынешних событий всего-то несколько раз. Всецело довериться неизвестному человеку я не мог — тем более, что Николай был из тех, сложно по которому понять: что творится в голове у этого человека.       Я вздохнул, поднимая ноги и ставя подошвы алых сапогов на край лавочки, охватывая колени руками, устремляя взор куда-то в сторону темного горизонта. В груди от чего-то резко заныло — я ощутил укол грусти и тоски, хотя, казалось бы, для этого нет совершенно никакого повода и причины.       — Дост-кун?       Раздавшийся рядом взволнованный голос Николая словно одернул меня от непонятно откуда взявшихся неприятных ощущений. Я снова обратил свой взор на пестрые глаза собеседника, словно пытаясь увидеть в них все истинные намерения Гоголя. Хотя нет смысла заглядывать так далеко, когда итак все понятно… Николай так легко показывает мне новый путь и с легкостью повествует о собственных чувствах, а вот я, к сожалению, так сделать не могу…       — Все в порядке) — натянул в очередной раз я на себя улыбку. Забавно, что сейчас я поступаю в плане маски равносильно прошлому Гоголю. Хотя сам по себе редко скрываю эмоции и чувства, отдавая предпочтение прямолинейности.       А ведь в порядке был весь день до этого момента. Почему-то я резко почувствовал себя вновь брошенным и одиноким, но ведь этому нет совершенно никаких причин.       Вдруг нечто теплое обрушилось на мое тело. Я ощущаю приглушенные сердечные ритмы и такую непривычную мне теплоту. Придвинувшись ближе, Николай обнял меня, прижимая к своей широкой и теплой груди. Зрачки сузились, а сам же я на несколько мгновений словил ступор. Непривычно…как же мне все-таки не привычно…       Мирная песнь сердца Гоголя в сочетании с неплохим пейзажем окружающей местности наполняет атмосферу нотами романтики и чего-то таинственного, загадочного, необъятного. Мне стыдно думать о том, что я сам могу в кого-то влюбиться, ибо уверен был в том, что лично меня никто и никогда уже не полюбит. До сих не понимаю, что именно нашел во мне Гоголь? Все время звал другом и при этом пытался убить, а теперь мы сидим у ночной воды на окраине парка, да еще и в обнимку. И печалит более всего факт того, что не только в гоголевской груди начинает петь песню любви сердце, но и в моей тоже.       Я закрываю глаза, решая полноценно уйти в этот, наверняка, недолгий, но столь сладкий и приятный момент. Ощущение беспокойства и напряжения постепенно меня покидает — создается впечатление, будто бы я вот-вот усну. Однако выход из сложившейся ситуации довольно быстро нашел Николай.       — Федь?) На этом сюрприз еще не окончен))       Я приоткрыл глаза и приподнял голову, смотря в пестрый взор сидящего рядом парня. Если кто в этой жизни помимо Дазая и может удивить, так это точно Николай.       — Тогда куда лежит наш следующий путь?) — слегка улыбнувшись, спросил его я.       Он прикрыл глаза, лукаво улыбаясь и поднимаясь с лавочки. В этот момент я впервые сожалея о том, что тепло другого тела так быстро исчезло, хотя казалось, что мы просидим еще в таком положении достаточно долго. С нескрываемой неохотой я опустил ноги на асфальт и вслед за Николаем поднялся с лавочки. Интересно, что же он еще придумал?)       — Пусть будет еще одним сюрпризом) — подмигнул мне блондин, по-театральному отпрыгивая в сторону, совершая поклон и протягивая руку.       Что ж отказываться от столь чудесного времяпровождения, да еще и с Николаем, было бы грешно и неправильно. Все также с легкой улыбкой я кладу свою руку в его большую ладонь и вскоре оказываюсь обнятым за талию и слегка прижатым к теплой груди. Вновь ощущаю на своих волосах его горячее дыхание и любовную мелодию быстро бьющегося сердца. Все-таки эти минуты невероятно прекрасны. Я чувствую себя в безопасности и, за долгие годы, мне впервые в самом широком смысле этого слова, тепло.       Я понятия не имею, куда именно ведет меня сейчас Николай, и что будет дальше. Но разве теперь это имеет значение? На самом деле, я долго думал о том, что делать дальше и как быть. С момента, когда я стал жить вместе с Колей, прошло более месяца. Хотя я не из тех, кто станет привязываться к другому человеку, но в последнее время стал за собой замечать нечто на это похожее. В такие минуты приходит осознание: вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет, но если кто-то тебе дорог, то автоматически будешь заботиться о нем и его безопасности. Однако в отличие от меня у Гоголя репутация намного лучше и опасаться за его жизнь следует куда меньше, чем за мою собственную. И все же каждый раз, когда Николай уходит на работу, я точно хочу знать, что он вернется живым и невредимым. Что бы не произошло.       — Пришли!)       Я заметил перед собой лавку с мороженным и вопросительно посмотрел на Гоголя.       — Бери любое — я оплачу)) — кивнул он, радостно разводя руками в стороны.       Обычно мороженное ассоциируется у меня с простудой, на дух которую я не переношу из-за слабого здоровья. В связи с этим мне хочется большее предпочтение отдать чаю, увы, здесь которого не оказывается. Тем не менее, мой аметистовый взор останавливается на пластиковой банке, что стоит на мороженой лавке. Ведь по таким банкам обычно разливают коктейль или сок.       — Не против, если мороженое я заменю на сок из фруктов?       Полные интриги и тепла разносортные глаза Николая словно искрятся от радости и предвкушения чего-то неизвестного или даже необъятного.       — Конечно, Дост-кун!)) Бери все, что только пожелаешь))       — Благодарствую)       Хотя с Николаем я нахожусь изо дня в день, не считая моментов, когда он на работе, вижу его достаточно часто и не редко выбираемся вместе на прогулку в какое-нибудь здание города или парк - все равно даже такие пустяковые и маленькие подарки мне не привычны. Он всегда старается сделать мне что-то приятное: купить вкусный чай, сводить в интересное место. Пожалуй, будь я сам сто процентно равнодушен к Гоголю, то такие элементарные действия не вызывали бы в душе моей смущения, так усиленно которое я стараюсь скрыть за легкой и обыденной улыбкой.       Стоило стакану с фруктовым соком оказаться в моих ладонях, как мы двинулись не спеша дальше. Я поднес пластиковое сооружение к губам и сделал глоток свежевыжатого сока из апельсина, банана и манго, наслаждаясь легким и приятным вкусом. Сахара в соке оказалось не так уж много, что, несомненно, радовало и не делало приятный напиток слишком уж приторным.       — Дост-кун?)       Я остановился, решая вновь посмотреть в радостные и пестрые глаза Гоголя. Однако желание мое так и не осуществилось: черно-белый плащ полностью закрыл мне обзор, а затем и глаза, скрывая весь предстающий перед глазами вид. Что происходит? Я напрягся, не зная, куда решил вести меня Гоголь на этот раз. Однако стоит длинному плащу исчезнуть и открыть передо мной обзор, как глаза расширяются от удивления. Вообще что б удивить меня — это нужно сильно и здорово постараться. И почему-то совершить нечто подобное Николаю каждый раз не составляет труда.       — Добро пожаловать на еще один чудесный и развлекательный обзор!) — весело произнес Коля, довольно размахивая руками.       Я обвел глазами все располагающееся внизу пространство. Создается ощущение, что с этого ракурса можно увидеть всю Йокогаму словно на ладони, хотя это сооружение и уступает высокому зданию, с которого мы начали сегодняшнее путешествие. Кто бы подумал, что Николай решил бесплатно прокатить меня на колесе обозрения «Глаз Йокогамы».       — Отсюда весь город видно) — улыбнулся я, смотря вниз на тысячи горящих огоньков.       — Бесспорно) — кивнул Коля, сладко потягиваясь и смотря ни на окружающую среду, а на меня. Это навело на мысль, что сам он на колесе не первый раз. — Как только мы дойдем до самой вершины, вид на город станет намного лучше и больше) Можно даже увидеть с такой высоты порт и находящиеся на полпути корабли)       Покачав головой, я сел на сиденье и придвинулся чуть ближе к Гоголю, закидывая голову на сиденье и решая при этом глянуть на своего друга. Занятно…неужели мы действительно все-таки стали друзьями?       — Знаешь? — вдруг спросил я, своим вопросом вызвав интригу в пестрых глазах Николая. — До сих пор не пойму, в чем твой секрет?       — Какой секрет?)       — Такой, который позволяет тебе достичь желаемого)       Я перевел взгляд на ночной город. Отсюда даже высокие дома сравнимы с муравьями, а горящие в квартирах оранжевые или желтые огоньки словно делятся со смотрящим своим домашним уютом и теплом. На фоне необъятной ночной тьмы весь город будто бы усеян множеством разноцветных светлячков. И хотя я не удивлен тому, что Коля отдал предпочтение высоте птичьего полета, но не признать прекрасный представший перед нами вид было бы более, чем глупо.       — Хотел бы я знать ответ на твой вопрос, Дост-кун) — в отражении стекла я увидел его образ. Столько любви и тепла в нестандартных тонов глазах Николая… — Уверен, если бы твои намерения были бы чуточку проще, то и ты смог бы достичь цели)       Я хмыкнул, но без тени злобы, продолжая смотреть на отражение в окне. Только я приоткрыл рот, дабы что-то сказать, как взор пал на странную картинку, вдруг появившуюся в небесах. Судя по надписи «Поздравляю!», кто-то придумал оригинальный подарок в виде образа двух целующихся попугаев-неразлучников. Скорее всего, у кого-то свадьба или годовщина.       — Федь, знаешь, чего я хочу?) Еще одно желание, увы, которое пока что не сбылось)       Я перевел взгляд на Николая, подняв одну бровь и вопросительно смотря на него. Обладатель разноцветных глаз лукаво улыбнулся и указал на возвышающуюся над парком картинку.       — Вот этого)       Первые несколько секунд я старался не подать виду удивлению, но вскоре выдохнул, решая немного переключить слова Николая на иное.       — Раз хочется, то сделай) Не думаю, что тебе составит труда найти себе девушку)       Было ли это зря? Не знаю. Все может быть. Я сказал эти слова, прекрасно понимая, что Гоголь влюблен в меня. Наверное, со стороны это выглядело грубо и отчасти даже предательски. Улыбка на всегда радостном лице ослабла, хотя уголки губ так и остаются натянутыми на лицо. Пришло понимание того, что Николай не из тех людей, кто будет сдаваться. Все, что он делал ранее, достигало своей цели. Напрягает и тот факт, что это вполне может случиться и теперь.       — Федя, а я ведь не хочу еще кого-то искать. У меня уже есть ты.       Его лицо придвинулось максимально близко к моему. Теперь я ощущаю горячее дыхание Гоголя, а глаза продолжают смотреть в пестрый взор. В них легко узреть решительность, твердость и непоколебимость собственных решений. И в этот момент в моей груди начинает что-то странное плыть… Будто бы теплая молочная река берет свой исток от области сердца и пускается по всему телу мирным и безмятежным течением. Не припомню: когда бы мне было в последний раз так хорошо?..       Полагаю, что сопротивляться сейчас ни то, что бесполезно, а достаточно глупо. Николая я знаю очень давно. К тому же именно с ним я провел последние полгода своей жизни. Разные походы, просмотр кино в домашних условиях, и даже имела место быть совместная готовка. Отмечу, что сказать, будто бы у меня нет к нему чувств — сплошной обман. Они есть….уже есть…начинают зарождаться, постепенно погружая меня в новый и ранее неизведанный мир.       Томное горячее дыхание опаляет мое лицо, а сам же Коля приближается к лицу моему, прикрывая глаза, становясь серьезнее и слегка склоняя в сторону голову. Я знаю этот жест…и знаю, что сейчас за ним последует...