Копилка

      Суббота, захватившая ещё и вечер пятницы, оказалась для Питера на удивление неудачной. С самого утра все шло ужасно и, видимо, к вечеру достигло своего апогея. И этот самый «апогей» отчитывал парня, словно ребёнка. Правда, абсолютно не стесняясь в выражениях. -Зачем ты полез? А? -Т/И стояла перед сидящим на кровати парнем и активно жестикулировала руками. Ее грозный тон не предвещал ничего хорошего. Вообще, она частенько злилась, но так как сейчас впервые. - Мужиком себя ощутил? Кретин! -Дорогая, но все ведь хорошо закончилось. - лебезит он, стараясь улыбнуться и не обращать внимания на ноющую боль в руке. Обезболивание понемногу перестаёт действовать, и правая рука, закованная в гипсовый лангет, болью намекает, что переломы просто так не проходят. Тем более совсем свежие. Однако боль Питера совсем не пугает, он достаточно терпелив. Его больше пугает реакция Т/И, вернее то, что может последовать за ней. -Я всего лишь вступился за тебя, дорогая. -Хорошо?!- в голосе девушки слышна неприкрытая злоба, а под конец слова ее голос срывается на хрип. Она легким движением руки убирает с лица цветные пряди и едва сдерживается, чтобы не ударить голубоглазого по бритой голове. - Где ты «хорошо» увидел? Придурок! Если бы офицер не оказался моим знакомым, ты бы сейчас за решёткой сидел! Кто тебя просил заступаться? – прокашлявшись, она продолжает ругаться, активно размахивая руками, отчего ее объемная грудь, не стесненная лифчиком, то и дело подпрыгивает, норовя выскользнуть из-под майки. И это зрелище завораживает Питера настолько, что он почти не слышит ругани своей возлюбленной. Кажется, еще совсем чуть-чуть и будут видны сережки пирсинга в сосках. Те самые, блестящие, что он подарил своей любимой не так давно. И когда все успело пойти через известное место? Выходные должны были начаться совсем не так.

***

      Он спешил к бару, чтобы встретить Т/И после смены. Из-за некоторых неотложных дел, он немного опаздывал. Но точно знал, что девушка непременно дождётся его, хоть и поворчит для вида. Кроме того, после ночи танцев Т/И всегда выжата как лимон, а значит, разрешит поухаживать за собой. Позволит раздеть, сделать массаж и, возможно, они вместе пойдут в душ. «Непременно мы вместе пойдем в душ» -мысленно, уверил сам себя голубоглазый. От приятных фантазий парень едва ли не мурлыкал на ходу. Он уже представлял себе все в ярких красках.       Дойдя до нужного здания, парень свернул в проулок, ему нужен был вход, используемый лишь персоналом. Он часто встречал Т/И после работы, поэтому знал, что иногда она чуть задерживается, заболтавшись с другими танцовщицами в раздевалке. И в этом случае выходит через служебную дверь.       Но не успел парень завернуть за угол, где уже должна была быть нужная дверь, как услышал любимый голос. -Я тебе человеческим языком сказала- отвали! - судя по тому, с какой интонацией это было произнесено, девушка была раздражена, причём сильно. -Да брось ты. - нетрезвый вальяжный тон принадлежал незнакомому Питеру мужчине, а потому парень напрягся всем телом, ускорив шаг. - Что тебе стоит то? Все равно ноги раздвигаешь, а я деньгами не обижу.       Питер завернул за угол, и ему открылась весьма любопытная картина. Крупный мужчина с ляжками, точно окорока, и ветчинообразными лапищами, хохоча швырнул в стоящую напротив него девушку несколько помятых купюр. Голубоглазый не успел и слова сказать, не успел хоть как-то обозначить своё присутствие, как Т/И плюнула. Прицельно. В рот гогочущему незнакомцу.       Наступила полная тишина, в которой даже стало слышно музыку, доносившуюся из-за закрытой двери с надписью «служебный вход». Немая сцена длилась недолго, ведь стоило покрасневшему от злости мужчине вскинуть руку для удара, как на него налетел Питер. -Питер, нет! - голос возлюбленной, голубоглазый слышал словно через толщу воды, глухо и далеко. Сознание не отключалось, но сузилось до одной точки и этой точкой было перекошенное лицо незнакомца, постепенно окрашивающееся алой кровью. Он бил и бил, не обращая внимания ни на что вокруг, даже на собственную боль.       Дальнейшее Питер помнит весьма смутно и эпизодично, точно он то терял сознание, то снова приходил в себя. Приехала полиция, они сразу же растащили драчунов и вызвали врачей. Прибывшие на место медики, почему-то, в больницу забрали обоих. Как оказалось, размалывая лицо оппонента в крошево, Питер умудрился сломать себе руку. Перелом лучевой кости на каком-то там уровне, без смещения обломков. Странно, он этого даже не почувствовал, видимо, ярость подействовала как анальгетик. Рентген, укол, гипсовая лангета, назначение врачей и переезд в полицейский участок. Везде с ним была Т/И, неожиданно притихшая, неэмоциональная, она практически не давала Питеру слова вставить. Всегда говорила за него, и что-то подсказывает, что, если бы не ее слова, сидел бы голубоглазый в камере, до выяснения всех обстоятельств.

***

-Яйца не отросли, чтобы в драку лезть! - она все продолжала отчитывать парня, активно жестикулируя и не стесняясь в выражениях. Питер же не мог оторвать взгляда от ее груди, и за это ему совсем не было стыдно. - Хорошо, что только руку сломал, а не...- По светлой коже в ложбинку между грудей скользнула темная капелька, затем ещё одна. Парень перевёл полный недоумения взгляд на лицо своей возлюбленной и не удержал шумного вздоха Т/И плачет! Тушь и подводка растеклись некрасивыми кругами вокруг глаз, темные дорожки пересекли раскрасневшиеся щеки. Он никогда не видел ее плачущей. Казалось, она вообще не способна на такое. -Ты плачешь? - Своим вопросом Питер прерывает гневную тираду, и девушка на мгновение замирает, прислушиваясь к своим ощущениям. Она проводит ладонями по щекам, ещё сильнее размазывая косметику, шмыгает носом. -Не переводи тему! Кретин! -она вытирает руки о джинсовые шорты и, судя по тому, как судорожно вздыхает, старается успокоиться.       Питер совсем не обижается на оскорбления, ведь его душа практически поёт от радости. Она переживает за него! Волнуется! А значит он ей совсем не безразличен. Да, она весьма груба, но похоже, что это просто ее реакция на испуг. Реакция на страх за жизнь и здоровье дорогого человека. Любимого человека! -Я тебе дорог? Так ведь? - Питер говорит тихо, словно боясь спугнуть всю трогательность момента. – Моя милая Т/И, я так счастлив! - Кажется, его улыбка в этой ситуации окончательно взбесила ее, и девушка, наклонившись к Питеру, целует его. Резко и грубо, кусает губы, требуя немедленного ответа, и получает желаемое.       Через мгновение голубоглазый глухо стонет в поцелуй, а кровь в его теле устремляется в паховую область. Т/И знает, насколько чувствительный у ее парня язык, и всегда умело пользуется этим знанием, вызывая у последнего сильную эрекцию без лишних телодвижений. Ее руки ловко расстёгивают ремень и вытягивают его из шлевки. Питер проводит здоровой рукой по ее шее, спускается ниже, касаясь шершавыми пальцами кожи на ключицах к груди. -Ну уж нет! - девушка прерывает поцелуй и отстраняется до того, как парень успевает осуществить задуманное. - Ты меня взбесил, придурок. И так просто не отделаешься. -Но, дорогая, я раскаиваюсь,- Питер говорит искренне, хотя вины за собой не ощущает вообще. - больше никогда не заставлю тебя волноваться, любимая.       Девушка садится на кровать позади парня, так близко, что плотно прижимается к его спине. В руках у неё ремень, который она накидывает на шею бритоголового и продевает конец в пряжку, тем самым получая своеобразную удавку. Стоит потянуть за свободную часть ремня, и он затянется на шее. -Я и не волнуюсь. Еще чего мне не хватало, волноваться за такого придурка, как ты. - фыркает девица. - Ты меня разозлил, зайчик. Просто взбесил. -шипит она ему на ухо, в то время как ее свободная рука расстёгивает его джинсы. - Двинешь руками, и пожалеешь, что мне на глаза попался, понял? -Да. - выдыхает Питер, ощущая, как прохладные женские пальцы с силой обхватили его стоящий член. Она назвала его «зайчик», а значит, уже не злиться. Даже наоборот, настроение у Т/И стало игривым. Вот только ее игры бывают чрезмерно развратными, грязными, проверяющими на прочность всякие моральные устои. Все-таки за те полгода, что они встречаются и живут вместе, традиционно секса у них не было. Ни разу.       Т\И нежно поглаживает член, проходясь пальчиками от основания до головки и обратно, снова и снова. Питер расслабляется, отдаваясь ощущениям и предвкушая нечто большее. Ему совсем не верится, что любимая уже успокоилась и будет предельно нежной с ним. И в подтверждение его догадок, девушка резко и до боли сжимает в ладони его яички. Голубоглазый дергается и болезненно хнычет, сжимая здоровой рукой ее коленку, а Т/И шепчет ему на ухо. -Если жеребец становится слишком агрессивным... -ее хватка не ослабевает, а свободной рукой она тянет за пояс, затягивая его на шее Питера, перекрывая доступ кислорода. – его кастрируют. - острые ногти болезненно впиваются в нежную кожу. -Намек ясен?       Парень засучил ногами, сжал женское колено сильнее, позволяя себе только это движение рукой, даже не смотря на боль. Его лицо покраснело, и пусть пока что он мог, хоть и с трудом, дышать, его голос прозвучал хрипло. - Да. - боль в промежности ослабла, а женские пальцы стали снова мягко и нежно поглаживать член. - Я все понял. - захныкал он. -Хороший мальчик. - она легко целует его в висок. -Будешь послушным? Я знаю, ты обязательно будешь очень послушным. - горячее дыхание девушки обжигает кожу на шее парня. -Но наказать тебя, не повредит, так ведь?       Питер невольно вскрикивает, когда любимая резко щипает его за нежную кожу мошонки. В уголках его глаз скапливаются слезы. -Не надо, пожалуйста. - хрипит он и истязательница вновь начинает нежно гладить его. -Я больше никогда…       Она тихо засмеялась, не прекращая движение рукой. - Тебе ведь этого мало. Да, зайчик? - девушка сильно кусает парня за плечо, прямо через футболку. Точно останется синяк. - Мало просто гладить тебя. - рука ее движется медленнее, но с нажимом. Питер постанывает, силится самостоятельно толкнуться в женскую руку. Ему и правда мало, слишком мало, он хочет большего. -Знаю, зайчик,-Т/И вытягивает губы трубочкой, почти сюсюкает, что в ее исполнении звучит издевательством. -Хочешь, чтобы я трахнула твою тощую задницу? Тебе ведь это нужно.       Питер хрипит что-то нечленораздельное, высунув язык, точно пёс в жару. Все в нем буквально кричит «Да! Да! Возьми меня! Будь со мной! Будь как можно ближе!» Густая слюна стала капать с кончика языка на синюю футболку. Ремень на шее мешает нормально дышать, кислорода становится слишком мало, отчего к возбуждению добавляется и сильное головокружение. Оно многократно усиливает ощущения, каждое движение женских пальцев отдаётся током по всему телу.       Т/И продолжает шептать на ухо своему парню то милые глупости, то откровенную пошлость, чередуя их так ловко, что остаётся лишь поражаться. Она мучает его, держа на грани оргазма и боли, не позволяя закончить раньше, чем того пожелает она. Эта сладкая пытка длилась почти вечность – когда блаженство достигло предела, рука, на члене замерла. Потом снова принялась сжимать и тереть, пока он не кончил с такой силой, что почувствовал боль в барабанных перепонках. Тело Питера расслабилось, и он невольно навалился на Т/И, не в силах хоть как-то себя контролировать. Она ослабила ремень на его шее, позволяя дышать свободно. -Ещё раз вляпаешься, и я отымею тебя так, что ходить не сможешь, Зайчик. Питер лишь вымученно улыбается в ответ.