Апокалипсис

      

***

      Наконец, после наших с Асахиной долгих уговоров выйти из своих комнатушек и пройти в класс C - 1, все сидят в назначенном месте. Я уже рассказал Аой о том, что я буду пытаться, бороться за жизни наших сокомандников. Буду воодушевлять их и поддерживать. Как морально, так и физически. И, конечно, она одобрила мое решение и так же поддержала его. Этому я точно был рад. Сейчас же, большая часть собранных членов группы сидит с недовольной рожей, от чего становилось немного некомфортно. Будто бы они сейчас встанут, обосрут меня и уйдут в закат. Но этого, к счастью, не произошло. – Ну? Для чего же ты нас собрал тут? Если это очередная тупость, я не стану тратить свое время. – Как обычно, недовольно прорычал Бьякуя, пытаясь отцепить от своей руки прилипшую как банный лист, Фукаву.       Остальные так же вопросительно посмотрели на меня. Кто-то грозно, кто-то в недоумении, кому-то вообще все равно было. Морально я уже давно отчитал себя за то, что вообще решил тут их собрать. В 10 вечера. – Кхм. Да, знаю, не самое время для сборов– – Мягко сказано, Наэги. – Перебил меня Овада. Я, конечно понимаю, что вечером все уставшие и агрессивные, но знать бы только, от чего они устали. Сидеть целый день в закрытом классе? Тут даже я бы устал. – .... Так вот. Я бы хотел сказать вам кое-что. Я понимаю, что сейчас ситуация слишком напряжённая, опасная и так далее. Понимаю, что каждый из нас может легко стать жертвой физических, моральных пыток, убийств. Но я считаю, что так не должно дальше продолжаться. Почему мы должны сидеть тут и бояться за свои жизни? Почему нами контролирует какой-то человек, который причастен ко всему этому? Я хочу спросить это у вас. Я уверен, что вы не найдете на эти вопросы ответ. Так вот.. я бы хотел, чтобы вы помогли мне. Помогли мне остановить этот кошмар. Остановить это и забыть, как страшный сон. Мы не должны сидеть в углу и бояться, пока наших товарищей убивают. Пока нами контролируют. Не должны. И я бы очень хотел вас попросить, чтобы вы приняли это и поняли, о чем я говорю. Я хочу, чтобы вы разбились на группы из 2-3 человек и пребывали друг с другом. Хочу, чтобы вы жили вместе, ходили вместе, опекали друг друга, а так же приходили на помощь к жертвам нападения. Чем нас больше, тем лучше. Вы же меня понимаете?       Я закончил свою речь. В классе повисла тишина. Все продолжали смотреть на меня, но я не мог понять, согласятся ли они с моим высказыванием или нет. Тут я заметил, что некоторые из них начали перешептываться между собой. Меня это чуть смутило, от чего я немного наклонил вниз голову. – Я буду с Комаэдой-куном. – Лениво, медленно поднимает руку Чиаки, не отрывая глаза от своей приставки. Я перевел взгляд на Нагито - у того в глазах я заметил восхищение, он смотрел на меня, улыбаясь. Присутствующие посмотрели на двоих. Теперь же товарищи начали перебрасываться словами куда более активно, и Аой, стоящая рядом, заметила это. Легонько толкнув меня в бок локтем, она заулыбалась. Я тоже улыбнулся ей, заметив это. – Ибуки и Леон будут опекать друг друга!! – Вдруг кричит Миода, поднимая свою руку, которая активно сжимает запястье Куваты. Кажется, рыжий же находился в недоумении. А на щеках то лёгкий румянец. Извращуга блин.       И так. Нашу идею одобрили. Если честно, я не думал, что все так быстро согласятся с моим суждением, но я был рад, что они прислушались ко мне. И того у нас получились следующие группы: Чиаки, как известно, взяла Нагито, Ибуки заприватила себе Леона, Гандам решил особо не париться и взять Мондо, Аой же согласилась с Ясухиро. Остались лишь Бьякуя с Токо. Тогами сначала отнекивался, отказывался и даже злился на то, что никто не взял Фукаву. Его фирменная фраза "Я сам справлюсь" действовала до тех пор, пока Кёко не попросила его приглядеть за Токо. В итоге и его мы сломили. Отлично, теперь, когда все разделились на команды, свободных комнат стало гораздо больше. Но нам сейчас они не понадобятся.       После "собрания" все разошлись по комнатам. Где и в каком классе им жить - они решали сами. Я так же направился в свой класс. Но тут вспомнил, что вместе со мной будет жить Кёко. И спать. И вообще находиться в одном помещении. В закрытом. Хоть и на ночь. От такой мысли кровь прилила к щекам, а мне стало неловко. Не то чтобы было прям настолько все плохо, но было непривычно. Вдруг я что-то не так сделаю и она будет злиться на меня? Или того хуже, извращугой посчитает.. Я остановился на секунд пять, почувствовав, что кто-то положил на мое плечо руку.       Обернувшись, я увидел довольную и расслабленную мордочку Нагито. Я вздрогнул от неожиданного прикосновения, и кажется, он это заметил. Ведь следом он решил убрать свою руку с моего плеча. – Ох, прости, Наэги-кун. Не хотел тебя напугать. Мне так неловко за то, что какой-то мусор, в роде меня, посмел вообще потревожить тебя. Но я хотел сказать, что я был очень тронут твоей речью. Она была прямо переполнена надеждой! Ох, Наэги.. я сразу увидел в твоих глазах отблеск надежды. – Слишком восхищённо говорил Нагито. И говорил он то ли медленно, то ли это я ничего уже не соображаю. По крайней мере, пока мы стояли чуть ли не на входе в класс С - 1, все уже разошлись.       В итоге, Комаэда ещё минут 15 трындел мне что-то про надежду, пока я пытался сказать ему, что мне нужно идти спать. Он ну никак не хотел от меня отставать. Слава богу, потом пришла Чиаки, которая хотела найти и утащить ее странного друга в кабинет, и ей удалось это сделать. Теперь я остался один в этом большом классе.       Тут действительно было очень тихо. Так пусто, непривычно. И почему-то мне захотелось пройти чуть глубже, внутрь. Я понимаю, что оставаться тут одному очень опасно, но что-то меня будто манило. А манил меня предмет, лежащий на столе, где сидели недавно собранные члены команды. Это была черная записная книжка. Открывать ее я совсем никак не хотел, ну во-первых личное пространство, во-вторых это было бы очень невежливо с моей стороны. Но каким-то образом мне нужно было узнать имя владельца. Повертев записную книжку в руках, я увидел, как на обложке аккуратными, ровными буквами подписана как "Кёко Киригири". Кажется, она забыла эту книжку тут. И, признаюсь, я слегка замялся. Я хотел полистать эту книжку. Но мне было до ужаса стыдно от одного только осознания того, что меня могли застать тут вот так. Я всеми силами боролся с желанием заглянуть внутрь и в итоге смог одолеть его. Нужно сейчас вернуться к себе в комнату, пока действительно меня кто-нибудь не тюкнул. Довольно быстрым шагом я направился на выход из класса С - 1, крепко держа в руке записную книжку Киригири. Шел я быстро, чтобы уж точно не нарваться на неприятности, пока я добираюсь до своей комнаты. Надписи на классах становятся все виднее, знакомые двери, классы... И вот она, моя. Дверь прикрыта, закрытой на замок она быть не может. Я тихонько, аккуратно надавил на ручку так, чтобы она опустилась вниз, а затем медленно начал толкать ее, чтобы дверь открылась.       В кабинете было темно. Свет у меня работал, но сейчас не горел. Включать его я не стал, мало ли. И не зря. Только сейчас я заметил, как на одной из парт будто бы клубочком свернулась Кёко, прижимая свои колени поближе к животу. Видимо, чтобы согреться. Ее волосы распластались по парте, и только сейчас я обратил внимание на то, что они действительно длиннее, чем казались. И почему-то мне захотелось погладить их. Аккуратно, стараясь не разбудить ее своими касаниями, я медленно провел ладонью по волосам девушки. Они оказались не только длинными, но ещё и мягкими, приятными. Удивительно, как она вообще успевает следить за такими волосами? Наверное, это довольно-таки сложно... Так ещё и тут, где вообще нету хотя бы одного средства.       Сейчас Кёко казалась мне такой беззащитной, такой милой, что даже мое сердцебиение участилось. Я взял прядь ее волос в руку, слегка намотав длинные локоны на ладонь, а затем поднес их к своим губам, аккуратно и нежно поцеловав. Эти волосы не пахли ничем, мне это даже нравилось. И почему я чувствую такой прилив нежности? Причем приливает эта нежность только тогда, когда я ее вижу. Как бы я не хотел, мне пришлось оставить бедные волосы в покое. На самом деле я немного удивился, почему она все ещё не проснулась.