Часть 1
7 декабря 2021 г., 15:33
Джинни замахнулась на него скрученной в трубочку газетой, но Гарри успел перехватить её руку и больно сжал запястье. От неожиданности девушка взвизгнула и выронила своё импровизированное «оружие». Широкий лист бумаги с крупными печатными буквами упал на пол, развернувшись как раз на той самой похабной статье, вызвавшей гнев младшей Уизли. Улыбающиеся физиономии самого Поттера и его друга Рона, старшего брата Джинни, словно насмехались над ней с движущейся колдографии.
— Успокойся, — произнёс Гарри.
— Что?! Успокоиться? — голос девушки сорвался на истерику. — Родители в шоке. Братья уже обещали начистить твою наглую рожу. А Перси из Румынии прислал вот это. — Она высвободила руку из его цепкой хватки и вынула из кармана мантии сложенную вчетверо бумажку — то ли малоформатную газету, то ли листовку — и протянула её Гарри.
Он развернул этот неожиданный подарок от её брата-беглеца и брезгливо сморщился, точно в него был завернут кусок дерьма.
— Что здесь написано? Я не понимаю по-румынски.
Джинни взяла бумажный листок из рук Поттера и обратила его лицевой стороной к нему.
— А что тут понимать? Сам, что ли, слепой, не видишь? «Истинное лицо радикальных реформ в магической Британии». Похоже, правда?
Девушка хмыкнула, не скрывая своего негодования. Гарри попробовал перевести всё в шутку и даже улыбнулся, но это не подействовало.
— Я и не знал, что ваш Перси любит гей-порно.
— Не вижу ничего смешного! — фыркнула в ответ Джинни.
Картинка из румынской магической газеты «Vrăjitorul» («Волшебник») представляла собой карикатуру на самого Поттера, одетого в гриффиндорскую красную мантию с эмблемой Дамблдоровской партии. Но там, где у всех людей находится лицо, была изображена мясистая задница, из которой торчал мужской половой член с напяленными на него очками. Автором памфлета, опубликованного ниже, был сам Перси Уизли, подписавшийся псевдонимом «Рыжий Кот».
Из соседней комнаты вылез растрепанный и заспанный Рон. Его остекленевшие и розовые, как у кролика, глаза немного слезились с перепоя, лицо напоминало цветом вареную свеклу, нестриженые волосы торчали во все стороны. Мятая рубашка была расстегнута до половины и чем-то заляпана, из-под неё выглядывали покрытые жирными пятнами красные семейные трусы.
— Ещё один явился! Хорош…
Джинни накинулась с кулаками на брата, осыпая его ударами и пощечинами, а потом ткнула ему под нос поднятый с пола выпуск «Ежедневного Пророка» и вырезку из румынской газеты с карикатурой на Гарри. Рон тупо переводил взгляд с одного листа бумаги на другой, пытаясь сообразить, что к чему.
— Блин, чё за х**ня? — наконец-то выдавил из себя Уизли. На его лице застыло бессмысленное выражение, которое всегда так бесило Поттера и вызывало насмешки у слизеринцев.
— Это я у вас двоих должна спросить!
Джинни была похожа на разъяренную кошку, готовую выцарапать глаза и одному и другому.
— Всё пучком, не нервничай, — спокойно ответил Гарри, развалившись в кресле и попивая элитный коньяк из винного погреба Малфоев, который накануне притащил Рон из особняка бывших Пожирателей Смерти, где теперь обитала его семья. — Рита отлично справилась со своим заданием, вот и всё.
— Что за задание? — одновременно спросили брат и сестра Уизли.
— А ты статью на развороте читала? — не обращая внимания на Рона, обратился Гарри к Джинни.
— Читала. Это же бред сивой кобылы, кто тебе поверит? Ты заигрался, Гарри.
— Не заигрался, — парировал Мальчик-Который-Выжил-Дважды. — Это правда. Я припас её на десерт: до референдума и выборов обнародовать такую сенсацию было опасно, нас могли просто не понять, и мы потеряли бы голоса избирателей. Теперь можно. Победителей не судят. А мы победили — и в войне, и в борьбе за парламентское большинство. Никто не осмелится бросать в нас камни.
Статья, о которой говорил Гарри, называлась «Последняя тайна профессора Дамблдора» и шла как дополнение к брошюре «Мои беседы», изданной во время подготовки к референдуму многомиллионным тиражом. Из неё следовало, что незадолго до своей гибели от руки зельевара Снейпа директор Хогвартса признался Поттеру, что в молодости был влюблён в своего друга — того самого Гриндевальда, который впоследствии стал великим тёмным волшебником, предшественником Волан-де-Морта. Дамблдор сетовал на то, что в магическом обществе, живущем устаревшими нравственными стереотипами, такие, как он и Геллерт, подвергаются гонениям и насмешкам.
«Возможно, — цитировал его слова Гарри, — если бы наш мир был более терпимым и нам не приходилось бы скрывать свои истинные чувства друг к другу, Гриндевальд никогда бы не пошёл своим губительным путём…».
Далее профессор, по словам Гарри, предложил Поттеру в случае победы над Пожирателями Смерти добиться легализации однополых отношений и гомосексуальных браков.
«Никого нельзя подвергать преследованиям за его сексуальные предпочтения, если они, разумеется, добровольны. Однополые пары должны получить возможность регистрировать свои отношения, создавать семьи и усыновлять детей». И это тоже якобы сказал Дамблдор…
А передовая статья с колдографиями Рона и Гарри, вызвавшая такое яростное возмущение Джинни, была озаглавлена так: «Яркий пример настоящей мужской дружбы. Герои войны признались в своей нетрадиционной ориентации».
— Ну, а это? Тоже правда? — не унималась Уизли.
— Нет, что ты, Джин… — затараторил Рон и тут же схлопотал подзатыльник от Поттера.
— Это, — поставив фужер на столик, отвечал Гарри, — ещё один этап в нашей борьбе против Пожирателей Смерти и тайных сторонников Волан-де-Морта, которые жаждут реванша.
— Объясни.
Джинни уселась с другой стороны того же столика, заложила ногу за ногу, взяла чистый фужер и налила себе коньяка, добытого Молли из запасов Малфоев.
— Я уже говорил, что мы должны подорвать саму основу идеологии Пожирателей Смерти. Чистота Крови — далеко не единственная её составляющая. Волан-де-Морт, хотя сам никогда официально не был женат, отстаивал так называемые традиционные семейные ценности. Более того, он по своему усмотрению устраивал браки своих последователей. Например, он заставил Родольфуса Лестрейнджа жениться на Беллатрисе Блэк, хотя друг друга они никогда не любили, а её сестру Нарциссу выдал замуж за Люциуса Малфоя. Родители женихов и невест не смели ему перечить, поскольку эти династические браки были санкционированы им лично. Кстати, — добавил он, — Беллатриса ещё в юности была по уши влюблена в своего хозяина, но жила в браке с Лестрейнджем, которого на дух не переносила.
— Откуда ты об этом знаешь? — перебила его Джинни и тут же прикусила язычок, вспомнив, что частичка души Темного Лорда продолжает жить в Гарри.
— Из материалов допроса Нарциссы Малфой в аврорате. Если ты не забыла, я имею доступ к секретным документам.
Этот ответ удовлетворил сестру и брата Уизли. Рон слушал Гарри, попутно набивая желудок остатками вчерашнего ужина.
— Так вот, — продолжал Поттер, — профессор Дамблдор действительно был гомосексуалистом, но тщательно это скрывал от всех. Мне он поведал об этом, когда мы разговаривали о Гриндевальде. Геллерт не отвечал ему взаимностью, поскольку был влюблён в Ариану, малолетнюю сестру Альбуса и Аберфорта Дамблдоров. Он ждал, когда она станет совершеннолетней, чтобы жениться на ней. Разумеется, Альбус ревновал друга к своей сестре. Это в конечном итоге привело к их роковой дуэли, в результате которой несчастная девушка погибла. Судя по всему, в неё попало именно заклинание Дамблдора. Я бы назвал это убийством из ревности. Смерти Арианы Гриндевальд ему не простил, что и стало причиной их многолетней вражды.
В комнате повисла гнетущая тишина.
Гарри продолжал:
— Разрушив традиционную семью как союз мужчины и женщины ради продолжения рода, мы выбьем ещё одну доску из-под ног Пожирателей Смерти. Ну а статья Риты, — он ухмыльнулся, — всего лишь рекламный трюк. Чтобы завоевать сторонников среди волшебников-гомосексуалистов, а их немало, но все они вынуждены скрывать свои порочные наклонности. Сами увидите, сколько их выползет на свет божий, лишь только мы им это позволим. У магглов аналогичные процессы уже давно идут полным ходом, сам читал об этом в их газетах и в Интернете. Например, в Англии и Нидерландах венчают однополые пары, а в церквах рукополагают священников, сменивших пол…