Ледяная лагуна

Алиса присела на землю рядом с Ладвиком: – Эй, ты в порядке? Ладвик в подтверждение кивнул: – Вы все такие мнительные, все со мной хорошо. – А как же твоя рана? – заботливо уточнила Анита. Ладвик достал из сумки бинт и ловким движением перемотал свою рану: – Пройдёт, что с ней будет-то. – Ты уверен, что не хочешь пойти к врачу? – обратился к парню Йон. – Не будем затягивать эту тему, – Ладвик резко вскочил с асфальта и проследовал в школу. – Даже если ему будет очень плохо, он никогда в этом не признается, – сообщил Йон, – Он слишком гордый, чтобы принять свои слабости. Ан пристально уставилась на Алису: – Значит, нужно его уговорить. Не нравится мне его состояние. – Почему ты смотришь на меня? – вопросительно подняла бровь Алиса. – Потому что тебя он послушает, уговори его, – попросила Ан. – Я не стану этого делать. Пусть поступает, как знает, – не дожидаясь ответа, Алиса также зашла в школу. – Как же она меня раздражает, – разгневанно воскликнула Анита, нелепо размахивая руками. Зайдя в класс, ребята увидели Гавриила, они тотчас окружили его. – Ты как, Мэт? Ты так внезапно пропал, что мы не знали, что и думать, – беспокоилась Ан. – Спасибо, я цел. Просто пока бежал, немного заблудился. Я очень сожалею, что не смог вам помочь, – с прискорбием ответил Гавриил. Йон подбадривающе заявил: – Не переживай, ты ни в чем не виноват. Алиса кинула сумку на стол и безразлично села рядом. Она считала Гавриила предателем и меньше всего на свете ей сейчас хотелось разговаривать с ним. Она была не из тех, кто умел бы прощать. Прозвенел звонок, в класс зашёл темноволосый мужчина средних лет с ярко желтыми, словно кошачьими, глазами. Глядя на него, по телу бежали мурашки. Его облик оставлял какой-то неприятный осадок, будто смотришь на что-то омерзительное. – Меня зовут Данталиан. Я – Ваш новый учитель по искусствоведению, – мерзким голосом прошипел он, – Сегодняшняя наша тема: Сальвадор Дали и его картина «Очарованный берег с тремя жидкими грациями». Ребята удивлённо переглянулись, вспомнив о картине в подвале школы. Алиса, заметив, что Гавриил подозрительно смотрит на Данталиана, шепотом обратилась к нему: – Он тебе не нравится? Ты что-то чувствуешь? – Время покажет, – неоднозначно кинул Гавриил. – Этой картине более восьмидесяти лет. На ней изображены три девушки, вышедшие с моря. Образы этих девушек олицетворяют Мойр, богинь судьбы. Девушка справа держит в руках длинный инструмент, на который плетётся кружево человеческой жизни. Фигура по центру отмеряет судьбоносную нить. Она символизирует жизнь человека от рождения. Богиня слева отвечает за смерть, принимая решение, когда нити суждено порваться. Вокруг этого творения ходило много пророчеств, предзнаменующих «рождение морем» трёх безликих девушек, одаренных высшими силами, способных изменить мир человеческий. На данный момент местонахождение оригинала неизвестно. Согласно слухам, около двадцати лет назад картина была украдена. Поиски до сих пор ведутся, но все тщетно. – А Вы верите в эти пророчества? – полюбопытствовала Ан. – В каждой истории всегда есть доля правды. У нас нет причин ни верить в эти пророчества, ни сомневаться в них, – загадочно проронил мистер Данталиан, — В любом случае, пророчества могут сбыться лишь в том месте, где находится картина. Ведь, чтобы ее магическая сущность раскрылась, она должна найти изображённых на ней владельцев. А раз картины нигде нет, да и не факт, что она все ещё сохранилась, то ничего такого не случится. – Он точно учитель? Что за бред он несёт? Будто вместо искусствоведения преподаёт футурологию, – с нотками скептицизма прошептала Алиса. Гавриил не дал ответа, но по его глазам было видно, что что-то его тревожит. После окончания урока все поспешили на перемену. Увидев Алису, Данталиан словно гипнотизирующим взглядом посмотрел на неё: – Вам понравился урок, юная леди? Алиса беспардонно закатила глаза: – Если честно, то Вы рассказывали какую-то дичь. Ладвик рассмеялся, прикрыл рот рукой: – Ну нельзя ж так прямолинейно. – А мне очень понравилось, – восторгалась Анита. – Что же вызвало Ваше такое отношение? – проронил Данталиан и положил руку на плечо девушке. – Недостаток ее воспитания, – фыркнула Ан. Алиса мгновенно застыла. Рука мужчины была настолько тяжёлой, словно целая бетонная стена. Гавриил перехватил руку мужчины и тот, как огнём ошпаренный, отскочил в другой угол класса. На секунду показалось, что он действительно дымится. – Мы, пожалуй, пойдём, – сказал Гавриил и увёл ребят в коридор, – Алиса права, странный он какой-то. – Он говорит исключительно антинаучные факты, поэтому поддерживаю Вашу точку зрения, – согласилась Бринджа. – Вы как знаете, а мне интересна эта история, – оппонировала Ан и резко куда-то умчалась. – Куда это она? – спросила Алиса. – Снова обиделась– безразлично пожал плечами Ладвик, – скоро оттает, сама придёт. У меня нет на неё времени. Мне пора на тренировку. Мэт, не хочешь к нам в команду? Не знаю, как ты играешь, но по росту ты подходишь. У нас как раз один нападающий вчера руку вывихнул, теперь долгое время играть не сможет. Гавриил положительно кивнул: – Почему бы нет, уже лет триста не играл в баскетбол. Алиса в ответ усмехнулась: – Не сомневаюсь, что именно так все и было. Бринджа вплотную подкралась к Ладвику и заботливо промямлила: – Ты утром себя неважно чувствовал. Может тебе стоит пропустить тренировку и пойти в медпункт? – Отвяжись уже от меня, – пренебрежительно толкнул девушку Ладвик и направился в сторону спортзала. Гавриил с Йоном пошли за ним. Бринджа, скатившись по стене, села на пол, подперла лицо руками и, понурив голову, принялась плакать навзрыд. Люди, проходящие мимо, злорадно хихикали, показывали на неё пальцем, некоторые даже шептались за спиной: – Снова эта пиявка таскается за Ладвиком. – Она себя в зеркало вообще видела? – Неужели эта серая мышь на что-то рассчитывает? – Где она и где он? Алиса слегка ударила себя по лбу, глядя на безнадёжность Бринджи: – Вставай, он того не стоит. Бринджа ещё больше съёжилась: – Ты не сможешь мне помочь, уходи. Оставь меня в покое, пожалуйста. «С удовольствием так бы и поступила, но Гавриил испепелит же меня взглядом, если я так ее оставлю», – подумала Алиса. Алиса потянула девушку за руку, чтобы наконец поднять ее с пола: – Послушай, чего ты так убиваешься из-за этого нарцисса? Над тобой уже вся школа смеётся. Разве можно себя постоянно навязывать кому-то? Он тебя от этого больше не полюбит. – Он меня никогда не полюбит, это факт. Но если он хотя бы разрешит находиться рядом, то я буду безмерно счастлива, – вытерла рукавом свитера стекающую слезу Бринджа. – Фу. Меня тошнит от всех этих романтических соплей, – надменно скривила лицо Алиса, – Ненавижу вмешиваться во все эти дела, но черт с тобой. Мы что-то придумаем. Этот напыщенный идиот меня бесит не меньше, чем ты. – Разве мы можем что-то сделать? – в глазах Бри зародилась маленькая искорка надежды. – Можем. Ты иди домой и приводи себя в порядок. Вечером тебе сообщу, что будем делать, – Алиса проводила подругу до выхода и прошла в спортзал. Все взгляды моментально устремились на неё. Нечасто в таком месте встретишь девушку, да к тому же настолько сногсшибательно красивую. Алиса подошла к Ладвику и грубо выдала: – Сейчас идёшь за мной, поговорить нужно. Затем она вышла в коридор и парень послушно отправился за ней. Ладвик встал напротив Алисы, облокотившись на стену, и с заинтересованностью задал вопрос: – Я заинтригован. Что же ты хочешь мне сказать? – Хотела предложить тебе встретиться сегодня вечером, – мило улыбнулась Макферсон. Глаза парня округлились от приятной неожиданности: – Ты это сейчас серьезно? – Более чем, – девушка аккуратно поправила прядь волос, спадающую на лицо. – В любое время, в любом месте, – засиял в улыбке Ладвик. – Отлично, свободен, – указала парню на дверь Алиса. Он перечить не стал и удалился. Сзади к девушке подошёл ропщущий Гавриил: – Прекрати! – Я ничего плохо не делаю. Ради тебя стараюсь. Почему ты вечно недоволен? – раздосадовалась Алиса. – Хватит кривляться, на меня это не действует. Твоё поведение неправильное. Ты ничего хорошего этим не добьёшься, – пытался вразумить Алису Гавриил. – Плохо поступаю – тебе не нравится, хорошо поступаю – тебе снова не по душе. В отличие от тебя, я хоть что-то делаю для них. А ты либо не вмешиваешься ни во что, либо уходишь. И ты после этого ангел, Гавриил? Где ты был, когда мы могли умереть? Почему ты оставил нас и сбежал? Почему не помогаешь Бриндже, которая уже столько лет страдает ни за что? Почему ты не рядом с Анитой, которая со своей дурной головой сейчас явно во что-то влипла? Ты говоришь, что я плохая. Но я хотя бы как-то стараюсь помочь. Что же сделал ты? – разочарованно помотала головой Алиса. – Я не могу вмешиваться в дела человеческие, мне это запрещено. В моих силах лишь наставлять людей на правильный путь. Ты и сама прекрасно знаешь, в чем каждый из них нуждается. Значит, я смог достучаться до тебя. Помоги им. Это твоя миссия. Для этого ты здесь. Я всегда буду оберегать тебя. Даже если ты меня не видишь, я постоянно рядом, – ласково произнёс Гавриил. Алиса не успела ему ответить, как он снова исчез в пустоту. Недолго думая, она быстрым темпом ринула в подвал. Там было пусто. На полу валялся расстёгнутый портфель Ан, содержимое которого было раскидано по всему подвалу. Около стены лежала лишь горстка пепла. А картины и вовсе след простыл. Всмотревшись в темноту, в углу Алиса обнаружила мужчину в капюшоне, сидящего на кресле-качалке. Кресло наклонялось то вперёд, то назад, раздирая душу своим скрипящим плачем. Мужчина хищно поедал пепел с острия ножа. Он жадно проглатывал темные угольки, будто это был сожжённый труп его злейшего врага. Алиса хотела бежать что было сил, но от ужаса не могла пошевелиться. Она потёрла кулачками глаза, чтобы убедиться, что это всего лишь сон. Открыв глаза, она с облегчением вздохнула, не увидев никого напротив. Слегка повернув голову налево, девушка почувствовала холодное опьяняющее дыхание на своей шее: – Ты хочешь присоединиться к моему торжеству?, – раздался сатанистский смех незнакомца.