Временной парадокс

1998 г. Это продолжается… Северус уже дышал, но был ещё без сознания. Нужны ещё зелья, но Гарри понял, что один не справится. Кто? Малфой! Главный Аврор Поттер-Снейп аппарировал на Астрономическую башню. Небрежно брошенное поисковое заклинание однозначно указало на бывшее поле для квиддича. Еще одна аппарация — и он, не спрашивая согласия, схватил Драко за шкирку и снова прыгнул в лабораторию. — Малфой, мне некогда чесать с тобой языком! — рявкнул он, толкая Драко в сторону столов. — Моё предложение просто, как говно соплохвоста: ты мне помогаешь — я отмазываю твою семейку от Азкабана, или корчишь из себя непонятливого и валишь прямо в руки Авроров! Решай! Драко недоуменно огляделся, увидел Снейпа, всего в крови, лежащего на столе для разделки ингредиентов, Фоукса под магическим куполом и потерянным голосом спросил: — Чего ты от меня хочешь, Поттер? — Помогаешь мне с зельями, не задаешь тупых вопросов и работаешь сиделкой! Ты ж всегда хотел быть колдомедиком! Вот и попробуешь себя в этой роли! — Что мне делать? — всё ещё растерянно, но серьезно спросил Драко. Его руки мелко подрагивали то ли от страха, то ли от волнения. Но Гарри было некогда вдаваться в такие мелочи. — Для начала — поможешь с зельями. Две основы у меня уже стоят. С восстанавливающим справишься сам. Приступай! В этот момент появился патронус Гермионы. — Гарри, где ты? Мы тебя ищем! — Expecto Patronum! Отвалите, я занят! — унес ответ нахохлившийся ворон. — Чего пялишься, Малфой! У тебя основа сейчас вскипит! Хм, а это идея! И снова аппарация на башню. Только в этот раз заклинание ищет другого человека. — Лорд Малфой! Какое недоразумение! — произнёс Гарри, появляясь рядом с Люциусом Малфоем, стоящим на коленях под прицелом палочек Авроров и заведеными за голову руками. — Убрать палочки! — не терпящим возражений голосом произнес Главный Аврор. — Лучше ищите предателей, чем арестовывать преданных союзников! Протокол 312! ИСПОЛНЯТЬ! Приказной тон и ссылка на протокол, подействовали однозначно. Авроры оставили ничего не понимающего Люциуса Малфоя и отправились на помощь своим коллегам. — Мистер Поттер, что происходит? — с достоинством поднялся с колен лорд Малфой и небрежно отряхнул одежду. — Бардак! Это ж надо, кинулись выполнять приказ первого встречного! Да я б за такое со своих три шкуры спустил и отправил бы маггловские сортиры чистить! А вот с тобой, Люциус, все просто. Жить хочешь? И не в Азкабане? — Хм, не помню, мистер Поттер, чтобы мы с вами были на «ты», но что конкретно ты от меня хочешь? — Сейф 748. Малфой издал булькающий звук, будто поперхнулся словами. — Решай быстро, Люциус. Отдаешь сейф, и я оставлю тебя на свободе. Ты не переживай, министерские все равно тебя обдерут, как липку. А я обещаю вернуть книги и артефакты. Мне они ни к чему. А вот с деньгами напряг. — Не буду спрашивать, откуда тебе известно об этом сейфе, но я согласен под Непреложный обет. Вытаскиваешь меня и Драко, и сейф твой. — Сначала сейф. Через час Министерство наложит арест, и все уплывет к ним в руки. Я, Гарри Джеймс Поттер (Снейп — добавил он про себя), магией клянусь не допустить заключение в Азкабан Люциуса и Драко Малфоев в обмен на все деньги из сейфа 748, принадлежащего Люциусу Малфою. Lumos! Nox! Устраивает? — Вполне. — Тогда вперёд! — решительно заявил Гарри и, схватив Малфоя за предплечье, аппарировал на крыльцо Гринготтса. — Ну, тебе особое приглашение надо, Люциус, или будешь ждать, пока счета арестуют? — Ты прав, такие вопросы надо решать быстро, — сиятельный лорд если и был сильно обескуражен, то виду не подал. Всё таки ещё буквально несколькими минутами ранее он ожидал смерти — и уже не важно, от рук Авроров или Тёмного Лорда. А сейчас его жизни и жизни его семьи ничего уже не угрожало, а деньги… Это небольшая цена за свои жизни. Через десять минут сейф под номером 748 был целиком переписан на имя Гарри Поттера. — А теперь возвращаемся. Слушай меня внимательно, Люциус, запоминай и делай, как я говорю…

***

Аппарировав обратно в лабораторию, Гарри, первым делом сунул нос в котел с восстанавливающим, что варил Драко. — Нормально, видно, Сев неплохо тебя научил. — Сев? — неверяще переспросил Драко, во все глаза уставившись на нового Поттера. — Правило номер один — ты не задаёшь тупых вопросов! — Хм, ладно. Дальше они работали молча. Закончив своё зелье, Гарри выпоил его Снейпу так же, как и первый, получив от Драко ещё один хмык. Патронус-рысь появилась неожиданно. — Гарри, — заговорила рысь голосом Кингсли. — Что происходит? Зачем ты забрал у Авроров Люциуса Малфоя? Ты где? Мы ждем тебя в Большом зале! — Expecto Patronum! Кингсли! Отвали, я занят! Тронешь Малфоя — я тебя закопаю! Освобожусь, сам тебя найду! — Поттер, ты всегда так вежливо разговариваешь? — Малфой, за зельем следи! Через час, убедившись, что состояние супруга, точнее, будущего супруга паршиво-стабильное, Поттер велел: — Драко, я сейчас отлучусь на пару часов. Напоишь Северуса восстанавливающим и через час дашь то, что варил я. Его самого не перемещать и не беспокоить. Будут изменения — отправишь патронуса. — Думаешь, я могу вызвать телесного патронуса? — грустно усмехнулся Драко. — Не захочешь в Азкабан — сможешь! Я ушел. Поттер аппарировал, а Драко остался в лаборатории один на один с бессознательным Снейпом. — Какого… тут происходит? — спросил он у молчаливых стен. — И кто покусал Поттера? Телесный патронус, ага, я и простой вызвать не могу… Хотя, если попробовать… Счастливые воспоминания, да? Почему-то из всей жизни вспоминалась только недавняя фраза Поттера: «Тронешь Малфоя — я тебя закопаю!» — Expecto Patronum! Серебристое облачко вылетело из палочки и заклубилось, будто в раздумии. А затем, медленно, будто нехотя, собралось в фигурку ласки.

***

Аппарировав из лаборатории, Гарри нашел Шеклбота. — Кингсли, чего надо? Говори быстро, а то у меня мало времени! — ступив на мягкий ковёр, Гарри раздражённо повел плечом и посмотрел на темнокожего мага. — Гарри, что с тобой происходит? — Башкой аваду поймал еще раз. А она здоровья не добавляет. Это все, что ты спросить хотел? — Что за история с Аврорами, и где Малфой? — Кингсли смотрел цепко, улавливая любые изменения в лице парня. — Твои Авроры — идиоты. Это все объясняет. Который из Малфоев тебя интересует? — Оба! — Драко я забрал как сиделку. У меня раненый на руках. А Люциус у себя в меноре. Я велел ему не высовываться, пока сам не приду. — Что значит «велел»? — мрачно спросил Кингсли, хмурясь ещё больше. — То и значит. Мы с ним общий язык нашли, когда нас егеря схватили. Он и помог мне бежать. Ты даже не представляешь, что у него в меноре творилось. Это вы боялись Волдеморта со стороны, а он с этой психованной змеей в одной клетке сидел! Он бы сам его с радостью прикончил, да только метка не давала! Кингсли, ты можешь себе представить каково это, когда вся твоя семья ежедневно под смертью ходит? Не можешь! Пригрел свою жопу в Министерстве и отрывал ее раз в месяц! Зло прищурившись, Шеклболт попытался достать палочку. Именно попытался. Молниеносное движение и она вырвана из рук. Зато палочка Поттера оказалась приставлена к его голове. — Не тыкай в меня палочкой, не люблю. У меня поствоенный синдром, могу и Аваду пустить! — Ты кто такой? Ты не Гарри Поттер! — прошипел новый Министр. За спиной Шеклболта несколько солдат подняли палочки, направив в сторону Поттера. В их глазах застыли недоумение и нерешительность. Все-таки Гарри был героем. — Ошибаешься! Я и есть Гарри Поттер (Снейп), магией клянусь! Lumos! Nox! Доволен? Запомни, Кингсли, у меня перед Малфоями долг жизни, и не один. Если его не отдам — стану сквибом. Поэтому в последний раз предупреждаю, не трогай это семейство. Мне плевать что, как и кому ты будешь доказывать, но если не оправдаешь их, я тебя урою! Любой ценой. Мне тогда уже будет все равно. Понял меня? — Понял, — выдохнул обескураженный Кингсли, всё ещё сомневаясь в том, что перед ним Гаррри Поттер. — Держи палочку. И не доставай при мне. Я нервный! Еще вопросы есть? — Откуда ты узнал о протоколах Авроров? — Я много чего знаю. Это все? А то у меня раненый. Вопросов нет, тогда я пошел. Буду нужен — найдешь на Гриммо. Дом я закрою, поэтому шли патронуса. Свободен! — Чего? — не понял Шеклбот, но Поттер уже аппарировал.

***

Дом на Гриммо представлял собой жалкое зрелище. Если кухня и коридор были кое-как обжиты, то спальни по-прежнему оставались сырыми и неуютными. — Кричер! — Кто опять зовет… — появился по привычке причитающий домовик. — Хм, хозяин? — У тебя час приготовить две спальни. Одну хозяйскую, одну гостевую. Ужин на двоих, и пошевеливайся! Я вернусь с раненым. Чтобы был наполнен бассейн в третьем зале и без твоих закидонов! Выполнять! — Слушаюсь, хозяин! — поклонился домовик и исчез. — Ну вот, хоть один нормальный в этом чокнутом мире. Пора забирать Сева домой. Снова аппарация, и Поттер переместился в лабораторию. — Как Сев? — Без изменений, — ответил Драко, сидя на столе. — Зелья давал? — Оба. — Хорошо, я сейчас заберу Северуса, потом вернусь за тобой. Если повезет, завтра сможешь с отцом увидеться. Только оставаться в меноре не советую, туда в любой момент авроры нагрянуть могут. Где я потом сиделку искать буду? Переместив Снейпа в зал с бассейном, Поттер вернулся за Драко. — Мы на Гриммо, в доме Блэка. Особняк закрыт, так что без меня в камин не суйся. Ужин на столе, если что надо — зови Кричера. Сегодня я буду занят, так что до завтра. Спальню покажет Кричер, — велел Поттер и не слушая ответа, аппарировал. Сев выглядел плохо. И дело было не только в ране на шее. Худое жилистое тело было сплошь покрыто свежими и застарелыми рубцами. Гарри знал каждый из них, но они никогда еще не выглядели так жутко, как сейчас. — Потерпи, любимый, пожалуйста, — шептал он, избавляя Снейпа от одежды. — Знаешь, у меня был хороший учитель по зельям. Я тебе сварю все, что надо. Осторожно опустив грязное, в кровавых потеках тело в теплую воду бассейна, Гарри разделся и тоже нырнул. — Вот так. Я знаю, что тебе больно, и буду очень осторожен, — говорил он, смывая кровь и грязь. — Потерпи еще чуть-чуть. Вот так, мой хороший. И от шрамов я тебя избавлю, и от комплексов твоих дурацких. Будешь у меня как прежде, язвительным и ядовитым, змеюка моя! Осторожно подняв заклинанием вымытое тело, Поттер обсушил его простыней и обняв, аппарировал в спальню. Камин был жарко натоплен, на постели — чистое хрустящее белье. Аккуратно уложив супруга, Гарри лег рядом, прижавшись к такому родному, но еще чужому телу. — Спи, мой змей ядовитый, — легко коснулся он поцелуем тонких обескровленных губ. — Отдыхай и приходи в себя. Не переживай ни о чем. Я обо всем позабочусь!