Не смотри, или я поцелую тебя.

Я приехала к дому семьи Сано. Майки тут же вышел из своей комнаты ко мне навстречу. — Я хочу знать... То, что сказал Изана… — сходу начала я, — это правда? Ты дал обещание Баджи заботиться обо мне? — Майки отвёл глаза. Он долго молчал, но я старалась терпеливо ждать ответа. Однако моё терпение не может тянуться вечно. — Что ты молчишь?! Ответь на мой вопрос, Майки!!! Наконец он посмотрел на меня. — Да, так всё и было, — ответил блондин, стараясь сохранять спокойствие, — тогда, когда он просил подойти к нему и наклониться, он попросил меня беречь тебя и сказал, что я обязан сделать тебя счастливой. — Обязан… — тихо сказала я. Меня словно прошибло током. У меня складывается впечатление, будто я какая-то вещь, которую передали другому владельцу. Так вот, почему Майки имел со мной такую настойчивость… Он обещал Баджи. Специально влюбил меня в себя… Как же это подло. — То есть… У тебя была цель? Влюбить меня в себя? — Верно, — кивнул головой Сано. Я молча развернулась и, сев на байк, уехала прочь на большой скорости. — Каочин, подожди!!! Опять Каочин… Каочин, Каочин, Каочин… Что всё это значит?! Выходит, что… Майки не любил меня? Всё это было ложью ради исполнения обещания? Как я могла верить во всё то, что он говорил и делал… ДУРА, ДУРА, ДУРА, ДУРА, ДУРА, ДУРА!!!!!!!!!!!!! На улице уже темнеет, машин много, я гоню на скорости 140 км/ч. Слёзы летят по ветру, я не могу вытереть их до конца. Дальше всё как в тумане… Я не поняла, как вышло, что я врезалась во что-то или в кого-то, успела лишь почувствовать, что по телу раздалась резкая и острая боль… Невыносимо… Конец Pov Каори. *** — Эмма! — позвал Мансаку, — Эмма, Майки! — Старик вошёл в дом в слезах. — Дедуль? — удивилась Эмма, — что… Что случилось? — Собирайтесь. Поедем в дом семьи Ёшида… Без лишних вопросов, просто собрались и вышли. Жду в машине!!! Дедушка вышел из дома и хлопнул дверью. Ребята в шоке переглянулись. Майки звонил Каори, звонил Дракену, писал им смс-ки, но никто не отвечал. Ничего не оставалось, как просто поехать в их дом. Эмма спрашивала, что случилось, но Мансаку не дал ни одного ответа. Усугубляло ситуацию то, что был поздний вечер, около одиннадцати часов. По приезду оказалось, что возле дома стояли байки ребят: Kawasaki Дракена, Impulse Мицуи и Suzuki Чифую. Байка Каори не было, что не осталось незамеченным со стороны как Майки, так и Эммы. Сано вошли в дом, дверь была открытой. Тецуя, Дракен, Изаму, Чифую и Мицуя собрались в гостиной, кто-то был мрачнее тучи, а кто-то затаил дыхание в ожидании какой-то новости, ради которой все сейчас здесь. — У меня отвратительная новость, — начал Тецуя, — сегодня вечером, около семи часов, Каори попала в аварию… — Ёшида не сдержался и заплакал, глядя на младшего брата. — Что… — выдавил из себя Чифую, — не… Нет же?.. — Продолжайте, — попросил Такаши. — Она в больнице? — поспешил спросить Майки. Тецуя совсем потерял самообладание и уже не мог остановить подступающую истерику, Дракен был практически в том же состоянии, что одного, что второго, трясло как не в себя. — Каори погибла на месте, — сказал Изаму, — всё ужасно, её опознали только благодаря паспорту, который нашли при ней. Ни лица, ни татуировки на шее... Очень страшная картина. Похороны пройдут с закрытым гробом… — Нет… — выдохнула Эмма, всхлипывая. — Как?! — кричал Чифую, — ЭТОГО ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Мацуно вылетел из дома, не в силах больше находиться в этом там. Тут же раздался рёв мотора, он поспешил уехать. Эмма прижалась к брату и уже кричала, тот лишь обнял её и смотрел в одну точку. Для всех мир рухнул в один момент… ***Спустя три дня*** Pov Такемичи. Я не могу поверить… Мы спасли Эмму, но Каори… Мы не смогли её спасти. Майки очень много молчал, Чифую часто плакал и временами его трясло на месте. Хината и Эмма просто постоянно плакали. Дракен вечно подавлен, а Тецуя, видимо, не спит и сидит на каких-то сильных успокоительных. Вид у него очень апатичный. Чифую говорил, что похороны проходят с закрытым гробом, потому что лицом она проехалась по асфальту, жуткая картина… И опознали её только из-за наличия паспорта. Жуть… На прощании среди родственников Сидели Тецуя, Дракен и Дед Сано. Эмма и Майки не захотели быть там и предпочли находиться среди её друзей. Майки встал с места и подошёл к портрету Ёшиды, поклонился и какое-то время простоял так. Затем он подошёл к Тецуе и Дракену, и рухнул на колени перед ними. — Простите… — Я слышал, что он плакал, хоть и не видел, — это моя вина… Мы поссорились прямо перед аварией… Я должен был поехать за ней, остановить её… — Майки… — прошептал Дракен. — Я любил и люблю её, — проговорил Сано, не поднимая головы, — её смерть на моей совести… — Знаешь, — слабо улыбнулся Тецуя, — если ты любил её… Ей будет спокойно там. Я и сам сижу и рыдаю. Это… Так грустно! И обидно… Я понимаю чувства Майки, я тоже терял любимую, и не раз… Но я могу ещё спасти Хину, а он… Не сможет. Сердце разрывается, когда я вижу портрет подруги с чёрными лентами, когда вижу, как плачут её близкие… Дракен только вошёл в семью, а теперь Каори погибла… Тецуя похоронил отца, теперь хоронит сестру… Надеюсь, они смогут жить дальше вместе, как братья. Конец Pov Такемичи. *** В небольшой двухкомнатной квартире в кресле сидел парень, между пальцев он держал тлеющую сигарету. Окно было открыто, а на диване лежала девушка. Многие участки её тела были перебинтованы. — Очнулась? — спросил он и подошёл к дивану, — Каочин. — Ханма?! — удивилась девушка, — что… Что произошло? Где мы? И почему я с тобой? — Что ты помнишь из последнего? — спросил Шуджи, садясь на край дивана. — М… Я поссорилась с Майки… Уехала и… Было больно. Очень больно… — растерянно ответила Ёшида. — Я был недалеко и видел всё. Ты насмерть сбила девушку, — начал рассказ своей версии парень, — при тебе я нашёл паспорт, сунул его ей. Эту девушку не опознали бы, от лица мало что осталось. Да и шея вся разорвана... — Ахринеть… Из-за меня погиб человек… — тёмноволосая схватилась за голову. — Её считают тобой, — пояснил Ханма, — я решил, что тебе не нужны проблемы с исправительной школой или тюрьмой. Твои близкие считают, что ты умерла, даже похороны уже прошли. Но решать тебе: вернуться домой или начать новую жизнь, с чистого листа. — Я не знаю, что делать… — проговорила Каори, — начать новую жизнь… Как? У меня ничего нет, идти мне некуда. Вернуться… Вернуться? Не знаю… Я… Они думают, что я мертва… — Думай, — хмыкнул Шуджи, — сейчас мы всё ещё находимся в Токио, но завтра вечером я уеду далеко. Я в бегах, если ты помнишь. Тебе не поздно ещё вернуться к своим, но если ты решишь начать всё заново, уедем вместе. Отдыхай, если что, я буду в соседней комнате. Ханма встал и направился к выходу из комнаты. — Ханма! — позвала Каори. Он развернулся, — спасибо тебе… Шуджи лишь усмехнулся и вышел, закрыв за собой дверь. Что-то в его поведении точно изменилось. Pov Каори. Всё случилось так быстро… Я ничего не успела понять даже. Я… Убила человека? По моей вине кто-то погиб… И мои близкие думают, что я умерла, похороны уже прошли. Но действительно ли прав Ханма по поводу того, что ещё не поздно вернуться? Я очень хочу быть со своими любимыми, но… Теперь у меня есть шанс начать всё заново. Я должна всё тщательно обдумать. Дверь в комнату вновь открылась и заглянул парень. — Я только щас понял, — сказал Ханма, — ты три дня не пила и не ела. Хочешь? — Было бы неплохо, — ответила я и встала с дивана, — ответишь на несколько вопросов? — Смотря на то, какие это будут вопросы. Я чуть не упала, ноги очень болели, но парень подхватил меня на руки и понёс на кухню. — Почему ты помогаешь мне? — спросила я, когда он посадил меня на стул в маленькой кухоньке. На стол передо мной Ханма поставил тарелку с вилкой и ещё горячей яичницей и кружку с чёрным чаем. Сам он сел за стол напротив меня. — Хуй знает, мне так-то похуй на тебя, — пожал плечами Шуджи, — но почему-то не хочу тебя бросать. Это нельзя объяснить словами. — Ясно, — кивнула я, приступая к еде, — спасибо. Откуда ты знаешь, что мои похороны уже прошли? — Я был там, меня никто не заметил. Слишком много народу было. — Да ну? — Я сильно удивилась. — Кто там был? — Вся Тосва, Чёрные Драконы, твои друзья, друзья Тецуи, семья, одноклассники, учителя, — ответил Ханма, глядя мне в глаза, — там даже твоя непутёвая мамаша была. — О бля, — поморщилась я, — она-то что забыла там? — Как я понял, по случаю твоей смерти Тецуя связался с ней и она приехала, — сказал парень, подойдя к окну за моей спиной и открыв окно. Он закурил. — Выходит, теперь слишком много людей знает, что меня больше нет… — Получается, что да. Если тебе интересно, много кто плакал. Мацуно так вообще в истерику впал. И гроб был закрыт. — Тебе удалось подойти настолько близко? — Никому не было до меня дела. — Куда ты хочешь уехать? Каким образом? — Это я скажу только при условии, что ты поедешь со мной, — в его голосе я слышала, что он улыбнулся, — иначе это может выйти мне боком. — Я уеду с тобой, — сказала я, развернувшись к нему, — смысл мне возвращаться? Я никак не смогу объяснить факт своего исчезновения и того, что мои документы нашли у другого человека, при этом не сказав о тебе. — Тогда ладно, расскажу, — пожал плечами тот, — мы уедем в Киото. Своим ходом, на машине, которую мне любезно одолжил старый друг моей матери. Пару дней пробудем в отеле в Геоне, потом приедет этот же знакомый и даст мне двухкомнатную квартиру, которая находится в Арашияме. Там мы сможем остановиться довольно надолго, квартиру снимать не придётся, старик впускает меня, как он сказал, на столько, сколько мне будет нужно. От меня требуется только оплата счетов, покупка еды, транспорт у нас есть только на одну неделю, но это не страшно, никуда ездить не придётся. Так как я в розыске, большую часть времени придётся сидеть дома, ночью или вечером выбираться. — Это всё ясно, — ответила я, — а жить на что? — У меня есть деньги из бюджета Поднебесья, которые заработаны благодаря Коко, — Ханма ухмыльнулся, — на какое-то время этого миллиона йен нам хватит, не ссы. — Ахуеть… — сказала я, отведя глаза, — у тебя хотя бы одежда есть. У меня только то, в чём я сейчас… А… Что на мне? — Моя футболка, — рассмеялся Ханма, — у тебя из своей одежды только нижнее бельё и кроссовки. Остальное порвано в последствии аварии. — И как я должна ехать? — Завтра зайду в магазин, куплю одежду для тебя. Кстати, ходим мы теперь в масках. Не нужно, чтобы кто-то видел наши лица. Меня могут сдать в ментовку, а ты можешь напороться на знакомых, которые в курсе твоей гибели. — Мы в жопе, — выдохнула я. — Не то слово, Принцесса ~ *** На следующее утро я проснулась в квартире одна, Ханмы нет, но есть завтрак в виде отваренного картофеля с маслом. Никогда бы не подумала, что этот парень умеет готовить, при этом вполне себе неплохо. После еды я помыла посуду и вернулась в свою комнату, в которой я ночевала. Небольшой диван серого цвета, пустой комод, письменный стол и стул. Также на стене висит зеркало, позволяющее мне оглядеть себя в полный рост, что я и сделала. Правая рука забинтована от запястья и почти до плеча, левая рука — только от запястья до локтя. Ноги были в гематомах, правое бедро полностью в бинтах, начиная от колена. На лице пластыри. Я пощупала бинты вокруг головы подушечками пальцев и стянула их с себя. Видимо, я разбила голову при падении, но это вроде как не слишком страшно, голова почти не болит. Как я уцелела вообще? Я как будто реально в рубашке родилась, это третья серьёзная авария, в которую я попадаю, но я вновь жива. И переломов не наблюдаю. Из одежды на мне и правда только труселя и серая футболка Ханмы, которая для меня просто огромная. Достаёт по своей длине до середины моего бедра. Я села на кровать. В голове всплыли вчерашние слова Шуджи... «…много кто плакал. Мацуно так вообще в истерику впал…» Я могу себе это представить… И то, как больно Тецуе… И Кенчику… Я надеюсь, они и дальше будут жить вместе, как братья, как семья… Майки. Как он отнёсся к новости о моей смерти? Не думаю, что он прям любил меня как свою девушку, но ему точно должно было быть больно. Слеза скатилась по моей щеке, ещё одна и ещё… Сейчас очень хочется поехать к Чифую. Как я раньше и делала, когда мне было плохо… Я и правда могла бы вернуться, но… Как я и говорила вчера Ханме, я не смогу никому объяснить, где и с кем я была. Этот человек был моим врагом, а теперь… Теперь он снова спас мне жизнь и даёт шанс начать всё заново. Я не могу его теперь подставить, если я скажу, что он помог мне, я не отделаюсь так просто, меня допросят и выбьют информацию о нём. Так ещё и меня посадят за убийство... Мы были врагами… Кто мы теперь друг другу? Мне стоит задать ему этот вопрос, как подвернётся момент. — Спишь? — спросил Ханма, заглядывая в комнату, — ага-а, не спишь. Можешь переодеться. И там ещё кое-что нужное. Парень поставил пакет на пол и закрыл дверь. Я заглянула в него и достала одежду. Чёрные джинсы и тёмно-синие спортивки с резинками внизу на штанинах, чёрная и серая футболки, чёрная джинсовая куртка, три пары белых коротких носков. Ага… А ещё комплект чёрного нижнего белья. Я надела нижнее бельё, джинсы, чёрную футболку и носки. Помимо одежды, я нашла в пакете две пачки сигарет, зажигалку, тёмные узкие прямоугольные очки, пару резинок для волос, расчёску, новый мобильник, чёрную маску и янтарные линзы. Я расчесала волосы и заплела их в две косички, надела линзы. Жуть… Привыкла, что всю жизнь была с тёмно-синими глазами, теперь они янтарные, как… Как у Ханмы. Я взяла сигареты и зажигалку, и вышла из комнаты на кухню. — Ну вот, — ухмыльнулся Шуджи, — теперь ты можешь стать другим человеком. Наденешь маску и очки, и вообще маскировка заебись. — Пиздец, — выдохнула я не в силах даже улыбнуться, — когда я ещё расплачусь с тобой? — Ебланка? — рассмеялся он, — считай, что расплатилась, когда решила уехать со мной. — Не поняла…? — Ты оставляешь родной город, семью, друзей, учёбу, старую жизнь в целом, чтобы не палить информацию о своём бывшем враге и уехать с ним, понимая, что теперь ты будешь жить в бегах, — пояснил мне Шуджи, — этого более чем достаточно. Остальное не ебёт. С размером одежды не прогадал? — Не прогадал, — кивнула я, закуривая рядом с открытым окном, — даже с нижними бельём. Как? — У меня хороший глазомер, — усмехнулся Ханма, — это же я тебя переодевал, успел насмотреться на всё, что надо. — Фу-фу, — отмахнулась я, — ты меня прям рассматривал? — Ну как такую возможность упустить можно?) Кстати, в телефоне стоит новая сим-карта. Мой номер тоже имеется. Я молча кивнула. Бля… Ни один парень не видел меня голышом, а он, да. Тецуя в детстве не считается. Пиздец, хоть бы меня не отъебали однажды среди ночи, не круто будет. *** В восемь вечера уже было темно. Свои и мои вещи Ханма сложил в спортивную сумку. Мы надели чёрные маски и тёмные очки, вышли из квартиры, потом из подъезда. Он оглянулся, на улице никого нет, после чего открыл багажник и закинул туда сумку с нашими вещами. Я села на переднее сиденье, а Ханма — за руль. На скорости 90 км/ч мы двинулись прочь отсюда, в сторону выезда из Токио. Конец Pov Каори.