Свитер в полоску

Лань Ванцзи двадцать, а он уже и забыл, когда в последний раз чувствовал, что вообще-то еще молод. Он совсем не понимал ребят его возраста, которые красились и одевались непонятно как, а половину их речи разобрать вообще невозможно из-за обилия сленговых словечек, безбожно уродующих язык. Ванцзи, конечно, не осуждал их: осуждать — запрещено внутренними правилами его глубоко верующей и очень консервативной семьи, но, примеряя на себя (конечно — внутренне) модель поведения одногруппников, слегка морщился. Сам он одевался скромно, но всегда опрятно, а речь его была чистой, и его это вполне устраивало, несмотря на шутки одногруппников, которые, конечно, бывали и обидными, но чаще всего Ванцзи не трогали совершенно. В конце-концов, в Священном Писании сказано, что пострадавший за благое дело обязательно вознесется. Исполнение правил, которым испокон веков была верна вся его семья — как раз то самое благое дело, разве нет? Тогда почему, каждый раз, когда живой и свободный Вэй Усянь просто заговаривал с Ванцзи, казалось, будто все эти списки «можно» и «нельзя» превращались в что-то незначительное? Почему от шуток Усяня больнее, чем от наказания за самый серьезный проступок? Дядя говорил, что в таком случае, общение с Вэй Усянем нужно ограничить — очевидно, через него дьявол хочет таким образом погубить Ванцзи. Но разве Вэй Усянь, улыбающийся так ярко, может этим дьяволом быть? Ванцзи хотелось хотя бы коснуться его мира, где все правила и запреты — не список, написанный много тысяч лет назад, а честь и совесть. — Эй, Лань Чжань, а ты чего на журфак-то поступил? Я тут недавно мимо семинарии проходил, клянусь — у монашек вайб как у тебя, — хохотнул Вэй Ин. — Ты мог быть тем еще крашем, а одеваешься, как мой дедуля. Кто согласится с тобой встречаться? В голове Лань Чжаня что-то щелкнуло. «У меня нет шансов понравиться, пока я выгляжу так», — безрадостно подумал парень. — «Хочу измениться». Конечно, ему не очень нравилось, как выглядят его ровесники, но сладкая мысль о том, что после смены имиджа у него появится шанс, хотя бы малюсенький, понравится Усяню — конечно, как друг, не давала ему сидеть спокойно. Впервые в жизни он не мог досидеть до конца учебного дня — все мысли занимало желание скорее измениться. После пар, Ванцзи пересчитал деньги, благо, стипендия пришла совсем недавно, и направился в магазин с самым молодежным и непонятным названием. Очень долго он ходил между рядов, стараясь привыкнуть к тому, что называют одеждой его ровесники, как вдруг среди гор рванья и спортивных костюмов, больше похожих на пижамы, увидел его — яркий свитер в горизонтальную полоску. Цвета, конечно, кричащие, но по фасону он не сильно отличался от привычных для Ванцзи вещей. Он примерил вещь и слегка улыбнулся. Компромисс показался парню удачным — свитер был удобным и не слишком открытым, а молодежные цвета, быть может, лишат одногруппников объекта для шуток. В предвкушении следующего дня, Лань Чжань еще раз осмотрел свое отражение, отметил, что яркие цвета новой вещи освежают его лицо. Где-то в голове пронеслась шальная мысль: «Интересно, а что подумает Вэй Ин?», но Лань Чжань даже не обратил на нее внимания.