Два миллилитра слёз

      — Значит, вас интересует какой-нибудь случай, связанный с поговорками? — спросил профессор: — Что ж, я расскажу вам одну историю именно так, как было на самом деле, а уж вы сами делайте выводы.       Профессор Льюис, читающий лекции по народным преданиям и легендам, оглядел взглядом аудиторию, дожидаясь тишины. Студенты затихли очень быстро, потому что, во-первых, такие спонтанные истории профессора были довольно занимательные, а во-вторых, этого не было в учебниках, но могло выпасть на экзамене или, того хуже, эссе в качестве домашнего задания.       — В небольшом городке в часе езды от Лондона, — начал свой рассказ профессор: — В соседних домах жили и с самого детства дружили девушка по имени Долори и парень по имени Феликт. Они оба были похожего телосложения, и за долгие годы дружбы переняли друг у друга многие привычки, так что их часто принимали за брата и сестру.       Профессор Льюис размеренно шагал по кафедре и то и дело поглядывал на своих студентов.       — История, которую я собираюсь рассказать, произошла, когда Долори и Феликт уже выросли и начали самостоятельную жизнь. Как-то раз они договорились встретиться на городской площади и вместе пойти в булочную, но когда Долори подошла к ждущему её Феликту, он увидел, что девушка плачет. Он спросил её, что произошло. «Я попала в беду» ответила девушка и разрыдалась.       Студенты старательно записывали каждое слово, чем вызвали улыбку у профессора. Он сделал небольшую паузу, позволяя отстающим дописать, и продолжил.       — Девушка рассказала, не переставая при этом плакать и всхлипывать, что погрязла в долгах. Она сказала, что подписала контракт, и только потом заметила один лишний ноль в сумме. Так что пришлось брать кредит под большой процент. Феликт не знал, как утешить девушку, потому что считал, что вот так просто ввязываться в операции с деньгами и при этом не перепроверять всё по сто раз не очень хорошо. Он раздумывал над тем, откуда взять или где заработать денег, девушка же в это время никак не могла успокоиться и лила слёзы.       Профессор снова сделал паузу, но на этот раз, чтобы сделать глоток воды.       — Они были так поглощены мыслями и переживаниями, что не услышали, как стук трости по мостовой начал звучать по нарастающей и затем затих, а рядом остановился высокий пожилой мужчина. Они даже не заметили, как тот присел рядом и, открыв свою сумку, начал копошиться в ней. Этот пожилой мужчина вдруг поднялся. Он держал в руках две стеклянные пробирки, которые протянул к лицу девушки, и сказал: «Уважаемая, не сочтите за бестактность, но не позволите ли вы взять на пробу немного ваших слёз?»       По аудитории пробежала волна смешков, и профессор тоже слегка улыбнулся.       — И Долори, и Феликт немного опешили, поэтому не знали, что ответить и как поступить, но тот человек просто прислонил пробирки к щекам девушки и всего через несколько мгновений закупорил пробками и убрал в сумку. И только после этого представился. Это был доктор Томас Уилсон, который в то время изучал состав слёз. Он сказал, что заметил плачущую девушку и не мог побороть себя, чтобы не взять образец. Ещё он спросил, плакала ли Долори от радости или от горя и записал всё в блокнот. Когда он услышал причину слёз, то протянул девушке визитку и попросил её и, конечно же, Феликта прийти завтра утром в его лабораторию, общая «некоторого рода работу за определённую плату». Именно так он и сказал.       Тут и там по аудитории послышались перешептывания, и профессор заключил, что у студентов появились кое-какие догадки. Он продолжил.       — Следующим утром Долори и Феликт явились в лабораторию доктора Уилсона. Тот предложил им сесть и тут же перешёл к делу. Он сказал, что собирается изучить, меняется ли состав слёз в зависимости от эмоций, и предлагал молодому человеку и девушке поработать добровольцами. Всё, что нужно делать — это плакать, собирать слёзы в пробирки и записывать свои эмоции. Он также уверил, что работать можно в любое время и в любом месте, но важно именно точно записывать эмоции, которыми были вызваны слёзы. Ещё он подчеркнул, что для каждого образца нужно не меньше двух миллилитров слёз. Сумма за каждый такой образец была названа такая, что парень с девушкой переглянулись и тут же согласились.       По аудитории раздался гул, в котором отчётливо слышались нотки зависти. Плакать и получать за это приличную сумму? Каждый из студентов подумал, что уж во время экзаменов мог бы сколотить приличную сумму.       — Проблемы начались тогда, когда Долори и Феликт поняли, что не могут плакать. С одной стороны, им выпал шанс получить сумму, которой хватило бы на оплату кредита и, следовательно, о деньгах теперь можно было не волноваться. А с другой стороны, если не волноваться, то и выдавить из себя хоть одну слезинку не получалось. Долори всё же смогла надумать себе всяких несчастий, и наплакала два миллилитра «слёз надуманной грусти». А вот у Феликта было совсем пусто.       Мужская часть аудитории закивала, соглашаясь с тем, что заплакать ни с того ни с сего довольно сложно. Профессор Льюис же продолжал.       — Доктор Уилсон, услышав о проблеме, подумал и пришёл к весьма странному решению. Он предложил добыть слёзы боли. «Руки, ноги ломать мы, естественно, не будем, но, возможно, рубанём слегка? » сказал он и уже потянулся к ящику с инструментами. Конечно же Феликт не позволил этого. Взял Долори за руку и увёл. Они тогда не догадывались, что поглощённый мыслями об исследованиях доктор Уилсон перестал видеть в них людей, а видел лишь подопытных. Он задумал и провернул одну хитрость. Сначала втайне договорился о встрече наедине с Долори, а затем о точно такой же встрече с Феликтом, в тот же день, но двадцатью минутами позже… Что скажете? Есть какие-нибудь догадки?       Студенты не спешили высказываться, так что профессор продолжил.       — Долори пришла в лабораторию одна, и доктор Льюис сказал, что всё-таки очень хотел бы собрать образец слёз боли. Он пообещал, что не сделает ничего опасного, всего лишь дёрнет за волосы. И Долори согласилась, она верила в честность доктора и, чего таить, всё-таки очень хотела получить оплату. Она распустила волосы и закрыла глаза, а доктор Льюис вложил ей в руки пробирки и тут же с силой схватил за волосы. Он начал таскать девушку, дёргая из стороны в сторону, не рассчитав силы даже ударил её лицом о дверцу шкафа. И остановился только тогда, когда услышал громкий плач. «Не тратьте образец напрасно, соберите всё в пробирки!» выкрикнул он, помог девушке сесть и прислонить пробирки к глазам.       В этот раз и девушки, и парни возмущённо вздохнули, но тут же притихли в ожидании продолжения.       — Почти сразу в лабораторию постучался и вошёл Феликт. Он увидел, что Долори сидит на стуле и плачет. Волосы растрёпаны, одежда помята… Он подскочил к доктору Льюису и схватит его за лацканы пиджака. А тот поспешил заверить, что не сделал ничего бесчестного. В душе Феликта всё перевернулось. Он смотрел, как Долори плакала, собирая слёзы в пробирки, и ощущал, что они попали в очень жестокий человеческий эксперимент, что перестали быть людьми и стали подопытными крысами, которые терпят и выполняют приказы за угощение. Это было позорно и мерзко, хотелось убежать, но что будет с Долори? Вот именно сейчас, что она чувствует? Феликт вдруг схватил из шкафа две колбы и прислонил горлышки к глазам. Он всегда думал, что слезами горю не поможешь, верил, что мужчинам не положено плакать, но то, что происходило сейчас было чересчур. Он разрыдался и плакал долго, прислонив круглые колбы к глазам, чтобы ни одной слезинки не пропало. «Сколько там нужно? Что говорил этот чёртов доктор?! Скупые мужские слёзы?! Я нареву целый литр и больше ни ногой сюда!» Так думал Феликт, а доктор и Долори ошарашенно смотрели на него.       В аудитории было тихо, на первых рядах несколько студентов сидели с открытыми ртами, и все они, казалось, забыли записывать.       — В конце концов, ему удалось собрать тогда почти четыре миллилитра слёз гнева, а Долори наплакала три с небольшим миллилитра слёз боли и обиды. Они взялись за руки и попросили доктора Льюиса о прекращении сотрудничества. Тот же радостно согласился, с восторгом рассматривая колбы и пробирки со слезами. Он заплатил даже больше обещанного, все трое попрощались и разошлись.       — А что потом случилось с Долори и Феликтом? — кто-то из аудитории наконец задал мучающий всех вопрос, после того, как профессор закончил рассказ.       — У них всё было хорошо. Долори сказала, что Феликт поступил как настоящий мужчина, хоть и плакал. Сказала, что если бы тогда ударил доктора или, например, просто ушёл, то случившееся стало бы унижением для них обоих. Однако теперь это просто одна из не очень приятных историй в жизни, которые часто случаются с молодыми людьми и которые многому учат. По поводу которой они, может быть, будут смеяться в будущем.       Лекции закончились. Профессор Льюис отправился домой, где его ждала миссис Долори Льюис. Он рассказал о своём дне, и вместе они посмеялись, вспоминая прошлое.       — Я помню соседке по комнате, когда она плакала из-за чего-то, вместо носового платка подала тарелку со словами «прости, у меня чистой пробирки нет», — миссис Льюис засмеялась, и профессор Льюис ответил, что с ним тоже в то время произошло похожее.