Я обещаю тебе.

Неспешно направляясь к себе в комнату, Арсений слегка поджимал губы. Было неловко увидеть кого-то из ребят в таком виде. Особенно, если это твой отряд. Почему-то, это был максимально необъяснимо, хоть Арсений и имел в этом определённый опыт, а вот какой, догадывайтесь уже сами. Вечер был достаточно тяжёлым для всех, по этому вожатые быстро смылись по комнатам, укладываясь спать. О чём-то думать ну совсем не хотелось. Так многие и сделали. Но Арс что, как все? Он, зайдя в комнату, быстро взял тёплую кофту, и тихо прошмыгнул к выходу из корпуса. Было темно, и двор освещала только луна. Мужчина садится на ступеньки, кутаясь в кофту, и прислоняясь спиной к колонне. Дул лёгкий ветер, пробираясь под одежду и обматывая своей прохладой каждый сантиметр кожи. Он снова позволяет себе выдохнуть, поднимая взгляд на звёздное небо. Он любил такие ночи. Очень любил. Сидеть здесь с кем-то, пить чай, разговаривать обо всём подряд. Но так же любил и одиночество. Размышлять, молчать, зависать, рассматривать. В нём было слишком много противоречивых чувств, и он не знал, куда их деть. Безумно хотелось это продать или обменять на какие-нибудь вещи. Бартер, так сказать. Дверь сзади открывается, и Арсений вздрагивает, оборачиваясь. На пороге стоит Серёжа, ухмыляясь, а после подходит ближе и садится рядом, ёжась от холода. -Ну и холодильник тут. Как ты тут сидишь вообще?—Он достаёт сигарету, поджигая и затягиваясь. Матвиенко никогда не спрашивал его о возможности присутствия рядом. Если находил одного, то однозначно оставался вместе с ним. Иногда молчал, иногда шутил, иногда просто давал выговориться. Пожалуй, в этом ему стоит сказать большое спасибо. Такие моменты однажды были чуть ли не спасательным кругом, когда Арсений был готов вот-вот утонуть. Карабкаться сил не было, а потому эти разговоры будто выталкивали его из омута. Или это делал сам Матвиенко. Но однозначно он играл не последнюю роль. -Красивое сегодня небо.—Он говорит это на выдохе, распространяя в ближайшем радиусе сигаретный дым.—Светлое такое, прям как в сказках. Арсений усмехнулся, пожимая плечами. Да, он был прав. Было невероятно красиво. -Знаешь…—Попов устроился на ступенях удобнее, почесав затылок.—Я думаю, вдруг не справляюсь? В прошлой смене ребята уезжали отсюда какие-то…расстроенные? -Уставшие. -И большинство было из моего отряда. -Это были все.—Он пресекает дальнейшие попытки друга найти проблему там, где всё очевидно просто.—Они все уезжали уставшие, сонные и с кучей разных эмоций. Тебе ли не помнить, как они через костёр с воплями прыгали, как купаться ходили каждый вечер, как после отбоя собирались в комнатах и устраивали какие-то тусовки. Арс, им нравилось. Мы со всем отлично справляемся, и ты в том числе. Ты отдаёшь самого себя этой работе, это и делает тебя лучшим вожатым. Так что закрой варежку, пока я тебя не придушил. Мда. Если он заканчивает угрозой, значит философские мысли закончились, и больше ждать их не стоит. Но стало легче Появилось некое чувство удовлетворённости. Не в себе, нет. В проделанной работе. Он и правда замечал, как ребята каждых смен уезжали с грустью. Эти стены становились родными после стольких приключений, которые они им приносили. В течении месяца им писали слова благодарности, результаты этих каникул и достижения, так или иначе связанные с лагерем. И это грело душу. Сильно грело. Серёжа докуривает сигарету, после чего встаёт, кидая её в мусорку около спуска. -Идём. Поздно уже, спать пора.—Он открывает дверь в помещение, оборачиваясь на коллегу. Арсений, пару секунд помедлив, поднимается с места, проходя внутрь. -Спасибо.—Он говорит это тихо, но Матвиенко всё равно слышит. И улыбается, заходя следом и закрывая дверь на замок. Они медленно бредут к комнатам вожатых, и пожелав друг другу спокойной ночи расходятся. * * * Утро встречает отвратительным звоном будильника. Он трещит прямо под ухом, по этому Арсений быстро подрывается, выключая его и падая обратно головой на подушку. Хотелось спать, а кровать была мягкая и уютная, что усиливало желание ещё больше. Нет, поздно, надо вставать. Мужчина поднимается, потягиваясь. За окном уже немного встало солнце, проникая в окно. Кажется, сейчас только половина седьмого. У него есть ещё пол часа. Он быстро посещает душ, умывается, и встречается в коридоре с Оксаной. -Доброе утро!—Девушка, кажется, полна сил и энергии. И из-за такого бодрого голоса начинает слегка болеть голова.—Пора идти будить. Колонку взял? -Конечно. Идём.—Попов тоже улыбается, доставая телефон и подключаясь по блютуз к гарнитуре.—Время подъёма. Он включает нужную музыку, прибавляет громкость на всю и начинает ходить по коридору. Оксана и Серёжа открывают двери в комнаты, крича "Доброе утро, страна!" И "Солнце встало, и вы вставайте!". Дети с жалобными стонами накрывались одеялами, поджимая ноги, но вожатые одёргивали их, скидывая на пол. Арсений смеялся, Наблюдая за этим. Пока Оксана и Серёжа пытались разбудить особо сонных, мужчина залетает в следующую комнату. -Утро доброе, совы! Поднимаемся, поднимаемся!—Он скинул одеяло с парня, и увидел сонное и смешно-сморщенное лицо Димы. -Ну ещё 5 мину-у-уточек…—Он поворачивается на бок, закрывая уши подушкой, но и она вылетает из под его головы, прилетая прямо в лицо. -Ну и пиздец…—Он садится на кровати, потягиваясь. Арсений смеётся, оглядывая остальную комнату. Они уже сидели, потирая лицо. Антон же один, кажется, выглядел выспавшимся. Он заправлял кровать, одновременно разминая шею. И тут было грубой ошибкой посмотреть на это. Парень был без футболки, и взгляду открывались острые плечи, усыпанная родинками спина, позвоночник был выделен, и все косточки можно было сосчитать, проведя по ним пальцем. Он потягивается, поворачиваясь корпусом к ним, и Арсению становится ещё хуже. Рёбра сильно выпирают, и без того впалый живот втягивается при вздохе, а ключицы кажутся настолько хрупкими, что кажется вот-вот треснут от давления кожи. Парень улыбается, желая доброго утра, а после подхватывает полотенце и скрывается в коридоре. Арсений, выходя из недотраха недотранса, оглядывает последний раз ребят и направляется в другие комнаты, Продолжая будить остальных. * * * Завтрак прошёл спокойно. Сегодня был омлет, какао и бутерброды с сыром. Ещё был йогурт, вишнёвый. Это было вкуснее, чем какао, если честно. За столом вожатых сегодня было шумно. Все были в приподнятом настроении, и обсуждали сегодняшний поход. Да, они собирались отвести отряды в лес, и остаться там в палатке на ночь. Это было одно из любимых мест Арсения. Но только потому, что он знал кое-какое другое рядом, куда уходил поздно ночью, пока все спали. После приёма пищи, они собрали ребят на небольшую перекличку, удостоверившись что все здесь, и сообщили о походе. -Вам нужно надеть максимально удобную для похода одежду.—Оксана говорила громко, передвигаясь туда-сюда по сцене.—С собой нужно взять сменную одежду, тёплую, щётку, полотенце и индивидуальное. Все аксессуары снять и оставить в комнатах. Девочкам косметику не брать, хоть и понимаю, что очень хочется выглядеть красивыми. Женская половина недовольно выдохнула, цокая языком. -И да, по правилам техники безопасности. От нас не отходить, в рот ничего не таскать, на муравейник не садиться, по деревьям не лазать.—Матвиенко пожал плечами на недовольный взгляд коллеги.—Это всё. -Ждём вас во дворе в 7 часов вечера полностью готовых. Еда с нас.—Арсений улыбнулся, выдыхая.—Пока будьте свободны.