Школа^∞

Мы просто не могли поверить своим глазам. Когда мы все же решились пройтись по этому коридору, который все тянулся и тянулся, то на это ушло у нас несколько часов точно. Мы просто все шли и шли в одном направлении, пока дружно не решили отдохнуть в одном из кабинетов. На вид он был самым обычным кабинетом истории, не больше не меньше. Некоторые из нас выглядели расстроенными и даже в ужасе от всего того, что происходило на наших глазах. Другие же такие как Пузырь или Пестов вели себя как обычно. Пузырь вечно выдавал по шуточке в час или около того, Пестов же был спокоен и, мне даже иногда казалось, что это все ему нравилось. Легкая тень улыбки пробегала по его губам. Девочки, в особенности Пальцева Надя, Веря Белуга и Алена Артемьева выглядели обеспокоенными больше всех. Кроме того, некоторым захотелось есть. Но ни позади, ни впереди не было и намека на то, что где-то может быть еда. Артем Знаменев предложил пока передохнуть в этом кабинете, а затем пойти дальше в поиске выхода, если и тогда мы не сможем найти выходи, то нам придется где-то засесть и хорошенько подумать, что нам предстоит тогда сделать. Все единодушно согласились с этим предложением. Но все было тщетно. Рюкзаки, которые мы взяли с собой тяжелее все сильней, двери коридоров проносились одна за одной. Мы прошли мимо нескольких лестничных пролетов, но увидев, что они идут как бесконечно вверх, так и бесконечно вниз, решили пока воздержаться от того, чтобы воспользоваться ими. Наше путешествие по бесконечно длинному коридору все продолжалось и продолжалось. Двери кабинетов, лампы над головой, звук наших шагов все слилось в один протяжный звук. Он не резал по ушам, но бил по мозгам. Так могло продолжаться действительно долго. Саня Потемкин, не слишком выделяющийся полноватый мальчик, спросил: «А что, если мы попали в бесконечную школу? Что если мы не сможем выбраться от сюда?» Ему никто не ответил. У Любы Быстровы началась натуральная истерика, девочки как могли ее утешали. К противному звуку ламп и наших шагов прибавился звук рыданий. От этого лучше не стало, даже наоборот. Лица у всех стали угрюмыми. И вот неожиданность, коридор резко повернул направо. Мы чуть ли не бросились посмотреть, что же там за поворотом, может там долгожданный выход из этого бесконечного помещения или еще что-то такое. Но там было то, что еще больше нас расстроило. Еще одни коридор, только он был больше. Если у предыдущего высота и ширина была в 3 и 3,5 метра, то у этого она была 10 и наверное 20 метров. «Да блять, сколько можно. Заебало тут ходить!» — Вано Сардярян с силой стукнул в стену от досады, расстройства и, наверное, подкрадывающегося ужаса, который подбирался к каждому из нас. От этого у него на костяшках пошла кровь. Мы остановились в одном из классов, он был таким же большим, как и коридор, так что всем хватило места, чтобы разбежаться кто куда. Были и такие же большие окна, правда, они вели в стену, но это нас уже не смущало. Некоторые из нас были одеты в школьную форму, в основном это были девочки, другие же носили, что хотели, в рамках приличия конечно же. Главной проблемой из-за этого могло быть то, что на один из уроков мог прийти завуч и поставить красную заметку в дневник. Но в тот момент, в том огромном классе это уже мало кого волновало. Что уж говорить, Парикмахер уже во всю дымил где-то там. Три главных умника класса сидели и что-то обсуждали, рядом с ними были еще Саня Потемкин и Максим Котелков. Последний пытался что-то объяснить или сказать, но его кажется слушали в пол уха. Федя Аджахов и Артем Старинщиков сидели за одной партой, они не особо говорили между собой, казалось они больше слушали. Девочки сбились в одну группу, утешая друг друга и говоря, что все будет хорошо. Вано ходил туда-сюда, не находя себе места. Наш класс не был таким, где были четко выраженные группы или иерархия. Нет, группы то были, но носили характер «кружков по интересам». Не было и такого, чтобы кто-то кого-то задирал. Правда Максим Котелков мог иногда на физ.-ре вычудить что-то такое, но на этом все. В двух словах можно было бы сказать, что наш класс был очень дружным и сплоченным. Я же примкнул к Банану, Пузырю и Сане Пестову. Рюкзаки Банана и Пузыря валялись у них под ногами, а у Пестова он был на специальном крючке. Пузырь был метра 1.7 в высоту, Банан чуть выше, Пестов с Бананом на ровне. Я же был где-то посередине. Пузырь и Банан стройностью не отличались, как и Саня Потемкин, Марина Цветова или же Вера Белуга. Пузырь был светлым парнишей с немного детским лицом, у Банана были темные волосы, хоть у него на лицах и были веснушки, хотя вместе с веснушками были и прыщи, Но лицо у него было чуть вытянутым, нос картошкой. У Пестова же было чуть острое лицо, нос горбинкой и русые волосы. Когда я подсел к своим товарищам, то мрачнее всех выглядел Банан. В отличии от Пестова или Пузыря, он ничего не делал, но просто смотрел в одну точку. –Эй, чего такой грустный? — попытался я немного разрядить обстановку. –Кто грустит, тот трансвестит, — согласился со мной Пузырь. –Блять, Пузырь, тебе бы чисто поржакать, Мы тут в такой жопе оказались, а ты все не уймешься, — огрызнулся Банан. –А че мне еще остается? Въебать стене, как это сделал Вано? Нет спасибо, лучше я в телефоне позависаю, пока заряд есть. А если тебе что-то не нравиться, то вон посмотри на Саню, он всю дорогу какой-то не такой. Мы посмотрели на Саню Пестова. Мы сидели за одной партой. Я и Пузырь спереди, как и положено, а Банан и Пестов сидят на стульях к нам лицом. Пестов с каким-то увлечением разглядывал свои руки, словно они были не его. –Эй, Сань, ты чего на руки смотришь. Еще не отошел от этого… Перехода, мать его итить, — Спросил Банан. –Я… кажется я вижу предметы на сквозь, — спокойно сказал Пестов. –Че? — все разом сказали мы. –Ты сейчас прикалываешься? — поинтересовался я, — или ты сейчас серьезно. –Да, я серьезно. Вы «Человека из стали» смотрели, видели как там предметы на сквозь просвечивают, вот тут такая же хрень, — полностью серьезно сказал Пестов, если приглядеться, то можно было бы заметить, что у него чуть дрожали руки. –И ты что, типо супермена сейчас? Ну-ка, — Банан отвернулся к нам спиной, так что ни я, ни Пузырь, ни Пестов не могли видеть, что он там делает руками. ¬–Что я сейчас показываю руками. –Два, — сказал Пестов. –А сейчас? –Тоже два, но другой рукой. Банан повернулся к нам, лицо его чуть-ли не излучало изумление. По его выражению лица, мы поняли, что Пестов действительно может видеть через предметы. –Ахуеть, что в натуре? Ну-ка дайте мне, сейчас что-нибудь ебну, — после этих слов Пузырь начал судорожно копошиться в своем рюкзаке. Достав из рюкзака, какой-то учебник и ручку он тут же начал там что-то черкать. Поставив учебник так, чтобы я и он могли видеть, что там написано, а Пестов нет, он спросил видит ли тот что-либо. Пестов потратил несколько секунд чтобы вглядеться в предмет, а затем выдал: –Сам ты лох. Чего по умнее придумать не смог? –Ооо, ебать, да ты в натуре экстрасенс, — изумился Пузырь. –А через стены видишь? — спросил я. –Ну тип. Сразу говорю, что выхода я тут не вижу. Это здание тянется буквально на десятки километров. А кстати об этом, я и так просто хорошо вижу, — он аккуратно сложил с себя очки и положил их куда-то в карман рюкзака. –Вот прямо сейчас вижу какие вы тут все уроды, — шуточно заметил Пестов. –Ну и ты не красавец, — прокомментировал Банан. –А че еще умеешь? Может ты еще и супресильный или тип того, —спросил я. Пестов и до всего этого был далеко не самым слабым в нашем классе. Надо сразу сказать, что ни я, ни Пузырь, ни Банан не могли победить его в армрестлинге. Я его по приколу называл «деревянный» за его «особые физические данные». –Ну, надо попробовать. Я сам хз, так это или нет. Вот сейчас и посмотрим. Он немного нагнулся к стулу, на котором сидел Банан, уперся ладонью в поверхность сиденья и… без особых усилий приподнял Банана от пола. Тот от неожиданности чуть не упал, но Пестов быстро поставил его на место. Мы все переглянулись. –Ну, ебать, теперь с Саней мы всех разъебем. Может это, нам просто сделать самим выход, нет ну а что? — повеселей Пузырь. –Ебануться, да ты в натуре супермен. Будем звать тебя не деревянный, а стальной. Блять, да как это вообще? — я все еще не мог поверить в то, что 17 школьник одной рукой спокойно поднял чуть больше 80 кг веса на вытянутой руке. –Да сам не знаю. Наверное, это из-за всего этого, — он помахал руками, показывая весь класс. Мы еще долго восхищались новоприобретенными способностями нашего друга и уже хотели всем рассказать, как тут к нам пришли те самые трое отличников. –Так ребят, кажись мы тут встряли по полной. Есть предложение разделиться по паре человек и пойти в разные стороны, чтобы разведать обстановку, — сказала Юля Журавлева. Она была не погодам красива и вытянута, хоть и оставалась ростом в пределе 170 см. У нее были черные длинные волосы, свободно висящие у нее за спиной и ясные голубые глаза. –Кхех! — громко кашлянул Пузырь, чтоб привлечь внимание. –У нас в квартире новости и две новости. Есть хорошая и плохая. С какой начинать? Тройка переглянулась. –Ну давай с плохой, хуже уже точно быть не может, — сказал Артем Знаменев. Кажется, он потихоньку начал притягивать к себе звания лидера. Хотя ему это подошло бы как ни к кому другому, вытянутый, одни из самых высоких в классе, с лицом, которое можно было бы срисовать с какого-нибудь плаката, немного квадратная челюсть лишь усиливало это сходство, и с темными волосами. –С плохой так с плохой. Тут нет выхода в радиусе нескольких километров, — немного грустным тоном сказал Пестов. Артем слегка нахмурился. –Не надо тут упаднических настроений. Выход должен быть где-то, и мы его обязательно найдем. –Ребят, это я вам серьезно говорю, выхода нет рядом, ни на этом этаже, ни на верхних, ни на нижних. Это точно, — голос Пестова, как будто стал жестче. –От куда такие знания? — поинтересовался Петя Северный. Петю можно было характеризовать одним словосочетанием: «свой в доску парень». Светлые, немного взъерошенные волосы прилипли к его лбу, но это не уменьшало всю серьезность его лица. –А вот это уже хорошая новость. Смотрите, — Саня Пестов встал со своего стула, взял его в руки и сказал ребятам немного отойти подальше. Как только все отошли, стул тут же был разорван на две половины. Звук ломаемого дерева и рвущегося железа моментально привлек внимание и всех остальных. Весь остальной класс тут же сбежался на место действий, но им уже оставалось смотреть на результат действий поистине нечеловеческой силы Пестова. Тут же полетели вопросы: что это было, как это случилось. Пришлось нам пересказать все что мы сами знали. И во время этого, ко мне в голову внедрилась мысль, что сам Пестов знал куда больше, чем рассказал нам. Но тогда, я на это не обратил внимание. Все затаили дыхание, слушая наш рассказ, сам Пестов в это время тихо стоял в сторонке. Хотя после нашего краткого выступления к самому Пестову посыпалось еще больше вопросов или даже просьб: «ты нас вытащишь от сюда?», «куда нам идти?», «где выход?», «где еды достать еды, я есть хочу!». Пестов ответил кратко, что было в его манере: «Сделаю все, что в моих силах, расскажу все, что сам знаю».