Глава III: "Но"
25 ноября 2021 г., 05:00
Цените моменты жизни рядом с теми, кто раскрасили ваш серый мир яркими красками, слепящими глаза, ведь лишь они желают вам судьбы, о которой вы мечтаете. Избегайте тех, кто влезает в вашу душу, раздирает на куски внутренний покой и старается посадить в клетки внутренних демонов, упорно не желая их принимать. Они заставляют ваш мир окраситься в серый и приносят лишь боль.
***
— «Но»? — Рэйна замотала головой, скользя взглядом от одного к другому, желая найти ответ в лицах присутствующих. Но те упорно противились, вынуждая сердце девы трепетать и биться о грудную клетку. — Какое ещё «но»?! — Позволь объяснить тебе, суетолог. — Куай старается словами успокоить мечещую по всей комнате взглядом племянницу. Он молчал, тянул время, словно специально изводил девушку своим молчанием, а она на глазах потухала от своих мыслей, глядя прямо в его глаза. Он знал насколько ей плохо. Он понимал, что лишнее слово не сделает легче, от чего опускает глаза вниз. — Когда я очнулся, то отец… — Что?! — Терпение. Терпение лопнуло и дева сжала в ладони свое одеяло, а ее губы задрожали. То, насколько долго и нерасторопно говорил Лиенг выводил Рэй из себя, превращая ее мысли в кашу. Ее головой повелевала страх, непонимание, злость. — Почему ты молчишь? Почему ты не можешь просто мне сказать почему я жива? Есть же какое-то объяснение почему! Почему меня задушили, а я вот она, сижу лигу, словно ничего не произошло! Не молчи! — Рэй, успокойся. Позволь все объяснить. — Томаш пару раз дёрнул девушку за руку, заставляя ее перевести на него взгляд. Губы вновь задрожали и девица пустилась в объятия юноши, обмякая, успокаиваясь. Она сердцем чувствовала, что они все что-то пытаются скрыть или просто не желают говорить, объяснять. — Все уже хорошо. Все обошлось. Тебе не за чем впускаться в истерику. — Твоя физиология отличается от моей, или кого-либо другого в этой комнате. Мы не знаем как на тебя действует кровь Би Хана, но твоя смерть вызвала небольшой рост. Считай, твое тело сейчас подстать такому же возрасту, что и… Мое. — Четко и более менее ясно, чтобы не навредить морально своей племяннице, объясняет Куай Лиенг. Он знал, что если ответа Рэйна не найдет у него, то выпытает у кого-то другого, кто сможет ей все объяснить. Объяснить и ранить ее. Не то страх, не то нежелание разбирать с последствиями ударила в голову криоманту, что он выложил все на блюдечке, ожидая любой реакции, которую может выдать ему племянница. Он слишком хорошо знал импульсивность женщин и их непредсказуемость, чтобы бояться реакции Рэйны. Он играл немного нечестно, но по другому не получается. — Что…? — Рэй поднимает взгляд обратно на Куай Лиенга и осматривает сначала его, а после поднимается с места, голыми ступнями шагая к зеркалу. Ладонь дрожащая провела по щеке, вторая сжала, после обе ладони скользнули по всему лицу вниз, оттягивая кожу. — Что за… Фигня творится… То есть, вы хотите сказать, что вместо того, чтобы умереть — я повзрослела? Серьезно? И вас не смущает тот факт, что на моей шее след от ладони, а я точно умерла, потому что не дышала? Нет, подождите, это явно шутка. Вы сейчас шутите… Вот так поворот событий. Рэйна продолжала осматривать себя. Ее кожа была холодна и бледна, словно у мертвеца. В голову всплыла история любви Они и женщины, чье дитя стало мутантом, вместилищем для величайшей силы. И в тоже время провалом. Ее лицо помрачнело от некого осознания и сравнения с этой историей. Посмотрев на свой бок, девица действительно сильно удивилась, ощупывая абсолютно гладкую кожу. Раны нет. Нет той раны, что оставил Куай на прошлой их совместной тренировке на бдительность. Не успела она осознать это, вновь подняв глаза, Рэй вновь прикоснулась к лицо. Кожа приобрела нормальный цвет, но продолжала быть холодной, словно мертвец. Тело больше не излучало привычное тепло и от этого она обняла себя за плечи. Вопросов было предостаточно, но голова сейчас настолько раскалывалась, что казалось будто внутри взорвется мозг сию минутно. Ей желалось расспросить обо всем о том, кто явно был виновным в некоторых бедах семейных, но его, как и всегда ранее, к сожалению, рядом не было, что и вызывало некоторое подозрение и недоверие со стороны Рэйны. Увидеть Би Хана ей удавалось от силы раз пять. Отец занят. Не уловим. Далеко. Он никогда не появлялся на пороге клана с тех пор, как умер. Он не навещал ее на дни рождения. На новый год. Его никогда не было, как и подарков, которых она перестала ждать лет в восемь, осознав, что отец слишком Нуб Сайбот, чтобы быть рядом. А если и удавалось увидеть его, то Рэй одалевало безудержное желание убежать, скрыться, и всегда она натыкалась спиной на грудь дяди. Куай утверждал, что каким бы куском дерьма не был его брат — он тут. Он хочет показаться заинтересованным родителем. Пару минут молчания и раздумий дали Рэйне обдумать все произошедшее до момента, пока в ее голову не ударила молния, от которой в глазах потемнело. Девушка откинула голову и сделала один глубокий вдох, тут же выдыхая с слабой улыбкой. Жизнь словно толкает ей в раскрытые ладони шанс достичь чего-то прямо здесь и сейчас, а не ждать следующего удобного времени, которого может и не быть. Желание доказать, что она больше, чем милая девица, дочь сильнейшего воина. Она делала доказать не кому-то, кто смотрит косым взглядом, а самой себе. И довольно давно. Очень давно. Люди считали не избалованной любовью, роскошью, вниманием. Но все ли они знают о «любви»? О «роскоши»? О «внимании»? Кто-нибудь когда-нибудь спрашивал ее о тех шрамах, что остались на молодом теле от розг? Или о днях, что она была заперта в холоде и голоде? Знает ли хоть кто-то из тех, кто так косо смотрел, о том, какие наказания Рэйне пришлось пережить? Знают ли о тех трудностях, что она смогла преодолеть? Нет. Поэтому она и хочет так яро доказать, что достойна большего. Может больше. Лучше. Что она умнее их. — Все хорошо? Выглядишь не очень. — Куай поднял взгляд с пола на свою племянницу, оглядывая ее с ног до головы. Конечно он был взволнован. Всё-таки она дорога ему не меньше, чем собственный брат. Она последнее, что осталось от воспоминаний. Куай знал, что вот он сидит с Сектором, Сайраксом и Смоуком, засыпая во время речей брата о преданности клану, но не успеет он оглянуться, как вокруг него уже никого не будет. Никого из тех, кто ему безумно дорог. Он хотел подойти, правда, но что-то внутри заставило опустить взгляд и уткнуться затылком в стенку. — Вполне. Мне просто нужно отдохнуть. Голова будто чугунная. — Брюнетка чувствовала себя так, словно ей дали свободу. Позволили распахнуть крылья и вдохнуть полной грудью. Она чувствовала силу внутри, что была сокрыта и покрыта слоем льда. Там, где-то там. И это давало надежду на то, что все может измениться. — У меня есть вопрос. Скорее просьба. Позвольте вступить в основные ряды воинов Лин Куэй. Девушка обернулась, сложив руки под грудью, осматривая взглядом то одного юношу, то скользила к сидящему на кровати, то к стоящему в дверях дедушке. Она надеялась, что Мастер оценит ее желание и рвение перестать быть котёнком в тепле. Окровавленный меч, выкованный в бою, достоин стать хорошим оружием. — Рэйна. — Девушка выпрямилась от голоса Гранд-мастера, что решил говорить с внучкой теперь как с взрослым человеком, что осознавал свои просьбы и действия. Куай закатил глаза, тут же осекая себя, вспоминая свою же шутку, испущенную в сторону племянницы. «Твои глаза наконец увидели твой мозг? Ай, прости, у тебя ведь его нет». После этого наглый криомант получил в лицо кулаком и сломанную маску. — Тебе стоит передохнуть и восстановиться после произошедшего. Как минимум месяц стоит повременить с тренировками и дать организму перестроиться к новым условиям. — Мужчина подошёл к внучке и положил ладони на ее плечи, осматривая лицо ее. Она не была уставшей, испуганной, просто… Она не понимала произошедшее до сих пор. Глаза так и тускнели от мыслей. — Позволь себе отдохнуть от мыслей и дай нам времени, чтобы все тебе объяснить. Тебе не надо разбираться и собирать пазл самой. Тебе стоит дать возможность разобрать нам. Найти все «а» и все «б». — Хорошо, я все поняла. — Дева опустила свои глаза и кивнула. Рэй прекрасно понимала волнение, что осыпалось на ее плечи непосильным грузом, от того не желала создавать ещё больше проблем своей семье. — Хватит пялить на меня. Рэйн чуть косит голову и поднимает взгляд на Куай Лиенга, а тот, прыснув фырком в воздух, отвёл свой взгляд куда-то в сторону, пожав плечами. Улыбнувшись, девушка словила себя на мысли, что даже эта наглая морда о ней печется. Он тоже ее любит так же, как и она его. — Мне и Гранд-мастеру пора. Смоук будет оберегать тебя ночью, а днём я буду его подменять. Мы не знаем о намерениях Скорпиона и есть ли у него сведения о твоей «смерти». — Тундра сжал губы в тонкую полосу, отворачиваясь от улыбающейся Рэй. Он бесил ее этим, бесспорно. Но с другой стороны она была ему благодарна даже за это. За заботу. Опеку. Хотя он тот ещё засранец, который часто над ней издевается. То берет пару вёдер с водой, одно замораживает и разбивает на мелкие кусочки, а второе выливает на ничего не подозревающую Рэйну. Пока та приходит в себя — на нее ещё и лёд вытряхивают. Как говорится, с добрым утром, солнышко. А утро, в семействе Леи, добрым нихуя не бывает то, с таким дядечкой. Вообще капец. Жить ребенку не даёт своими тренировками. Сученыш. — Думаю сейчас ей лучше лечь отдыхать. Все же такое резкое пробуждение тоже откладывает свои отпечатки. — Смоук посмотрел на своего друга, ему кивнув. Куай приподнял бровь. Пару жестов и взглядов хватило, чтобы Рэйна поняла. Поняла, что у этих двоих мозги общие. Ощущение, словно они оба что-то знают, но упорно говорить никому не хотят. Хотя, Рэй было не до секретов двух парней, ведь кто знает о чем они могли думать. Ну банально. О… Не важно. Они ещё раз обменялись взглядами, кивками, пожиманиями плечами и ещё всякой хренью до тех пор, пока все не зашло слишком далеко. — Хорошо. — Лиенг поднял руки, словно сдаваясь пред Смоуком. Он проследил за тем, как отец подошёл к внучке и поцеловал ту в лоб нежно, быстрым шагом после удаляясь. Как только дверь закрылась, троица облегчённо выдохнула, только идиллию прервал сам Куай. — Не смей даже и думать об этом. Я урою тебя быстрее, чем ты попытаешься, понял? Получив одобрительный кивок понимания от Томаша, Тундра наконец и сам покинул комнату, оставляя парочку наедине и в тишине. Стоило щёлкнуть замку двери, как девица упала на мягкие простыни и матрас, утопая в нежных тканях, что оглаживали ее кожу. Тело ломило, словно бы кости изворачивали на триста шестьдесят градусов в одну и другую сторону. Каждую поочередно. И казалось, что где-то внутри она уже была с радостью умереть, лишь бы не чувствовать это издевательство. Смоук попытался тихо подняться с кровати и пересесть в кресло, но за руку его схватила Рэйна. Казалось бы, сил сейчас было мало, но посадить того обратно ей не составило труда, да и сам Томаш явно был не против. От его взгляда на спокойное лицо девушки, рука невольно потянулась к этому самому личику, убирая мешающие локоны мягких волос. Те всегда вкусно пахли. Выглядели ухоженными. И такие длинные. В них пальцы хотели утонуть навсегда. — Останься тут. Рядом со мной. Мне страшно. — Даже шепот заставил Смоука, увлеченного ее лицом, вздрогнуть и выйти с транса. Даже то, что она была в отключке всю ночь — не даёт права и повода бодрствовать. Стресс затратил столько сил, что парой часов сна тут не сгладить углы. — Я не могу. Мне нужно оберегать тебя, а не спать рядом. Что если что-то произойдет, а я не смогу сориентироваться? — Смоук приподнимает бровь, однако и сам понимает, что сопротивляться бесполезно. Рэйна не тот человек, кто будет повторять дважды. — А как ты сориентироваться сможешь, заснув в кресле? — Одним рывком положив рядом с собой Томаша, девушка устроилась удобно на его плече. — Хорошо, ладно, ты вполне права. Я останусь тут, а ты зас… — Парень поднял голову, глядя на спящее лицо. — Ты уже. И уговаривать долги не пришлось.
