Кризис

Снейп уже неделю смотрел на пламя камина, сидя в обветшавшем кресле, что идеально вписывалось в разрушенный дом. Он, наверняка, тоже был под стать этой обстановке. Такой же старый и истрёпаный жизнью, как и все здесь. Война закончилась, и цель, которой он жил всё это время, оставила после себя только измученное тело. Как же быстро прошла его жизнь, лишь в мгновение. Всё проносится перед глазами: вот он ненавидит отца; Хогвартс, первая любовь и встреча с Томом; потом потеря любимой, а после и очень долгая война. Вот и все. Взгляд метнулся к грязному окну, в разводах которого он видел нечитаемый силуэт. Он никогда не любил зеркала, любые отражающие поверхности, где бы он смог увидеть свое мерзкое лицо, зельевар старался избегать. Даже смотреть на свое тело было противно. И вот, видя мутный силуэт в окне, в разуме всплывала лишь одна мысль: «Неуж-то на этом моя жизнь и закончится?» Как же он жалок. Живой труп, а ведь ему всего 39. Неужели это всё, что он может? Мысли опять заполонили голову, и его взгляд плавно перенесся к камину. Живой труп. Неужели на этом он и закончит свою жизнь. В жалком старом доме. Всегда скрывающий себя и свои эмоции, боясь открыться даже самому себе. Жизнь шпиона заставила его притворяться так умело, что даже сейчас, находясь с самим собой, он не знал, кто он на самом деле. Ещё немного посмотрев на затухающее пламя в камине, он всё же поднялся с затхлого кресла. Спускаясь вниз по знакомым ступеням в лабораторию, он размышлял, как же давно он там не был. Он любил заниматься зельями ещё с детства, но сейчас огонь внутри, который так его грел, был наглухо затоптан. В его доме не было зеркал отродясь. Но вот ножи. С ними Снейп был очень сильно связан. Измельчая все ингредиенты, он мог иногда видеть своё отражение на лезвии. Помнится когда-то давно Люциус подарил ему нож, настолько блестящий и красивый, что он даже не мог его использовать. Просмотрев лабораторию, и покопавшись в ящиках, он таки нашёл свой подарок. Достав кинжал из чехла, он все же взглянул на свое отражение в полированной грани лезвия. Как же мерзко. Это единственное, что пришло ему на ум, глядя на отражение на лезвии. Ещё хуже, чем он мог предполагать. Уставшее лицо с опавшими глазами и трупной бледностью, где-то сбоку даже поблескивали седые пряди. А на шею вообще было страшно смотреть. Он никогда не заботился о собственном теле, и вот что вышло. Взгляд снова начал блуждать по лаборатории, тут ещё столько ингредиентов, а он... Варить очередное обезболивающее или поддерживающее зелье не хотелось от слова совсем. Он уже так от них устал. В мозгу снова всплыл собственный образ – живой труп. А что ему уже терять, ну сожжёт он себе кожу, ну и что. Вряд-ли станет хуже, чем сейчас. Он просто хотел хоть раз посмотреть на себя без отвращения и все. Тонкие пальцы на автомате начали доставать нужные ингредиенты с полок. Сварить зелье для мастера было довольно легко. Поэтому не теряя времени он быстро измельчил ингредиенты и кинул их в котел. Поварив пару минут он снял зелье с огня и немного зачерпнув намазал на руку. Кожу тут же начало немного жечь, но через минуту все уже прошло. Теперь он мог спокойно видеть свою чистую руку с гладкой кожей. Какая жалость, он ожидал большего.