Спасение

Тот же день: Сознание постепенно возвращалось ко мне. Я лежала на диване в его комнате, в то время как Орион пошел за целительницей. Перед тем, как я открыла глаза, я не до конца осознавала случившиеся. Сейчас же я просто лежу, тело мое вообще не хочет производить каких-либо движений, и только предательские слезы выдают мое настроение. " Как так получилось, зачем же я это сказала?! О, Мерлин, прошу, скажи, что он не прочитал во мне эту глупую фразу. Вдруг он вообще не это имел ввиду, может он спас меня только, потому что я нужна ему для свадьбы. А если так и есть? Если он вообще ничего ко мне не чувствует и я ошиблась?» — я все думала и думала над этим, чем медленно и точно доводила себя до нервного срыва. Эмоции никуда не деваются, если их не проявлять, как это делаю я, то скорее всего они все разом покажутся в самый неподходящий момент. Около часа назад: Орион, только что подобравший меня на руки, шел из леса в замок, так быстро как только было возможно. Я была в сознании, но мое тело отказывалось воспринимать сигналы от мозга. Состояние такое, будто бы я прозрачная, все понимаю и слышу, но никак не могу ответить. «Теперь уже нет никакого смысла думать о своих же словах. Что сказано, то сказано. Но все же, что я тогда говорил?! Эти слова были подсознательными, я не понимал что ещё я могу сделать для ее спасения. Кажется, я говорил это не Аделин, а сам себе, чтобы хоть как то перестать думать о том, что она может уже не очнуться. Что за эмоции, откуда они вообще взялись?! Сколько раз помню были стрессовые ситуации, но я никогда не впадал в что-то вроде паники. А сейчас что, что происходит с моей головой, когда Аделин, снова и снова подвергается опасности? Неужели я действительно боюсь ее потерять? Да, это определенно так, сейчас очень хочется думать, что все хорошо, но это не так. Сначала она стала мне больше чем коллега, потом больше чем друг, а сейчас я понимаю, что она что-то большее чем просто жена по договору. Надо поговорить с Бернетт, она уж точно лучше меня во всем этом разбирается…» — именно так думал Орион Латонт, идя очень быстрым шагом в больничное крыло. День спустя: Я сидела в больничном крыле. К счастью, все обошлось, и я не сильно пострадала. " Ох Мерлин, Аделин, ты чудом жива осталась, после такого-то! Хоть твое тело и пострадало достаточно серьезно, уже спустя сутки ты на ногах. Не забывай приходить ко мне если почувствуешь хоть малейшие симптомы…» — говорила школьная целительница мне на прощание. После пяти проведенных сегодня уроков и обеда, я наконец направлялась к себе в комнату. Для конца марта было достаточно солнечно, что не могло нерадовать. Я проверила последнюю работу, когда время подходило к семи. Неожиданно, ко мне в комнату влетел патронус. Я не сразу поняла от кого он, но как только послышался голос Ориона, все встало на свои места. Что ж, говорит что-то важное, придется идти. В этот же день в комнате профессора Латонта: " Надо поговорить с Бернетт, она уж точно лучше меня во всем этом разбирается…» Именно так он и сделал. Бернетт была третьей, кто узнал о случившемся, после лекаря и директора. После того как они вышли из большого крыла у них состоялся разговор, в результате которого Бернетт все же согласилась его выслушать. Орион рассказал ей обо всем, что он думает. Казалось, всегда радостная Бернетт на этот раз была предельно серьёзна — профессор Латонт, хоть вы и умный человек, а в чувствах не разбираетесь. — она сказала это, а после похлопала его по плечу — Это называется любовь! Закончив говорить она залилась безудержным смехом. — Бернетт, я серьезно, хватит смеяться! — в тот момент в его голове происходил бурный мыслительный процесс, Орион действительно не разбирается в чувствах. — Так, а я что, не серьезно что ли? Так, все понятно. Вам надо поговорить! — Но Бернетт… — А что я? Сам справишься, я и так всем чем могла, помогла! Сегодня же поговори с ней! На этих словах она вышла. Когда я подходила к его двери, послышался голос выходящей Бернетт. Я решила подождать, пока она уйдет. Комната была такая же, как и у меня, только темней. Ничего примечательного или яркого. — Ты что-то хотел обсудить? — сказала я, чтобы предотвратить молчание. — А, да… Я хотел обсудить последний случай… — Честно говоря, меня это тоже интересует… — Аделин, что ты думаешь насчёт всего этого включая наше совместное времяпровождение? — Меня все более чем устраивает. Ты хочешь обсудить чувствую ли я что-то к тебе? — Да — Тогда скажи первым, насчёт меня. — Я не привык чувствовать что-то похожее к людям. Я не знаю что ещё могу сказать, кроме того, что я не представляю, что было бы, если бы я не спас тебя. В тот момент я не знал, что будет если ты не выживешь, поэтому мне что пришло на ум сказать правду: «ты нужна мне», я не имел в виду то, что ты моя невеста, нет, я говорил о том, что ты нужна мне, потому что вселяешь в меня это прекрасное, теплое и незнакомое до этого чувство. Бернетт сказала, что это называется любить. — Значит я тоже чувствую к тебе это «любить». Никогда раньше не понимала, что это такое. — Давай просто так постоим — я сказала это, когда подошла и обняла его Сначала он кажется не понял, что я хочу, но потом тоже обнял меня в ответ — Я рад, что это взаимно — Я тоже счастлива Прошла неделя. В пятницу я написала письмо в поместье Лефрай. В воскресенье, первого апреля, они были готовы встретиться с нами. Как я и предполагала, хозяин дома был заинтересован только в том, чтобы я вообще больше не появлялась у них, так что все, что его интересовало это статус крови. Он одобрил свадьбу и сразу же ушел. Мы прибыли ровно в двенадцать дня, и до обеда просидели с Мэриан, она была рада видеть меня. Даже с организацией свадьбы обещала помочь. После мы встречались с лордом Латонтом и его женой. Если коротко, то в восторге они конечно не были, но союз одобрили. Правда сначала они хорошо поссорились, впрочем, это уже в прошлом. Итак, двадцать четвертое апреля, именно сегодня наша свадьба. Я, как это часто бывает перед свадьбами, нервничала. Платье было удобное, но этот корсет — просто ужас! Зато красиво: белый шелк с кружевом, прикрывающим плечи, сильно приталенное и с ниспадающими волнами ткани к низу. Образ дополнял мелкий жемчуг. Тысяча мыслей крутилась в голове. Я шла к алтарю, все взгляды были на мне, хотелось впасть в панику, но я смотрела в глаза любимому человеку, Орион был, как и всегда спокоен, именно то, что сейчас нужнее всего. Это успокаивало, страх отступал. Свадьба прошла достаточно скучно, почти всех присутствующих я не знала, а их было около двухсот человек. Все здоровались, оставляли подарки и желали много всего хорошего. Было некомфортно, честно говоря, я чувствовала себя не своей на собственной же свадьбе! Лучшая часть дня была вечером, когда все уже были в расслабленном состоянии и перестали замечать нас. Я вышла во двор поместья семьи Латонт. Орион тоже был со мной. — Ты как? — спросил он — Не знаю, что и сказать. Не хочу никого обидеть, но я не сильно рада. — Я тоже. Лучше бы не было всех этих родственников, я их даже не всех знаю — Я устала от людей, очень — Тогда, пойдем отсюда. Будем только мы вдвоём. — Лучшего и желать нельзя. И мы пошли, пошли гулять по вечернему городу. Я трансфигурировала свое платье и туфли в более удобный вариант, что позволило нормально дышать и двигаться. Мы ходили до глубокой ночи, просто разговаривая друг с другом. Часов в одиннадцать я и Орион дошли до берега реки. Оказалось, что это было запланировано им, как подарок на свадьбу. Мы провели всю ночь на возвышенности, а внизу текла шумная вода. Очень хорошо было отдохнуть от общества, смотря на ясное звёздное небо и величественную луну. Светлело. В пять утра был невероятно красивый рассвет. Постепенно, среди деревьев, окружавших водоем, начали петь соловьи. Насколько я помню, домой мы аппорировала ближе к семи утра. Так прошел мой лучший день, теперь эти воспоминания будут со мной всегда. Пока человек, который так заботится обо мне рядом, прекрасный день никогда не кончится. Мы есть друг у друга. Отныне мы не одни. Аделин Латонт